Преданность долгу

Через день после выхода из Лотеринга они прошли так близко от Хоннлита, что Каллен увидел в окружающей толпе знакомые лица. Толпы людей собирались все чаще по мере того, как весть о продвижении Инквизиции распространялась по Ферелдену. Люди махали руками и приветствовали их всех. Он отказывался махать в ответ, словно это был парад, но остальные члены группы без колебаний приветствовали толпу. В нерабочее время Даррен даже посылал воздушные поцелуи, которые были встречены восторженными визгами. Каллен посмотрел на него прищуренным взглядом. − Ты понимаешь, что они понятия не имеют, кто ты? − Но не из-за отсутствия попыток! − сказал Даррен. − Я понимаю, что мы не все можем быть такими знаменитыми, как ты, брат, но человек может помечтать. − Они не знают, кто я, − раздраженно возразил он. Дориан рассмеялся сидя по другую сторону от Даррена. − Возможно, тебе стоит прислушаться. Он уже собирался что-то прорычать в ответ, когда раздалось громкое "Командир Каллен!". Он покраснел, увидев группу женщин, которые махали ему и широко улыбались. Когда он окинул их взглядом, одна из дам подпрыгнула и схватила другую за руку, что-то быстро говоря. Вся группа удвоила свои усилия. − Помаши им, − произнес Дориан. Каллен бросил на него полный ужаса взгляд, но после ободряющего кивка мага медленно поднял руку в коротком приветствии. Поднялся пронзительный визг, и, вопреки здравому смыслу, женщины оживились еще больше. Он быстро отвел глаза и попытался сосредоточиться на дороге. К несчастью, Кассандра сидела прямо перед ним на задке фургона и смотрела холодными глазами. Когда он встретился с ней взглядом, она ухмыльнулась − на самом деле ухмыльнулась − и Каллен покраснел до кончиков волос. Он опустил взгляд, глядя на свою медленно бредущую лошадь. − Дыхание Создателя, − пробормотал он. Дориан и его брат с трудом сдерживали смех. − Видишь, командир? − сказал Дориан. − Теперь ты распространил добрую волю Инквизиции на небольшую часть Тедаса. Эти дамы будут говорить только теплые слова в твой адрес и адрес Инквизиции буквально за одну твою улыбку. Не забывай, это ведь дипломатическая миссия. − Думаю, вы прекрасно справитесь вдвоем, − произнес Каллен, нахмурившись, когда заметил, что Дориан не присоединяется к остальным и не приветствует толпу. − А почему ты не ведешь себя более... дружелюбно? Даррен фыркнул, а Дориан спесиво выпрямился. − Для гостя вашей страны было бы крайне неприлично заставить её граждан отвернутся от своих родных сыновей, как как это неизбежно происходит с человеком моего уровня. А я − не кто иной, как вежливый гость. − Ферелденцы узнают искренность, когда ее видят, − сказал Даррен, махая рукой. − И когда это всего лишь видимость. Им ничего не угрожает от таких, как ты. Помаши людям рукой. К удивлению Каллена, Дориан ухмыльнулся. − Разве ты не хотел сказать: "нам ничего не угрожает"? Или уже отказался от гражданства? Его брат не ответил, и Каллен уставился на них обоих. Никто из них не смотрел на него, и в конце концов Дориан повернулся к толпе и поднял руку. Каллен покачал головой и поехал вперед, подальше от глаз Кассандры и подводных течений, в которых ему не следовало пытаться разобраться. *** Они остановились на отдых перед финальным участком пути, и Каллен сидел возле своей палатки, наблюдая за звездами до глубокой ночи. Чем больше он пытался поймать сон, тем дальше тот ускользал, и звездное покрывало над головой было по крайней мере более интересной картиной, чем полотняный потолок. − Командир! − раздался резкий голос, и он без раздумий вскочил на ноги. К нему шагал небольшой отряд, волоча за собой фигуру в капюшоне со связанными руками. − Схватили этого типа, когда он пытался проскользнуть через периметр, − продолжил сержант. − Похоже, отступник. Каллен