Это не конец

      Луна одиноко освещала темную улочку небольшого городка, а фонари, как назло, сегодня не горели. Да это уже никого и не волновало. Темнота окутала не только магический мир, но и мир магглов. Везде страх и паника. От нее не укрыться. Зима выдалась слишком холодной, притом, что снега была мало. Ветер остервенело, бросал в лицо колючий снег, и обжигал лицо, заставляя кривиться. На теплых губах холодные снежинки стремительно таяли, щеки покраснели от холода. Почему-то именно тот день, отчетливо отпечатался в моей памяти, и я часто задумываюсь о том, а что если бы, все сложилось по-другому? Никакого «другого» не могло быть. Вот и все. Я в сотый раз пожалела о том, что не прибила Гарри и Рона, просила же никаких имен… Возможно, все сложилось бы иначе       Ее голос, наклон головы, безумный взгляд. Она с отвращением смотрела на меня, словно не видела остальных. Для нее я была ничтожеством, которое не имеет право на существование. — Отведите пленников в подвал, кроме грязнокровки! — ужасный голос Беллатрисы Лестрейндж. Едва ли я смогла бы что-то сделать, коленки подкашивались, мне было страшно. Упасть не давала веревка и спины друзей.       Повисло напряженное молчание, никто из приспешников семейства Малфоев не шелохнулся. Из складок темного платья появился серебряный кинжал. Нижняя губа затряслась, а Рон и Гарри побледнели. Палочек не было, мы не сможем защитить себя. Пытки. Изощрённые пытки ожидали впереди. По шее скатилась холодная капелька пота. Веревка поддалась, освобождая меня от пут, но радоваться нечему, меня за волосы вытащили на середину комнаты. Такое чувство, что сняли скальп. Я ошиблась, муки были впереди.       Страх, страх и неимоверный ужас окутали меня, Рональд пытался что-то кричать, но его ударили по лицу, Гарри был дальновиднее и молчал. Я шумно сглотнула, едва друзья скрылись, начался мой персональный Ад, о котором еще очень долгое время я буду помнить. И просыпаться в холодном поту. Мне не у кого просить защиты в этом доме. Поместье Малфоев, последнее место на земле, где дадут защиту грязнокровке.       Поместье Малфоев был похож на дворец: величественное здание, построенное очень давно, множество коридоров, незатейливо переплетались между собой. Стены украшали интересные витиеватые узоры и рисунки, гобелены с изумрудно-серебристой символикой змеиного факультета. Портреты чистокровного семейства Малфоев. Аскетичность и минимализм несвойственно этому роду. Но даже всю пафосность поместья, и деньги, я бы никогда не променяла на семью и близких.       Темная комната с большими, от пола до потолка, окнами, освещается только луной, вдоль длинной стены красовался стеллаж с множествами книг, наверное, тут была когда-то библиотека. Мне бы понравилась эта уютная библиотека, но в другой жизни. По разным сторонам замерли хозяева дома: Люциус Малфой постарел на лет сорок и уже не походил на ослепительного аристократа. Глаза его потухли. Длинные платиновые волосы были похожи на сосульки и выглядели не ухожено. Неужели его пытал сам Темный лорд? Драко пугливо жался к матери, глаза его покраснели, ему также страшно, как и мне. Нарцисса Малфой держалась, на удивление, стойко, крепко сжимая руку сына. Она смотрела на свою сестру без страха, но с каким-то сожалением. Порой я ловила ее взгляд на себе, но не могла понять, о чем она думает. Две сестры. Такие разные.       Невольно, мой взгляд остановился на Драко. Вся напыщенность слизеринского принца улетучилась, он был простым мальчишкой, застигнутый родственными узами врасплох. Никакого лоска и самодовольства. Я бы с радостью вернула школьные годы, и наши никчемные задиристые стычки. Через что пришлось ему пройти? Эта война изменила нас все, и нам больше не быть беззаботными детьми. Его верхняя губа затряслась, когда Белла начала свою забаву. — Круцио!       