Сломанные души

— Как ты сейчас? — Кай встревоженно стряхивал пыль со спортивной кофты первокурсницы, которая встряхивала свои волосы в попытках избавиться от травинок, листьев и прочей грязи, забившейся в них во время неудачного торможения. — Тебе ответить честно или вежливо? — пробурчала тихо с намёком на сарказм студентка, встав на ноги и прибрав скоро волосы в хвост. — О Шинигами, придётся принять ванну и… — она кинула взгляд на порвавшийся рукав своей некогда белой водолазки, нынче усеянной травянистыми и земляными пятнами в области груди, и расстроенно вздохнула. — Зашить свою форму. — Значит, не очень, — грустно улыбнулся помфиорец, закончив скорую чистку и вернув кофту Нами, которая скоро накинула её на свои плечи. Потом его зоркие голубые глаза заметили что-то тёмное в порванном месте рукава водолазки, что не укрылось от внимания пострадавшей. — Нами-чан… с тобой всё хорошо? В голове бьёт колоколом — с ней что-то не так. — А? — она рефлекторно посмотрела на рукав и, вздрогнув, нервно кивнула. — Д-да-да, всё в порядке! — игнихайдка начала отдаляться от обеспокоенно последовавшего за ней парня под недоуменные взгляды прочих студентов, привлечённых её криками. — А точно ли вс- — Да! Прекрати меня преследовать! Не беси меня! — крикнула задрожавшая девушка, переходя на бег в попытке оторваться от него. Мистер Варгас слишком поздно среагировал — эта колоритная парочка уже успела сбежать с тренировочного поля. Ей ОЧЕНЬ не хочется, чтобы кто-либо видел её следы. Захватив стопку запасной одежды и буркнув Идии про взбесившуюся метлу и неудачное приземление в ответ на его вежливый обеспокоенный вопрос о том, что с ней случилось, Нами влетела в душ гостиной и, заперевшись в одной из кабинок, стала раздеваться. Спортивная форма снималась с трудом из-за пота и грязи, но вскоре девушке удалось раздеться и включить воду. После раздался короткий вопль — включенный кипяток начал жечь шрамы на её спине не руках. Хорошо хоть шея и живот не пострадали — там шрамы были посерьёзнее, пусть и в единичных экземплярах. Память навязчиво подсовывает ей воспоминания из прошлой и нынешней жизней. И связаны они, в основном, с её дедушкой. У химика-психопата из прошлой жизни и у бывшего, ныне покойного императора Солнечного моря, было одно и то же лицо. Отчётливо свистел в ушах стегавший её спину кнут, в нос отдавался жжёный кислотный запах от вонзённого ей в почку и покрытого едкой кислотой ножа, перед глазами проносилась свистящая и нещадно рубящая её руки острая стальная линейка. Потом горло обожгло теплом её льющейся крови. Встряхнув головой в попытке отогнать это неприятное зрелище и заодно прогнать дрожь в конечностях, первая принцесса усиленно трёт мочалкой свою ноющую спину. — Повторяю тебе второй раз: она не хочет с тобой сейчас говорить, не до тебя ей пока что, — выдохнул раздражённо староста Игнихайда в ответ на просьбу старшего из братьев Адамсонов. Вот ведь упорный засранец — пробежал через всё поле за несколько минут и влетел в здание чужого факультета, теперь оббивает порог и выжидает его подопечную как голодный котяра. Сначала Идии всё равно было — она не жаловалась на свои неприятности. Тем более, девчуля приносила пользу — помогала разгрести документы и заполнить их, активно участвовала в клубе настольных игр и иногда была его тиммейтом, за что он закрывал глаза на её коммерческую деятельность вроде рисования манги, записи песен и разработки игровых программ. Правда, она его нередко пинала в плане порядка и чистоты в общежитии, но пережить можно, если слушаться. Затем Нами начала перемещаться чуть ли не по карнизам, дабы хоть как-то скрыться от этой почти двухметровой тени, упорно следовавшей за ней по пятам. А потом у неё в общежитии случилась истерика пополам со слезами, и впервые парню пришлось отпаивать бедолажку чем-то похожим на валерьянку и временно исполнять роль