приподнял бровь, и мужчина покраснел. − Прошу прощения, сэр, незарегистрированный маг. − Есть пострадавшие? − Нет, сэр, ни он, ни мы. Он сдался без сопротивления. − Понятно, − сказал Каллен. − И насколько далеко он проник? − Когда сержант растерянно посмотрел на него, Каллен уточнил: − Где его остановили? В наступившей тишине вперед вышел рядовой. − Мы поймали его на втором уровне обороны, сэр. Каллен улыбнулся и жестом приказал им снять капюшон с мужчины, открывая очень лысую, очень знакомую голову с фиолетовыми глазами, которые смотрели на него с усталой насмешкой. − Так быстро, − пробормотал Каллен, и Солас слегка пожал плечами. − Сержант, вы из отряда лейтенанта Килвенан, верно? − Да, сэр. Она попросила меня лично привести его к вам после того, как мы его схватили. У Килвенан всегда было острое чувство юмора. Он не станет рассказывать мужчине о том, какие подколки его ждут. − Передайте ей, что я сказал − отличная работа. Оставьте пленника мне. Они удивились, но сделали, как он сказал. Когда они вышли из зоны слышимости, Каллен повернулся обратно к Соласу. − Только второй уровень? Теряешь сноровку. − Да, я рад, что ты так умело защищаешь Инквизитора. Последовательная смена караула − умный ход, − сказал Солас. Он пошевелил руками, и путы упали на землю. − Возможно, тебе стоит сообщить своим рекрутам, что для мага нужны более надежные способы удержания, чем простая веревка. Каллен фыркнул, и Солас улыбнулся, но улыбка не тронула его глаз. Вокруг глаз залегли морщинки, а во всей его осанке была какая-то тяжесть, которая не нравилась Каллену. − Ты выглядишь изможденным, − сказал он. − Почему ты вообще здесь? Я думал, ты занят тем, что грабишь пожилых дам. − Да, я первоклассный преступник, − сказал Солас, сверкая глазами. − Чтобы уйти, оставив больше, чем взял, и при этом сохранить видимость кражи, требуются немалые усилия. Каллен передернулся, но извиняться не стал. Он не доверял Соласу. Не с тех пор, как пал Корифей, а эльф исчез, оставив лишь знание о том, что он сыграл ключевую роль в восхождении магистра Порождений тьмы. Но, в конце концов, Солас вернулся и Эллана любила его, а Лелиaнa доверяла, так что Каллену пришлось смириться. С тех пор они стали союзниками, но Каллен никогда не переставал за ним наблюдать. Испытывать. Солас знал об этом и, казалось, наслаждался вызовом. Он также никогда не забывал, что когда-то Каллен надеялся стать его соперником в любви. − Что касается причины моего появления, то меня пригласили на бал, − добавил он. − Эллана. Его губы сжались, когда он произнес это, несмотря на самодовольный тон, и Каллен невольно рассмеялся. − Вижу, ты ждешь этого с таким же нетерпением, как и я, − сказал он. − Ты привел стражей Храма? − Нет, они... в другом месте. Пока что, − ответил Солас. Он повернул голову в сторону шума, и его лицо смягчилось. − Vhenan. Эллана возникла из темноты, словно рассвет. У Каллена перехватило дыхание от обожания в её глазах и отчаянной нужды, которую она даже не пыталась скрыть. Эти чувства так легко отозвались в нём, но по другому лицу и другому имени, и ему пришлось отвернуться от их силы. Он повернулся обратно только тогда, когда голос Элланы, тихий и насмешливый, поплыл через пустое пространство. − Мне сказали, что мы задержали вражеского агента. Скажите, с какой целью вы проникли в наш лагерь? Улыбка заиграла на ее губах, когда Солас бросил на нее неодобрительный взгляд. − Dalen, сейчас не самый подходящий момент. − Это не ответ, шпион, − сказала она. − Видно, тебя хорошо обучили, но мои методы допроса никогда не подводят. − Солас рыкнул, а Эллана блаженно улыбнулась. − Так или иначе, я узнаю о твоих целях. Солас бросил косой взгляд на Каллена, который даже не подумал уйти. Он наслаждался смущением