Награда за грехи прошлой жизни

Нак тихонько свалил посреди ночи, я толком даже не проснулся. Зато утром меня ждал мой контейнер с синим маркером, а ещё на планшете мягко мерцала весьма примитивная схема коридоров с жёлтой линией, указывающей, куда идти и где поворачивать. Ладно, если надо, то надо, хули. Лишь бы не срочно. Позавтракав замечательно аппетитным яичным рулетом, в котором прятались мелкие кусочки помидора, горошек и сыр, я ощутил конкретную нехватку кофе. Или чая. Или просто воды! Половинка апельсина, очищенная даже от пленочек, не говоря уже о кожуре, слегка помогла, но надо обсудить этот момент с мужем. Видимо, сами они пить не привыкли, может, получают нужную влагу с едой, как коалы, а может, впитывают кожей, когда купаются, даже интересно. Впрочем, не удивился бы, если бы узнал, что у них, чрезмерно и возмутительно приспособленных ко всему зелёных ублюдков, есть какой-то специальный орган для питья. Заглянув в ванную, я полюбовался на свой уже почти нормальный ебальничек в отражении на непрозрачной блестящей стенке пародии на душевую кабину и открыл шкафчик, в котором раньше видел одежду. На двух полочках лежали идеально сложенные стопочкой комплекты из формы и домашних штанов. Затруднившись сразу определить, где мое, я взял футболку с нижней полочки, рассудив, что я ниже, так что и полочка должна быть соответствующей. Впрочем, в этой футболке я поместился бы полтора раза, пришлось пытаться так же аккуратно свернуть, как было, и класть на место. Шкафчик вдруг захлопнулся, как-то ворчливо пшикнул и опять открылся. — Ах ты ж сука привередливая! — хохотнул я, разглядывая снова по линеечке сложенную футболку. Ишь, не понравилось ему, что я своими плебейскими инопланетными руками трогал форму капитана, да? У-у-у, сюка… Натянув форменные штаны, я с удовольствием погладил их. Ткань плотнее и не такая мягко-бархатистая, как домашние вещи, которые вообще на флисовые похожи, но все равно очень приятная к телу. Ещё бы трусы в комплект входили, а то как-то неловко… Хотя обтягивает в паху плотно и удобно. Футболка оказалась воплощением постулата «в облипку». Она реально облепила меня, как пленка, но вместо стеснения я ощутил себя будто снова полуголым. Классно, конечно, но так я даже в одежде буду рядом с накачанным Наком комплексовать. Хорошо хоть, что куртка есть. Причем, тоже удобная, отлично села по плечам и длине рукавов, воротник-стойка не душил. Сплошной на вид, он имел прорезь на горле и не мешал наклонять голову. Цвет, как и у всех, умеренно-серый, слегка выгнутые широкие полосы от плеч к грудине обозначены более темными контурами, но такие же серые. У капитана белые, у его помощника, как его… А, ну точно, как можно забыть, его имя очень легко ассоциировать с родиной-матушкой. У Рашка эти полосы черные. Видимо, это типа погон, чтобы сразу было видно главного, если вообще можно потерять в любой толпе здорового мужика ростом два десять, если не больше. Если только это не толпа шксари, конечно, м-да. Попытавшись выпереться в коридор без маски, я получил довольно жесткое напоминание в виде давящего чувства в лёгких и звучащего очень стрёмно кашля, пришлось возвращаться. Надев маску, я едва не захлебнулся неожиданно мощным потоком воздуха. Пытаясь содрать сатанинскую приблуду, я заскулил от ужаса, когда она вдруг начала засасывать воздух. Из меня! Выкачала подчистую, и тут же опять шарахнула под давлением, но только на пару секунд. А я как раз нащупал фиксатор рядом с ухом и отшвырнул маску, на подкосившихся ногах рухнул мимо кровати. Слегка кружилась голова, но в груди все было спокойно, в носу слегка щекотало запахом хвои. Жопа вот теперь от падения болит… Видимо, эта падла мне устроила вентиляцию, раз уж я хватанул не той атмосферы. Предупреждала бы, что ли… Стыдливо оглядев углы под потолком в поисках камеры, которая могла бы запечатлеть мои идиотические метания, я не обнаружил привычных на вид полусфер и решил на этом успокоиться. Конечно, вряд ли оно у них выглядит так же отстало и вычурно, как у нас, но все же. Одернув куртку и отряхнув от несуществующей пыли штаны, я подобрал маску и выпавший из рук планшет. Больше душить меня ничто не пыталось, так что я ещё раз вышел в коридор. Схема сразу заморгала поярче и повернулась относительно моего взгляда. Я повернул налево, как она мне указывала, и она тоже развернулась. Е-ей, теперь у меня есть навигатор! Правда, скорее всего, кроме Нака, его для меня никто программировать не будет, но вдруг найдутся добрые