Связанные смертью

Второй выходной на этой неделе начался гораздо приличней предыдущего. Я надела одно из самый своих скромных платьев с глухим застёгивающимся воротом и длинной ровно до середины икры. Волосы собрала в узел, а на голову водрузила маленькую шляпку. Вспомнив, что магазинчик находится по близости с храмом Святого Патерсона, решила надеть ещё и короткие белые перчатки. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, осталась всё же довольна. Сама скромность и послушание, разве кто-то узнает во мне вчерашнюю огненную танцовщицу бурлеска? Я искренне верила, что нет. Взяв наёмный экипаж, назвала адрес магазинчика старьёвщика Роуса. Минутное замешательство таксиста не ускользнуло от моего внимания. — Что-то не так? — поинтересовалась я. — Нет, мисс, — ответил молодой мужчина. А спустя пару секунд всё же решил добавить: — Популярное местечко, что ли? Время распродажи? Просто сегодня вы не первый пассажир, который просит доставить его в магазин на углу Рейн Авеню. Не часто бывают такие совпадения, возможно, там продают нечто особенное? — поинтересовался водитель. Абсолютно не зная, что ему ответить, выдавила из себя: — Всё как всегда, старый хлам и безделушки вот уже десятилетие не представляющие особой ценности. Но если порыться, можно отыскать милые часики или черепаховый гребень, девушки любят такое, — попыталась быть как можно более непринуждённой. В голове же крутились винтики, строя догадки по полученной информации. Возможно, это и впрямь совпадение и кто-то просто поехал прикупить себе старого хлама. А может быть, это был информатор. Ну, или же то, во что мне хотелось верить меньше всего, так как сегодня абсолютно не было настроения ссориться и пререкаться. Решила не гадать: — Послушайте, я тут вспомнила, что договаривалась со своей подругой встретиться возле этого магазинчика, наверное, вы подвозили её? — Нет, мисс, это был мужчина. И видок у него был ещё тот, кажется, что всю ночь не спал. Он даже прикорнул на заднем сидении чуть-чуть. Когда мы подъехали, я разбудил его, попросив оплатить заказ. А он накричал, на меня обозвав остолпом, который домчался слишком быстро. Сомнений не осталось. — Моро, — порычала я. Теперь стало ясно, что было с моим почтовым ящиком, его кто-то взломал и порылся. И так искусно замёл следы! Одним словом, сильный маг. — Что? — удивился таксист. — Извините, это я не вам, кажется, за окошком знакомого увидела. Таксист, правда, оказался лихачом, так что вскоре мы были на месте. Колокольный звон оповестил, что служба в храме неподалёку уже началась. Потянув дряхлую деревянную дверцу магазина, я вошла внутрь. Старик Роус, как всегда, протирал пыль со своих драгоценных, как ему казалось, товаров. Это место я нашла достаточно давно, здесь и правда можно было отыскать уникальные вещи и преобразить их с помощью магии во что-то невероятно красивое. Запах пыли и влажных досок растянулся по всему помещению. Приятный полумрак и прохлада всегда царили внутри помещения, а утварь неупорядоченно валялась, где ни попадя. То тут, то там на полу стояли различные вазы, пуфики и предметы интерьера. На столах и полках без всякой системы, не подчиняясь никаким законам логики, лежали книги, заколки, зеркальца, часы, музыкальные инструменты и ещё много всяких безделушек. Но самое главное, что здесь продавалось — это информация. Любого уровня, старая и новая, проверенная и не очень. Роус был не просто барахольщиком, он являлся человеком, связывающим миры и времена. Вспомнив это, я понадеялась на то, что именно ему известно хоть что-то о моей сестре или семье. Удивительно, и как только раньше не догадалась прийти сюда на поиски? Столько статей было написано благодаря Роусу, так почему же мне