эльфа сильнее, чем когда-либо признает, и с меньшей болью, чем мог бы себе представить. С Кассандрой их близость всегда была честной и прямой, без каких либо игр. Хотя мысль о том, как Кассандра допрашивает его до полного изнеможения, внезапно показалась весьма привлекательной. Инквизитор, постукивая ногой, бесстрастно наблюдала за своим возлюбленным. Наконец, Солас тяжело вздохнул. − Моя цель − найти Инквизитора, схватить ее и показать, что эльфов нельзя игнорировать. Эллана подошла к нему ближе и провела рукой по его плечу. − Всех эльфов? Или кого-то конкретного? − Он не ответил, и она рассмеялась. − И как бы ты ей это показал? Солас хищно улыбнулся и наклонился, чтобы шепнуть ей что-то на ухо. Каллен был безмерно благодарен, что не смог расслышать слов, когда лицо Элланы стало пугающего алого оттенка. Она откашлялась, затем искоса взглянула на Каллена. − Ну, хорошо, − произнесла она, снова кашлянув. − Тогда, пожалуй, я позволю твоей миссии завершиться успехом. Без промедления. Она потянула Соласа к своему отдаленному шатру. Глаза эльфа потеряли усталость и теперь были сосредоточены исключительно на Эллане. Он ничего не сказал, пока они уходили, хотя Эллана, по крайней мере, пожелала ему спокойной ночи через плечо. Каллен опустился обратно перед своим шатром, сердце его терзала зависть, а разум бушевал. Лагерь вокруг него погрузился в тишину, лишь редкие звоны и бормотания напоминали о жизни, но теперь сон казался еще более далеким. Он услышал шаги рядом, но не потрудился поднять голову, пока кто-то не опустился на землю совсем близко, на расстоянии вытянутой руки. Он испуганно отшатнулся и повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кассандра ставит на землю миску с супом. − Ешь, − сказала она. Прошла целая минута, прежде чем он обрел голос. − Полночь же. − Да, − ответила она. − Ешь. Тебе нужно. − Она вопросительно подняла одну идеальную бровь. − Или ты собрался спать? Она хорошо его знала. − Нет, − сказал он и неохотно взял миску. Его нежелание немного ослабло, когда он увидел, что у нее тоже есть своя миска и две маленькие буханки хлеба. − Ты разве не ужинала? − Нет. Он взял у нее хлеб и внимательно вгляделся в ее лицо. От лунного света, омывавшего ее, она казалась бледной. По крайней мере, ему так показалось. Но луна, конечно, не была причиной впавших щек и тревожных морщинок у глаз. Он вспомнил о своих неделях недоедания. − Полагаю, двум лидерам Инквизиции не пристало рухнуть без сил за день до прибытия. − Или трем, − добавила она. − Хотя Эллана сейчас выглядела гораздо более радостной. Вернувшиеся любовники обладали таким эффектом, но это была деликатная тема. − Ну, Солас - целитель. Когда соизволит им быть. Они ели молча, и, даже несмотря на стену между ними, он чувствовал себя расслабленным, более самим собой, чем с того утра, когда его мир разбился вдребезги. Рядом не было никого, кто мог бы их видеть, и ему не приходилось так сильно притворяться. Он с удивительной энергией расправился с супом и хлебом и повернулся к ней с легкой мольбой в глазах. Она поняла и взяла сумку. Ее рука погрузилась внутрь, затем появилась снова, держа в руке яблоко и кусок сыра. Он взял их, а потом рассмеялся, когда она достала еще кусок хлеба и еще одно яблоко, которые тоже протянула ему. − Ты подготовилась, − сказал он. − Тебе нужна еда, − ответила она. − Ты слишком худой. Он откусил кусок сыра и пожал плечами. − Наверно, это к лучшему. Я стал терять форму, − пробормотал он, набив рот едой. − Ничего подобного. − Еще как! Я уже едва забираюсь наверх по лестнице, − возразил он. − Еще немного, и придется спать внизу на диване. Она покачала головой с привычным раздражением. − Неправда. Ты всегда был в отличной форме. Не стоит принижать себя, зная, что это ложь. На