психотерапевта, после чего разрешил ей прятаться в клубе настолок в любое время. — Мне очень нужно поговорить с ней, Шрауд. Я не уйду отсюда, пока Воробушек не вернётся, — хмуро буравит парня ледяным взглядом Кай, барабаня по косяку своими длинными пальцами — как Вил ненавидел эту привычку со стороны «Главной картошки Помфиора»… — Что ж ты за староста такой безответственный, не беспокоишься за своих подопечных, не интересуешься успеваемостью, собрания не проводишь… А вот затворнику впервые захотелось как следует настучать этому шкафу и заодно проклясть чем-нибудь заковыристым из семейного арсенала — наглость переходила все границы. Но с другой стороны, по физическим силам они ой как не равны, остатки нервов, тратящихся на игровые ивенты пополам с факультетской и клубной активностью, тратить не хочется, а магию пускать в ход сейчас дело вообще несерьёзное… — Не надо мне мораль читать, Адамсон, — раздражённо оскалил свои острые зубы и парировал в ответ на тираду второкурсника с заколыхавшимися пламенными волосами Шрауд-старший, взмахом руки свернув свой магический сенсорный экран с данными о нынешнем состоянии Орфо. Волосы от гнева начали белеть-накаляться. — Мои подопечные — не дети малые, со своими проблемами разбираются сами, я в их личные дела не лезу, они в мои — тоже, успеваемость — личное дело каждого. Я в няньки не нанимался. Имей совесть, не навязывайся к ней, ты её бе- — Нами-тян! Ты как сейчас? — беспокойно прочирикал полумеханический парнишка при виде направляющейся в гостиной Нами со стопкой постиранной спортивной формы, сейчас одетой в мешковатую чёрно-голубую толстовку и мешковатые серые штаны. Староста посмотрел на них с явным беспокойством, «пламя» вновь стынет. — Чуть лучше, Орто, — мягко улыбнулась Шрауду-младшему девушка, ласково потрепав его по пламенно-голубым волосам, от чего тот довольно хихикнул. — Со мной сейчас всё в порядке, а вот с формой не- — Нами! — помахал ей из-за силуэта Идии нынешний кошмар её жизни. — Я с тобой поговорить хочу! Кавамура-старшая устало-раздражённо выдохнула — он таки дошёл до Игнихайда. Идия только устало моргнул, чувствуя, что ивент «Прогнать назойливого помфиорца из Игнихайда и спасти подопечную» безнадёжно просран. Судя по тому, что та стоит вполне твёрдо — правда, ноги чуть-чуть тряслись, — с ней всё было относительно нормально. Придётся идти навстречу настырному посетителю, иначе тот разгромит всё общежитие. — Ладно… но на сегодня это будет последний раз, — наконец ответила девчуля, переглянувшись со старостой, который огорчённо кивнул ей вслед с немым пожеланием удачи. Тот ушёл в свою комнату, снова развернув экран взмахом руки, а посетитель, взяв первую принцессу за руку, потащил в одну из малопосещаемых аудиторий, которую Кай переоборудовал в тихий уголок, он же клуб любителей чая. — Добить пришёл? — мрачно пошутила она, нервно одёрнув левую руку, когда Кай потянулся к ней для осмотра. О Шинигами, почему он не может оставить её в покое?! — Хочу узнать, что с тобой не так, — ответил серьёзно парень. — Ты случаем… не прячешь шрамы? Сердце пропустило удар. Для Нами этот точный вопрос был ударом под дых. Вот ведь сволочь — эпично наступил на её больную мозоль. — А тебе какое дело?! С какого хрена я тебе, грёбаному сталкеру, должна доверять?! — по привычке грубит и кричит ему девчуля, желающая, чтобы от неё как можно скорее отстали. Главное — не заплакать — вдруг он её ударит… — Я хочу тебе помочь. Просто так. Честно, — бережно погладив её по руке, почти не задевая шрамы, он честно посмотрел ей в глаза, которые таки заблестели от набегающих слёз. — Мне больно видеть твои страдания. Пожалуйста, прости меня за такую настойчивость. Но от тебя несёт тёмным дымком боли. — Это… моё дело… не на- — Кавамура застыла, когда он закатал рукав на её руке и стал изучать паутину шрамов. — Хм… — глаза цвета неба блеснули. Он рассматривает её