не пришла в голову мысль узнать о родных у него. А теперь вот и Аро предложили встретиться у своего же человека. Наверное, я просто не думала, что он будет знать историю какой-то девочки из детдома и сможет помочь найти хоть кого-то. Ведь таких детей сотни. «Не может же Роус знать что-то о каждом? Или может? Но это просто исключено, значит, в моей истории должно быть нечто особенно», — размышляла я. Полностью погрузившись во внутренние рассуждения, споткнулась обо что-то на полу. Ваза, покачнувшись, упала и разбилась, а я уже собиралась встретиться с паркетом, но чьи-то сильные руки вовремя подхватили. — Спасибо, — пролепетала своему спасителю. — Девушка, как я успел заметить, вы крайне рассеянная. Это наша вторая встреча, и вы всё время не смотрите под ноги. Попыталась разглядеть говорившего, что при таком освещении сделать не так уж и просто. Но всё же мне удалось вспомнить его. Это был парень, с которым я столкнулась возле булочной. Улыбка озарила моё лицо. — Но зато я больше не колочу себя почём зря, как и обещала вам. — Рад это слышать, — ответил парень. Всё это время он продолжал держать меня в объятиях, казалось, совсем не собираясь выпускать. Непонятный огонёк плясал в его глазах и зачаровывал. — Я такая неловкая, — засмущалась от пристального взгляда юноши. — Но это вам к лицу, — ласково ответил он. — Кхм-кхм… — раздалось покашливание за нашими спинами. — Вам придётся за это заплатить, мисс, — раздался скрипучий голос Роуса, и он протянул мне бумажку. — Я сделаю это за неё, — отозвался парень, и старик тут же отдёрнул руку, спрятав её за спиной. Мои попытки возразить, заявив о своей самостоятельности, были тут же пресечены незнакомцем. Хозяин лавки подошёл, став прямо между мной и парнем, и протянул счёт за вазу, который я на автомате засунула в карман. — Возьмите, и пусть вам будет стыдно. А вы, молодой человек, пройдёмте. — Роус встал за кассу, достав потрёпанный журнал учёта и начал старательно выводить цифры в нём. Я же радовалась без памяти, что вновь встретила этого красавчика. — Уж в этот раз точно не упущу шанс с ним познакомиться, — шепнула про себя. Но видимо судьба была категорически против моего личного счастья. В стене справа приоткрылась небольшая дверца, и оттуда показалась взъерошенная голова Моро. Его глаза сверкали, и настроение было явно не благодушным. — Анжелина? — рявкнул он. А затем, окончательно выбравшись из узкого для него прохода, схватил меня за руку со словами: — Нам немедленно надо убираться отсюда. — Но… — попыталась возразить. — Всевышний, можешь ли ты хоть раз просто сделать как тебе говорят. Срочно уходим! — Он явно не шутил. Энергетика властной тьмы оплела меня, сделав послушной марионеткой. — Поверь, так надо, — шепнул Кристиан, словно в оправдание. И мы побежали. Было так унизительно беспрекословно следовать чьей-то указке. Невыносимо, когда тебя практически не слушается собственное тело. Хотелось плакать и кричать, бить кулаками в грудь Моро и сделать ему так же больно. Но я продолжала молча бежать за мужчиной, силы Кристиана, подобных которым я не видела прежде, надёжно залепили мой рот. Мы неслись как сумасшедшие до тех пор, пока не достигли дверей храма. Людей сегодня было особенно много, не раздумывая ни секунды, Кристиан ворвался внутрь. И хоть он прекратил своё воздействие, но мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Служба подходила к концу, меж тем, что удивительно для такого скопления народу, два кресла впереди пустовало. Не обращая внимания на мои вялые брыкания, Кристиан именно к ним и подошёл, сев рядом с пожилым коренастым мужчиной, который поднял голову и одарил нас очень странным злым взглядом. И я скорее почувствовала, чем увидела, как