Верь мне

Ну, рано или поздно Локи должен был узнать. И это случилось сегодня. Локи ворвался, как ураган, и дверь за ним ударилась об косяк с ужасным грохотом. Тор возится за своим ноутбуком. Каждая секунда, пока Локи не появится перед ним кажется томительным ожиданием. И да, Лофт зол, как фурия. Он говорит сладким, елейным голосом, плохо сдерживая ярость. — Интересная вещь сегодня произошла, Тор. Я решил заехать в свою квартиру, чтобы отдать чек, но миссис Палмер — управляющая, сказала, что моя квартира уже оплачена. На несколько месяцев вперед. Локи щурится, будто пытается разоблачить Тора. Будто застал его за каким-то ужасно отвратительным занятием. — Да, я оплатил ее в тот вечер, когда ты приехал ко мне. — Говорит он, совершенно спокойно реагируя на полный холода взгляд. — Разве я просил тебя об услуге? — Шипит Локи. — Думаешь, я не в состоянии сам позаботиться о таких вещах? — Я просто не хотел, чтобы ты беспокоился, когда тебе в конце концов начали бы названивать и просить вернуть долг. — Спокойно говорит Тор, вставая из-за стола и приближаясь. Локи отшатывается от него. — Не надо ничего за меня решать и делать, ясно тебе, Тор? Не надо. Тор лишь грустно вдохнул. Иногда он забывал, насколько легко задеть самолюбие Локи. У них было много таких маленьких споров, но с каждой ситуацией Локи, как ребенок все больше и больше заявлял свои права на свободу от Тора. Сейчас он открыто перешел на ледяной тон, и это было довольно пугающе. Особенно после того, как хорошо все шло в последнее время. Тор просто проявлял заботу, он хотел окружить Локи своим теплом, совсем не вкладывая мысль, что Локи не справился бы сам, но Лофт, вероятно, считал иначе. — Прости. — Говорит Тор, предпринимая попытку дотронуться до руки Локи. И на этот раз Локи остается там, не пытаясь вырваться. — Я только хочу сделать как лучше для тебя. Локи недовольно моргает, и его взгляд устало фокусируется на Торе. — Для меня? Тор, мы уже говорили об этом… — Я буду держать себя в руках, обещаю. Прости меня, Локи. У нас… у нас все в порядке? Ты все еще хочешь пойти на выставку вместе? Выражение лица Тора — мольба в чистом виде. Локи спускает пар. Он не хочет никуда идти сегодня, но он не испортит Тору вечер из-за своего дерьмового настроения. — Да. Да, конечно, мы пойдем. — Ему немного стыдно за то, что он так вспылил. Но они говорили на тему личного пространства постоянно, и не проходило и дня, чтобы Тор не пытался надавить. Эти маленькие вещи, которые сам Тор называл заботой. — Иногда я чувствую, как мало здесь места. Я будто задыхаюсь. И я не могу никуда сбежать, понимаешь? — Локи говорит, устало сжимая пальцами переносицу, где вот-вот разгорится очаг мигрени. «Ты хочешь сбежать?» Вопрос остается незаданным. Тор помнил их знакомство и первые встречи. Локи всегда пытался ускользнуть от него, скрыться в тени, отступить, чтобы вести какую-то непонятную Тору, притягательную игру. Тор был открыт в своих чувствах к нему, но Локи чувствовал иначе. Это кололо его сердце, особенно, после переезда Локи в его квартиру, где у него не было места, чтобы спрятаться. Они были вместе почти все время, и Тор пытался вспомнить, были ли моменты, когда он смалодушничал, и упрямо шел за Локи на очередную встречу или мероприятие, вместо того, чтобы оставить его одного или в компании Наташи. Моменты были. После этого понимания было еще более неправильным попытаться притянуть Локи к себе и вжаться лицом в его тонкую шею, и на лице Тора было страдание. Локи тихо вздохнул, как человек, принимающий свою судьбу, и тихо вошел в руки Тора, обвивая его шею собственными руками и прижимаясь виском к его челюсти. — Я слышу, как ты думаешь. Расслабься, все хорошо. — Честно? — Тихо говорит Тор. — Конечно. Я просто устал от всего за последние дни. — Если хочешь, ты можешь пойти один или с Наташей? — Предлагает Тор, пытаясь заглянуть Локи в глаза, но Локи упрямо мотает головой. — Я хочу, чтобы мы пошли вместе. И я надену свой черный костюм. Тот, который ты планировал снять, помнишь? — Локи тихо смеется и больше не звучит расстроенно. И Тор облегченно выдыхает, притягивая его ближе.

