All Choked Up

Так прошли следующие несколько недель. Как бы рано ни просыпалась Бриенна, ей никогда не удавалось застать Джейме лежащим в кровати рядом с ней. Джоанна помогала ей одеться, а слуга приносил завтрак. Среди прислуги быстро распространились слухи, что, хотя леди Утёса и некрасива, но очень добра. Мальчики из прислуги ссорились за право приносить ей еду. Бриенна нашла небольшую библиотеку — она искренне надеялась, что это не главная библиотека замка, так как помещение было ужасно маленьким. На Тарте было куда больше разнообразных книг. Обнаружила Бриенна и балкон с диваном, который ей очень понравился. С того дня она мысленно именовала его «мой балкон», хотя дважды терялась в лабиринтах замка, пытаясь до него добраться. На третий день своего замужества Тартская Дева перестала плакать. И за всё это время она ни разу не видела мужа до обеда. Как и предполагала Бриенна, Джоанна оказалась неисчерпаемым источником информации. Ее мать была служанкой матери Джейме, Джоанны, в честь которой и была названа горничная Бриенны. Девушка изо всех сил старалась рассказывать только положительные истории о Ланнистерах, однако полностью скрыть правду было невозможно. Лорд Тайвин ожесточился после смерти жены. Серсея — и Джейме, как предполагала Бриенна — плохо обращались с Тирионом. Джейме как мог боролся с чтением, письмом и математикой, но, тем не менее, проявлял недюжинные способности в искусстве боя. Однако сражения для него закончились в тот день, когда он потерял руку, державшую меч. Горничная также поведала Бриенне и о Утёсе Кастерли. Она рассказывала о слугах, работавших в замке всю свою жизнь, о фермерах, полагавшихся на рынок и хорошую погоду, о купцах, рисковавших жизнью в море. Джоанна помогла этому месту ожить для Бриенны. Тартская Дева знала, что горничная, вероятно, приставала к другим слугам с расспросами о ней, а потому она тоже пыталась рассказать Джоанне обрывочную информацию о себе. В подробностях описывая всё то, что делало Тарт прекрасным, а жизнь на нём — удивительной, Бриенна ненароком заставила себя тосковать по дому. Никто не смог бы назвать её пребывание в Утёсе Кастерли приятным.

***

А потом появился Джейме. Казалось, после происшествия в спальне он сменил свою тактику. Вместо того, чтобы показательно не разговаривать с Бриенной, когда они были вместе, он болтал без умолку. Он в подробностях рассказывал о своем обеде, бросал лукавые замечания по поводу ее внешности. Вскоре Джейме обнаружил, что Бриенне не нравится, когда он зовёт её «моя невеста», и теперь регулярно называл её так. — Может ли этот ужин быть менее привлекательным? — сказал он однажды вечером, ковыряя в тарелке кусок пирога. Джейме был прав — еда выглядела очень неаппетитно. — Единственное, что может быть ещё уродливее, — так это моя жена, — после небольшой паузы продолжил он, бросив на Бриенну быстрый взгляд. Это было гораздо смелее его обычных насмешек. Тартская Дева посмотрела ему прямо в глаза, отрезала огромный кусок пирога, без промедления сунула его в рот, прожевала и проглотила. — Подумай о том, насколько сильно ты пал, — сказала она, — Ведь единственная девушка в Семи Королевствах, которая согласилась выйти за тебя замуж — такая уродина, как я. Так раз и навсегда со стороны Джейме прекратились комментарии о её внешности.

***

В другой раз Бриенна сидела в библиотеке и листала старые карты, когда в комнату неожиданно вошёл Джейме. Они оба были потрясены, увидев друг друга. — Что ты здесь делаешь? — не злым, а каким-то смущенным тоном спросил он. — Читаю, — спокойно ответила она, поднимая старую книгу. — Ты хочешь, чтобы я занялась чем-нибудь другим, дорогой муж? Бриенна заметила, что он вздрогнул. Однако Джейме решил не обращать на ее слова никакого внимания и принялся сосредоточенно рыться в полках. Тартская Дева поняла, что поиск займет у него много времени, однако и не подумала предлагать ему свою помощь. Наконец, Джейме выбрал толстую книгу, зажал её искалеченной кистью, повернулся к Бриенне, быстро кивнул ей и вышел.

***

Однажды Джоанна расчесывала волосы Бриенны, пытаясь сделать ей хоть сколько-нибудь привлекательную причёску. — Миледи, — начала она как можно мягче. — У вас всегда такие длинные волосы? В ответ на это Бриенна тихо рассмеялась: — Нет, обычно они намного короче. — Короче?! — с удивлением воскликнула Джоанна. — Тогда почему бы вам не подстричь их, миледи? Бриенна провела рукой по волосам, показывая Джоанне, какой длины они обычно бывают. — Я не думаю, что короткие волосы подошли бы леди Утеса Кастерли. — Но вы же леди Ланнистер, — сухо заметила горничная. — Все, что вы делаете, уместно только потому, что вы это сделали. Бриенна улыбнулась. Она не думала, что все может быть так просто. И тем не менее… Леди Утеса Кастерли пришла к ужину в тот вечер пораньше. Когда в столовую вошел Джейме, он даже не взглянул в ее сторону. Однако, усаживаясь за стол, он бросил один-единственный взгляд в сторону Бриенны — и сразу же оглянулся вновь. Бриенна попыталась не улыбнуться, когда он с удивлением принялся рассматривать ее недавно остриженные волосы. Они не были столь короткими, как Бриенна обычно носила на Тарте, однако Джоанне удалось найти длину и стиль прически, которые хорошо ей подходили. Тартская Дева не знала, сколько платят горничной, однако посчитала, что теперь непременно должна повысить ей зарплату. В конце концов, Джейме отвернулся и продолжил трапезу, не прекращая потока колких фраз, которые должны были спровоцировать Бриенну. То тут, то там он отпускал обидные остроты. Тем не менее, Бриенна заметила, что он продолжает рассматривать ее новую прическу. Каждый раз, когда Джейме поднимал на нее взгляд, Тартская Дева чувствовала, что ее уши, должно быть, становятся ярко-красными. Однако Джейме так и не сказал ей о причёске ни единого слова. Этот вечер прошел так, как и все остальные. Они поужинали и вместе отправились в свою комнату. Джейме расшнуровал Бриенне корсет, и они погрузились в зыбкий, тревожный сон.

