Разноуровневые

      — Ты уверен?       — Абсолютно. Аркейд, ты что, не доверяешь мне?       — Доверяю, — медленно произнёс Геннон, скрестив руки на груди, — по неизвестным причинам. И учитывая все твои безумства, это далеко не лучшая из моих идей.       Курьер нарочито обиженно хмыкнул и нахмурился. Чёрт, когда он так делал, Аркейд почему-то переставал чувствовать в себе силы не поддаваться на эти провокации и был готов подписаться под любой сумасшедшей выдумкой. Вроде ночных походов по пустыне, идиотских шуточек над НКРовцами в «Гелиосе» или, что уже ни в какие ворота, ночного распития абсента в пасти огромной статуи динозавра.       — Ты же даже не знаешь, как это работает, сам принцип, — предпринял последнюю попытку он.       — Я знаю, что это работает и мне достаточно, — пожал плечами Курьер. — А ещё я уверен, что тебе там понравится. В научном плане, разумеется — все помнят, как ты вцепился в тот осциллятор.       — И ничего не вцепился. Просто технология интересная, — проворчал доктор.       — А в Большой Дыре таких интересных технологий навалом, — беззлобно передразнил Курьер, подталкивая его ближе к спутнику. — Тем более, я же договорился, что тебе лоботомию делать не будут. Разве что Дала прицепится со своим подробным изучением «физиологических особенностей», но это мы уж точно переживём.       — А без… тесного знакомства точно никак не обойтись?       — Не-а. Мы же не хотим повредить твой драгоценный ум, если они всё поймут неправильно, м-м? — Курьер протянул руку и стряхнул с волос напарника песок и пыль.       — Когда ты говоришь это так, то на комплимент совсем не похоже, — недовольно пробормотал Аркейд, отворачиваясь и пряча порозовевшие скулы. И почему эти невинные жесты всегда вызывали такую реакцию…       — А жаль, это именно он и был, — беспечно улыбнулся Курьер, прекрасно замечавший, как Геннон реагирует на такие выходки. — Так, встань вот тут.       Доктор послушно встал рядом, между поломанным спутником и самим Курьером, который уже держал в руке странного вида пистолет-детонатор, состоящий из прозрачного цилиндра с мерцающим силовым полем внутри.       — Помнишь, о чём я говорил? Если не сработает и я перемещусь один, то ждёшь минут десять и если я не появляюсь, то идёшь в Новак и ждёшь меня там, хорошо? Если до темноты не успеешь, то останься на ранчо Вулфхорна, там есть немного еды и боеприпасов на всякий случай.       Аркейд молча кивнул.       — Если не сработает, то у меня есть ещё пара идей, — подмигнул Курьер.       Он выбросил руку в сторону высохшего озера, глядя прямо в глаза Геннону, и нажал на спуск.       — Что ж, время пошло, — вздохнул доктор, оставшись в полном одиночестве рядом с нагретым за день спутником. Солнце медленно клонилось к закату, ветер нёс с собой забивающийся в нос песок, заставлявший чихать и отфыркиваться. Аркейд снял очки и потёр глаза — вспышка телепортатора была слишком яркой — а потом облокотился на спутник. Жаль, что не вышло, наверное. Если там всё настолько высокотехнологичное, как рассказывает Курьер, то из этих научных достижений можно извлечь пользу для Мохаве. Аркейд мог бы разобраться, какие из законсервированных технологий точно пригодятся жителям внешнего Вегаса и других городов. И если местные учёные согласятся им помочь… Взять бы хоть этот осциллятор — невероятное изобретение, даже у Анклава таких не было.       Когда новая вспышка ударила примерно через семь минут чуть левее предыдущей, Аркейд уже почти смирился с тем, что ему придётся ночевать на ранчо.       Курьер бодро шагнул к напарнику:       — Ладно, минус один. Прости, задержался — Кружок показывал, как научился жонглировать чашками. Предупреждаю сразу — кошмарно, но если ты ему об этом скажешь, то он расплачется и перебьёт всю посуду в доме. Поверь мне, ты не хочешь видеть плачущего секьюритрона и спать на осколках, которые он подкинет в кровать.       Геннон удивлённо приподнял брови: эти истории всегда настолько абсурдны, что поверить, что Курьер говорит это всерьёз — из разряда невообразимого.       — Ладно, иди сюда, — кивнул тот. — Попробуем по-другому.       Оказывается, «по-другому» включало в себя около двадцати дюймов расстояния между ними и тёплую шершавую руку вокруг аккуратных пальцев доктора.       — И почему ты думаешь, что на этот раз сработает? — выдавил Аркейд, судорожно сглатывая.       Почему у него всё так просто? Просто подойти, просто взять за руку и сказать «так надо, у меня идея». Разумеется, он замечал, как на это реагировал сам Геннон, не мог не замечать — он для этого слишком внимательный. Но почему-то дальше лёгкого флирта, постоянных прикосновений или мелких провокаций дело не заходило. С одной стороны самому Аркейду очень хотелось бы посмотреть, что из этого получится. А с другой… С другой он не готов к тому, что однажды придётся рассказать про себя всё, всю правду, которая, вероятнее всего, разрушит до основания это хрупкое и неопределённое нечто, витающее в воздухе между ними.       — Он же переносит меня вместе с одеждой, оружием, патронами и прочим. То есть, с тем, к чему я прикасаюсь, — Курьер задумчиво почесал затылок рукой с трансумпорталлером. — А значит, и тут должен сработать.       — Не самое логичное умозаключение, но раз ты не знаешь точного принципа работы… — закатил глаза Геннон, пытаясь справиться со смущением.       — Готов? — вместо ответа спросил Курьер, чуть сильнее сжимая чужие пальцы, и направил трансумпорталлер в сторону.       — Да, — кивнул Аркейд и…       В следующую секунду зажмурился: синий свет ударил по глазам, запах озона разлился в воздухе, а Курьер снова исчез один.       Правой руке было тепло, фантомное прикосновение заставило сжать пальцы в кулак, постараться удержать ощущение. Сентиментальность как она есть.       Солнце красило небо над Мохаве в розовый и фиолетовый, в жёлтый и оранжевый. Если бы не сгоревший Ниптон неподалёку, то пейзаж можно было счесть красивым и почти безмятежным.       Аркейд отрешённо разглядывал расплывающиеся вдалеке силуэты рейнджеров и почему-то не мог собрать мысли воедино. Сплошные обрывки догадок, воспоминаний и чувств будто смешивались в коллаж, накладывались друг на друга и рассыпались песочными вихрями.       Курьер появился через три минуты, и Аркейд спиной почувствовал его недовольство от второй неудачной попытки.       — Видимо, не судьба, — коротко развёл руками доктор и спрятал одну — ту самую — ладонь в карман.       — Я же говорил, что у меня несколько идей, — с нажимом напомнил Курьер, жестом подзывая к себе.       Аркейд цокнул языком, но всё равно шагнул ближе:       — Ты хоть раз пробовал туда попасть с кем-то ещё?       — Обсуждал теорию, — неохотно поделился Курьер, — с Вероникой. Там есть… кое-что, заслуживающее её внимания.       — О, вот как, — Аркейд неодобрительно прищурился, остановившись на полпути. — И что, с ней эти способы тоже не сработали?       — Мы не пробовали. Но есть одна мысль, что пришла мне в голову сравнительно недавно. Ну же, иди сюда.       Значит, Братство Стали тоже знает про Большую Гору. Тогда это только вопрос времени, когда они туда доберутся и попытаются захватить технологии. Конечно, сама Вероника скорее из оппозиционеров, насколько можно судить по её словам, но остальные члены Братства наверняка постараются выжать из её докладов максимум, чтобы отправить туда своих разведчиков — с помощью Курьера или без неё. А значит, нужно постараться попасть туда до них.       В этот раз Курьер стоял ещё ближе — стало видно несколько веснушек на носу, пару седых волосков в щетине и тёмно-коричневые прожилки в янтарных глазах. Что, теперь план заключался в том, чтобы надышаться общим воздухом? А пусть бы и так — отстранённо подумал Аркейд, глядя в глаза напарника. Тот медленно отвёл в сторону руку с трансумпорталлером, а другую положил на плечо Геннона:       — Готов? — почему-то шёпотом спросил он.       — Да, — едва слышно ответил Аркейд. Казалось, что вопрос вовсе не о телепортации.       — Раз, два…       На счёт три Курьер резко превратил оставшиеся между ними дюймы в ничто, прижимаясь губами к губам Аркейда, скользнул рукой к затылку, притянул ближе. Геннон удивлённо вздохнул в поцелуй, но, чёрт, это настолько же хорошо, как он думал. Щетина немного кололась и губы у Курьера оказались обветренные и искусанные, но целовался он так, словно всю жизнь тренировался, чтобы поразить своим мастерством доктора Геннона.       Наконец раздался лёгкий щелчок нажатия на спусковой крючок трансумпорталлера, и Аркейд был почти готов помолиться любым богам, чтобы на этот раз сработало — иначе это будет очень, очень, очень жестоко.       Желудок сделал сальто, в лёгких почти не осталось воздуха, за закрытыми веками вспыхнул синий свет, а его самого будто резко дёрнуло за шиворот огромным крюком. Геннон уцепился обеими руками за шею Курьера, но тот и не думал исчезать или даже отстраняться. Наоборот прижался ещё ближе, обнял и заставил Аркейда издать тихий стон.       Когда он наконец отодвинулся, чтобы восстановить сбившееся дыхание, пейзаж вокруг ничем не напоминал пустыню. Под ногами скрипел металл, а не песок, в ушах гудело силовое поле, а не ветер, и за ним виднелся не сгоревший город или статуи рейнджеров, а целый комплекс научных лабораторий, светящиеся в сгущающейся темноте фонарики на дорожках и красные лучи вокруг купола на другом конце кратера.       — Ого… — потрясённо выдохнул Аркейд.       — Я же говорил, тебе понравится, — довольно отозвался Курьер, напоследок прикасаясь губами к виску Геннона.       — Не то слово, — машинально кивнул тот. — Но пообещай не проворачивать такое с Вероникой.       Курьер уткнулся лбом ему в плечо и рассмеялся:       — Обещаю, этот способ только между нами. Не хочу, чтобы вы вдвоём с Кэсси открутили мне голову.       — Вероника и Кэссиди?..       — Ага. Лучше потом сам с ними поговори. Так, ладно, — Курьер отошёл на полшага, но его взгляд красноречиво свидетельствовал, что это явно не то, что он хотел бы сделать сейчас. — Пора идти знакомиться с Большой Дырой.       — Осторожнее, это можно принять за эвфемизм, — с серьёзным видом предупредил Геннон, когда Курьер обхватил его одной рукой за плечи, а другой повернул замок на двери.       — Не упоминай об этом при Дале. И берегись тостера, — сделав пугающее лицо, он мягко направил доктора внутрь Умного дома.