***

До самого вечера Тор тихий. Он целый день занимается сценарием и отвлекается только в тот момент, когда его волос касаются внимательные руки Локи. — Пять часов. — Поясняет Лофт. — Нужно собираться. Он расчесывает гриву Тора, а потом пропускает волосы сквозь пальцы, собирает пряди с его висков. — Ты хочешь собрать волосы в хвост или я могу убрать немного назад, чтобы они не мешали? Тор издает расслабленное мычание, наслаждаясь мягкими касаниями. И Локи решает оставить волосы Тора свободно падать на плечи, убирая их от лица и заплетая тонкую косу. Когда они стоят в коридоре полностью одетые, Тор притягивает его к себе, чтобы насладиться видом в большом зеркале. Они такие разные. Если Тор воплощение силы и света, Локи — грация и ночь, но вместе они смотрятся великолепно, будто выточены друг для друга. — Пойдем. — Говорит Локи и тянет его за руку. Они идут пешком, плутая между кварталами. — Разве нам не в ту сторону? — Протестует Тор. — Ох, правда, Тор? Ты считаешь, что я и с этим не справлюсь? И Тор затыкается, позволяя Локи тащить его за собой. Они поднимаются на верхний этаж какого-то здания, и Тор знает, что оно точно не принадлежит музею. Но его это особо не беспокоит, все его мысли заняты Локи, который, кажется, немного нервничал. Тор всмотрелся в напряженное лицо. — Ты в порядке? — Говорит Тор, сжимая его пальцы в своих ладонях. И Локи широко улыбается и уверяет, что все хорошо. Он смотрит на счетчик этажей и осторожно вынимает пальцы из рук Тора. Прежде, чем Одинсон успел бы отреагировать, Локи наклоняется к его уху. Когда лифт останавливается, Локи шепчет. — У тебя хорошие друзья, Тор. — Что? Двери открываются, и на них сходит лавина шума, света и музыки, сквозь которые пробивается усиленный голос Старка. — А вот и он, дамы и господа. Встречайте Тора Одинсона! И Тор попадает в пучину объятий и рукопожатий, пока толпа вокруг него скандирует поздравления. Здесь, кажется, все кого знает Тор. Море людей, море выпивки, открытый бассейн с баром, танцплощадка, балкон с видом на город. Локи думает, что Старк — большой молодец. Хотя если бы Локи устраивал вечеринку сам, у него, конечно, получилось бы более утонченно. Он находит глазами Наташу в компании Стива Роджерса и подходит к ним, наблюдающим со стороны счастливую и недоуменную реакцию Тора. Он целует Наташу и жмет руку Стиву. Старк произносит торжественную речь, которая заканчивается чем-то в роде «тащитесь и отрывайтесь» и бросает микрофон. — Я хочу видео. — Говорит Нат. — О, я уверен, оно будет. — Старк подкрадывается к ним и кивает на верхний этаж, где Паркер снимает все на телефон. Локи лишь фыркает и отвечает на протянутую руку Тони. — Рад видеть тебя, северный олень. О тебе тут интересные слухи ходят. Он ловит нахмуренный взгляд Роджерса. — Что? Я всегда говорю, как думаю. Пойдемте на балкон, там можно тихо поговорить. Дадим нашей Златовласке полчаса триумфа. Там, кстати, тоже есть бар! «Златовласка? Я должен запомнить это» думает Локи, когда они двигаются к выходу. Погода уже не такая теплая, но вечер выдался ясным. Сквозь стекла Локи краем глаза наблюдает, как Тор все еще не может прийти в себя и принимает поздравления от бесконечного потока людей. К компании присоединяется Клинт, который первым успел поздравить Тора. Он, Наташа и Стивен стоят в паре шагов, чтобы дать ему и Тони немного места для приватного разговора. Старк предлагает напиток, но Локи просит просто воды. — Да-да, я уже слышал про твою алкогольную супер способность. — Смеется Старк, и Локи не может подавить разочарованный вздох. Он злобно смотрит на Наташу, которая посылает ему воздушный поцелуй. И когда она только успела со всеми так сдружиться? — Значит наш хитрый друг опередил меня. — Старк потягивает виски и показывает на человека в толпе, в котором Локи признает Стивена Стрэнджа. — Хитрый ход, этот черт все время крадет мои бриллианты. Естественно, это сразу поднимает твой гонорар. — Улыбается Старк. Локи не знает, как на это отреагировать, поэтому делает глоток воды. — О, не подумай, это вовсе не проблема, просто наши личные счеты. — Я еще не подписывал контракт. Не знаю, стану ли я. И Старк удивленно поднимает очки, чтобы взглянуть на Локи. — Объясни? Как Локи может сказать это? Что он хотел добиться всего сам, но оба его предложения случились только из-за участия Тора, и этот факт убивает его. — Боюсь, я не потяну. — Врет Локи под пристальным взглядом. — Конечно, ты потянешь. Мы в хороших отношениях со Стивеном. Тебе стоит согласиться, если тебе не плевать на свою карьеру. Только подумай — деньги, слава, большая работа! Конечно, Старк не может понять. Но его слова селятся глубоко в душе. Слава и признание. Карьера, фанаты, обожание и независимость. Разве это не то, к чему Локи всегда так отчаянно стремился? Перед его глазами тут же возникает красивая картинка роскошной жизни, где он может быть свободным, где он может быть собой и тонуть в любви и славе. Что-то беспокоит Локи, и он решается спросить. — Какие еще ходят слухи, Тони? — Ну… — Он отпивает еще глоток виски. — Это не слухи, скорее мое предположение. Ты ведь сейчас с Тором, правильно? Локи вспыхивает, на его лице негодование, которое он не может скрыть. — В каком-то смысле. — Шипит Локи, и Тони удовлетворенно кивает, будто это было очевидно. — Да, я так и подумал. К Стрэнджу почти невозможно попасть, если ты не улыбался с обложки «People». Локи хочется швырнуть свой бокал и свалить отсюда как можно скорее, но Старк, кажется, вдруг все понял. — Боги, расслабься, северный олень. Девяносто процентов людей, что тут веселятся, начали свой путь с чьей-то помощи, и это абсолютно нормально. — Ты тоже? — Локи опасно щурится, потому что вовсе не разделяет эту мысль. — Да. Конечно. Ты