светлые нити потянулись к горлу Криса. Платок на его шее стал затягиваться и душить. Не опасно, но унизительно. — Ты, как всегда, опоздал, — еле слышно прошептал мужчина, глядя в глаза Моро. — Тсс, не здесь, Элиот! — зашипела на них женщина с чёрной шляпкой, а затем, взяв руку мужчины, сказала: — Поговорим об этом дома, Кристиан ведь не посмеет пропустить наш традиционный семейный воскресный обед. Мужчина послушно перестал душить Криса, а я от удивления раскрыла рот. «И как только у Моро хватило ума притащить меня сюда», — возмущалась про себя. Но сидела тихо словно мышка, а то вдруг придушат за компанию? «И непонятно теперь, как Аро отреагируют на то, что я не пришла. Может, хоть старьёвщик объяснит им, что я не причём». Я понадеялась, что, как только служба закончится, потихоньку ускользну. Но желаниям не суждено было сбыться, когда преподобный завершил свою речь, Кристиан крепко схватил меня за руку. Сначала подумала, что он опять принудит, но, к счастью, ошиблась. На меня смотрел уже мужчина, просящий поддержки. Я видела неподдельные эмоции страха на лице Моро. Что никак не ассоциировалось с образом привычного мне грубияна, которого знала до этого момента. Разве могла бросить его в такой момент? Кажется, намечается воскресный обед с Кристианом и его семьёй — в более странной ситуации бывать ещё не приходилось. Но следующие сказанные Моро слова выбили весь воздух из лёгких и мысли из головы: — Она пойдёт с нами, познакомьтесь, это моя невеста Анжелина Саксон. Родственнички словно окаменели, да и я нельзя сказать, что была готова услышать подобное. — Что ты несёшь? А как же Виктория? — сказал отец Моро, я видела, что он едва сдерживает свои силы. Мой защитный медальончик уже трещал от напряжения, а поэтому спасительно впилась в руку Криса. — Ты ведь знаешь, я никогда не хотел жениться на ней, это с самого начала была твоя идея. — Разве не понимаешь, союз с такой семьёй значительно расширит наш бизнес? Безответственный щенок! — Это ты не понимаешь, я плевать хотел на твои дела. Своих по горло! Потоки света снова устремились к Кристиану, но в это раз он уже был готов и лениво выставил щиты и даже захватил ими меня. Хотя перевес силы был явно не на его стороне, и как долго бы он продержался не ясно, я уверена, что тёмные маги, как Крис, имеют не один козырь в рукаве. — Прекратите! — строго скомандовала женщина. — Вы находитесь не в том месте, чтобы устраивать разборки. — Анжелина, прошу вас пройдёмте к машине, — любезно сказала она. — Думаю, мужчины в скором времени присоединятся. К моей великой радости дорогу до владений семьи Моро мы провели в тишине. Оказавшись внутри автомобиля, я тут же уставилась в окно, делая вид, что мне безумно любопытны проплывающие мимо пейзажи. Как и ожидалось, водитель вёз нас в Верхний округ, в самый богатый и комфортабельный район города. Туда, где дома вовсе не ютились как старые сосны, тесно прижавшись друг к другу, туда, где между особняками и величественными замками километры пространства и не всегда была возможность рассмотреть саму постройку за высокой изгородью забора и деревьев, которыми было окружено всё вокруг. Водитель неспешно подкатил к кованым воротам, а затем они словно по мановению волшебной палочки распахнулись, и мы последовали дальше. Грунтовая дорога петляла меж высоких туй, вековых дубов и свежей зелени травы, что стелилась мягким покрывалом под ними. Бывают такие постройки, смотря на которые ты понимаешь — люди, живущие в таких домах, либо безумно счастливы, либо их жизнь пронизана болью и одиночеством. Дом семьи Моро был именно такой. Поистине шикарный особняк. Думаю, был построен ещё в прошлом веке, но это отнюдь не портило его внешний вид. Его изящество и