его губах появилась тень улыбки. − Ради тебя постараюсь, − сказал он, затем отвел взгляд. − Кстати, спасибо за еду. Она машинально опустила руку, теребя верх голенища сапога. − Варик рассказал, что ты просил его остаться мне другом. Ты сказал ему, что мы не ссорились. − Так мы и не ссорились. − Да. Но я тут подумала... − Кассандра запнулась. − Мне нужно тебя поблагодарить. Еда − это ничто по сравнению с этим. Снова повисло молчание, на этот раз менее комфортное. Закончив с едой, Каллен лишился возможности занять рот. Он нахмурился. Вот почему избегать ее было проще. Наконец, он спросил: − Почему ты все еще не спишь? Надеюсь, не из-за меня? − Нет, − сказала она, но в глаза ему так и не посмотрела. − Мне тяжело уснуть. Знаю, лучше бы выспаться, но не могу. Сверчки устроили им тихую серенаду, пока он ждал, чтобы она нашла нужные слова. Кассандра тяжело вздохнула. − Я никогда не нервничала перед битвой. Я знала, что могу умереть, и не раз, но этого недостаточно для страха. Если я не могу доверять своему щиту, кому я могу доверять? Он ничего не сказал, хотя знал ответ. Ему. Ему она могла доверять, всегда. Но не за этим она пришла. − Но это не бой, − продолжила она, бросив на него взгляд. − Это... бал. Мне никогда не было так страшно. Каллен улыбнулся, и она грустно ответила ему тем же. − Я понимаю, о чем ты, − сказал он. − От меня так много требуется. Не знаю, заслуживаю ли я их веры, − сказала Кассандра и нахмурилась. − Лелиана говорит, что я должна быть обаятельной. В нем забурлил смех, но Каллен сдержался. Вместо этого он протянул руку и взял ее ладонь в свою. − Ты обаятельна. Даже Сэра к тебе потеплее стала. После нее с дипломатами проблем не будет, − сказал он как можно тверже. Он сжал ее пальцы своими. Как друг. − Ты используешь свой командирский голос, − сказала она. − Тот, которым уговариваешь солдат идти на битвы, которые они могут проиграть. − Это единственный мой голос, − пожал он плечами. − И "могут проиграть" не значит "проиграют". У тебя все получится. Я бы поставил на тебя в любой день. − Спасибо, - сказала она. Они сидели какое-то время, как дети, держась за руки, пока его зевок не заставил ее подняться. − Прости. Ты, наверное, уже хочешь спать. Он не думал спорить. Хотелось лишь еще чуть-чуть послушать ее дыхание рядом, прежде чем она ослепит всех своим обаянием. Но ей требовался отдых. − И тебе тоже, − пробормотал он, − вернее, тебе он необходим. Спокойной ночи. − Спокойной ночи, Каллен, − ответила она, и этот голос, словно нежная мелодия, ласкал его изнутри, пока сон окончательно не увлек его в объятия Тени. *** Дворец Лотеринга был большим, просторным и битком набит гостями. Им, номинальным хозяевам торжества, выделили для размещения обширный, но тесный луг за стенами. Каллен с радостью бы просидел там до самого конца этого проклятого мероприятия, но его, вместе с другими предводителями, тут же погнали во дворец – выделять комнаты. Алистер и Элисса встретили их в величественном холле, вдвое больше тронного зала Скайхолда. Сэра с отвращением задрала голову, разглядывая высокий потолок. − Какому-то бедолаге предстоит нехилая уборка наверху. Впрочем, кого это волнует? Жозефина шикнула на нее, изображая на лице вежливую улыбку, но глаза Алистера заплясали. − О нет, мы специально отпускаем пауков на волю. Когда они вырастают достаточно большими, их используем для тренировки стражи, – сказал он. – Несколько человек мы потеряли, но им следовало следить за всеми лапами, а не только за передними. Я им говорил – это главное. Варрик и Бык расхохотались, а Элисса шутливо ударила мужа по руке. − Прекрати. Ты же обещал вести себя достойно. − Тебе не следовало ему верить, – усмехнулась Лелиана. Она шагнула вперед и по очереди обняла их обоих. − Слава Создателю, с