же наверняка слышал о Говарде Старке? — Я учился у него какое-то время. — Признается Локи и немного отворачивается. — О, действительно? — Голос Тони жадный до подробностей, но он решает оставить это на потом. — Мой отец практически воспитал Роджерса. Тор бы вряд ли снимал что-то, если бы не финансовая поддержка его отца. А как же твоя подруга? Они оба обернулись, чтобы посмотреть, как Наташа смеялась в компании друзей. — Я думаю, что Клинт мог немного помочь ей. А ему в свою очередь помог я. Это большое колесо взаимной поддержки, что в нем плохого? Это звучало примирительно и логично, но эго Локи кричало голосом его отца, что если он не добьется всего сам, то будет просто ничтожеством. — Хэй, в конце концов, если бы у тебя не было таланта, тебе бы ничего не помогло. Тебе дали возможность, дальше все зависит от тебя, относись к этому по-филосовски. — Просто я… Иногда мне кажется, что моя жизнь вовсе не принадлежит мне. — Выдавил Локи, и тут же прикусил язык. Как мог он пытаться открыться перед кем-то? Он даже Наташе этого не говорил, но вдруг вылил это на Старка. Но реакция Тони его удивила, когда он хлопнул его по плечу. — Я сам иногда чувствую, будто много лет просидел в плену. Но много девочек, мальчиков, алкоголя и работы помогают привести голову в порядок. Соглашайся, Локи. А если ты скинешь контракт со Стрэнджем мне, чтобы Пеппер внесла туда пару моих личных правок, можешь вообще считать меня своим должником. Он подмигивает, и Локи смеется. Он благодарен за этот разговор, и благодарен еще больше, когда Старк меняет тему. — К нам двигается ходячая катастрофа. Паркер выходит на балкон, прижимая телефон к уху, пытаясь докричаться до собеседника. — Мэй или Мэри-Джейн? — Спрашивает Тони. Они смотрят на то, как Питер отчаянно машет в воздухе руками. — Мэй. — говорит Локи. Он много раз видел, как Паркер разговаривает с тетей. — Когда он говорит с девушкой, он скорее пытается выдрать из себя клок волос. А сейчас просто мнет рубашку. Я немного удивлен, что он здесь, хотя он мне нравится. — Да, парень весьма хорош. Талантливый и с большим сердцем, таких все любят. Я сам не заметил, как он быстро вписался. Будто в подтверждении слов Тони, компания дружно помахала Питеру, на что он ответил смущенной улыбкой и неловким взмахом руки, не прекращая говорить по телефону. — Я взял его под крыло, и теперь он мне как сын. Он рассказывал про твои эксперименты в театре. Могу предположить, что ты к нему тоже неравнодушен, раз проявляешь такую заботу. Локи попытался найти подвох в словах Старка, но там не было и намека на сарказм. — Удивлен, что он рассказывает тебе о театре. — Кажется, он тобой восхищается, но не твоими методами. Женская роль — весьма интересный способ, но мальчику нужна уверенность в себе. И Лафейсон чувствует себя как никогда понятым и наконец-то дарит Тони искреннюю улыбку. — Мои студенты обычно называют это издевательством. Тони открывает рот, чтобы многозначительно сказать, что цель оправдывает средства, но к ним подходит Бэннер. — Ну хватит уже тут шушукаться! — Он разбивает их компанию. — Локи, хочу сказать, что был очень впечатлен твоей игрой. Если захочешь потом пройтись по сценарию и пересмотреть какие-нибудь сцены, то я всегда в твоем распоряжении! — О, не превращайте это в культ Лафейсона, он быстро привыкает. — Закатывает глаза Наташа, когда присоединяется к ним. — Что? Она смеется, ловя взгляд полный огня. За ней присоединяются остальные. В конце концов, их находит Тор. Он останавливается ненадолго, чтобы понять, как получилось, что люди, которых ничего не объединяло, и которые ему искренне нравились, вдруг нашли друг друга в тесной компании. Он обходит их и протискивается к Локи. К счастью Лофта, Одинсон не обнимает и не трогает его, что было бы сейчас ужасно смущающим, хотя большая часть присутствующих, кроме разве что Роджерса, уже знала, что они связаны. Тор явно был в приподнятом настроении. Его глаза блестели, он еще не успел отойти от шока. Сейчас он был особенно красив — ошеломленный от восторга. До последнего момента он даже не думал, какой сюрприз его здесь ждет. — У тебя где-то десять минут, Златовласка. Официальная часть еще не окончена. — Но поздравления уже были. — пытается отвертеться Тор. — Боже, какая неблагодарность! Мы еще не поздравили тебя. Кроме того, как же торт? Когда все уходят обратно в зал, Локи и Тор остаются вдвоем. — Ты в порядке? — Интересуется Тор, заправляя темную прядь за ухо Локи. Его выражение лица меняется на смущенное, когда Лофт пытается разорвать их контакт, осторожно оглядываясь на толпу. — Нет. Конечно, нет, просто мы это даже не обсуждали. — Выпалил Локи. — Я понимаю. Как бы мы могли это обсудить, не испортив весь сюрприз? — Ты догадывался? — Только последние пару секунд. — Улыбается Тор. — Я мог бы ждать чего-то подобного, но не думал, что ты можешь быть замешан. Локи теребит кольца на пальцах, чтобы куда-то деть нервозность. — Я не замешан. Я просто привел тебя. — Говорит он с привкусом грусти на языке. Он мог бы, но не стал бы делать это для кого-то. Даже ради Тора. И в мире не было людей, кто мог бы сделать что-то подобное для него. Что-то внутри вдруг царапнуло его сердце. Какое-то старое, подавленное чувство, от которого он так долго убегал, было поразительно знакомым и жутким. Перед его взглядом мелькнул сплетающийся в темноте клубок змей. Их трущиеся шкуры звучали, как лязг ржавого металла. Он завидовал Тору. Он ревновал его. Он ненавидел зависеть от него. Он ненавидел себя, за то, что чувствовал все это. Локи выкинул жуткий образ из головы и посмотрел в обеспокоенные глаза Тора, чтобы прийти в себя. — Ты уверен, что в порядке? И Локи надевает на лицо улыбку. — Я в порядке, Тор. Кажется, тебя ждут внутри.

