Песня без слов

Похмелье пришло вместе с пробужением. Саша не помнила, сколько выпила и убеждала себя, что «одну рюмочку один раз-то можно». Но голос совести кричал, что она выпила больше, что такая молодая девушка не может быть законченным алкоголиком и что пора перестать. Но сначала рутина. Стакан воды, щётка, завтрак… Нет, никакого коньяка! Надо с этим покончить. Перед тем как выйти с футляром, Саша взяла наполненную на три четверти бутылку. Возле Ротонды где-то должен быть металлический забор. Расхреначить бутылку к чёрту и плевать, что дорогой! Главное, чтобы никто не видел, иначе начнут ратовать про «десять рублей». Возле Ротонды уже сидел Витя и наигрывал что-то весёленькое. Хотя Саша подошла к нему вплотную, парень в упор её не замечал. Она даже начала различать слова. «В толпе я, как иголка в сене, я снова человек без цели…» Долго-долго. Она уже успела настоить инструмент, а Витя всё ещё не смотрел ни на что вокруг. Он так тихо пел и не видел Сашу, пока ей это не надоело. — Витя, доброе утро! Я здесь уже как бы десять минут стою! Наконец-то! Он поднял голову и каким-то неживым взглядом оглядел Сашу. Как только он её узнал, его глаза заблестели. — Саня? Прости за это. Я сегодня немного того… К чёрту, здравствуй! Тут он увидел бутылку в её руках и чуть не выронил гитару. — Коньяк? Ты совсем не похожа на пьющего человека… — В таком случае, познакомься со мной по-настоящему. Помнишь, я рассказывала тебе про алкоголизм? — И часто ты так? — Пью каждую стрессовую ситуацию. — И насколько часто с тобой случаются эти ситуации? Саша покраснела. — Ясно. Не говори ничего. Я уже понял. А зачем ты сюда притащила эту бутылку? — Разбить нахрен. И плевать, что промотала почти все кассеты за неё! Я хочу с этим покончить! Витя внимательно её оглядел. — У меня есть идея. Говорят, что клин клином вышибают. Увидев, что девушка ничего не поняла, он вырвал у неё из рук бутылку и поставил на скамью. — Есть стопки или с горла будем? Саша отшатнулась. — Ты предлагаешь мне напиться? Витя кивнул и резко усадил её рядом с собой. — Пей. Сколько влезет. На её вопросительный взгляд он кивнул. Для подтверждения он откупорил бутылку. Дрожащей рукой Саша взяла её. Оглянулась. А потом отпила с горла. Витя удивленно на неё посмотрел и со словами «ну ты здорова пить без рюмок» тоже глотнул. — Хороший коньяк, кстати. После второй порции Саша уже расстегнула футляр с гитарой и начала бренчать. Буквально через пару минут бутылка полетела в стену, а они оба скакали с ногами на скамейке и горланили песни. Особенно Саша отличилась, конечно. Витя выпил меньше, но и его крутило тоже. Но несмотря на это, он умудрялся что-то писать в Сашиной тетрадке. Час пьяного веселья пролетел как минута. А потом немного протрезвевшая Саша отводила Витю в ближайшее кафе, где беднягу вывернуло наизнанку в туалете. После десятого стакана воды он слабо сказал девушке: — Странный у тебя коньяк. Тебе нормально, а мне видишь, как поплохело… — Возможно, из-за того, что ты не пьёшь так часто. Но мне что-то тоже не очень хорошо… На этот раз от огромных порций алкоголя скрутило её. Теперь была Витина очередь придерживать Сашу, а потом носить воду. На скамейке у Ротонды, отдав ей тетрадку, он спросил: — Нормально ты? Избавил я тебя от алкоголизма? — Ты же видел, как нас обоих там вертело… — Ну, на это я и рассчитывал. Даже лошади от таких порций стало бы плохо. — Спасибо тебе, Вить. Ты просто гений… — Ещё воды принести? — Не надо… Кстати, а что ты там писал у меня в тетрадке? Саша открыла тетрадь на рандомной странице. Там были аккуратно записаны аккорды и слова. Почерк явно его, Сашиному почерку позавидовали бы все врачи мира. — Подожди-ка Теперь на трезвую голову она взяла гитару и начала играть. — Ходит по городу тень в капюшоне, ходит одинокая, её никто не тронет… — Твои слова, между прочим. Ты брынькала, я записывал. Песня получилась очень даже складная. Витя засмеялся. — Сверхчеловек — это человек, который даже будучи пьяным, может сочинить шикарную песню. -Да ладно тебе. Я не сверхчеловек. Сверхчеловек — это тот, кто умудрялся всё это терпеть. Они бы долго препирались, кто из них сверхчеловек, если бы не дворничиха. Увидев осколки бутылки, она начала кричать: — Ах Цой-разбойник, опять ты! Мало мне окурков твоих, так ты ещё и приводишь сюда девушек и коньяком угощаешь!.. Даже не оборачиваясь, Витя выставил ей средний палец. А Саша сразу кинулась собирать осколки. Изрядно