Осколки снов

Не кладите в утренний кофе вчерашних воспоминаний.

Добавьте в него сахар радостных надежд.

      Дни сменяли друг друга с неумолимостью падающих листьев. К началу ноября парк Академии полыхнул последней желтизной, а затем и вовсе облетел, обнажив чёрные ветви. В одну из ночей, когда дыхание осени окончательно стихло, выпал первый снег - тихий, торжественный, укрывший землю белой манжетой.       Мой распорядок сложился сам собой, точно пазл, в котором каждая деталь нашла своё место. Будни были посвящены учёбе и бесконечным домашним заданиям. Один свободный вечер в неделю я проводила с Ишваном - чинно прогуливаясь по городу, потягивая горячий шоколад и ведя неторопливые, ни к чему не обязывающие беседы. Следующий вечер был отдан отработке заклинаний и тренировкам по спаррингу с парнями в доме Тиану - там, где за высокими тёмными воротами можно было не опасаться лишних глаз.        Впрочем, случались и забавные - а порой и досадные - моменты. Однажды, когда я сосредоточенно отрабатывала пару новых заклинаний для поединков, меня неожиданно отвлёк Шон. Ну и… сработал рефлекс. Я не виновата! Заклинание само соскочило!       - "Ты серьёзно? - простонала Серена, наблюдая за последствиями. - Ты его… причесала? Заклинанием?"       - "Я не специально! Он подкрался со спины. Кто вообще так делает во время тренировки?!"        - "Тот, кто хочет внимания. И он его получил. Теперь у него причёска мечты. Сомнительной, но мечты".       Я разработала чары, позволявшие человеку выглядеть как кузен Оно из Аддамсов - то есть обрастать густой, длинной шевелюрой в мгновение ока. Более лёгкая вариация этого заклинания просто отращивала волосы до любой желаемой длины. Вот этим-то вторым вариантом я и "приголубила" не вовремя подвернувшегося мага.       Теперь обросший Шон, потрясая сжатой в кулаке копной нечёсаных волос, метался по тренировочной площадке и негодующе кричал:        - Что это?! И почему я не могу это отменить?!       - "Скажи ему, что это модно, - предложила Серена. - В некоторых культурах длинные волосы - признак мудрости. Пусть порадуется".       Я задумчиво рассматривала результат, склонив голову набок. Занятно. Странно, что заклинание прошло сквозь его щиты... хотя, если подумать... ничего удивительного: оно прошло именно потому, что не причиняло ровным счётом никакого вреда. Какой может быть вред от отросших волос? Разве что моральный.       - И не сможешь, - сообщила я невозмутимо. - Чтобы создать это чудо, мне пришлось выведать кое-какие секреты у эльфов из Алла'тели, обменять наработки… И да, кстати: тебе придётся пару дней питаться поплотнее. Питательные вещества израсходовались. Но ничего страшного.        - Убери их! - маг был явно не в восторге.       - Зачем? - я прищурилась, с трудом сдерживая улыбку. - По-моему, тебе идёт. Ты стал похож на эльфийского барда. Немного мрачного, но барда. Не хватает только лютни.        - Что?! - он уставился на меня с таким ужасом, будто я предложила ему надеть бальное платье и станцевать менуэт.       - Длинные волосы, - пояснила я, обходя его по кругу и делая вид, что оцениваю. - Они тебя… смягчают. Делают менее похожим на вечно голодного ворона. Теперь ты - ворон с шикарной гривой. Это прогресс.       - Я не похож на голодного ворона!       - Похож. Особенно когда забываешь поесть трое суток подряд. Кстати, ты когда в последний раз нормально ужинал?       - Я не… - он осёкся. - Откуда ты знаешь?       - Тиану рассказал, - я пожала плечами. - Он беспокоится. Сказал, что ты опять кормишь себя формулами и забываешь про еду.       Шон помолчал, запустив пальцы в спутанные пряди - и тут же запутавшись в них ещё больше. Выглядело это одновременно комично и трагично.       - Как вы, женщины, с этим живёте? - пробормотал он с искренним недоумением, безуспешно пытаясь выпутать палец.        - Нормально, - я фыркнула. - Я предпочитаю длину до плеч. К тому же магия значительно облегчает жизнь. А ещё у нас есть расчёски. Слышал когда-нибудь о таком изобретении?        - Магия, - он закатил глаза. - Вот почему я стригусь коротко. Вы хоть представляете, сколько времени уходит на все эти ваши конские хвосты и косы? Я как-то подсчитал: если женщина тратит на причёску пятнадцать минут в день, за год набегает… в общем, много.       - Ты подсчитал? - я уставилась на него. - Ты провёл статистический анализ причёсок?       - Это было важно! Для понимания временных затрат!       - Представляю, - я усмехнулась. - Но, знаешь, иногда это того стоит.       - Чего стоит? - он подозрительно прищурился.        - Ну… - я сделала неопределённый жест. - Красота требует жертв. И расчёсок. И, возможно, твоего терпения.        - Красота, - он фыркнул. - Ты сейчас серьёзно?        - Абсолютно. И кстати, о красоте: я дам тебе полный набор формул, но при одном условии. Ты проживёшь один день в таком виде. После этого, если сам не разберёшься с отменой, я всё исправлю.       - Целый день?! - его голос сорвался в фальцет. - Ты хочешь, чтобы я ходил по Академии… вот так?! С этой… с этим… с гривой?!       - А что такого? - я пожала плечами. - Может, тебя кто-нибудь даже не узнает. Будешь загадочным незнакомцем с роскошной шевелюрой. Представь: заходишь в столовую, а все шепчутся: "кто этот таинственный красавец?" А ты такой: "я просто маг, который случайно отрастил волосы". Очень романтично.       - Ласка, - он посмотрел на меня с отчаянием, - ты жестока.       - Я практична, - поправила я. - Это хороший эксперимент. Ты же любишь эксперименты?        - Не над собой! Я предпочитаю ставить опыты на добровольцах. Или хотя бы на растениях.       - А зря. Иногда самые ценные открытия случаются, когда выходишь за пределы привычного. Например, за пределы своей зоны комфорта. Или за пределы своей привычной стрижки.       Он хотел что-то возразить, но осёкся. В его карих глазах промелькнуло странное выражение - что-то среднее между обидой и любопытством. И ещё что-то, похожее на восхищение. Хотя, возможно, мне показалось.       - Знаешь, - произнёс он медленно, - ты изменилась.       - В каком смысле? Отрастила волосы? Или стала ещё невыносимее?       - Раньше ты бы просто выкрутилась, не дала мне формул и сбежала. А теперь… ты разговариваешь. Споришь. Даже улыбаешься. И грозишь мне днём с длинными волосами.       - Тебя это пугает?       - Нет, - он с улыбкой покачал головой. - Мне это нравится.       - "О-о-о, - протянула Серена. - Он сказал "мне это нравится". Не "эксперимент удался", не "любопытный результат". А "мне это нравится". Ты записываешь?"       - "Заткнись".       - "Не заткнусь. Он только что признался, что ему нравится, когда ты с ним споришь. Это практически предложение руки и сердца".        Я не нашлась с ответом и поспешно сунула ему в руки свёрток с запасной одеждой.       - Держи. И подумай над моим предложением. Один день. Это не так уж много. Зато сколько новых данных для анализа.       С этими словами я быстро покинула тренировочную площадку, оставив угрюмого мага задумчиво чесать в затылке, который, кстати, теперь был куда более живописным, чем раньше.       - "Ты ему нравишься", - ехидно заметила Серена.       - "Он просто оценил мою магическую работу. У него профессиональный интерес".       - "Конечно. Именно поэтому он смотрел на тебя так, будто ты - единственный человек во вселенной, который способен одновременно взбесить и восхитить его. По-моему, это диагноз".       - "Не начинай".       - "А что? Я просто констатирую факты. Ты ему нравишься, он тебе нравится. И ты только что подарила ему возможность провести целый день с длинными волосами. Это, знаешь ли, более интимный подарок, чем кажется".       - "Твои факты субъективны".       - "Мои факты - чистая правда, и ты это знаешь. Просто боишься признать. И, кстати, я бы на твоём месте подготовилась к мести. Ты ему волосы - он тебе что-нибудь не менее грандиозное. Помнишь озеро?"        Я не ответила. Но мысль засела.

***

      В общежитии меня ждал неприятный сюрприз - истерика Тиль. Сколько же их уже было на моей памяти? Эх… Кажется, я могла бы составить график: по понедельникам она рыдает из-за оценок, по средам - из-за очередного разбитого сердца, а по пятницам - просто потому, что неделя была длинной.        - Возьми платок, чудо природы! И лучше порадуйся, что отделалась легко и дёшево.        - Откуда тебе знать?! - взорвалась она наконец, швырнув подушку в стену с такой силой, что та отскочила и чуть не сбила с тумбочки мою кружку. - Тебя-то ни разу не предавали!        Я закусила губу. Да, это правда. Ни разу. Меня ненавидели, злились, ругали, проклинали, любили, целовали и мстили - но ни разу не предавали. Почему? Потому что люди предают только тех, кто им доверяет. Это самый непреложный закон жизни из всех, что я когда-либо знала. Попробуй предать того, кто тебе в принципе не верит. А я людям никогда не доверяла. Почти.        - Не предавали, - согласилась я спокойно. - Так ведь и я не любила. А значит - многое потеряла. Например, возможность швыряться подушками с таким искренним чувством.       - "Ты не доверяешь даже мне, - вставила Серена. - А я, между прочим, живу в твоей голове. Это ли не высшая степень паранойи?"       - "Тебе я доверяю. Когда ты не даёшь дурацких советов".       - "То есть почти никогда. Поняла".        От такого признания Тиль захлопала своими бездонными голубыми глазами.        - Как - не любила?       Я попыталась собрать разбегающиеся мысли в подобие стройного ответа:       - Чтобы полюбить, мне нужно очень и очень многое: доверие, уважение, дружба, взаимность… И я ещё не нашла ни одного человека, с которым у меня всё это было бы.        Тиль перестала всхлипывать и уставилась на меня с подозрением.       Я вздохнула и добавила:       - Дело в том, что я очень самодостаточна. Мне гораздо удобнее наедине с собой, чем с кем-то ещё. А чтобы делить со мной одиночество, нужно обладать слишком многим: умом, добротой, желанием понять меня и принять такой, какая я есть.       - "Видят боги, я пытаюсь быть тактичной".        - "У тебя не очень получается".        - На это немногие способны, - продолжила я вслух, не обращая внимания на внутренний голос. - А те, кто способен, могут найти себе кого-нибудь и получше меня...       - "Кого-нибудь, у кого серо-зеленые глаза и герцогский титул", - с горечью мысленно добавила я.       - Но тебя хоть кто-то любит! Тот же Ишван! А меня вообще никто-о-о-о! - провыла она, и слёзы хлынули с новой силой.       Я присела рядом и осторожно взяла её за руку.       - Тиль, ты красивая, умная, талантливая. Ты найдёшь того, кто будет тебя ценить. Но этот парень, из-за которого ты плачешь, - он тебя не достоин. Если он предал тебя, значит, он не тот человек. И вообще, судя по твоим предыдущим романам, у тебя отличный вкус на "не тех". Может, пора сменить критерии?        - Ты правда так думаешь? - она подняла на меня заплаканные глаза.       - Правда. Ты заслуживаешь кого-то, кто не будет вызывать у тебя желание швыряться подушками. Ну, разве что в шутку.       Она вдруг прищурилась, и в её глазах блеснул знакомый опасный огонёк - тот самый, что предвещал смену темы на мою персону.       - А ты? Ты сама-то веришь в то, что говоришь? Про любовь и доверие?       - Я… пытаюсь. Где-то на полпути между "это всё сложно" и "может, завтра".        - Ладно, - Тиль вытерла слёзы и вдруг стала удивительно серьёзной. - Знаешь, а ведь я тебе завидую. Ты умеешь быть одна, а я не умею. Мне всё время нужен кто-то рядом. Даже если этот кто-то - полный дурак.       - Ты научишься. Одиночество - это не наказание. Иногда это свобода.       - Свобода от чего?        - От необходимости притворяться. От страха быть брошенной. От боли, которую причиняют те, кому ты доверилась.       - Но ты же сама сказала, что многое потеряла, не любя.        - Сказала. И это правда. Но, может быть, я просто ещё не встретила того, ради кого стоит рискнуть.       Тиль долго смотрела на меня, а потом неожиданно обняла.       - Ты странная, - прошептала она. - Но я рада, что ты моя подруга.       - Я тоже рада, - ответила я, обнимая её в ответ. - И если что, у меня ещё остались платки. И сарказм. Много сарказма.