***

Он сам отравил своей вечер. Здесь было слишком громко, слишком много людей, чтобы поговорить с Наташей наедине. Он почти нашел возможность, но, когда он шел к ней, Клинт пригласил ее на медленный танец, и Локи изменил свою траекторию к бару, чтобы не мешать паре. Он не собирался пить, поэтому разозлился еще больше, почувствовав себя глупо, когда он заказал воду со льдом. Он не мог поговорить с Тором наедине, потому что Одинсон, как центр праздника, был востребован каждым в этом зале. Сейчас он стоял у бара с людьми, которых Локи не знал и смеялся над чем-то. Красивый, прекрасный, легкий и солнечный Тор. Как просто для него было заставить всех вокруг обожать его. Локи мог бы подойти. Мог бы коснуться его так, что Тор бы обнял его прямо перед всеми этими людьми, показывая, кого тут он на самом деле хочет видеть рядом с собой. Локи встряхнул головой и огляделся в поиске знакомых лиц, но все были либо заняты приватным разговором, либо танцевали, и Локи предпочел снова сбежать на балкон, чтобы побыть в одиночестве и постараться прогнать ненужные мысли. — Локи Лафейсон? Очаровательная брюнетка в сопровождении трех молодых людей улыбается ему вежливой улыбкой. Ее лицо он где-то видел, но не может вспомнить где именно. Он видел, как эта компания болтала с Тором. «О, как официально» — С кем имею честь говорить? — Отвечает он в той же манере. — Меня зовут Фандрал. — Блондин трясет его руку и показывает на двух молодых людей чуть позади себя. — Это Вольштагг и Хогун. А это… — Я и сама могу представиться! — Раздраженно говорит девушка, толкая Фандрала локтем. — Я — Сиф. Локи здоровается с каждым из них и делает легкий жест, указывая на места вокруг него, куда они могли бы присесть. — Друзья Тора? — Мы с ним учились. Все детство вместе и все такое. — Говорит брюнетка, и ее улыбка смягчается. — Тор так много рассказывал о тебе, мы просто хотели познакомиться. Локи подавляет растущее чувство гнева внутри себя и призывает свои актерские навыки. — О, очень любопытно. И что же Тор рассказал обо мне? Его улыбка может быть очаровательной, если он захочет. И в разговор включается Хогун. — О тебе он, кажется, может говорить бесконечно. Тор всегда окружает себя хорошими людьми. Если это задумывалось, как комплимент, то Локи еле сдерживается, чтобы закатить глаза. — У нас было мало времени пообщаться сегодня, — Добавляет Вольштагг. — но он рассказал, что ты будешь сниматься в картине Стрэнджа! Это чертовски круто, парень! — И уже вторая работа у Старка! — Добавляет Фандрал с восторгом в голосе. — Тор высоко отзывается о твоих талантах, но это и не удивительно. Его всегда притягивали творческие личности. — Да уж, Тор любит талантливых ребят. — Подмигивает Хогун. — О? Неужели? — Улыбается Локи, закипая от гнева и ревности. Тор снова решил все за него. Он забрасывает наживку. — На самом деле я еще не принял окончательное решение. И на их лицах удивление. — Может мы неправильно поняли? Тор говорил так, будто все уже решено. В любом случае, если ты отказываешься от такой работы, то наверняка в пользу чего-то более грандиозного. Не поделишься? Обещаем, мы — могила! Сиф и троица синхронно отрепетированным жестом проводят вдоль линии рта, будто закрывают рот на молнию. Они хорошо спелись. Локи заставляет себя быть вежливым. Ребята не сделали ему ничего плохого и просто пытаются наладить контакт. — Мы обсуждаем финансовый вопрос. — Локи заговорщицки улыбается. — Ох, прошу меня простить, я обещал танец своей подруге. Думаю, она убьет меня, если я оставлю ее одну. Под одобряющими возгласами, он уходит в зал и скрывается в туалете, чтобы, склонившись над раковиной, успокоить бешеное сердцебиение.

