Встретились два дурных характера

Лечить Накахару Чую — подобно смерти. Дазай и Акутагава лично в этом убедились и узнали все прелести характера Чуи, когда он в таком состоянии. Впрочем, они выдержали, поэтому Накахара был отправлен обратно на учёбу уже через три дня. Зато Осаму и Рюноске успели за эти три дня познакомиться, посочувствовать и возненавидеть друг друга. — Тебе что, так сложно просто принести это несчастное молоко? — прошипел шатен. — Да нахуя ему это молоко? — рыкнул в ответ брюнет. Но увидев злобный огонёк в карих глазах, цыкнул и ушёл на кухню. И вернулся через пару минут с пустыми руками. — Ну? — Нету молока, — Акутагава пожал плечами. — Значит сходи за ним, — Дазай посмотрел на крепко спящего Чую, который развалился на кровати. А она, вообще-то, двухспальная. — Да не будет он пить это молоко, успокойся! — Рюноске сжал руки в кулаки, чтобы хоть как-то сдержать накопившиеся гнев. И уже более спокойно добавил: — Он всё равно спит. Осаму глубоко вздохнул. Тц, опять устроили перепалку не из-за чего. В общем проблем было куча. Потому что Накахара — тот ещё нытик. А молоко он и правда не пьёт. Гадёныш. — Ну Чу-у-уя, — умоляюще протянул Дазай, пихая парню в рот таблетку. Тот всеми силами пытался увернуться. — Я не буду пить эту гадость, — твёрдо отчеканил Накахара. — Тебя не спрашивают, — грубо произнёс рядом стоящий Рюноске. Осаму тяжко вздохнул. — Если ты не выпьешь эту таблетку, то я… — шатен задумчиво посмотрел в потолок, и после нескольких секунд молчания резко посмотрел на Чую, ухмыльнувшись, — Поцелую тебя. Голубые глаза распахнулись в изумлении. Даже Акутагава воздухом поперхнулся. Дазай прыснул в кулак. — Да шучу я, шучу. Просто выпей это, иначе сядешь на больничный, — он снова протянул таблетку и стакан воды. Накахара недоверчиво покосился на Осаму, но таблетку всё же принял. «Ну вот и как теперь этому долбоёбу доверять?» — спрашивал сам себя Чуя, сидя на паре. Дазай как обычно рисовал, предварительно попросив Накахару потом списать конспект. Эх, этот придурок неисправим. Но рисует чертовски красиво. Правда, Чую иногда пугает тот факт, что во время рисования Осаму может изредка, но внимательно на него поглядывать. Конечно, можно подумать, что тот рисует Накахару, но рыжеволосый отчаянно пытался об этом не думать, так как мысли об этом сразу вгоняли в краску. А ещё ужаснее было то, что этот имбецил стал приставать с очередной идиотской идеей. — Чуя-чи, у меня есть идея! — воодушевлённый Дазай радостно взглянул на нахмурившегося рыжика. Тот выгнул левую бровь в недоумении, — Я решил… устроить фан встречу со своими подписчиками! Чуя закатил глаза и продолжил пить чай. — Поздравляю, но мне побоку. — Но… — шатен замялся, — Мне бы хотелось провести её с тобой, — едва слышно пробормотал. Накахара подавился очередным глотком горячего напитка. Осознание сказанного пришло не сразу. Он глубоко вздохнул и попытался успокоиться. — А ты больше ничего не хочешь? — спросил тот. Осаму покачал головой. — Нет, — твёрдо ответил Чуя. — Ну… — Нахуй иди. Дазай грустно хмыкнул. Ну ничего, у него будет ещё много времени, чтобы заставить Чую провести совместную фан встречу.