другие шрамы подобно рентгену. — Понятненько… Ты не могла бы закатать пока второй рукав? — Кай, пошарив по полкам, достал баночку, наполненную вязкой зеленоватой массой. Прикрыв глаза от страха, в этот раз девчуля решила его послушаться и закатала рукав на второй руке. Скоро шрамы окутал приятный холод, начав слегка пощипывать кожу. Запахло чем-то травянистым. Мазь? Запах знакомый… Точно. Она отдала свою мазь и лекарства тогда Мине, когда лечили их раны и шрамы от экспериментов императора. Нами уверяла свою сестричку, что той будет важнее вылечиться, что Мина пострадала больше неё, и она не перенесёт её новых страданий. На самом же деле Нами считала, что она не заслуживает ни любви, ни лечения — слишком сильно запачканы руки и душа кровью пополам с грехами. Она привыкла терпеть боль. Она её заслужила. Сейчас же девушка старалась не стонать, когда первый принц королевства Стальных гор бережно массировал её руки, покрытые многочисленные шрамы, попутно втирая в них лекарство. Боль перестаёт оплетать их своими колючими щупальцами. — А теперь мне нужно смазать тебе спину, — Кай зачерпнул ещё мази на пальцы. С диким смущением Кавамура-старшая легла на койку животом вниз и осторожно закатала свою кофту с майкой. Руки рефлекторно вцепились в плед, когда юноша стал старательно втирать мазь в шрамы. Будет очень неловко, если кто-то зайдёт сюда в разгар лечения… Потом ей захотелось замурлыкать от неожиданного блаженства — и спину начало отпускать. Очень было стыдно, когда нужно было снять чокер с шеи, а после закатать кофту на животе. Лечение грозило перейти в нечто непристойное. Так, Нами, спокойно, вы оба не хотите проблем вплоть до отчисления… — Вот и всё. Теперь тебе осталось две чашки чаёв выпить, — наконец закончил второкурсник Помфиора с довольной нежной улыбкой. -…хорошо… — промямлила красная Нами, спустив кофту и снова надев чокер. — А что за чаи ты снова сварил? — Первый ускоряет пассивное лечение организма, то есть, регенерацию, — начал изъясняться по-умному начинающий целитель, разливая по чашкам чаи из двух разных заварочных чайников. — Второй же содержит зелье целительного сна, он усилит действие первого чая, смешивать их можно. Тебе следует поспать, и шрамы сойдут быстрее. Зелье сна активируется, когда ты придёшь в общежитие и ляжешь спать. Под внимательным ласковым взглядом, похожий на отцовский, первокурсница Игнихайда выпила все две чашки. Сначала непривычный травянисто-кисловатый вкус. А потом будто произошёл сладкий взрыв на языке, сначала резкий вкус, потом плавно перетекающий умеренный оттенок. Руки трястись перестали, и скоро девчуля впервые в жизни сама выпрямилась, без какого-либо принуждения. Так вот каково — сидеть прямо и не чувствовать боль в спине. -…спасибо большое, Кай. Думаю… я перестану вести себя так грубо с тобой, после всего этого, — бормочет смущённо и неуверенно принцесса, закусив предложенной вафелькой. — Но взамен… не преследуй меня так явно, пожалуйста… Я… хочу подружиться с тобой. Кай смотрел на неё очарованными и чуть ли не плачущими от умиления глазами. — Для тебя — всё что угодно, моя принцесса… — шепнул он смущённо, бережно взяв её изящные белые руки в свои и прижав их к своим щекам. Кавамура смущённо прикрыла глаза. Уже в своей комнате в Игнихайде Нами провалилась в крепкий, спокойный сон. Впервые в нём не было чёрных неизведанных глубин её грехов и боли, не было болезненно-знакомых лиц, шепчущих ей свои проклятия. Не было треклятого монохрома. Она лежала головой на коленях Кая, который полусидел-полулежал, прижавшись спиной к ветвистому дереву с пышной зелёной кроной. Его волосы, обычно прибранные в длинную косу или высокий хвост, сейчас роскошно лежали на его плечах, и в них мелькали яркие огоньки цветочков. Было светло и прохладно, юноша тихо пел ей песню на неведомом ей языке, полную тепла и заботы. И она впервые улыбнулась во сне.