вами все хорошо. Столько времени прошло. − Да, как только мир перестало трясти от новых угроз, наступило социальное затишье, – сказал Алистер. − Но ты же знаешь, как трудно добраться до вашей крепости? Я бы предпочел снова пройти Глубинные тропы, чем эти горные перевалы. Лелиана фыркнула, но ее ответ прервала Жозефина, демонстративно прочищая горло. − Лелиана, – произнесла дипломат. Каллен медленно отступил, заметив, что остальные последовали его примеру. Никогда не стоит оказываться на линии огня, когда советники ссорятся. К счастью, Алистер придал лицу подобие серьезности. − Прошу прощения, леди Монтилье. Я, Алистер Tейрин, король Ферелдена, вместе со своей сиятельной королевой, смиренно приветствую вас в нашем маленьком дворце у озера. Надеюсь, это место прекрасно подойдет для вашего Инквизиторского дня рождения или что вы там празднуете. Комнаты, слуги, стража и еда – все в вашем распоряжении. Но не вино, – добавил он сурово. – Я усвоил урок, когда у нас гостили марчаны. Оно не предназначено для выноса. Жозефина не дрогнула, даже несмотря на сдерживаемые смешки вокруг. − Благодарю вас, ваши величества. Мы высоко ценим ваше гостеприимство и снисходительность, особенно в такие короткие сроки. Королева изящно склонила голову. − Не за что. Мы считаем вас нашими дорогими друзьями, – она ткнула локтем мужа в бок. − Да, да, мы все здесь лучшие друзья, – сказал Алистер, глядя им за спины. − Но я вижу незнакомых людей. И детей! Глаза Каллена расширились. Он обернулся и увидел свою семью, нервно ерзающую позади них, словно беженцы во время шторма. Должно быть, они каким-то образом пробрались внутрь, чтобы встретиться с королевской четой, и выглядели совершенно потрясенными. Особенно лицо Мии – смесь ужаса и обожания, заставившая сердце Каллена упасть. Жозефина убьет его. Медленно. Одними словами. Но когда молчание затянулось, он понял, что выбора у него нет. − Ваше величество... − начал он. Алистер вздрогнул. − Каллен, ну ты даешь! Чтобы от тебя услышать такое… Непростительно! Формальности мы уже соблюли, − сказал он, повернувшись к жене. − Так ведь, дорогая? Элисса улыбнулась, но в этой натянутой улыбке сквозила угроза будущих неприятностей. − Если ты настаиваешь, − произнесла она. Создатель, помоги ему. − Алистер, − попытался он снова. − Это моя семья. Они гостили у меня в Скайхолде, когда эти… договоренности… были, ну, договорены. Он поморщился, когда Сэра открыто расхохоталась, затем неопределенно махнул рукой в сторону родственников. − Мои сестры, Мия и Элис, и брат Даррен, который служит в отряде, недавно присланном тобой. А это муж Мии, Брэндон, и их трое детей: Питер, Кэтрин и… Алистер. Он покраснел, заметив, что королева удивленно приподняла брови. − Алистер? − спросила она. Каллен не мог понять рассмешило это ее или обидело. Он молил богов, чтобы рассмешило. Мия шагнула вперед и сделала такой низкий реверанс, что он испугался, что она упадет. − Да, Ваше Величество, − произнесла она. Каллен затаил дыхание, но Алистер, к счастью, ничего не сказал. − Мы надеялись, что он вырастет мудрым и храбрым, как наш король. − Боюсь, в таком случае, гораздо лучшим выбором стало бы имя Элисса, − сказал Алистер. Он поклонился, игнорируя робкие протесты Мии. − Тем не менее, благодарю вас за комплимент, госпожа Резерфорд. − Уокер, − коротко поправил Брэндон. Теперь очередь смеяться настала Дориана, в то время как Мия испепеляла мужа взглядом за то, что он посмел поправлять их короля. Алистер не растерялся. − Конечно, госпожа Уокер, именно это я и собирался сказать. Любая семья Каллена − мои друзья. Правила храмовников. Не то чтобы я стал храмовником, но… вроде как отношусь к ним, − сказал он. И добавил громким шепотом: − Им это не нравится. Каллен закатил глаза, а Алистер оскалил