***

Как бы там ни было, а про эту хреновую идею Осаму действительно не шутил. Он провёл опрос в «Вконтакте», и строчка со словом «проводить» выйграла с большим отрывом — девяносто четыре процента. Рехнуться можно. Проголосовало девять тысяч человек. «Каким, блять, образом?» — задался вопросом парень, пролистывая страничку Дазая в социальной сети. До начала пары несколько минут. Сейчас будет социальная психология, в которой Накахара более менее разбирался. Он с опаской огляделся по сторонам и прислонился к холодной стене. Ходячей мумии на горизонте не наблюдалось, так что можно спокойно продолжать охуевать с этого придурка, листая его страничку. Кстати, а у него ведь ещё Инстаграмм есть… И, как на зло, интернет стал тупить. При чём очень сильно, почти не работал. Надоедливый значок, обозначающий загрузку, достаточно бесил. Особенно, если после этого ты читаешь надпись «Нет подключения к сети». Вот гадство. Резкий звонок, режущий уши, заставил Чую слегка поморщиться. Опять полтора часа страданий. На пару Дазай пришёл с опозданием. Тихо извинился и серьёзным видом сел за пустующее место рядом с Накахарой. Даже не взглянул на рыжика. Но тот не обратил внимания, продолжая записывать лекцию. Правда вот, исходящее напряжение от шатена немного… удивляло. Обычно он светится хорошим настроением, а серьёзным становится только тогда, когда что-то старательно чиркает в своём скетчбуке. А тут сидит с задумчивой физиономией и даже ни разу не пристал. Чуя подозрительно покосился на парня. — Чего? — не отвлекаясь от своего дела, спросил тот. — Ты какой-то странный, — шёпотом ответил Накахара, — Обычно тебя не заткнуть, сидишь тут, весь сияешь, а сейчас даже не сказал какую-нибудь гадость. Дазай повернулся лицом к рядом сидящему и улыбнулся. Фальшиво, натянуто. — Всё хорошо, не беспокойся, — каждое его слово было пропитанно ложью. Даже не съязвил. — Врёшь, — брови на лице Чуи ещё сильнее нахмурились. — Хах, а малыш Чуя печётся обо мне? — а, нет, всё тот же придурок. Накахара фыркнул и отвернулся. Нечего ему время на всяких придурков тратить. Только вот, после пар рыжик всё равно решил догнать Осаму и как-то подбодрить. А вдруг это из-за того, что Чуя не захотел проводить фан встречу с ним? Хотя вряд ли бы он такой угрюмый ходил из-за этого. — Дазай! — Чуя подбежал к шатену, пытаясь отдышаться. Тот остановился и повернулся. Чтобы найти эту скумбрию, пришлось оббежать половину здания. — Слушай, я… подумал и решил… — …что ты согласен провести со мной фан встречу? — закончил предложение Осаму. Накахара медленно кивнул и в глазах Дазая буквально загорался огонёк. Он счастливо улыбнулся, уже по-настоящему, — Что, правда, правда?! Чуя снова заторможенно кивнул. Он как-то не особо верил в то, что согласился на эту херню. Но это стоило того, чтобы опять увидеть эту радостную улыбку на лице шатена, которая медленно сменилась на ухмылку. — А говорил, что не хочешь, — всё так же весело парировал Осаму. Накахара злобно фыркнул. — Я могу и передумать, — на удивление спокойно сказал тот, хотя на лицо невольно лезла улыбка. Всё же видеть эту лыбу на лице Дазая куда лучше, чем чувствовать исходящую от него напряжённую ауру. — Тогда пошли вместе домой, как раз всё обсудим! — Осаму схватил за руку сопротевлящегося студента и потащил к выходу из здания, предварительно выхватив у рыжика его кофту. — Осаму, блять, отпусти, — грозно шипел Чуя, пытаясь вытащить свою руку из стальной хватки этого дьявола, — И кофту мою отдай! — На улице жарища, не замёрзнешь, — Дазай хмыкнул и разомкнул пальцы на руке Накахары, давая тому размять пострадавшую конечность. — Семнадцать градусов, Дазай, — сказал Чуя, расматривая оставшиеся красные следы на руке, — Так что ты хотел обсудить на счёт фан встречи?