***

До конца вечера Локи всеми возможными способами избегает Тора под самыми разными предлогами. Он делает вид, что развлекается, но чувствует его беспокойство. Он отказывается от танца, но им приходится обменяться коротким разговором, когда Тор ловит его в углу у бара. — С тобой все хорошо? — Один вопрос на весь день. Локи был бы скотиной, если бы позволил клубку своих змей испортить день Тору. Он почти физически чувствует, как из него пытается пробиться желчь. Но Локи и правда хороший актер. — Прости, я просто немного странно себя чувствую. Может легкое отравление или что-то вроде того. Но я уже в порядке. — Я отвезу тебя домой. — Говорит Тор безапелляционно. — Нет, все в порядке, Тор, правда. — Я просто немного побуду на воздухе. Завтра выходной, мы никуда не торопимся, отдыхай. Я просто не готов веселиться… активно. Тор ищет Наташу, и, несмотря на протесты Локи, что-то быстро шепчет ей на ухо. Нат смотрит на Локи с беспокойством, быстро отвечает Тору и берет Лофта под руку. Когда они остаются под ночным небом одни, Наташа хмурится. — Что ты замышляешь? Локи не готов играть с ней в игры. — Я просто жду конца вечера, чтобы прийти домой и выспаться. Я совсем не настроен вести светские беседы. — Тору было бы приятно, если бы ты уделил ему чуть больше времени. Наверняка, он жаждет твоей компании. — Да, компании своей ручной собачки, которая будет послушно выполнять любые команды. Романова отшатнулась от него, а потом быстро приблизилась к его лицу. — Да что с тобой такое? Я думала, ты повзрослел! — Этот разговор окончен. — Нет, Локи, он вовсе не окончен, он только начался. Но Локи уже махал рукой Клинту и Роджерсу, приглашая их присоединиться. — Не думай, что это спасет тебя. — Говорит Нат, натягивая на лицо дружелюбную улыбку.

