Я попросил его помочь с пирсингом, а он достал гондон!

— Бля, как ты его назвал? «Грязный пидор»? Ахах, ну ты лошара, мелкий!       Честное слово, я не собирался никому об этом рассказывать, особенно моим хёнам, но алкоголь решил всё за меня и сейчас пятеро бухих мужиков корчаться от смеха, расплескивая жидкость из стаканов на всё, что находится в радиусе пару метров. И на меня в том числе. — А что я должен был подумать? — оправдываю себя, — Я, блять, попросил чувака с пирсингом помочь, а он гандон достаёт! Ещё и зубами рвёт. Мне откуда было знать, что он собирался сделать. — Нет, знать ты, может, не знал, — раздался мудро-пьяный голос Намджуна откуда-то из-под столья, — но так грубо оскорблять человека – вообще не круто. На крайняк, ты мог ему просто врезать, если бы тот начал лезть. — Правильно! А то нас ты бьёшь и с поводом, и без, а всяких извращенцев только словами кривишь. — Будешь много жаловаться – и кривить я буду тебя, Сокджин~а. — Эй, прояви хоть каплю уважения! Мы твои хёны. А вообще, — голова лидера поднялась над столом, — тебе нужно извиниться перед парнем. Причём срочно, он же стафф, по-любому ему придётся видеть твою гомофобную рожу каждый божий день, — он залпом осушил стакан и вновь скатился под стол. — Не гомофоб я! Говорю же, неожиданно было. Парень внезапно с презиком в зубах... — Ага, малыш, это и называют гомофобией. Дуй давай извиняться! И чтоб не возвращался без письменного подтверждения. —Вот зануда, — сказано это было максимально тихо себе под нос, но тем не менее через секунду из-под стола плавно поднялась Джуновская лодонь, изящно собравшаяся в распрекрасный фак.       В ответ я отправил в него чем-то со стола и пока он неуклюже пытался подняться, я уже свалил из запойной комнаты, с целью извинится перед парнем… и просто встал в коридоре. —А где мне его искать-то??       Несмотря на свою нетрезвость, мне хватило ума позвонить менеджеру-хёну. Он сразу понял о ком речь, но радость на этом закончилась: он понятия не имел где его искать вне работы. На просьбу дать мне его адрес или телефон, хён сразу отказал сославшись на моё «явно нехило выпившее состояние». Через несколько минут пьяной мольбы, он наконец сказал позвонить нуне со стаффа, которая навярняка знает, где того искать. Я так и сделал, максимально пытаясь держать голос твёрдо и добился своего: парень, котрого, как оказалось, зовут Тэхён, частенько подрабатывает в кафе неподалеку. И сегодня у него была ночная смена. Ура, успех! Осталось дойти туда, извинится и забыть про этот инцидент, как про страшный сон.       Я нацепил капюшон своего огромного худи прямо до подбородка и без приключений добрался до нужного кафе, с красивый названием «Soul». Хочу заметить, я довольно хорошо держался для выпитого мной алкоголя плюс прогулка по воздуху немного его из меня выветрела. Короче, мысли немного путались, но с виду я уже был трезв.       Внутри оказалось очень даже уютно: всё выдержанно в охрово-коричневых тонах и в мебели присутствует много дерева. При входе сразу чувствуется нежный аромат кофе и какой-то приятной травы. Из постояльцев была лишь пара в углу и одна девушка у стойки, заказывавшая кофе на вынос. Собственно, кофе за стойкой делал нужный мне объект и я неспеша подошёл, желая, чтобы девушка скорее исчезла. Но она этого делать не спешила, а медленно насыпала себе то сахар, то корицу, попутно узнавая у Тэхёна-бариста какой тут кофе, долго ли он здесь работает и будет ли завтра.       Моё терпение начало сдавать и я любезно попросил даму поспешить, на что она извинилась, поблагодарила бариста и наконец смылась. — Что вам? — он излучал любезность и доброту, на нём была белая рубашка с закоссаными по локоть рукавами, одетая под черный длинный фартук. Образ дополняли татухи, набитые рукавом на левой руке и красивой розой на другой.       Убедившись, что девушка ушла, а паре в углу на нас абсолютно пофиг, я снял капюшон и приветливое лицо парня тут же сменилось на довольно кислую мину. М-да, не очень приятно. — Латте с шоколадным сиропом, — сказал я, прежде чем он открыл рот. Что-то мне подсказывало, что ничего хорошего я бы не услышал.       Он молча отошёл делать кофе. Я наблюдал, как он ловко управляется с оборудованием и думал, с чего, собственно, начать. — Прости, - он стоял спиной, но я заметил, как на секунду дернулись его плечи, — я не хотел тебя обижать, наоборот, я благодарен тебе за помощь, но ты так внезапно достал презерватив, что я растерялся… — Ты назвал меня грязным пидором. — Я не хотел! Это вырвалось случайно, говорю же… — Нет, это говорит о том, что ты считаешь «пидоров» грязными. Тебе противны геи. — Блять, вы что, сговорились все? — мои нервы немного сдавали. — Сначала Джун, теперь ты. Да, я считаю отношения между парнями неправильными и, мягко говоря, странными, что с того? Что мне должно нравится в мужчинах, которые дают иметь себя в задницу своим же «оружеем»?       Его плечи резко опали и обернулся он со слабой улыбкой, подавая мне мой готовый латте. — Ничего, — он смотрел мне прямо в глаза с какой-то то ли грустью, то ли разочарованием. — Сахар и крышки там, — он показал в сторону нужных предметов и отвернулся что-то мыть, показывая, что это всё. — Эй, что это значит? Я… — Слушай, сейчас ты делаешь только хуже. Иди протрезвей. — Но я уже трезв. И хочу сейчас со всем разобраться. — Трезв…, — парень как-то странно рассмеялся, а потом резко повернулся проскрипел сквозь зубы, сдерживая ярость, — Тогда что я тебе, черт возьми, сделал?! Почему ты всё время меня оскорбляешь?! — Ты о чём? — искренне удивился я. — Я же, наоборот, прощения просить пришёл. — Ага, а в итоге назвал меня отвратительным. — Что? Когда?       Несколько секунд он просто молча смотрел в глаза, а затем наклонился к уху и тихо произнес: — Я тот мужчина, который даёт иметь себя своим же «оружеем».