***

Придя домой, Осаму устало плюхнулся на кровать. Не то, чтобы он так сильно вымотался, но спорить с Накахарой весьма трудно. Быстро переодевшись, он подошёл к одному из шкафов, — их всего два, — и достал из глубин деревянную доску и листок ватмана, на котором уже было что-то нарисовано. Он сел на стул, положил одну ногу на другую, а на колено ту самую доску, на которую заранее был прикреплён большой листок бумаги. Дазай весьма долго думал о том, что же выбрать: краски или карандаши. Если краски — гуашь, акварель или акрил? Если карандаши — простые или цветные? Но в итоге он решил остановиться на простых карандашах, хотя чаще всего рисует цветными. Красками Осаму редко рисовал, а здесь была довольно объёмная и сложная работа. Он всё ещё помнил, как пришёл домой с универа, достал свой скетчбук и пару тетрадок, в конце которых было пару эскизов. А потом несколько часов подряд выбирал самый лучший из них. В основном на всех набросках был нарисован Чуя. Только на первых двух какие-то цветы. Дазай рисовал Накахару в самых различных местах. Один раз даже в столовой смог начать рисовать. Правда, пришлось потом на паре заканчивать по памяти. Студент оглядел взглядом портрет. После долгих раздумий, он решил взять набросок, который шатен по-быстрому набросал на паре по философии. Тогда Накахара показался ему особенно красивым: сосредоточенное лицо склоняющиеся над исписанными страницами в тетради, в одной руке — самая обычная синяя ручка, а кисть другой руки согнута в кулак и едва касается нижней губы. Яркие рыжие волосы, на которые падают солнечные лучи, просочившиеся через окно. Несколько прядей падали на лицо, немного прикрывая прелестные голубые глаза. Не глаза, а два сапфира. Уголки губ Осаму дёрнулись вверх, создавая слабую улыбку. Дазай взял простой карандаш в руку, начиная отмечать места, где будут тени. О том, чтобы снять на видео весь процесс создания этой работы и речи идти не могло. Осаму не особо хотелось получать по морде от Чуи за то, что он снова нарисовал того без разрешения. Но Дазай рисовал многих видеоблогеров, и все всегда писали положительные комментарии с благодарностями. А Накахара… злился и даже не знал об этом. Хотя, скорее всего, это напускной гнев и может, ему было даже приятно. А может и нет. Этого коротышку хрен поймёшь. Шатен начал штриховать, брать общий тон. Дазай мог пойти на какой-нибудь факультет, связанный с художеством, но… родители всегда видели в нём психолога. А психология даже притягивала в какой-то мере Осаму, поэтому и не стал противиться. Он любил родителей. Очень сильно. Дазай думал, что не переживёт их смерть. От души словно кусок оторвали. Если бы не он, возможно, Осаму был бы хоть капельку счастливее. Дазай с силой сжал карандаш, — из-за чего на нём появилась трещина, — и стиснул зубы. Каштановая чёлка прикрывала карие глаза, в которых плескалась злость и ненависть. Но через несколько секунд это наваждение исчезло, а лицо шатена приняло спокойный вид. Он знал, что сейчас его никто не видит, но всё равно пытался контролировать свои эмоции. В любом случае не хочется, чтобы портрет Чуи испортился из-за гнева Осаму.