утончённость были гораздо привлекательнее многих кричащих новомодных вилл. Но отчего-то меня не покидала мысль, что детство Моро вовсе не было счастливым несмотря на то, что мог иметь всё, что хотел. — Пройдёмте, — услышала я голос матери Криса. — Зовите меня Клэринс. Пока я любовалась красотами чужого богатства, мы уже подъехали прямо к парадной двери. Водитель открыл нам дверцу и помог выбраться. От всего этого чувствовала себя героиней одного из столь популярных чёрно-белых фильмов, которые совсем недавно стали крутить в развлекательных центрах. Кажется, это называется кино. Мой взор непроизвольно поднялся вверх, пытаясь окинуть всю постройку целиком. И тут я заметила в окошке второго этажа как всколыхнулась занавеска, а затем мелькнул силуэт женщины. «Она явно наблюдала за нами», — подумала я. Но тут же отогнала эту мысль от себя, наверняка это просто была одна из служанок, поджидавшая хозяев. Такой огромный особняк, должно быть и слуг здесь не мало. Как только оказалась внутри, я ещё сильнее ощутила пропасть между мной и этими людьми. Ноги буквально с порога стали утопать в мягком ковре, стены пастельных тонов украшали картины известных художников. Вазы, хрустальные люстры, диваны, позолоченные торшеры, бесспорно, бросались в глаза, но апогеем всего стал обеденный стол. Это было сумасшествием, большой дубовый монстр занимал целую комнату, а вокруг него стояло двенадцать стульев с мягкой красной обивкой, позади горел камин, а сверху спускался громадный канделябр с кучей свечей. Видимо, электричество не было в моде у богачей, но, как говорится, у всех свои причуды. На столе была сервировка лишь на три персоны, а тарелки, куча вилок и две ложки явно были серебряными. Но даже не это вызвало бурю негодования внутри меня, а количество блюд, ожидавших нас. Я сбилась со счета, пытаясь понять, сколько именно, неужели семье из трёх человек под силу съесть такое? Конечно же нет, максимум по паре ложечек от каждого, а к некоторым, я уверенна, эти люди и вовсе не прикоснутся. И это в то время, когда столько голодных в нашем городе. Я прекрасно помню детский дом с его жидкой овсянкой, больше похожей на воду с парой зёрнышек каши, с обедами, где давали рыбную похлёбку, напоминающую помои, и ужинами… Мы радовались, если они вообще были. И это в то время, когда такие богачи как семья Моро набивают свои животы изысками и выкидывают уйму несъёденного. В мои глазах полыхнула злоба и обида одновременно, и это не укрылось от хозяйки дома. — О, я вижу, вы оценили обед, надеюсь, любите цесарок в гранатовом соке? Это коронное блюдо нашего повара, его подадут чуть позже. — Это ещё не всё? — удивилась я. — Конечно нет, это всего лишь закуски, горячее всегда подают позже. Наверное, вы слишком редко бывали в приличном обществе. — Что это значит? — тут же вспыхнула. — Люди, не съедающие по двадцать блюд за обед, не имеют право называться приличными? — О нет, дорогая, я вовсе не это имела в виду, — проворковала эта змея. Думаю, в этот момент мы обе понимали, что именно так она и считает. — Ты знаешь, Виктории очень нравится наш повар, она каждые выходные обедала с нами. До того момента, пока Кристиан не связался со своей Катриной. Как она была расстроена. Бедняжка! Ведь свадьба была уже намечена. Но полно о прошлом, — промолвила интриганка. — Шарлотта! — позвала она. И буквально через секунду в комнату вошла пожилая женщина в синем строгом платье и белом переднике, волосы были собраны в тугой пучок. Готова была поклясться, именно её я увидела в окне второго этажа. Она одарила меня странным взглядом, вовсе не злобным, скорей заинтересованным. — Шарлотта, добавьте ещё одно блюдо, мисс Анжелина отобедает сегодня с нами. Снова была удостоена