зубы в усмешке. − Ну не сердись. Ты уже даже не член Ордена, − сказал он. Затем он повернулся к Мие с неожиданной придворной учтивостью. − А не желаете ли вы со своей семьей совершить экскурсию по этому зданию? Даже я еще не нашел всех его закоулков. Или пауков. Мия закивала так быстро, что казалось воспламенится воздух вокруг, и остальная семья, похоже, заинтересовалась. По крайней мере, Брэндон явно не собирался оставлять жену наедине с королем. Каллен мог бы ему сказать, что Алистер так ведет себя со всеми, и в целом это не имеет значения. Элисса целиком и полностью завладела им давным-давно. Тем не менее, это хоть как-то их всех займет. И Брэндон, насколько Каллен надеялся, не из тех, кто лезет в драку. Жозефина, растерянная, шагнула вперед, когда Алистер протянул руку Мие. − Ваше Величество... Алистер... Мы надеялись украсть у вас немного времени, чтобы поговорить с Инквизитором о приготовлениях к завтрашнему вечеру, − Эллана скривилась, и Каллен догадался, что Жозефина снова использует королевское "мы". Алистер отмахнулся. − О Создатель, нет, я буду тут так же полезен, как платье на гарлоке. Решите это с моими советниками, − сказал он. − Кроме того, я сам ни раз был в походах. На самом деле, Инквизитору нужна ванна и кровать, именно в таком порядке. Отдых. Расслабление. Времени для разговоров потом будет предостаточно. Когда группа скрылась в глубинах замка, Каллен услышал: − Итак, госпожа Уокер, или лучше сказать, Мия, − я категорически отказываюсь, чтобы меня называли Ваше Величество. Но Алистер, я вижу, может вызвать путаницу. Требуется прозвище. В юности меня часто называли "Эй, ты, бастард", но, возможно, что-то покороче? Голоса стихли, и Бык сказал: − Ну, вроде прошло неплохо. Где кровати? − Его блуждающий взгляд и улыбки, брошенные разным людям в комнате, не оставляли сомнений в том, что он надеется на дневное "двухместное размещение". Жозефина приложила руку ко лбу. Экономка вышла вперед, и Элисса поманила группу к ближайшей двери. Пока они шли, Каллен подошел к ней и Лелиане. − Прошу прощения за это, − сказал он тихим голосом. − Не стоит, − ответила она. − Он был в восторге от того, что у него появился повод уйти от нас. Вероятно, это был самый приятный подарок, который ты мог ему сделать. − Нет, я имел в виду... эм, это щенячье обожание. Она улыбнулась, но в этой улыбке таилась та же опасная сила, что и много лет назад, когда она расколола Круг Кинлоха, чтобы спасти их всех. − Половина мира влюблена в моего мужа, командор. Твоя сестра кажется приятной женщиной. Не беспокойся о ней. Он промолчал, хотя на самом деле его волновала не Мия. Потом он снова обдумал ее слова и тяжело сглотнул. Героиня Ферелдена не подразумевает же, что она… Он прервал эту мысль. Она приказала ему не беспокоиться. Он не будет. Он хорошо выполнял приказы. Лелиана увела Элиссу в сторону и начала тихо о чем-то говорить, что, вероятно, не стоило его жизни, чтобы подслушивать. Поэтому он вернулся в группу и рассеянно прислушивался к их смеху и шуткам. Они петляли по обширному гостевому крылу, по пути оставляя людей, когда они находили свои комнаты. К его удивлению, всем им, включая Соласа и Эллану, предоставили отдельные покои, и он был благодарен за то, что его избавили от неловкости объяснять, почему они с Кассандрой больше не делят комнату. Если, конечно, они вообще знали об этом. В масштабе происходящего их отношения продлились совсем недолго. Добравшись до своей комнаты, он вошел внутрь, не оглядываясь. Он не знал куда поселили Кассандру, и не хотел знать. Позже он встретится с Элиссой, военным разумом Ферелдена, чтобы обсудить безопасность. Его вещи доставят, он их распакует и подготовиться к штурму формального общения. А сейчас ему хотелось только одного − вздремнуть.