порезав руки, она таки выбросила стекло. Но дворничихи и след простыл. — Тебе и не следовало собирать. Пошла она к чёрту. — Всё равно стыдно как-то… — Она просто любит поворчать. — Кстати, она тебя Цоем назвала. Это что, кличка? — Фамилия. Просто она более звучная, чем имя. Ух ты. А вместе красиво звучит. Витя Цой… Гораздо, гораздо лучше, чем Саша Кудрявцева или Саша Цинь. Про двойной вариант и думать не хочется. — Красивая. Не то что у меня. Одно с другим не сочетается. — Ну, раньше думали, что с мороженым леденец не сочетается. Но появилось же как-то твоё любимое эскимо! — Откуда ты знаешь, что я люблю эскимо? — Ты каждый вечер у лотка за Ротондой застреваешь. Саша покраснела. — Это единственная взаимная любовь в моей жизни. Я с эскимо даже на свидания хожу… Витя присвистнул. — Это как? — Покупаю один билет в кино и ем эскимо в зале. Я его люблю, оно любит меня. Идиллия! Саша раскинула руками и саркастично растянула губы до ушей. Однако Витя даже не улыбнулся. — У тебя нет парня? — А откуда ему взяться? Наколдовать мне его, что ли? — Ну почему? Встретить можно… — Встречаю я только поезда и новые дни. Витя понял, что с Сашей спорить бесполезно. Тут он посмотрел на часы на Ротонде. Без пяти двенадцать. — Ну, в таком случае, удачи с эскимо! Мне пора бежать. Пока! — И тебе удачи! Пока! Витя взял гитару на плечо, помахал Саше и исчез в точке, где ленинградская мостовая сливалась с горизонтом. Девушка долго смотрела ему вслед. А потом сложила вещи и зашла в здание. Ей всегда казалось, что даже в век научного атеизма в Ротонде сохранилась эта божественная магия, которую не в силах изгнать никакие партии. Здесь она часто говорила сама с собой, но акустика здания превращала её голос в звук необычайной силы, и Саша представляла, что волшебные существа сидят за дверью и слушают её. — Знаете, а ведь Витя прав. Это одиночество ни к чему хорошему не приведёт. Но он убежит от меня, как убежал Иван, как убежал Костя. Меня же нельзя полюбить по-настоящему… Как там было в «Обыкновенном чуде»? «Влюбляться полезно». Действительно. Полезно для тех, кто не может найти повода покончить с собой… Тишина ложилась вокруг неё и пропитывалась каждым словом Саши. — Одно дело, когда такая судьба у парня. Тогда это как в романах из библиотеки — она помогает ему обрести себя, и весёл-конец. Но когда в такой ситуации девушка… Ему-то что, он же наверняка в универе учится. А я тут пытаюсь до сорока копеек добить, брынькая на гитаре. Какой человек будет терпеть мои странности? Это не для него. Рядом с ней лежал окурок. Саша его подобрала и нарисовала сердечко на двери. Какой-то шибко умный человек в своей книге — Саша не помнила, какой именно — пытался убедить её, что «жизнь — это какая-то сказка…». Какая именно — она не помнила. Но начала вспоминать сказки из детства. Саша обхватила голову руками, села на пол и стала думать. Первой пришла на ум Золушка. Нет, Золушки из неё не получится. К имени «Золушка» можно было подобрать синоним «красивая». У неё было красивое лицо, красивый голос, красивый характер, красивые танцы, красивая судьба… И всё делать она умела. Как говорится, и в сугроб, и в ресторан, и на качельках выпить пива. И при этом красиво. Она даже подметать умудрялась красиво. А Сашиных умений хватает лишь на песни и рисунки. Да и красотой она не блещет. Потом Царевна-лягушка. Нет, это тоже не подходит. Царевич по имени Иван был в прошлом, и снова выкрутиться уже не получится. И опять-таки чёртова красота нужна. Мысли поскакали, как «Москвич» на грунтовке. Белоснежка — красота нужна. Аленький цветочек — красота нужна. Спящая красавица — нужно ещё и голос нежный и высокий иметь, а не мальчишески-низковатый, как на самом деле… Последней она вспомнила сказку о Русалочке. Из-за несвойственного сказкам несчастливого конца Саша любила «Русалочку» больше других произведений для детей. Но там Русалочка только молчала и опускала руки… Нет, пассивное обожание ей не нужно. Саша ударила рукой по колену. Не надо быть, как сказочная принцесса! В конце концов, на дворе конец двадцатого века! Счастье ждать не надо, надо его добиваться самой! Девушка закрыла глаза и представила себя. Царевна Александра с волшебной гитарой и тетрадкой идёт к приключениям!.. Ей самой стало смешно от своих мыслей. Перед тем, как уйти из Ротонды, Саша обернулась, тряхнув косичками и сказала тишине: — Приду сюда вечером. В восемь тут обычно тусовки. Начну с них!