Дай мне этот день, дай мне эту ночь...

— Людвиг… Моя голова, принеси воды, — произнесла Анна, после чего натянула одеяло и медленно приходила в сознания, сквозь боль. Думать было тяжело и мысли приходили крайне медленно. Немец, вздохнув и пошатнувшись, взял в руки графин со стола и неаккуратным движением, налив девушке жидкости, через мгновения протянул ей стакан. Та аккуратно взяла его в руки и поднеся поближе к губам сделала пару глотков, от этих движений одеяло немного спало с ее плеч, оголяя перед Людвигом плечи и бюст девушки. Анна не замечала во все этот казус и поставив стакан, уткнулась вновь в подушку. — Эм, мне это… можно мне в кровать… ну прилечь. я спать хочу, — говорил Людвиг, его язык заплетался от выпитого алкоголя. Девушка хмыкнула. Немец же в свою очередь не спускал с неё взор. — Вот все вы мужики такие! Вот кресло стоит, а ты ко мне лезешь, в мою кровать… — не успела больше ничего сказать Анна, как Людвиг сделал резкое движение и нависнув над девушкой, впился в ее губы. Просто у него появился шанс и он не собирался его так глупо терять. Девушка замолкла, она не ожидала такого, но будучи под действием афродизиака она не особо то и пыталась отстраниться, когда язык Байльдшмидта начал пролезать все глубже. В какой-то момент Анна обвила его шею руками и начала отвечать на поцелуй, давая языкам сплестись. Нет, она не чувствовала какого-то трепета к нему, но и не было отвращения… После, когда воздуха стало не хватать, Анна разорвала поцелуй и упала вновь на подушку, при этом тяжело дыша, после небольшой передышки Людвиг вновь захотел поцелуя, однако девушка аккуратно отстранила его от себя. — Я, я не хочу развития событий, — произнесла Анна, она прекрасно понимала, что это ни к чему хорошему не приведет, однако опустила взгляд на оголенный торс Байльдшмидта, но ее это ни чуть не смущало… а было, было совсем иное чувство. Людвиг нахмурился, однако все же нашел, что ответить пассии. — То есть ты лежишь в одном нижнем белье и в моей квартире… отвечаешь на поцелуй… Ань, — девушка смутилась на слова Людвига и отстранилась еще дальше от парня, прекрасно понимая, что он не более чем коллега — Ты хотел спать-иди спи, я ухожу, — проборматала блондинка и откинула угол одеяла с желанием уйти с кровати Гилберта, однако поняла, что не одета. — Хм, ну, и куда ты пойдешь? , — с язвительной улыбкой спросил немец, понимая как Брагинскрй сейчас не удобно, но для его пьяной головы это сейчас казалось очень забавным. — Подальше от тебя, — пробурчала девушка и решительно поднялась с места, в то время как Людвиг ухватил ее за запястье. — Слушай, уже поздно… оставайся… — решил пойти на уступки немец, понимая, что и вправду повел себя как минимум-грубо. Анна ответила лишь взглядом в его сторону и пошатнувшись встала, но осознание того, что на ногах стоять и вправду тяжело, она села на кровать. — Тронешь меня, поверь, получишь…- ответила девушка и вновь легла на кровать отворачиваясь от Людвига. Почему-то именно сейчас она не особо-то и хотела уходить. Конечно, Байльдшмидт тот ещё гад, но Анна не могла не согласиться, что в нем что-то есть. Она накрылась одеялом, укрывшись чуть ли не с головой. Немец, даже на пьяную голову решил, что сейчас не стоит трогать незванную гостью и так же лег к Анне спиной, натянув на себя грубое покрывало, но даже от огромного количества выпитого алкоголя он не мог уснуть, а лишь о чем-то думал. Анну также терзала бессонница и именно поэтому она сперва смотрела на луну, свет которой просачивался сквозь тонкую ткань штор. Совсем скоро, это дело Анне порядком поднадоело и ей пришлось перевернуться на другой бок и тогда ее взгляд пал на спину Людвига, от чего-то блондинка резко выдохнула. Вся спина была покрыта огромным количеством шрамов. Да, шрамы - это обычное дело, но такое количество заставляло сердце Анны замереть.