Как предсказуемо. Любимое непростительное Беллы. Пришлось закусить щеку с внутренней стороны, надолго, правда, меня не хватит, но продержаться смогу некоторое время. Сотни иголок впились в мое тело, терзая его. Из глаз брызнули первые слезы. Она искусна в пытках. Удовольствия я ей не доставлю, даже если она меня покалечит. — Откуда у вас меч Гриффиндора, отвечай? Как вы проникли в мое хранилище? — ее голос, как сирена, отдавался от стен, эхом гуляя по почти пустому залу. — Молчишь? — Мы не были в вашем хранилище! — слезы уже катились градом, застилая глаза. Сил едва хватило произнести эти слова, но безумная волшебница не слушала. Она была уверена в своей правоте, и желала услышать раскаяние. — Врешь! — прокричала Беллатриса. — Круцио!       Резкая боль вновь оглушила меня своим появлением, я почувствовала, как горит мое тело в какой-то странной агонии, тело не слушалось, словно кукольное, чужое. Я могла в ужасе наблюдать за происходящим и только. Во мне бушевал огонь, и я готова была кричать и выть от боли. Пока я корчилась в муках, Беллатриса заливалась радостным смехом, что-то вереща о Темном лорде и награде. Терпеть я больше не могла, не сдержалась, громко и пронзительно закричала, доставив радость Лестрейндж. Сейчас едва ли успевала дышать. Слишком больно. — Ты врешь! — визжала Беллатриса, да так, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки.       Очередное непростительное выбило из меня последний дух. Странный звук падающего предмета отвлек мою мучительницу. Не устояв на ногах, я рухнула на пол, совсем как мешок картошки, с радостью вдыхая и выдыхая. Уже было все равно, что будет дальше, и я уже ничего не боялась, все самое худшее уже случилось. Надежда спастись покидала меня с каждой секундой, и я была готова ее отпустить, едва цепляясь за свою жизнь, одеревеневшими пальцами. Холодный пол божественно остужал мое разгоряченное лицо, не волновала даже грязь.       Ожидая очередную вспышку боли, я зажмурилась, но звон падающего железа, отвлек мою мучительницу, заставив ее на какое-то мгновение отступиться от меня. В таком положении, я могла видеть только дорогие туфли. До блеска начищенные. — Драко! — зашипела ведьма на племянника. «Не может быть!» — я не поверила своим ушам, решив списать это на жуткий страх и стресс, а также и на то, что сейчас я была в самом невыгодном свете, распластавшись бездыханным телом на паркете. — «Он что пытается спасти меня? Грейнджер? Девушку, которую ненавидел все время, что мы учились?»       Скосив глаза в сторону блондина, ловлю его взволнованный взгляд. Лестрейндж шипела какие-то угрозы в его адрес, пытаясь запугать еще больше, но он упрямо отводил свой взгляд от тетушки, не желая смотреть на нее. Мне показалось, что я утопаю в летнем дне, вдыхая полной грудью. — Белла, прекрати, он не специально! — едко заметила мадам Малфой, нападая на свою сестру, и продлевая мою краткую свободу. — Надеюсь, что это так, Нарцисса. Иначе, мы никогда не добьёмся. расположения Темного лорда, а все из-за твоего муженька, что не мог справиться с такими легкими поручениями. Темный лорд в бешенстве, я не хочу вечно пресмыкаться! — Беллатриса круто развернулась в мою сторону, возвращаясь к своему занятию. — Говори немедленно!       