люди. Э-э-э… Инопланетяне. Зеленолюди? Зелелюди? Зенелюди? А как они сами себя называют, аж интересно, надо будет спросить. Бесконечные повороты направо и налево запомнить было нереально, так что я даже перестал пытаться. А потом начал смутно узнавать окружающий коридор. То ли кажется, потому что они все одинаковые, то ли я тут уже был, когда гулял вчера. Передо мной открылась более широкая, чем остальные, дверь, и я узрел медицинский блок. Врач-шксоти и пузатый нгкоти так резко ко мне повернулись, что я невольно попятился. Очень уж хищно выглядят их безносые и безгубые лица, особенно если знать, какие там у них зубки. Впрочем, кидаться и жрать меня никто не стал, они оба торопливо сняли с поясов маски и прижали к лицам. — Проходи, глава экипажа предупреждал, что ты придёшь, — меня пригласили вполне дружелюбным взмахом руки, — только подожди немного, я завершу осмотр. — Приношу извинения, мой визит в медицинский блок не был запланирован, — в слегка чопорной манере, как и все зелёные, сказал беременный, восседающий на кушетке. Я кивнул и остановился рядом с дверью, привалился плечом к стене, стараясь не пялиться. Парень мелкий, но пропорциональный, если не считать конкретных размеров живот. Доктор вернул взгляд к планшету, быстро тыкая в него и периодически кивая. — Ввиду новых данных, предполагаемое время родов придется сдвинуть, приблизительно на пятьдесят три часа раньше, чем было запланировано, но, в любом случае, это будет происходить уже в условиях естественной гравитации и в присутствии специалиста, — вынес вердикт он, отложил планшет и предложил пациенту руку. — Замечательно, — с явным облегчением чирикнул нгкотик, вставая и переминаясь на тоненьких ножках, — благодарю за информирование, — проходя на выход мимо меня, он вдруг остановился и как-то плотоядно прищурился, — я хотел провести исследование твоего вида, но глава экипажа потребовал спросить твоего разрешения. Вот как. Ну, что ж, не все же мне одному вопросы задавать, верно? — Разумеется, все, что угодно, — кивнув, я с трудом удержался от нервной попытки защититься, когда маленькое зубастое создание протянуло ко мне руку. — И правда, такой мягкий, — протянул он, легонько тыкая меня в предплечье. Вообще-то, я думал, что в этом месте я очень даже твердый! Пиздец, блять, самооценка скоро отсохнет за ненадобностью с этими зелёными совершенствами. К счастью, больше ничего унизительного пузатая мелочь не говорила, просто покинув помещение. — Я разработал для тебя превентивные меры относительно распространенных для нашего вида заболеваний и неболезнетворных микроорганизмов, — сообщил шксоти, жестом приглашая сесть, — и наоборот тоже, кстати, — я устроился, где показали, и постарался морально приготовиться к уколу. Ну, так, на всякий случай, а то не люблю их, — первые сутки возможно лёгкое недомогание, если будут серьезные симптомы, сразу обращайся ко мне, заодно исследуем тебя. — А можно без мучений во имя науки? — недовольно проворчал я, принимая большую желтоватую таблетку. Воды запить ее мне не дали, да и не потребовалось, потому что она начала быстро растворяться на языке, как витамины-шипучки, и совершенно не имела вкуса. — Но почему бы не заняться наукой, если ты уже будешь мучиться? — вполне резонно хмыкнул медик. Я не смог ничего ответить, даже если бы захотел, потому что у меня был полный рот пены. — Неприятных ощущений в месте установки чипа или в головном мозге не было? — я покачал головой, усиленно глотая пену, но меньше ее, кажется, не становилось. — Я хочу просканировать твой мозг и скорректировать циркадные ритмы. — Чего? — невнятно возмутился я, едва не поперхнувшись. — Не надо! К счастью, гребаная прививочная таблетка уже практически растворилась, и я смогу защитить свои драгоценные и единственные мозги от инопланетных вмешательств. Хреново помню, что такое эти ритмы, вроде, что-то со сном связано, но не надо ничего корректировать! Я сразу неплохо получился! — Сколько сна тебе требуется в сутки? — снисходительно приподнял брови шксоти. — Восемь часов, — без раздумий получилось выдать стереотипную норму, хотя мне никогда столько не хватало, чтобы выспаться. — Учитывая, что сутки на нашей планете короче, ты будешь испытывать затруднения с такими ритмами, — взяв два кружка из серебристой ткани, он весьма угрожающе навис надо мной, — сильно сокращать не буду, до пяти часов, как у нас, это не повлечет последствий для физического и психического здоровья. Вздохнув, я прикрыл глаза, и холодные кругляши с