***

Они возвращались домой на такси. Было почти четыре утра, и было темно. Локи смотрел в окно, игнорируя руку Тора на своей ладони. Что-то внутри него разрывалось, и он ждал момента, чтобы ворваться домой и начать кричать и крушить, когда Тор обязательно спросит, что же не так или в порядке ли он. Но Локи ужасно устал чувствовать это внутри себя. Это же отчаяние он испытывал, когда ездил в Осло, чтобы навестить отца. Тогда ему понадобились месяцы упорной, работы, чтобы почувствовать уверенность, самоуважение и любовь к себе. Он наконец понял, что не должен никому ничего доказывать, и это привело в мир его чувства. А потом в его жизнь пришел Одинсон. И инстинкты Локи кричали, что он обязан показать ему, что может справиться со своими проблемами сам. Что только в этом случае они смогут быть равными в этих отношениях. Тор принял его пальто. Локи вздрогнул, когда Тор мягко нажал на него, чтобы посадить на небольшой пуфик в коридоре и опустился перед ним, чтобы распутать замысловатую шнуровку на ботинках. Тор ничего не говорил с их последнего диалога, видимо, чувствуя, что это может привести к грандиозному конфликту, и, судя по всему, не хотел его провоцировать. Он встал и с молчаливой улыбкой протянул Локи руку. Лафейсон фыркнул, показывая свое пренебрежение, но Тор даже не шелохнулся. И когда Локи устало поднял глаза, он встретил бесконечный поток обожания и похоти. Тор не был пьян, но трезвым его тоже нельзя было назвать. — Я обещал, что сниму с тебя этот костюм. — Голос Тора грудной и низкий расколол тишину, и Локи захотелось истерично рассмеяться. Перед глазами промелькнул клубок змей. Он был в ярости, готовый к конфликту и ссорам. Эти чувства никуда не делись, став еще ярче. Но к ним вдруг примешалось неожиданное болезненное возбуждение. И Локи принял его руку и пошел за Тором. Они остановились у кровати, когда Тор приблизил к нему свое лицо для поцелуя, но тут же вздрогнул и взвыл, почувствовав болезненный укус на губе. Он уставился на Локи и провел рукой по лицу, с удивлением заметив, что на его руке осталась кровь. — Локи… — Просипел он. И Лофт сильно пихнул его в грудь так, что Тор приземлился на кровать. Еще бы чуть- чуть, и его голова ударилась о стену. Локи взобрался на его бедра и сел сверху, замерев в ожидании. Тор криво усмехнулся и расстегнул пуговицу на его пиджаке, повел руками по ребрам в белой рубашке, поднялся вверх к рукавам, чтобы снять пиджак. Его руки нашли галстук и расслабили узел, чтобы можно было освободить Локи от рубашки. Все это время Локи не двигался и не пытался помочь. Он ждал, глядя в синие глаза Тора. В какой-то момент это стало пугающе. Тор потянул за ремень и расстегнул пуговицу на его брюках. — Ты выглядишь чертовски потрясающе, ты знаешь? Локи ничего не ответил, и Тор потянул за галстук, оставшийся на его голом торсе, чтобы наклонить Локи к своим губам. Он мягко проник в его рот языком и когда был уже готов застонать от облегчения и тепла, Локи больно укусил его еще раз. — Ау! За что? — Наконец, он поймал отсутствующий взгляд Локи. –Ты… в порядке? Мы можем отложить это, если ты… — Ах, мы можем отложить? Действительно? Тор сглотнул застрявший в глотке ком. — Локи… — Нет, Тор! — Локи вдруг ожил, его взгляд вернулся. — Мы покончим с этим сейчас. Он вскочил, чтобы стянуть остатки одежды, и стоял голым перед лежащим перед ним и полностью одетым Тором. Локи подполз к нему, чтобы расстегнуть брюки. Его пальцы двигались быстро и ловко, и Локи издал униженный, горестный скулеж, когда член Тора в его руках оказался не готов. Тор выглядел растерянным. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать и потянулся рукой к щеке Локи. — Я в порядке, Тор, боги! — Он грубо отпихнул его руку от лица. — Просто давай уже наконец сделаем это, как хочется. Локи сжал руку на его промежности, но желаемого результата это не принесло. Локи выругался, а потом выпрямился на бедрах Тора, призывно выгнув спину, обнажив плоский и тугой живот, напряженную грудь. — Давай же, малыш, я знаю, чего ты хочешь. Он наклонился и лизнул Тора в ухо. Его пальцы сцепились на рубашке и рванули в разные стороны, обнажая тело Тора. Холодные пальцы посылали колонны мурашек по его торсу, а потом остановились на сосках и сильно сжали их. Тор вздрогнул всем телом. Задницей Локи почувствовал его напряжение и самодовольно улыбнулся. — Я знал, что тебе нравится жесткость. — Прошипел Локи и тут же наклонился, и впился зубами в его плечо. Тор взвыл от ярости и возбуждения и с силой прижал хрупкое тело к себе. Локи лизнул ушную раковину и оставил на ней очередной сильный укус. Но когда он попытался опуститься на Тора, тот остановил его. — Нам нужна смазка… — Не жалей меня. — Оскалился Локи. Я тебя не буду. — И он впился клыками в грудь Тора чуть выше его правого соска. И Тор заревел от боли и похоти, переполнившей его, и одним ударом резко вошел в дрожащее тело. — Черт! Локи! Его встретил потемневший, гневный взгляд и шепот. — Продолжай. Тор едва двинул бедрами, и комнату наполнил болезненный всхлип. Когда Тор в нерешительности застыл, Локи наклонился совсем близко к его лицу. — Я сказал, продолжай. — Прошипел он тихо и угрожающе. Но Тор не слушал, его взгляд был шокирован, он с ужасом смотрел на красивое и измученное лицо, не понимая, что ему сделать, чтобы Локи стало легче. И Локи начал двигаться сам. Он выл, и это явно были не звуки наслаждения. Его рука проскользила по груди Тора и сжалась на его шее. Локи душил его, а второй рукой впился когтями в его ребра. Колени больно сжимали бока Тора, с каждым движением будто стараясь ударить его. — Локи… — Произнес Тор. Локи скакал на нем быстро и отчаянно, по его виску текли капли пота. Тор больше не чувствовал возбуждения. — Хватит! — Просипел он. Рука на его горле сжалась сильнее, почти не позволяя ему дышать. — Локи, остановись! И когда Тор сомкнул на нем руки, чтобы сбросить с себя, Локи наклонился и погрузил зубы глубоко в его шею. Тор вскрикнул. Его голос — властный и командный, эхом разнесся по комнате. — СТОП!!! Локи испуганно вздрогнул и отстранился. Внизу у него все горело и ныло от боли и неполученной разрядки. Он почувствовал медный привкус на своих губах и поднял глаза. Тор полусидел, тяжело дыша. Его торс покрывали синяки. Рукой он зажимал укус, и по его шее и груди текла кровь. Но самым поражающим был его взгляд — испуганный, искренний и очень-очень синий. — Боги, Ло… Я сделал тебе больно? Локи согнулся пополам и зарыдал.