***

      А утром меня ждали три вещи: контрольная по физике в Шарр'Риот у Аргхаррна, разбор учебных поединков на семинаре Льютерона и, наконец, защитная магия в Белой башне у тер Мидрана. Полный набор студенческих радостей, от которых хочется зарыться в снег и не вылезать до весны.       О последних двух я не беспокоилась, но вот задачи по физике, которые лорд Аргхаррн задавал с явным садистским наслаждением, вызывали у меня откровенный скрежет зубовный. Если не научусь просчитывать всё это - как буду открывать порталы? Теорию телепортации мы с Сереной вызубрили на совесть, но практика требовала холодного, безупречного расчёта - такого, от которого мозги сворачивались в узел и тихо просили пощады.       - "Может, просто попросим Шона открывать порталы за нас? - лениво предложила Серена. - У него же талант. И он всё равно вечно рядом".       - "Я не собираюсь зависеть от мага, который однажды забудет координаты и телепортирует меня в чужую ванну. Представь заголовки: "студентка-дракон обнаружена в душе ректора".       - "Зато весело. И ректор, говорят, ценит инициативу".       - "Угу. И после такой… инициативы… вся Академия будет считать меня его любовницей".       К счастью, физика закончилась без жертв, и к началу семинара Льютерона я успела более-менее прийти в себя. Лорд Льютерон склонил голову набок и окинул долгим, оценивающим взглядом нашу унылую шеренгу, выстроенную на полигоне. Он хмыкнул, пригладил волосы и покосился на Шона, который с невозмутимым видом восседал на заборе с книгой в руках.       - "А этот что здесь делает?" - промелькнула у меня мысль. Впрочем, пусть сидит. Его новый образ - это нечто! Длинные тёмные пряди были заплетены в сложный эльфийский колосок, открывавший лицо и придававший магу совершенно непривычный, чуть хищный вид. Интересно, сколько времени Тиану потратил на это произведение искусства и сколько проклятий выслушал от клиента?       - "Я думала, он снимет заклинание в тот же вечер. Неужели решил проходить так всё это время из чистого упрямства? Или?.."       - "Похоже, он не смог. И теперь похож на тёмного эльфа, который по ошибке записался в маги, - прокомментировала Серена. - Ему не хватает только лука и трагической баллады".        - "Тиану, кажется, решил, что если Шон не может контролировать свои волосы, то он сделает это за него. Контрольный пучок. Очень дисциплинирует".       Лорд, убедившись, что все готовы, начал без лишних предисловий:        - Итак, приступим. Кто желает участвовать в поединках - шаг вперёд. Кто не хочет - будет сдавать экзамен в конце декабря.       Шеренга качнулась. Все знали: во время учебных поединков если и покалечат, то несерьёзно, - так почему бы не рискнуть? Лишь несколько человек остались на месте, видимо, предпочитая экзамен перспективе остаться без конечностей, пусть даже и временно.       Лорд прошёл вдоль строя, задумчиво вздохнул, глядя на меня, мечтательно уставившуюся в облака, и ткнул пальцем в четверых:       - Вы, вы, вы и вы не допущены по результатам контрольных и практических занятий.       - "Повезло, - заметила Серена. - Меньше шансов получить ледышкой в лоб".       - "Я как раз хотела получить ледышкой в лоб. Для разнообразия".       Осталось восемнадцать человек. Льютерон разделил нас на две группы, внутри каждой противники определялись по жребию. Три победы - и ты в следующем раунде, две - выбываешь.       Первые спарринги не впечатляли: противники, замершие на расстоянии сорока локтей друг от друга, лениво швырялись стандартными огненными шарами и ледяными глыбами. Кто первый попал - тот и молодец. Драматургия турнира оставляла желать лучшего.       - Амари, твоя очередь, - подозвал меня Льютерон.       - Вы же знаете мои способности, - вздохнула я.        Да, - согласился он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на азарт. - И поэтому я с полной уверенностью могу сказать: ты победишь, если приложишь все усилия. Сила не так важна. Важно то, что у тебя здесь, - и он легонько постучал костяшками пальцев по моей макушке.       Звук получился на удивление глухим. Не знаю, хорошо это или плохо. Возможно, у меня там пустота. Или, наоборот, слишком много мыслей, которые создают помехи.       - Тогда дело точно плохо, - вполголоса заметил стоявший рядом Дэрек.       Я возмущённо зыркнула на него - мог бы и промолчать! Или хотя бы сделать вид, что задумался.       - Не слушай его, - неожиданно подал голос Шон с забора. - Он просто завидует.       - Чему? - хором спросили мы с Дэреком.       - Тому, что у тебя мозги работают быстрее, чем у него язык, - невозмутимо ответил маг и перевернул страницу. - А это, согласись, редкое преимущество в бою.       Дэрек поперхнулся и стал подбирать достойный ответ. Не подобрал. Я невольно улыбнулась.       - "Он только что защитил тебя и оскорбил Дэрека в одном предложении, - заметила Серена. - Мастер. Я восхищена".       - "Он не оскорбил, он констатировал. Это разные вещи".       - "Конечно. Именно поэтому Дэрек сейчас красный, как свёкла".       Моим первым противником оказался худощавый, жилистый парень - не отличник, но голова у него работала. Значит, стоило ожидать подвоха. Или хотя бы попытки его изобразить. Льютерон махнул рукой, давая отмашку.       Я решила первым делом отвлечь внимание: создала целую россыпь иллюзорных ледяных глыб, несущихся на противника. Морок требует куда меньше сил, чем настоящий снаряд, а выглядит неотличимо. Парень дрогнул, заметался, пытаясь отследить траектории, - и в этот момент я влепила ему самую настоящую, ощутимую ледышку. Прямо в плечо. Просто и без малейшего изящества. Как кузнечным молотом по мухе.       - "Ты его развела, как ребёнка, - прокомментировала Серена. - Ему, наверное, сейчас стыдно".       - "Зато эффективно. И без жертв. Почти".       Я вопросительно оглянулась на лорда Льютерона - ну как? Тот коротко кивнул, пряча усмешку. Помахав ошарашенному, отряхивающемуся от снежной крошки противнику, я направилась к забору, где сидел Шон.       - Привет, - бросила я, переводя дыхание.        Он кивнул, не отрываясь от книги. Всё такой же невыносимый.       - Неплохо начала, - заметил он.       - А ты, я смотрю, освоился, - с лёгкой иронией сказала я, многозначительно покосившись на его причёску. - Коса тебе к лицу. Тиану постарался на славу. Теперь ты выглядишь как эльфийский принц, который забрёл не в ту башню и по дороге потерял свиту.        - Спасибо, - буркнул он, не поднимая глаз. - Тиану сказал то же самое. По-моему, вы сговорились.       - Мы не сговаривались, - я усмехнулась. - Просто у нас хороший вкус. И он устал смотреть на твои вихры.       - Угу, - он наконец поднял голову. - А ещё у вас общая цель - превратить меня в посмешище.        - Не в посмешище, а в объект эстетического любования. Разница колоссальная.       Шон отложил книгу и посмотрел на меня так, будто впервые увидел.       - Ласка, ты говоришь это так, будто тебе всё равно. Но я же вижу - тебе не всё равно.       Я замерла. Ну вот, опять. Почему он всегда выбирает самый неподходящий момент для проницательности?       - О чём ты?       - Обо всём, - он не отводил взгляда.       Но договорить нам не дали - лорд Льютерон вмешался с начальственной интонацией:       - Леди, если вы не забыли, у нас занятие! Ваша очередь! Или, может, вы решили, что поединки теперь проходят в формате душевных бесед?       Я бросила на Шона быстрый взгляд и вернулась в строй. Его слова засели в голове, но сейчас нужно было сосредоточиться. Остаток занятия прошёл как в тумане: я победила ещё одного соперника, потом ещё, и неожиданно для себя стала последней, кто прошёл в финал. Лорд Льютерон коротко поздравил меня, и я изобразила полупоклон - правда, немного гротескно, обозначив юбку, которой на мне не было в помине, условными жестами. Финал назначили на среду, а пока можно было передохнуть и пообедать.        Когда шеренга рассыпалась, я вернулась к Шону, который досидел до конца занятий на своём заборе. Книга была закрыта, и он смотрел куда-то в сторону.       - Скучновато у вас, - сказал он вместо приветствия. - Давай обещанные заметки, и я пойду. Мне ещё нужно кое-что проверить в лаборатории.       - "Скучновато, - мысленно фыркнула Серена. - А то, что ты чуть не проиграла, - это, по его мнению, скучно. Ему бы только формулы и порталы".       Я молча вытащила из сумки блокнот. Наши пальцы встретились, когда я передавала ему записи, и мы вдруг замерли, глядя в глаза друг другу. Сколько прошло времени? Секунда? Больше? Воздух между нами словно сгустился, и я забыла, что нужно дышать. И моргать. И вообще существовать.        - "Эй, мы обедать идём или вы так и будете пялиться друг на друга? - Серена сегодня явно была не в духе. - У меня уже желудок сводит".       Я резко очнулась и с трудом отвела взгляд. Сердце колотилось где-то в горле.        - Держи, - быстро впихнув блокнот магу, я буквально сбежала, не оглядываясь.       Шаги сами собой ускорились по дороге в столовую, а в голове крутился один вопрос: какого чёрта я так зависаю? Стоит ему посмотреть на меня - и всё, мозг отключается, как бракованный артефакт.       - "Это любовь, милочка!" - с готовностью отозвалась Серена, имитируя говор склочной деревенской бабульки.       - "Ну спасибо, утешила. Только этого мне и не хватало для полного счастья. Я ещё пожить хочу".       - "Мечтать не вредно - вредно не мечтать".       Спор я проиграла. В который раз? Уверена, что не в последний. В самом деле, кому под силу одержать верх над своим внутренним голосом - этим мудрым, беспредельно ехидным и по-настоящему понимающим тебя собеседником?