***

Джейме Ланнистер решил просыпаться раньше жены, чтобы доказать ей свое превосходство. Был ли в этом смысл? Он не знал. Показать Бриенне, она ему не нужна? Разумеется, нет. Намекнуть, что он не хочет ее? Конечно же, нет. Дать ей понять, что у него есть дела поважнее, чем их совместное времяпровождение?.. Джейме и не заметил, когда именно это вошло в его привычку. Каждый день он просыпался чуть свет, лежал в постели и смотрел, как спит его жена. Бриенна из Тарта оказалась совсем не такой, какой он ожидал ее увидеть. Когда отец приказал ему жениться на уродливой девице, дочери лорда Селвина Тарта, которого люди прозвали Людоедом, он живо представил себе глупую, уродливую, скучную девушку, которая была бы несказанно благодарна Семерым уже за то, что вообще вышла замуж, позволяла бы ему делать все, что он захочет, а в конечном итоге и вовсе бы сдалась, решив вернуться на Тарт. Но Бриенна была далеко не из таких. Она явно была умнее его, что очень раздражало Джейме. Ничто в ней не казалось скучным. Он хотел было не обращать на нее никакого внимания, однако игнорировать ее было все равно, что пытаться игнорировать солнце. Поэтому каждое утро, пока Бриенна спала, миллионы вопросов терзали душу Джейме. Интересно, как жилось ей на Тарте? Вот бы узнать, что она о нем думает (наверняка, ничего хорошего, он это заслужил)? Чего она хочет? Она явно не желала выходить за него замуж, и он не мог ее винить в этом. Тем не менее, Тартская Дева приняла его предложение. Конечно, Джейме никогда не получит ответы, если так и будет продолжать разглядывать лицо спящей Бриенны. Однако он не собирался с ней разговаривать. Джейме понимал, что должен был хоть как-то прокомментировать перемену ее прически. Это мог бы быть шаг к перемирию, мост через пропасть. Но теперь было уже слишком поздно. В конце концов он поднялся с постели, пристегнул свою золотую руку и вышел из комнаты, чтобы еще один день не обращать на Бриенну никакого внимания. На свою жену.

***

За ужином Бриенна удивила его. Джейме как раз собирался вгрызться в картошку, когда она неожиданно заговорила. От удивления вилка даже выпала у него из рук. — Сир Джейме, — произнесла Бриенна. Она сделала небольшую паузу, выжидая, когда он поднимет свою вилку с пола. Джейме с ненавистью ощутил, что она вновь берет над ним верх. — Я подумала, что, может быть, в Утесе Кастерли найдется кто-нибудь, кто мог бы стать мне подходящим партнёром для спарринга? Ошеломленный, Джейме нечаянно опрокинул бокал с вином — здоровой рукой. Казалось, Бриенну позабавила такая его реакция. — Что? Партнёр для спарринга? Зачем? — спросил он, как показалось Бриенне, довольно грубым тоном. — Конечно, мой отец говорил вам, что я умею обращаться с мечом. Я обучала оруженосцев на Тарте, — Бриенна точно знала, что Селвин Тарт не говорил ему ничего подобного, однако Джейме не мог просто так в этом признаться. — Хочешь сражаться со сквайрами? — спросил он с ухмылкой. — Нет, дорогой муж, я обучала оруженосцев. Я хочу сражаться с рыцарями. Джейме озадаченно потер рукой лоб. — Ты не встанешь в спарринг с моими рыцарями, — не задумываясь, ответил он. — Они сделают тебе больно. — Или я сделаю больно им, — сказала Бриенна, делая большой глоток вина. И почему только Джейме досталась самая беспокойная жена в Семи Королевствах?.. Неожиданно ему в голову пришла гениальная мысль, возможно, впервые в жизни. — Спарринг, — произнес Джейме. Тартская Дева подняла бровь. — Если ты победишь, — а ты этого не сделаешь, — то сможешь сразиться с моими рыцарями. Если же у тебя не получится, мы навсегда закроем эту тему. — Ты не можешь указывать мне, что делать, — ответила Бриенна, вонзая нож в кусок бифштекса. — Да. Но я могу указывать своим рыцарям, что им делать. — Бриенна нахмурилась, опустив взгляд на руки Джейме. — Да, левой рукой, — подтвердил он, словно прочитав ее мысли. Джейме поднял нож, будто в доказательство того, что он способен сражаться. Ну и что, что он практически не практиковался левой рукой?.. Это был Джейме Ланнистер! Конечно, он запросто сможет победить женщину. Хотя он и никогда не видел, чтобы женщина выглядела так свирепо…