***
После битвы с Захиром всем потребовалось время, чтобы передохнуть. Однако он точно знал, что Лин пренебрежет отдыхом. В последний раз он видел ее перед отъездом Корры. Тем не менее, Бейфонг не было в офисе. — Мастер Тензин? Вы ищете Шефа? — Мако… да… я. Ты ее видел? — О, я думал, вы знаете. Шеф в отпуске.- «… отпуск?!» Монах не поверил своим ушам. Лин? В отпуске? И она не сказала ему об этом. — Да, она уехала сразу после Корры. Он колебался, не зная, стоит ли ему спрашивать дальше. Но беспокойство о Лин пересилило беспокойство о том, как его любопытство может быть воспринято. — Ты знаешь, где она? — В Заофу. Первой реакцией мужчины был шок, а затем облегчение. Лин действительно помирилась с Су и своим прошлым. Он усмехнулся, вспомнив, сколько раз ему приходилось разнимать враждующих сестер. Он хотел увидеть ее, убедиться, что она в порядке. Но выйдя из офиса, он успокоил себя тем, что сейчас Лин дома.***
Сидя у окна дирижабля, Лин ощущала странное чувство, появившееся после разговора с Су. Чувство возвращения домой. В последний раз она так же чувствовала себя во время путешествия на южный полюс, хотя причина поездки тогда была ужасной, потеря магии. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как она в последний раз видела Катару. Жизнь, в которой Катара тоже была ее матерью, может быть, даже больше, чем Тоф. Но когда Катара вышла из комнаты, она увидела это в ее глазах. У Корры не было надежды. И у нее тоже. Ей удалось уйти никем незамеченной. Она спряталась в самой дальней комнате, пытаясь успокоиться, но страшные мысли поглотили ее, и ее сила воли рухнула. Именно тогда она почувствовала руку Тензина на своем плече. Следующее, что она вспомнила, когда кто-то провел рукой по ее щеке. Это была Катара, осторожно будившая ее. — Лин… Линни… Линни. Десятилетия прошли с тех пор, как ее назвали этим любящим прозвищем. — Проснись, моя дорогая. Лин почувствовала, как ее глаза наполнились слезами, когда Катара наклонилась ближе и поцеловала ее в лоб. — Прости, моя дорогая. Мне так жаль. — Что-то в ее глазах заставило Лин чувствовать, что старушка не просто извиняется за потерю магии. Катара положила руку за голову Бейфонг, помогая ей сесть. Лин наклонилась вперед, позволяя Катаре погладить ее по голове и поцеловать в висок. — Все будет хорошо, Линни. Обещаю. Мы справимся. Мы. Мне было приятно слышать это «Мы». — Лин, ты будешь… — младший сын Катары вошел в комнату и осекся на полуслове, увидев неожиданное зрелище. Катара обнимала Лин, выглядевшую такой хрупкой. Прилив счастья и умиротворения подтолкнул его вперед, обнять их обеих. Две женщины, которых он любил и которые любили друг друга. Они были разлучены в силу обстоятельств, но наконец-то вернулись друг к другу. Как раз в то время, когда Лин нуждалась в этом больше всего. — Мама, Лин… вы не поверите, что произошло! Корра наконец-то связалась с отцом и ее прошлыми жизнями! Они вернули ей ее магию, и теперь она может восстановить другие… Способности Лин в том числе.***
К Лин снова вернулась уверенность, она снова почувствовала, как энергия течет по ее венам. Бейфонг глубоко вдохнула и повернулась к яркому полярному небу, закрыв глаза. Она почувствовала приближение Катары и обернулась, чтобы увидеть старушку, улыбающуюся ей материнской улыбкой. — Ты останешься здесь, дорогая? Я бы приготовила морского супа из чернослива, который тебе так нравится! — Катара ухмыльнулась, увидев, что лицо Лин исказилось от отвращения. — Мне нужно идти, тетя Катара. Я действительно хотела бы остаться, ты даже не представляешь, насколько. — Ты помнишь время, когда вы ругались с Тоф? Ты врывалась ко мне на кухню злясь и ругаясь про то, как она ужасна и как она никогда тебя не понимает? — Лин закатила глаза и фыркнула. — Я помню, как будто это было вчера. Ты пыхтела и пыхтела, но потом, в конце концов, утыкалась головой мне в плечо. И вот так ты успокаивалась, а затем следующие твои слова были о возвращении и извинениях. Мне никогда не приходилось говорить ни единого слова. Катара держала лицо Лин в своих руках. — Ты продержалась слишком долго без плеча, моя дорогая Линни. Вся эта ярость теперь просто внутри тебя. Лин увидела боль в лице Катары. Ее мысли вернулись в настоящее, когда она увидела лицо своей матери на гигантской статуе, появившееся впереди и явно возбужденную Су, стоящую внизу. Лин тоже почувствовала волнение. Она снова дома.