лёгким усилием прилепили к вискам. Чувствую себя пациентом психушки, которому делают электрошоковую терапию. Хотя, может быть, я и правда сошел с ума. Лежу в грязной палате, обколотый седативными, и рассказываю всем, кто готов и не готов слушать, что на мне женился двухметровый зелёный капитан межзвездного крейсера, он же плотоядное растение с тентаклями и зубами, как у акулы. Тогда уж лучше я умру, витая в своих грёзах. Тут хотя бы секс есть халявный. Кожу под датчиками слегка пощипало, как если языком батарейку потрогать, а потом «электрошок» отлепили. — Завтра приходи, проследим за формированием иммунитета и проведем корректировку, — скомандовал доктор Франкенштейн, отворачиваясь. Видимо, это так меня послали. Ну что ж, я не настаиваю, вот ни капельки. Подобрав с кушетки планшет, я вышел в коридор и с облегчением вздохнул. Надеюсь, не будут мне вскрывать черепушку, чтобы до мозга добраться, у них тут все, вроде бы, безоперационное и безвредное. На планшете мигала схема, и я решил ей ещё раз довериться. Надеюсь, она приведет меня обратно, я бы посидел, посмотрел видосики до обеда. Господи, не жизнь, а чистой воды кайф, сиди себе, копайся в Инете, а потом и похавать принесут вкусное, и поцелуют, и даже дадут. Ну и что, что мужик, ну и что, что зелёный, подумаешь! Схема меня наебала. Вместо знакомой каюты она привела меня к проему, внутри которого вверх поднимались слегка подсвеченные зелёным дрожащие потоки воздуха. Годы прочтения, просмотра и проигрывания фантастики вели меня к этой минуте. Антигравитационный лифт! Божечки, это правда антигравитационный лифт! Срань господня! Потрогав воздух, я едва не заскулил от счастья. Только ради этого стоило бы замутить брак с инопланетянином! Шагнув внутрь, я почувствовал, что желудок подскочил не просто в горло, а прямо к макушке, но взлет замедлился, и я несолидно вывалился на твердый пол. Впереди, в широком кресле восседал Нак, хмуро уставившись в голографические экраны перед собой. Справа вниз вела лестница, к округлой площадке, где в таких же креслах перед такими же экранами сидело ещё десятка два зелёных. А на высоком куполовидном потолке проецировалась нереально охуенная звёздная карта. Вернее, даже не карта, а модель, с туманностями, рукавами и прочей шляпой. Наверное, это Млечный путь, да? Муженёк рывком встал, голограммы перед ним погасли, суровое выражение лица сменилось на вполне дружелюбную улыбку, впрочем, не показывающую зубов. — Вижу, ты разобрался со схемой, — остановившись в двух шагах, он сложил руки за спиной, — добро пожаловать на мостик. Учитывая его непреодолимую тягу обжиматься, это должно быть знаком. Видимо, у них не приветствуется тискаться на людях. Ну, зенелюдях. Ну а я что, я понял, не дурак, чай. И вообще, как это можно было не разобраться с такой элементарной и кричащей схемой? Он что, думает, если моя раса в развитии с его не сравнится, так я тупой, что ли? Тоже мне, высокомерный осьминог травянистый. — Она простая, — пожав плечами, я поднял голову, — это Млечный путь? — Да, это твоя родная галактика, — зелёнка вежливым жестом пригласил меня пройти ближе к креслу, сам сделал к нему пару шагов. Пол у меня под ногами вдруг взбрыкнул, верх и низ шустро поменялись местами, но жёсткая рука сдавила бока, и центром нормальности для меня на некоторое время стал муж, как бы ванильно это ни звучало. Если бы его рядом не было, чую, размазало бы меня по стенке коридора, — Киго! — Повреждение гипер-двигателя, глава экипажа, — откликнулся кто-то снизу. — Какого… — не отпуская меня, Нак жестом вызвал голограмму и повернул ее к себе. — Из-за перегруза? — Так точно, глава экипажа, — сообщил все тот же Киго, — сверхсветовая скорость достигнута, возможно поддерживать на имеющихся запасах топлива не более четырехсот световых лет. Надеюсь, это не из-за моего присутствия перегруз, а то меня совесть заест. Хотя я, вроде, не такой уж и жирный… — Найти ближайшую подходящую для ремонта планету, — распорядился капитан, стискивая меня ещё крепче, — Рашк, проконтролируй диагностику двигателя, остановите утечку топлива, максимально понизьте расход водорода и гравитацию, немедленно сообщите командованию. — Да, глава экипажа! — хором откликнулись все присутствующие. — Вернись, пожалуйста, в каюту, — куда мягче попросил Нак, все же разжимая свои тиски, — я приду позже. — Окей, — выразительно скривившись, я потер помятые бока, получив в ответ виноватую улыбку. Пиздец опять подкрался незаметно. Но зато я ещё раз покатаюсь на лифте!