***

      Следующие несколько дней я не имела удовольствия общаться с Шоном. За те краткие мгновения, когда мы оказывались в пределах досягаемости друг друга, мне удавалось только кивнуть, а ему - ответить рассеянным взглядом. Впрочем, с моим заклинанием он справился сам, и коса исчезла - я в этом даже не сомневалась. Где он пропадал и по каким делам, для меня оставалось загадкой, но это не мешало мне ожидать очередного витка хаоса в личной жизни. В книге всё было бы проще, но книга - это книга, а здесь приходилось думать головой, чтобы не только развить магический потенциал, но и просто найти своё место под солнцем. А ещё - чтобы не свихнуться от ожидания.       С каждым шагом нога проваливалась в рыхлый снег почти по щиколотку. В Галарэн пришла настоящая зима: обжигающие холодом пушинки из перины хмурых небес перестали таять, и белый ковёр укрыл всё, до чего сумел дотянуться, - крыши, мостовые, голые ветви уснувших деревьев. Странно, что совсем нет ветра: снег падал строго сверху вниз. Медленно. Завораживающе. Непреклонно. Хороня под собой следы, которые я оставляла на дорожке. Рассвело совсем недавно, но сияние наступающего дня было надёжно спрятано за густыми прядями снегопада. Очень тихо. Очень спокойно.       Люблю такую погоду: и снег, и дождь равно помогают мне собраться с мыслями. А сейчас здравый смысл требовался как никогда - я шла на очередное свидание. И чем ближе подходила к месту встречи, тем громче становился внутренний голос, который, кажется, вообще не одобрял эту затею.        - "Ну и зачем мы тут? - поинтересовалась Серена. - Ты хоть помнишь, что ты говорила на прошлой неделе? "Завтра же с ним расстанусь".       - "Я передумала. Ещё один шанс. Может, сегодня всё будет иначе".        - "Конечно. Сегодня ты внезапно в него влюбишься, и все твои метания испарятся. Так бывает. В сказках".        Ишван ждал меня на углу, улыбаясь и кутаясь в шарф. Выглядел он, как всегда, безупречно - ни снежинки на воротнике, ни складочки на перчатках. Идеальный. До зубного скрежета. Наверное, у него был личный маг-погодник, который следил, чтобы ни одна снежинка не испортила образ.       - Ты, как всегда, вовремя, - сказал он, поднося мою руку к губам. - Я восхищаюсь твоей пунктуальностью.       - Привычка, - я пожала плечами. - В Академии за опоздания наказывают. Иногда буквально. Иногда - заклинанием. Очень мотивирует.       Мы двинулись по заснеженным улицам, и он, как обычно, развлекал меня историями. На этот раз - о своём путешествии в Тер-Шэррант и о том, как его чуть не сожрал дракон. Я слушала, кивала, смеялась в нужных местах - кажется, даже искренне. Но где-то через час поймала себя на мысли, что считаю снежинки на его шарфе. Сто двадцать три. Сто двадцать четыре.        - "О, это интересное занятие, - прокомментировала Серена. - Может, ещё сосчитаешь, сколько раз он скажет "ты красива"? Пока что два".       - "Не мешай. Я пытаюсь быть внимательной".        - "Ты пытаешься не уснуть на ходу. Это другое".       Через три часа мой энтузиазм окончательно подувял. Я уже не была уверена, что гулять по городу - это так замечательно, как мне казалось в начале. Нет, всё было вполне прилично: он держал меня под руку, рассказывал забавные случаи, шутил. Но мои ноги гудели, желудок требовал еды, а мысли то и дело ускользали куда-то далеко.       - Я по пути заметил симпатичный трактир, - сообщил Ишван, будто прочитав мои мысли.       - "Наконец-то сообразил! - пробурчала Серена. - Ещё полчаса, и ты бы рухнула в сугроб. Красиво бы смотрелось: леди без сознания и её идеальный кавалер, который не заметил, что она умирает с голоду".       - "Да ладно тебе. Старается же парень. Не всем дано читать мысли".       - "Он старается, а ты мёрзнешь. Зато у него шарф ровный. Очень романтично". Полчаса спустя мы сидели в полупустом прохладном сводчатом зале, расположенном в полуподвале одного из домов. Я вытянула гудевшие ноги, заказала горячего супа и сыто щурилась, с интересом рассматривая публику. Люди ели, разговаривали, пересмеивались - обстановка казалась дружелюбной, и это мне нравилось.       - О чём ты думаешь? - спросил Ишван, отставляя кружку.       - О том, что здесь уютно, - ответила я. - И что снег всё ещё идёт. И что суп вкусный.       - Ты часто думаешь о снеге?       - Только когда он идёт. Или когда я замёрзла. Что, в общем-то, одно и то же.       Он улыбнулся, но как-то неуверенно. Я видела, что он хочет спросить что-то ещё, но не решается. И я знала, что именно. Знала - и боялась этого вопроса. Потому что ответить честно я не могла, а врать не хотела. Снова. Как в плохом романе.       Нужно было заканчивать этот фарс как можно скорее. Но не сегодня. Сегодня я слишком устала, чтобы разбивать кому-то сердце. Может, завтра. Или послезавтра. Или когда-нибудь, когда у меня хватит смелости. Pov Шон       - Как ты думаешь, кто это был? - Тиану, неторопливо шагая мимо невысоких домов, лучился довольством. Даже слишком. Прямо-таки светился, как начищенный артефакт.       Минутой раньше мы имели возможность наблюдать, как Амари выходит под ручку с незнакомым парнем из того самого трактира, куда мы собирались зайти пообедать. Хвала богам, нас не заметили. Странно, но мне вовсе не хотелось знакомиться с её спутником. К чему бы это? И почему у меня вдруг пропал аппетит, хотя я только что собирался съесть обед?        - "Может, потому, что у тебя перед глазами только что разыгралась сцена из плохого романа? - каркнул Мрак-ворон. - И ты в нём не главный герой, а просто прохожий".        - "Заткнись. Я просто не голоден".       - "Конечно. А ещё тебе не интересно, кто этот тип. И ты не пялился на них из-за угла, как заправский шпион. Всё так и было".       - "Не знаю и не горю желанием узнавать, - задумчиво протянул я. В какой момент я пропустил появление этого… этого… ну, этого, рядом с Амари?"        И Ти, похоже, давно знал - вон как довольно скалится.       - И как долго это продолжается? - спросил я как бы между делом. Как будто меня это вообще не волнует. Как будто я просто веду светскую беседу.        - Пару месяцев точно, - пожал плечами он. - Я не интересовался.        - "Пару месяцев! - взвыл ворон. - Ты слышал? Несколько месяцев! А ты всё это время сидел в лаборатории и считал, что она просто много гуляет!"        - "Я не сидел. Я работал".       - "Ты работал, а она в это время держалась за руки с каким-то… с каким-то… типом с идеальным пальто! К нему даже снег не прилипает! Это подозрительно!"       - "Перестань истерить. Это просто пальто".       - "Это вызов, - лениво вставил Мрак-дракон. - Ты упустил её, братец. Три месяца. У тебя было три месяца на то, чтобы хоть что-то предпринять, а ты вместо этого решал уравнения".       - А почему мне не сказал? - с нажимом спросил я Тиану.       - Ты не спрашивал, - Тиану посмотрел на меня своими синими глазищами, в которых плясали искорки. - И, знаешь, у тебя сейчас такое лицо, будто ты решаешь, что лучше - взорвать трактир или просто уйти. Или взорвать трактир, а потом уйти. Очень выразительное лицо.        - Я не взрываю трактиры. Я взрываю лаборатории. Это разные вещи. У трактиров - кухня, у лабораторий - реактивы. Чувствуешь разницу?       - О, разница действительно колоссальная. Лаборатории - это святое, а трактиры - нет. Сразу видно мага с принципами.       - "Он над тобой смеётся, - услужливо подсказал ворон. - И правильно делает. Ты стоишь с таким видом, будто тебя лишили наследства. Или последнего реактива".       - "Ничего подобного. Я размышляю".       - "О чём? О том, как убрать конкурента? Я - за! Давай превратим его во что-нибудь безобидное".        - "Мы не превращаем людей в… ни во что не превращаем! Это незаконно".       - "Жаль".       Я ничего не ответил. В голове крутилась одна мысль: надо поговорить с Лаской. Зачем? Просто надо. Я и сам временами не понимаю своих поступков, но желание их совершать от этого не пропадает. Может, это инстинкт. Или магия. Или что-то похуже.       - "Надеюсь, ты не собираешься ей читать лекцию о вреде свиданий?" - поинтересовался дракон.       - "Почему сразу лекцию? Я просто… поговорю".       - "О чём? О погоде? О том, что этот тип тебе не нравится? Что у него шарф слишком яркий?"       - "Я пока не придумал. Но что-нибудь обязательно придумаю".        - "Великий план, - хмыкнул ворон. - Просто великий. Может, ещё споёшь ей серенаду под окном?"        - "Заткнитесь оба. Я разберусь".       - "Конечно, разберёшься, - вздохнул дракон. - Как всегда. Главное, чтобы не пришлось потом пересчитывать ущерб". Конец pov Шона       После занятий я сидела в столовой, бездумно ковыряя ложкой в тарелке. Есть не хотелось. Думать - тоже. Но мысли всё равно крутились в голове, как назойливые мухи. Причём мухи были жирные, нахальные и, кажется, размножались с каждой минутой.       - Можно к тебе? - раздался голос над ухом.       Я подняла глаза. Шон стоял с подносом, и вид у него был слегка виноватый - как у кота, который только что стащил сметану, но ещё надеется, что его не заметили.       - Садись, - я кивнула на свободный стул. - Всё равно одной скучно. И, честно говоря, мне нужен кто-то, кто будет поглощать пирожки и не задавать вопросов.       - Я могу поглощать пирожки, - согласился он, усаживаясь. - А насчёт вопросов - не обещаю.       Он устроился напротив и несколько минут сосредоточенно уничтожал выпечку. Я молчала, разглядывая потолок, свои ногти и содержимое тарелки - примерно в таком порядке.       - Ты сегодня странная, - произнёс он наконец, отложив последний пирожок.       - Я всегда странная.       - Нет, - он покачал головой. - Обычно ты странная в хорошем смысле. А сегодня - в плохом. Как будто тебя подменили на более мрачную версию.        - Спасибо за комплимент. "Более мрачная версия" звучит почти как название для тёмного заклинания.       - Это не комплимент. Это наблюдение. Что случилось? Это из-за меня? Из-за того, что я сказал на полигоне?        - Нет, - я вздохнула. - Дело не в тебе. Дело во мне.       - Это самая раздражающая фраза, которую говорят люди, когда не хотят говорить правду.        Я невольно усмехнулась.       - Ты слишком умный для своего же блага. Тебе, наверное, скучно жить.       - Иногда. Но с тобой - нет. Поэтому я всё равно спрошу: что случилось?       Я долго молчала, прежде чем ответить.        - Ты когда-нибудь чувствовал, что делаешь что-то не то? Что идёшь не туда? Что все твои попытки наладить жизнь только всё усложняют?       - Постоянно, - он пожал плечами. - Я же маг. Мы всё усложняем. Это наша профессиональная деформация.        - Я серьёзно.        - Я тоже, - он отложил пирожок и посмотрел мне прямо в глаза. - Послушай, Ласка. Я не знаю, что именно тебя гложет. Но я знаю одно: ты справишься. Ты всегда справляешься. И если тебе нужна помощь - просто скажи. Даже если это помощь в том, чтобы кого-нибудь стукнуть.        - Ты не можешь помочь.        - Почему? Я не понимаю.        - Я тоже, - призналась я. - Но я пытаюсь. И, возможно, когда-нибудь пойму. Или сойду с ума. Одно из двух.       - "Ставлю на второе, - вклинилась Серена. - Это быстрее. И эффектнее". Шон долго смотрел на меня, и в его карих глазах сменялись эмоции - непонимание, что-то ещё, чему я не могла дать названия.       - Когда поймёшь, - сказал он наконец, - скажи мне. Хорошо? Я подожду.       - Хорошо, - пообещала я, хотя не была уверена, что когда-нибудь смогу сдержать это обещание. Или что он сможет дождаться. Или что я сама не свихнусь раньше времени.