***

Они не говорили об этом. Впрочем, как и о многих других вещах. Все что сказал Локи — «Видимо, последствия нервного срыва. Извини, мне ужасно жаль, что я сделал тебе больно». И Тор знал, что Локи врет. Что-то ускользало из его рук. Тор пытался быть внимательным к потребностям Локи, нежным к его телу, но Локи, казалось, совершенно охладел к любой привязанности. Выражения его чувств были формальными — поцелуй при встрече, объятия при расставании. Когда Локи возвращался в квартиру раньше Тора, он готовил ужин. Они больше не ходили на выставки и концерты. Когда Тор купил билеты в кино, Локи сослался на мигрень, чтобы пролежать весь вечер под одеялом с телефоном в руках. Локи не хотел говорить об отношениях или быстро соглашался с аргументами Тора, когда он пытался говорить сам. Тор пытался дать Локи больше места, но чувствуя постоянную вину и отчаяние, топил Локи в заботе. Если раньше он бы наткнулся на стену огня, то теперь Локи возвращал формальные «спасибо». С того момента Тор не трогал его, но спустя неделю, как-то ночью Локи прижался к нему своим гибким, горячим телом. Неделя без него, без его любви и губ была адом. И в тот момент это снова был Локи, которого так сильно любил Тор. Локи умолял его разделить близость, заверяя, что все в порядке. Его глаза были чистыми и искренними. Это была ночь, наполненная трепетом, любовью и ласками. Все для того, чтобы утром Тор нашел Локи еще более сломленным и подавленным. Иногда ночью Тор слышал задушенные всхлипы с другой стороны кровати. Это уничтожило сердце Тора. С его дня рождения прошло три недели. В воскресенье Локи попросил отвезти его в офис Стрэнджа, чтобы подписать контракт. С тех пор все разваливалось. Тор искал любой повод вытащить Локи из дома, Тор готовил для него, варил кофе, сидел у его ног, расчесывал темные волосы, пока Локи читал. И за каждым маленьким жестом был лишь покорный вздох Локи и тихое «спасибо». — Чего бы тебе хотелось прямо сейчас? — Тор смотрит ему в глаза. — Спать, я думаю. — Говорит Локи, хотя на часах только восемь вечера. — Хочешь, наплюем на работу и снова поедем к океану? — Ох, не будь смешным, Тор. Прости, я хочу в душ. Его репетиции в театре стали еще более продолжительными, а ученики на своей шкуре почувствовали изменение в настроении их наставника. Домой Локи добирался на метро. Съемки у Стивена должны были начаться через месяц. За неделю до начала Локи получил свой аванс, который почти целиком ушел на погашение его долгов. Локи много спал, мало ел, постоянно репетировал и почти не появлялся дома. — Может снимем квартиру побольше? — Предложил Тор однажды. — Не стоит. В день, когда он впервые попал на съемочную площадку к Стрэнджу, Локи был окрылен. Он был почти собой. Он позволил Тору встретить его после рабочего дня, чтобы поужинать вместе, как они делали раньше. Когда он рассказывал про съемки, его глаза блестели от восторга, но тут же тухли, стоило разговору уйти в другой русло. И Тор очень-очень сильно скучал. Возможно, Локи нужен был хороший психотерапевт, но даже мысль о том, чтобы сказать это ему, пугала Тора до ужаса. Он встретился в баре с Наташей, но она была в такой же растерянности, сказав лишь, что видит это впервые и не знает, что делать. Локи работал. Много и постоянно. Он отдался роли полностью. Спустя месяц после начала съемок, Тор позвонил Брюсу, а потом Стрэнджу, чтобы узнать, что происходит днем, но они заверили Тора, что все в полном порядке и Локи отлично справляется. Локи, конечно, не мог не узнать об этом. Впервые за долгие дни стена его апатии рухнула, и он кричал на Тора, бросал в него подушки, а потом и свой телефон, который едва не попал Тору в висок. «Перестань контролировать мою жизнь!» «Разве ты не видишь, что ты не в порядке? Я просто чертовски волнуюсь за тебя!» Этот разговор ничего не решил. Локи скрылся в ванной почти до утра, ожидая пока Тор уснет. Утром он ускользнул прежде, чем Тор проснулся. Кроме Наташи, у Локи не было никого, кого можно было бы просить о помощи. Предвидя реакцию Локи на обращение к их общим знакомым, Тор не рискнул поднимать с ними эту тему. Локи начал врать. Он всегда что-то скрывал, но теперь его ложь становилась совсем беспочвенной и удивительной. «Я ехал на метро» Это значит, Локи шел домой пешком. «Сегодня отличный день, я чувствую себя прекрасно» Это значит, что Локи может кого-нибудь прикончить. «Я обожаю этот фильм» Это значит, что Локи не хочет разговаривать и пытается перевести тему, когда Тор спрашивает, где бы он хотел поужинать. К концу месяца Тор чувствует, что ему самому нужен психотерапевт. — Чувак, ты выглядишь просто ужасно! — Говорит Сиф, глядя на друга. — Новая диета? Да. Она называется «Отсутствие Локи». Наташа меняет свое расписание, чтобы встретиться с Локи, который начал избегать ее. Он выглядит испуганно, когда они встречаются. И она, сама не понимая как, заставляет его пойти вместе в бар. «Ты делаешь какое-то полное дерьмо!». Вместо этого, Наташа говорит. — Я очень волнуюсь за тебя. Если бы я плохо тебя знала, подумала бы, что ты на что-то подсел. Локи смеется. — Все хорошо, Нат! Не беспокойся. Я просто поменял расписание, чтобы успевать на съемки. Черт, это занимает гораздо больше времени, чем я думал! Кстати, там есть одна девушка — Брунгильда, это реальное имя, кстати. Она бы тебе ужасно понравилась, я бы хотел вас как-нибудь познакомить. Кстати, я получил вторую часть аванса! Боже, у меня никогда не было столько денег! «Что, черт подери, с тобой происходит?». Наташа говорит. — У тебя остается свободное время? Как ты отдыхаешь? — Не особо много, на самом деле. — Локи пьет кислотно-синий лимонад. — Но мне нравится. — Говорит он. — наконец-то можно расправить крылья. — Ты всегда мог. Тебе их никто не подрезал. И Локи хмурится на этот раз. Он так совсем не считает. — Давай не будем. — Хорошо. Давай поговорим о Торе. — Ох, черт возьми, Тор! — Я волнуюсь за него. Ты специально это с ним делаешь? — Что я делаю? — Невинно поднимает брови Локи, засасывая лимонад через трубочку. — Прекрати. Он же с ума сходит! — И я сходил с ума! Это довольно сложно, когда что-то не дает тебе быть хозяином собственной жизни, не так ли? — Локи, не будь смешным! Он обожает тебя. — Из-за того, что я в это верю, я все еще с ним. Локи швыряет на стол мятую пятерку, подхватывает свою сумку и уходит.

