На войне все средства хороши

Холод шершавого монолитного камня за спиной и под стопой… ощущение тяжести в ногах… Лю Цингэ с трудом сглотнул. Наощупь попытался понять, где оказался. Он что, привалился к стене? Перед глазами всё ещё плясали разноцветные вспышки, и зрение не спешило проясняться. Лю Цингэ не знал, секунда прошла или минуты прежде, чем он разлепил слезящиеся глаза и тут же пожалел об этом. Красный отблеск сверкнул всполохом так ярко, что вновь нестерпимо разболелась голова. На миг показалось, что это всего лишь игра помутнённого сознания, но когда кожу обдал порыв ветра, стало понятно: Ло Бинхэ замахнулся снова, но… удара не последовало. Дёрнувшись, Ло Бинхэ тряхнул ладонью, но пламя вокруг неё не спешило гаснуть. Лю Цингэ не позволял себе закрыть глаза или отвести взгляда от Ло Бинхэ. Раньше его одолевали не самые приятные эмоции: опасение поддасться дурману, бессилие. Сейчас же у него появился реальный шанс сбежать, пока Ло Бинхэ отвлечён восставшим Синьмо. Скоро обязательно появится возможность… Вот Ло Бинхэ отшатнулся. Поднёс руку к лицу и попытался вытереть струящуюся с уголков губ кровь, но только размазал её ещё больше. — Ты… подчиняешься мне… тупой кусок железа! — зашипел сквозь стиснутые зубы. — А я желаю… не убийства… и не драки! Он глубоко вздохнул и опустил голову, а затем поднял на Лю Цингэ уже почти полностью осмысленный взгляд. — Знаете что, шишу Лю? — красные глаза сверкнули, на миг возвращаясь к нормальному чёрному цвету. Тонкие дрожащие губы исказила ухмылка: — Вы говорили, что… не получите подо мной удовольствия… так уж вы уверены в этом? «Ублюдок!» Слова Ло Бинхэ подняли в нём волну гнева, а кровь вскипела откровенной ненавистью, смывая слабость и боль. Если бы его движения не ограничивали вервия, он позволил бы себе удовольствие познакомить лицо Ло Бинхэ со своей стопой. В этот момент Синьмо протестующе задрожал — жажда убийства вновь сделалась почти осязаемой. Да, глава Байчжаня помог Ло Бинхэ прийти в себя. Только вот демоническому клинку такой расклад явно не понравился. Он вспыхнул демонической энергией. Пол камеры задрожал, как от землятресения, и от этой тряски вновь загудела голова. Лю Цингэ устало прикрыл веки. Всё равно сосредоточиться сейчас оказалось непосильной задачей. Через руки по всему телу распространялся импульс от сотрясающих камеру волн. Шрамы от Синьмо жгло, и ясно было одно: путешествие во внутренний мир Ло Бинхэ не пройдёт бесследно. Для всех них. Пленник уже не видел, как глаза Ло Бинхэ снова подёрнулись алой пеленой, как на его охваченном дрожью кулаке вздулись вены. Зато почувствовал, как тревога острыми когтями вцепилась в самое уязвимое место: бешено колотящееся сердце. Ощутил волну ветра за миг до удара, услышал оглушительный металлический лязг. Поднятая рука Ло Бинхэ дрогнула, затем упала к поясу. Выхватив меч из ножен, он со звоном вонзил острие в стену. Ударная волна прокатилась по камере. От грохота камней уши заложило. Немудрено, если случится обвал… Лю Цингэ готовился ко всему, но почувствовал лишь лёгкий ветер, едва ощутимо окативший лицо и растрепавший волосы. Приоткрыв глаза, Лю Цингэ осторожно мотнул головой. Странное видение так и не исчезало. Ло Бинхэ стоял к нему нос к носу, закрывая собой. Ло Бинхэ его… защищал? Зачем?! В голове не укладывается. Разгневанный неудачей Синьмо звенел так пронзительно, будто проникая прямо в сознание. Нечистая энергия стала стремительно сгущаться, от давления сверкая красными молниями. Пора уже со всем покончить. Последний раз воин оглядел камеру. На стене холодно блеснули иглы всех форм и размеров. Лю Цингэ задержал на них взгляд всего на мгновение. Нет, будет нечестно, если он воспользуется слабостью Ло Бинхэ и нападёт, пока тот уязвим. Он сосредоточился на тёмной энергии — она клубилась в воздухе чёрным дымом с прожилками алых искр. Ещё немного, и отравленные пары начнут обжигать лёгкие. Демоническая кровь Ло Бинхэ сделает его невосприимчивым, но без сильного и ровного потока ци Лю Цингэ ждала только одна участь: пасть, будучи парализованным демоническим ядом. Нужно уходить. Это же так просто — сделать шаг к двери. Гуевы ноги, чего застыли? Нельзя упустить единственный шанс! Ещё раз Ло Бинхэ уже точно не промахнётся… В нескольких шагах от него демон яростно рычал. Пальцы, сомкнутые на мече, дрожали, но разжать их Ло Бинхэ не мог — у него не было шанса отвлечься от борьбы с Синьмо. Больше Лю Цингэ не думал. Стиснув зубы, он вскинул связанные ладони — и, зацепив перевязью гарду Синьмо, рванул меч в сторону. Затем направил запястья вперёд и вниз, подставляя алые нити под сверкнувшее лезвие. Увы, как нельзя «вовремя» мир снова пошатнулся. Вервие на запястьях лопнуло и распустилось. Брызнули капли крови. Синьмо на миг вгрызся остриём в запястье, прочертив рану от ладони до самого плеча, прежде чем со звоном прокатиться по полу. Зашипев сквозь зубы, Лю Цингэ сбросил с себя проклятое вервие. Теперь контролировать тело стало в разы проще, но… Пришлось разогнать застоявшуюся светлую ци, залечивая раненую конечность. Камера прогремела от мощной волны энергии. И ещё. И следующей! Время вышло. Больше ни о чём не думая, Лю Цингэ резко выдохнул сквозь зубы и рванул вперёд. На втором шаге землю тряхнуло, едва не опрокидывая пленника навзничь. Тем не менее ему удалось сохранить равновесие и подхватить с пола накидку, похожую на чёрное размазанное пятно. С выбитым вздохом и клокочущим сердцем добраться до выхода. Нетвёрдыми шагами, спотыкаясь и едва не теряя равновесие во время встряски, он ступает словно посреди бушующего моря. Всё это заняло не более трёх ударов сердца, но заклинателю они показались вечностью. Наконец ладонь легла на холодную сталь. Ещё не до конца осознавая происходящее, Лю Цингэ дёрнул ручку на себя. В мрачном неустойчивом пространстве он на миг замер, опираясь о стену. Затем тяжело оттолкнулся, бросился вперёд и остановися, лишь когда стены перестало трясти. Ослабевшее тело пошатнулось, и только стена за спиной оставалась надёжной опорой. Мир вокруг плыл, распадаясь на размытые образы и отголоски треска факелов. Потихоньку сползая вниз и дрейфуя среди волн головокружения, Лю Цингэ медленно и глубоко дышал. Воздух здесь сыроватый и землистый, а не приторно-сладкий — просто потрясающий. С каким-то отстранённым изумлением, будто всё это происходило не с ним, Лю Цингэ осознал: теперь его окружали узкие коридоры тоннеля Водной Тюрьмы. Неужели у него всё-таки получилось?