***

      Прошло несколько дней. Я пыталась занять себя учёбой, тренировками, встречами с Ишваном - чем угодно, лишь бы не думать. Но мысли о кареглазом маге возвращались снова и снова, как прилив. Или как назойливый кредитор. Или как кот, которого выгнали за дверь, а он всё равно лезет в окно.       Однажды вечером, вернувшись с очередного свидания, я наткнулась на Тиль прямо в дверях. Она сидела на кровати с таким видом, будто ждала меня уже час. Судя по прищуру - с целью допроса.       - Ты опять ходила с Ишваном?       - Да, - я сняла плащ и устало опустилась на свою постель. - И, кажется, начинаю понимать, почему героини романов так часто сбегают с балконов. Не из-за любви - из-за скуки.       - И как?       - Нормально.       - "Нормально", - передразнила она. - Ты уже третий раз говоришь "нормально". Обычно, когда всё действительно хорошо, люди говорят "замечательно" или хотя бы "было весело". А ты цедишь своё "нормально" с таким лицом, будто тебя заставили съесть лягушку.        - Тиль…        - Что? - она села напротив, всем своим видом выражая готовность к серьёзному разговору. - Я просто волнуюсь за тебя. Ты сама не своя последнее время. Ишван хороший парень, но если он не делает тебя счастливой… если ты после каждого свидания выглядишь так, будто тебе нужен отпуск от отношений…       - Дело не в нём, - перебила я. - Дело во мне. Я не могу расслабиться. Не могу быть с ним до конца. Что-то мешает. Как будто внутри стоит блок.       - Шон?       Я вздрогнула.        - Почему все сразу думают о Шоне? Может, это из-за погоды? Или у меня авитаминоз? Или проклятие какое?        - Потому что ты смотришь на него так, как никогда не смотрела на Ишвана, - мягко сказала Тиль. - И он смотрит на тебя так же. Вы двое - ходячая трагедия для окружающих. Вам бы поставить сцену и продавать билеты.       - Мы просто друзья.        - Друзья не смотрят друг на друга так, будто мир вокруг перестаёт существовать, - отрезала она.       - Ты преувеличиваешь.       - А ты отрицаешь очевидное, - Тиль вздохнула. - Послушай, я не говорю, что ты должна броситься в его объятия прямо сейчас. Но, может, стоит хотя бы признаться себе? Перестать притворяться?        Я не ответила. Потому что ответа не было. Потому что она снова оказалась права - и это раздражало больше всего.        - "Она права, - подтвердила Серена, которую я втайне надеялась не услышать. - Ты сама себе врёшь. Ишван - это удобно. Шон - это страшно. Вот и вся разница".       - "Я не вру. Я просто… откладываю правду на потом".        - "На потом - это на когда? Когда ты выйдешь за Ишвана замуж и будешь рыдать в подушку каждую ночь? Отличный план, Амари. Просто блестящий".       - "Ты невыносима".       - "Я честна. В отличие от некоторых".       - Может, я просто не заслуживаю счастья? - мрачно предположила я.        - Не говори глупостей, - она легонько потрепала меня по плечу. - Ты заслуживаешь. Просто ты боишься его взять.        Я промолчала. Потому что она снова была права. И это раздражало больше всего.

***

      Через несколько дней после завершения последней лекции меня в коридоре окликнул Шон.       - Эй, ласка, надо поговорить, - голос его прозвучал так, будто он только что вывел формулу конца света и теперь не знает, куда её применить.        Я удивлённо обернулась. Он был излишне собран - ни одного торчащего вихра, ни одной чернильной кляксы на щеке. Это пугало больше, чем его обычный взъерошенный вид.       - Пойдём в парк, - предложил он. - Там деревья. И скамейки. И никто не подслушивает. Кроме, возможно, белок. Но они не в счёт.        Мы опустились на холодную лавочку под старым дубом. Шон молчал, явно подбирая слова, а я терпеливо ждала, кутаясь в плащ и гадая, что же такое ужасное он собирается сообщить. Может, он наконец-то подсчитал, сколько носков потерял за семестр, и цифра его потрясла.       - Я видел тебя вчера в городе. С парнем, - сказал он наконец.       - Ишван, - кивнула я. - Да, мы гуляли.       - Я заметил.        - Ты следил за мной?       - Нет! - он возмутился с такой искренностью, что даже птица на ветке замерла. - Просто случайно увидел. Вы выходили из трактира. Я мимо проходил. В сторону городской библиотеки. Честное слово.        - "В сторону библиотеки, - хмыкнула Серена. - Которая находится в противоположной стороне. Шпион высшего класса".       - "Не начинай".       - И что с того? - я прищурилась. - Ты поэтому хотел поговорить? Чтобы доложить о моём местонахождении? Может, ещё карту нарисовать?        - Да. То есть нет. То есть… - он запустил руку в волосы - верный признак того, что в его голове сейчас творится хаос. - Я беспокоюсь.       - О чём?       - О тебе. Об этом парне. О том, что ты делаешь.        - А что я делаю? Гуляю по городу. Пью шоколад. Слушаю истории про драконов. Это преступление?        - Ты пытаешься влюбиться в него, - сказал Шон прямо. - Я же вижу. Ты заставляешь себя чувствовать то, чего нет. Как будто пытаешься решить уравнение, в которое сама не веришь.        - Это не твоё дело.       - Это моё дело, - он подался вперёд. - Потому что ты - мой друг. И я не хочу, чтобы ты пострадала.       - Я сама разберусь.        - Разберёшься? - он горько усмехнулся. - Ты хоть понимаешь, что этот человек - взрослый мужчина? Что он может хотеть от тебя совсем не того, что ты думаешь?       - Ты прочитал его ауру? - догадалась я.       - Да, - не стал он отрицать. - И то, что я увидел, мне не понравилось. Как будто заглянул в учебник по прикладной некромантии, а там - картинки.       - И что же ты увидел? Расскажи мне, раз уж ты эксперт по чужим аурам.       - Желание, - коротко ответил он. - Не любовь. Не нежность. Желание. И если ты думаешь, что сможешь построить с ним что-то настоящее, ты ошибаешься. Это как пытаться вырастить розу из кактуса.       Я долго молчала, переваривая услышанное. Внутри боролись обида за то, что он суёт нос в мою жизнь, и странное облегчение от того, что ему не всё равно. Что он вообще заметил. Что он, кажется, даже приревновал - хотя и выразил это в своей уникальной манере.        - Ты ревнуешь? - спросила я наконец.       - Нет! - он вскинулся. - Да я на тебя в голодный год за мешок овса не позарился бы!       - А за два мешка? - лукаво прищурилась я.       Шон со страдальческим вздохом закатил глаза:       - За два мешка - может быть. Но ты торгуешься, как базарная торговка. Это нечестно. И вообще, овёс - не моя специализация.       - Но ты не ответил.       - Что ответить? - он уставился в землю. - Я не знаю, что я чувствую. Я никогда этого не знал. Но я знаю одно: когда я вижу тебя с ним, мне нехорошо. Как будто я съел что-то несвежее. Или как будто у меня в лаборатории что-то пошло не так. И я не могу объяснить почему.        - "Он сравнил ревность с несварением и лабораторной аварией, - прокомментировала Серена. - Два в одном. Вот это я понимаю - многогранность".       - "Заткнись. Он старается. Почти поэтично".       - Может, потому что ты боишься меня потерять? - предположила я вслух.       - Может, - согласился он. - Ты - одна из немногих, кто понимает. Кто не считает меня чокнутым. Кто говорит со мной на равных. И кто не боится спорить. Даже когда я неправ. Особенно когда я неправ.       - Это дружба, - тихо сказала я.       - Да, - он кивнул. - Дружба.       Но его глаза говорили совсем другое. Секунду спустя он снова закатил глаза, набрал побольше воздуха и выпалил, будто в омут прыгнул:        - Так зачем всё это? Ты хочешь потерять дракона?        Я нахмурилась. Впрочем, с него станется придумать и устроить какую-нибудь пакость, если ему что-то покажется неправильным. Например, запереть меня в подвале и читать лекции по безопасности.        - Резерв, - спокойно сказала я.       Он замер на мгновение, потом кивнул:       - А, вспомнил. Ты имеешь в виду чувство влюблённости? Так и резерв, и драконы растут быстрее.        - Да. С этим молодым человеком мы познакомились случайно, и он не показался мне плохим. Может, у меня получится в него влюбиться. Чему ты так удивился?        - Просто все эти страсти мне всегда были безразличны, - он отвёл взгляд. - Но тебе действительно не стоит: он уже взрослый мужчина, это опасно. Как эксперимент без защитного контура.       - Твоя точка зрения мне ясна, но почему тебя это так беспокоит? - вздохнула я.       Шон помолчал, подбирая слова, и наконец произнёс - тихо, серьёзно, без тени иронии:       - Слишком легко увлечься и потерять крылья. А ты же мой друг. Зачем ещё нужны друзья, как не для того, чтобы предостерегать от глупостей? Или творить их вместе. Это закон дружбы.        Он улыбнулся - солнечно, открыто, - но глаза вовсе не смеялись. Я не обманывалась. Он протянул мне правую руку, и я, поколебавшись мгновение, вложила свою ладонь в его, крепко стискивая длинные пальцы.       Я уже видела: в его голове крутится какая-то мысль. Карие глаза блестели тем самым опасным блеском, который предвещал очередной эксперимент. И, судя по тому, как он на меня посмотрел, эксперимент этот касался нас обоих. Я почти слышала, как в его мозгу защёлкали формулы.       Он снова сжал мои пальцы - крепко, но нежно - и вдруг наклонился, запечатлев быстрый, почти невесомый поцелуй на моей щеке.       - Это за что? - я удивлённо моргнула, чувствуя, как кожа под его губами вспыхнула теплом.       - За то, что ты есть, - ответил он просто. - И за то, что терпишь меня. Даже когда я невыносим. Даже когда я читаю ауру без спросу.       - Ты всегда невыносим.       - Знаю. Но ты всё равно здесь. Сидишь на холодной скамейке и споришь со мной.       Он, отпустив мою руку, резко встал и исчез в темноте парка, оставив меня на скамейке с прижатой к щеке ладонью и бешено колотящимся сердцем.       - "Ну вот, - прокомментировала Серена. - А ты говорила - дружба. Друзья, конечно, тоже целуют в щёку, но обычно не с таким выражением лица и не после разговора о ревности, резерве и потере крыльев. Это был практически манифест".       - "Заткнись".       - "Не заткнусь. Ты ему нравишься. И он тебе нравится. И вы оба это знаете. И продолжаете играть в шпионов, вместо того чтобы просто признаться. Вам что, нужен письменный договор? Заверенный ректором? Или драконья клятва на крови?"       - "Этого недостаточно".       - "Почему? Что ещё нужно? Может, звёзды должны сложиться в слово "да"?        - "Потому что я хочу, чтобы это было по-настоящему. Не из-за страха одиночества. А потому что мы оба этого хотим".       - "Так спроси его. Прямо. Словами. Без формул".       - "Спрошу. Когда-нибудь".       - "Когда-нибудь", - передразнила дракоша. - Ты сама-то веришь, что этот день настанет? Или так и будешь сидеть на скамейке, пока не замёрзнешь и не превратишься в ледяную скульптуру?"       - "Должен, - прошептала я. - Просто должен".       Я поднялась и, поёживаясь от холода, побрела в общежитие. Щека всё ещё помнила его прикосновение, и я поймала себя на том, что улыбаюсь, как дура. Определённо, это была не дружба. И, кажется, я была готова это признать. Почти. Ну, может, завтра.