***

Когда звонит отец Тора, Локи в душе. Тор занят на кухне, чтобы приготовить для них ужин. Его руки мокрые и заняты ножом. Поэтому пока он один, он ставит телефон на громкую связь. — Здравствуй, папа. — Здравствуй, Тор. Давно не слышал тебя. Как твои дела? Родители всегда чувствуют, когда Тор не в порядке. — Все нормально. — Говорит Тор, не зная, что сказать еще, поэтому уходит в мелкие бытовые подробности. — Сын, ты понимаешь, что ведешь себя несерьезно? Один любит резко менять тему. Тор не понимает. — Ты швыряешь деньгами, занимаешься какой-то ерундой. Ты — мой сын, носитель моей фамилии и мой приемник. Я дал тебе достаточно поддержки и ресурсов, чтобы ты сделал что-то стоящее. Так почему я все еще не вижу результатов твоей работы? Этот разговор проходил много раз. — Авторское кино — очень особенная ниша. — Говорит Тор. — По-моему вместо того, чтобы заняться делом, ты целыми днями развлекаешься. Ясно, отец видел то фото в газете с его дня рождения. И утрирует, как всегда. — Мне надоело видеть фотографии, где ты в обнимку с очередным мальчишкой. Ты отдаешь им роли и места в компании, манипулируя своим и моим именем. Ты думаешь я не знаю, что полгода назад ты купил машину и она не зарегистрирована на тебя, Тор? Я уже потерял счет твоим лю… Тор хватает трубку, чтобы притянуть ее к уху. Локи проходит мимо, завернувшись в белоснежное полотенце. Он задумчиво напевает. — Отец, не говори глупостей! Да! ДА, для моего секретаря. Что? Ты знаешь Элвина и ему шестьдесят пять лет! Да… Нет, не для него… Нет. У него есть свой счет. Тор успокаивает голос. — Ты можешь, если хочешь. Блокируй, это твои деньги, я не претендую на них. Я все равно вас люблю. Да, давай маму… Он молчит, жадно наблюдая краем глаза, как мелькает голое тело Локи, когда он натягивает боксеры. — Привет, мам… Знаю, что несерьезно. Да, я понимаю… Хорошо, спасибо. Поговори лучше завтра, когда он успокоится… Я тоже вас люблю. Он кладет трубку, чтобы сказать Локи, что ужин почти готов. Слова застревают у него на языке, потому что Локи уже с головой забрался под одеяло и делал вид, что уснул.

***

Тор не слышал, как Локи ушел. Он собрал вещи тихо. Убедившись, что он один, Тор чуть не задохнулся от панического ужаса в свой груди. На ватных, негнущихся ногах он еще раз обошел квартиру, чтобы убедиться, что здесь нет и следа Локи. Это все была какая-то ужасная, нелепая ошибка. В коридоре, под зеркалом лежал второй комплект ключей, который он сделал для Локи. Лофт не снял маленький брелок в форме буквы «L». Там же лежало серебряное кольцо в виде змеи — подарок Тора. Под этим всем были чек и записка, которая могла бы стать хоть каким-то объяснением, почему он ушел. Аккуратный почерк Локи перечислял список расходов за их совместную жизнь, включая еду, аренду квартиры, за которую Тор заплатил, ужины, билеты на выставки… Все было щедро округлено в верхнюю сторону. Две тысячи долларов в конце списка были цинично помечены как «дополнительные и неучтенные расходы». Локи не должен был ему ни цента. И это было все. Ни имени Тора, ни имени Локи. Никаких слов, только канцелярская точность. Это было так отчаянно больно, что Тор забыл, как дышать. Он медленно вернулся в комнату и рухнул на кровать. Его ноздри защекотал знакомый и сладкий запах. Тор уткнулся лицом в подушку Локи — единственный живой след его пребывания здесь, и больше не сдерживал слез.