взгляда Шарлотты, которая, сказав «слушаюсь», удалилась. Ей на смену тут же прибежала молоденькая горничная с дополнительными сервировочными предметами. Клэринс предложила подождать мужчин в гостиной. Большой белый рояль был главным украшением этой комнаты. — Знаете, Викки так чудесно музицирует, её обучал сам Ван Штруберт. Не порадуете ли вы меня своей игрой? — Я не умею, — процедила сквозь зубы. Не было сомнения, что она делала всё это специально, указывая на мои недостатки. — Ну что ж, может, тогда поделитесь впечатлением о новой книги Клэрда Кевенса? Я так переживала за бедняжку Лилию. — Не имела счастья прочесть её, но, судя по всему, это один из женских романчиков, которыми увлекаются молодые богатенькие бездельницы? Маска любезной почтительности впервые подёрнулась на лице Клэринс Моро. — Да как вы можете, мы с Викторией очень почитаем творчество этого автора. — А лучше бы вам с Викторией увлекаться статьями Мэтьяса Фэнса. — О боги, неужели ты говоришь о том смутьяне, который, прячась под псевдонимом, осуждает наше правительство? — Я говорю о человеке, который борется за правду, о том, кто пишет, не боясь. Он глас народа, защитник бедных и поборник справедливости. Притворство окончательно покинуло эту женщину. — Да что вы себе возомнили? Мы тоже беспокоимся о справедливости, занимаемся благотворительностью и никогда не нарушаем законы. — Законы? Те, которые установил совет, с выгодой для богатых? — А знаете, нет сил больше терпеть ваши оскорбления, мой сын так слеп, что выбрал жалкую рвань вместо образованной девушки из знатной семьи. Но он это сделал не из любви к вам, а лишь из желания насолить своему отцу. Он бы никогда не связался с такой необразованной простушкой, если бы не вечное противостояние с Элиотом. Не знаю от чего, но меня всё же задели слова этой фурии. Слёзы брызнули из глаз. — Мама, — услышала я грубый рык за своей спиной. И тут же почувствовала, как чьи-то сильные руки развернули меня к себе. Я уткнулась носом прямо в широкую мужскую грудь, а тёплая ладонь гладила по голове. — Ноги моей больше в этом доме не будет! Когда же вы перестанете быть такими снобами? Пока вы не откроете глаза и не поймёте, что этот мир давно и безвозвратно изменился, а вы вдвоём так и застряли в средневековье с его обычаями и глупыми предрассудками, меня к себе не зовите. Пойдём, Анжелина. На пороге Кристиан обернулся и кинул последнюю фразу: — И знаешь, мама, это ужасная расточительность, устраивать такие воскресные обеды в то время, когда столько людей голодает на улице. Победная улыбка озарила моё лицо, я была несказанно счастлива, что, даже несмотря на то, что Кристиан вырос здесь, он рассуждал и думал именно так. Так же, как я и сотни тысяч жителей нашей страны. А ещё приятное тепло разливалось внутри от того, что этот мужчина защитил и встал на мою сторону. По дороге домой, сидя на заднем сидении авто, Моро сказал: — Анжи, это неправда, я, — начал мямлить он, — моя мать и то, что она сказала… Я бы мог обратить на тебя внимание и не из-за отца и нашей вражды. — Тсс, не надо об этом Крис, — попросила. — А давай всё-таки пообедаем вместе? Как тебе ресторанчик у Чарли? — Ресторанчик? — Усмехнулся он. — Скорей закусочная. — Ну да, двадцать блюд на обед там не предвидится, — улыбнулась ему. — А знаешь, я безумно этому рад. Анжелина, у меня, кажется, для тебя кое-что есть. Удивлённо приподняла брови. — Дело в том, что, как только мы прибыли, на пороге меня встретила Шарлотта и, сунув мне в руку вот это, попросила передать пришедшей со мной Рыжей мисс. Кристиан разжал ладонь, а на ней красовался небольшой кусочек желтоватой бумаги с неровными краями, явно вырванный второпях из записной книжки. Любопытство подстегнуло