***

Как бы там ни было, а парни всё-таки обговорили всё, что касается фан встречи. Правда, на это ушло несколько дней. Но уже через неделю на каналах Дазая и Накахары вышли информационные видео о грядущем мероприятии. Судя по комментариям, все очень обрадовались такому событию. И, как пошутил Акутагава, шипперов стало в два раза больше. Появилось даже несколько групп, где уже есть весьма много артов и ссылок на некоторые… фанфики. — Наверное некоторое подписчики удивились, узнав, что два абсолютно незнакомых видеоблогера решили провести совместную фан-встречу, — усмехнулся Рюноске, попивая кофе в каком-то непримечательном кафе. Рядом сидящий Чуя фыркнул: — Ну и пофиг. После долгих раздумий и споров, Осаму и Чуя назначили дату на 3 ноября. Это будет воскресенье. Накахара с тяжёлым вздохом посмотрел на календарь. 1 ноября, пятница. Скоро уже сессия. И фан встреча. А ещё на следующей неделе мама приезжает. На четыре дня. Чуя со вселенской скорбью на лице осознал, что та опять будет выносить мозги по поводу неубранного стола. Но на данный момент это дело десятое. И всё-таки Накахара не понимал, что вообще делают на этих фан встречах. Просто встречаются с подписчиками и расписываются в их блокнотах, одновременно с этим слушая визги маленьких девочек? Занятие такое себе, а выматывает ужасно. Нет, Чуя конечно любил своих зрителей, просто он не ходил на такие мероприятия и не понимал особого смысла в этом. Да что уж говорить, он не понимал, зачем вообще на это согласился. Всё же рыжик не особо отличался дружелюбием, а он просто уверен, что среди подписчиков есть весьма бесячие личности. И не факт, что он сдержится, чтобы не врезать по морде. А дурной славы о себе, ой как не хочется. Встреча назначена в каком-то обычном парке, где не очень много людей. Да и к тому же в пять вечера. Накахара последний раз взглянул на спящего Рю и со вздохом закрыл глаза, переворачиваясь на бок.