тут же схватить записку и прочесть: «Мисс, я так стара, что уже и не наделась встретить вас снова. Но всевышний милостив, он даровал мне такую возможность. Днём и ночью я молилась о здоровье для вас и вашей сестры. Теперь повидавшись с вами обеими, я могу спокойно уйти на покой, зная, что две мои девочки выросли настоящими красавицами и находятся в полном здравии, несмотря ни на что». — Ничего не понимаю, — прошептала я, закрыв руками глаза. — Ты позволишь? — спросил Моро, осторожно разжимая пальцы. И как только листок оказался в его руках, начал жадно вчитываться в написанное. Со мной же творилось нечто странное, эта женщина, её лицо, раз за разом всплывавшее в моей голове. Но чудесные метаморфозы творились с ним, оно помолодело лет на двадцать. А затем образы завели свой хоровод вновь. — Нет, только не снова, — выкрикнула я, но было поздно. Липкие щупальца воспоминаний уже приоткрыли одну из дверей — ту, которая была надёжно заперта вот уже многие годы. * * * — Семь, восемь, десять, — доносился до меня голос. Моя сестра всегда жульничала, считая неправильно, но отчего-то все ужасно злились, когда я указывала на это. Говорили, что она просто ещё мала. Но я-то знала, что это не так. Когда нам дарили серебряные медяки, она прекрасно считала их вслух. Стоит ли говорить о том, что, как только мы затевали игру в прятки, моя младшенькая тут же забывала все цифры. Сидя в своём надёжном укрытий в старом шифоньере, набитом зимней одеждой, слышала, как эта плутовка, семеня своими маленькими ножками, бегает из комнаты в комнату, обыскивая. Но даже если бы она открыла дверцы моего укрытия, ей бы не удалось так просто победить в этот раз. Я специально сдёрнула с вешалок шубы и пальто, соорудив целую кучу, под которую и забралась. Она и правда искала достаточно долго, настолько, что, пригревшись под одеждой, задремала, мои веки потяжелели и незаметно сомкнулись. Не знаю, как долго я проспала, но разбудили знакомые тёплые руки. — Рыжая мисс! Ох и напугали вы всех! — твердила Шарлотта, неся меня на руках. — Вы такая маленькая проказница, не видать вам праздничных печенек в этот раз, так и знайте. — Милая Ша, но я просто умру если не попробую это лакомство, — ответила с детской непосредственностью, а затем, обхватив руками шею любимой домоправительницы, чмокнула её в щёку. — Вы настоящая лисица, рыжая мисс, — улыбаясь, вымолвила Шарлотта. * * * — Анжелина, Анжи приди в себя, — голос Моро вырвал из цепких лап прошлого. — Мы едем в больницу. — Нет, всё уже хорошо, — тут же отозвалась. — Но ты потеряла сознание. — Скорей прошлое слегка выбило из колеи. — О чём ты говоришь? — Шарлотта. Я знаю её и, кажется, она работала в моём прежнем доме. В прошлой жизни. — У тебя были слуги? — изумился Кристиан. — Сама удивлена, — усмехнулась я. — Но всё же твои приступы тревожат меня, ведь это не впервые? Решила промолчать. — Выходит, она знает, кто моя сестра, раз написала, что рада была повидать вас обоих. А теперь вот промолчал Моро, и мне это не понравилось. Он явно что-то скрывал. — Думаю, пообедать вместе не выйдет, — произнёс мужчина. — Но обещаю, Анжи, в следующий раз я весь твой. Моро попросил водителя остановиться и вышел на улицу, назвав водителю адрес, по которому меня следовало доставить. Это не просто удивило, это заставило вспомнить, какое же хамло этот Крис. Оставить девушку одну, даже не попрощавшись толком и это после всего, что сегодня я вытерпела от его родителей. — Пожалуй, он никогда не изменится, — пробубнила себе под нос, а авто уже подвозило к знакомому маленькому домишке. После хором семьи Моро мой дом казался жалким, но даже это место было куда приятнее, чем золотая клетка, в которой Кристиану пришлось провести детство.