***

Чуя в панике бегал по комнате от одного шкафа к другому. Он не знает, что ему надеть, хотя можно было бы выбрать ещё несколько дней тому назад. Бедный Рю забился в какой-то уголок, с опаской глядя на раздражённого и одновременно с этим растерянного хозяина. Тот схватил телефон, прерывисто вздохнул и снова подбежал к шкафу. 16:43, 3 ноября. До начала мероприятия оставалось пятнадцать минут с хвостиком, а при всём при этом до этого сраного парка ещё дойти надо! Чуя взял первые попавшиеся на глаза чёрные джинсы и серую толстовку с логотипом «YouTube», заплёл волосы в низкий хвостик, перекинутый через левое плечо, и взял какой-то самый обычный рюкзак. В прихожей накинул чёрную ветровку, надел кроссовки и выбежал из квартиры, предварительно закрыв дверь. В парк он пришёл ровно в 17:00, и начал быстро бегать глазами по улице. В поле зрения сразу же попался Дазай, окружённый толпой подростков. Тот мило улыбался, что-то воодушевлённо говоря подписчикам. Заметив рыжую макушку на горизонте, он прокричал: — Чу-у-у-уя, чего ты там стоишь, как бедный родственник? Иди к нам! Всё внимание сразу же обратилось к Чуе, стоящему в нескольких метрах от всей толпы. Девочки сразу запищали: — Боже, это Накахара Чуя! — Неужели это свершилось! — Я так счастлива! Чуя немного смутился, но начал стремительными шагами преодолевать расстояние, всё ближе, и ближе подходя к ухмыляющемуся Дазаю. — А я думал, что ты не придёшь, — протянул тот, расписываясь в очередном сунутом ему в руки блокноте. — Слишком много думаешь, — фыркнул Чуя, и многие фанаты снова запищали. Он оглядел взглядом всех присутствующих. Преимущественно были девушки и несколько девочек, но парни тоже были, только реагировали более спокойно, хотя по их лицу можно было прочитать, что они рады видеть видеоблогеров. — Можешь пожалуйста расписаться? — попросила какая-то… на вид тринадцатилетняя девочка, сунув Чуе в руки обыкновенную зелёную тетрадку. Он кивнул и улыбнулся. А народ всё приходил да приходил. Но ещё интересней стало, когда начали дарить подарки… Чуя был рад тому, что взял рюкзак, так как в руках это просто чисто теоретически не донести до дома. А когда он попытался, это стало фактом. Дазаю тоже дарили много всяких вещей, но в основном просили оценить рисунки. Он с гордой улыбкой принимал их шедевры, и абсолютно про все рисунки говорил, что они красивые. Но иногда указывал на ошибки, и никто даже не обижался, просто кивая и говоря, что обязательно исправится. Но когда пошли вопросы… — Дазай, а вы с Чуей встречаетесь? — это тот самый вопрос, который заставил парней замереть и удивлённо покосится на какого-то парня. Самое главное, что эти слова были сказаны таким будничным тоном, будто тот миф, что они пидоры — был нихрена не мифом, а самым что ни на есть настоящим и доказанным фактом. Дазай неловко улыбнулся и покачал головой: — С чего ты это взял? Парень просто пожал плечами, в то время как Чуя просто закипал от злости. Это ж надо, такое про них говорить! Осаму, завидев неладное и понимая, что Чуе сейчас ничего не стоит просто врезать этому человеку, задавшему тупой вопрос, просто похлопал Накахару по плечу. Чуя посмотрел на Дазая и вздохнул. Всё понятно без слов. В парке было примерно девяносто человек. Девяносто четыре, если быть точным. Чуя принял очередной подарок, заглянул в пакетик и мимолётно улыбнулся, сказав тихое «спасибо». Там лежало письмо, судя по конверту, и ещё несколько вкусняшек. Он опять оглядел толпу, и боковым зрением заметил дерево. Да, блять, дерево, стоящее неподалёку от них. А за ним стоял какой-то странный… парень. Его было почти не видно, Чуя смог разглядеть тёмные волосы, а на голове… какая-то белая шапка. Шапка-ушанка, вроде. Странно, ведь это Япония, а не Россия. Но это парень смотрел с каким-то весельем и презрением. Что-то здесь было не так. Видимо, тот заметил Чуин взгляд и поспешил отвернуться. Накахара ещё больше нахмурился, уходя в свои мысли. — Чуя-сан, а можно с вами сфотографироваться? — из размышлений Чую вывел чей-то женский голос. Он посмотрел на Дазая, рассказывающего какую-то очередную смешную историю, и кивнул в знак согласия. Девушка подошла, вытянула руку с телефоном, улыбнулась, и сфотографировала их, — Спасибо. Только сейчас Чуя понял, что на фоне всё это время играла его собственная песня «Darkness my sorrow», и некоторые даже подпевали или же подцантовывали. — Во-о-о-от, а ещё этот чибик не пьёт молоко, представляете?! — Дазай накинулся на Накахару, обнимая его за плечи. Фанатки снова завизжали. — Что ещё за чибик? — Чуя грозно посмотрел на улыбающегося Осаму, который невинно похлопал глазками. Накахара тихо цыкнул, скидывая раздражающую конечность, которую иногда хочется оторвать и запихать в жопу её обладателю.

***

Домой Чуя буквально ввалился, проходя в комнату и попутно снимая одежду. Дойдя до цели, он устало грохнулся на кровать лицом в подушку. Рюкзак он сразу скинул рядом с дверью, так как из-за количества подарков, тот был весьма тяжёлый. И всё же ему понравилось. Правда выматывает неимоверно, но оно того стоило. Подписчики оказались очень хорошими людьми, с которыми интересно общаться. Было приятно осознавать тот факт, что среди зрителей Дазая и Чуи, есть такие прекрасные личности. Правда Накахару всё-таки что-то тревожило. Тот парень в шапке-ушанке… Кто он? Сталкер? Убийца? Маньяк? Педофил? Что ему нужно? Почему он с таким весельем всматривался именно в Осаму и Чую? От этих мыслей и вопросов желудок неприятно сворачивало, а тело пробирала едва заметная дрожь. Чуе остаётся только надеяться, что всё будет хорошо.