Одинокая слеза скатилась по бледной щеке Драко, но я уже не видела его, волшебница силой повернула мое лицо к себе, заставляя смотреть только на нее. Ее улыбка безумна, взгляд маниакален. Серебряный кинжал блеснул в воздухе, от чего я вздрогнула. Холодная сталь коснулась кожи. Во рту чувствовался металлический привкус крови, а сознание начало туманиться, балансируя на грани между жизнью и смертью. Будь проклят этот день, война и Том Реддл заодно. Агония продолжалась, а Беллатриса явно получала удовольствие, наслаждаясь моими муками. Краем глаза я видела, как разметались мои каштановые волосы по полу, перемешиваясь с грязью и мелким мусором. «А в поместье Малфоев не так уж и чисто!» — мелькнула странная мысль, пока мое тело сотрясалось от боли, холода и страха, все тело болело, скорее всего на нем не было живого места. И да я, действительно, начала себя чувствовать, как отребье, стало сложно дышать, а из глаз покатились горькие слезы отчаяния. Спасения не будет!       Мое молчание длилось недолго. Физическая боль сломила меня, уж лучше бы еще раз запустила в меня круциатусом. Не помня себя, я завизжала, что есть сил. Громко и надрывно. В ушах звенело, а голос Лестрейндж едва ли мог прорваться сквозь густой туман боли, что окружал меня своим ореолом.       Колдунья громко хохотала, обжигая холодным кинжалом мою руку. Она горела. Почему она просто не произнесет непростительное заклятие? Еще одно…и покончит с моими муками. Воздуха не хватало, легкие жгло, слезы застилали глаза. Пытки были бесконечными и только по естественному освещению из окон, я еще могла хоть как-то ориентироваться. Завывание ветра почти сливалось с безумными выкриками мадам Лестрейндж.       Я никогда не боялась темноты, уж сколько раз, мы с Гарри и Роном бродили по территории ночного Хогвартса, попадая во всякие ситуации, но в поместье Малфоев было страшнее, чем в Запретном лесу и в отделе Тайн Министерства. Здесь темнота ассоциировалась с ним. С Темным лордом. Где-то совсем близко послышался другой смех, больше похожий на лай собаки или волка. Оборотни. А точнее Сивый. Страшно было представить, что будет со мной дальше, если я вдруг выживу после Беллатрисы.       В очередной раз взвизгнув, Лестрейндж замахнулась, видимо, для пощечины. Но мне было не страшно, мысли об оборотнях поглотили остатки моего сознания. Глубоко плевать, что еще придумает извращенный мозг этой женщины. Апатия и усталость накрыли мое тело, а спасительное и такое долгожданное забытье ждало где-то на задворках сознания, вот-вот готовясь с радостью принять меня в свои липкие объятия. Я уже не кричала, а хрипела от боли, горло саднило, сорвала голос.       Смутно привиделась где-то в стороне рыжеволосая макушка Рональда. Неужели его тоже привели пытать? Мое тело оторвали от пола, кто-то сильно толкнул, я, словно пьяная, заплеталась в своих же ногах, рухнула в чьи-то объятия. На секунду услышала обеспокоенный голос Гарри. Он жив, слава Мерлину! Он что-то говорит мне, но слов я не могла разобрать.       И вот, казалось бы, такое долгожданное спасение, но нет. В горле появилось ужасное чувство, словно мне залили туда раскаленного свинца. Сколько прошло времени, я не знала, да и к чему оно мне? — Круцио! — последнее, что я слышала, проваливаясь в темноту. Вдалеке, словно через вату, доносился злорадный смех и чей-то истошный крик. Послышался странный шум, какофония криков, что-то очень тяжелое упало на пол. И резко настала тишина. Забытье. Темнота. Такое долгожданное спасение.       Пахло морем. Легкий бриз хозяйничал в комнате, но сил открыть глаза и посмотреть где же я нахожусь не было. Кто-то несколько раз заходил ко мне, протирал лицо влажной тряпкой, смачивал губы, не давая умереть от обезвоживания, но найти силы открыть глаза я так и не смогла. Тело отказывалось слушаться, из груди постоянно вырывались хрипы вперемешку с всхлипами. Рану на руке обильно смазывали мазями и перебинтовывали, но боль и не думала уходить. Шестое чувство, развитое у всех магов, твердило, что я в безопасности, но после таких смертельных пыток Беллатрисы, я не доверяла даже своим ощущениям. Фактически пытки в поместье Малфоев сломили меня.       А ведь все могло сложиться по-другому, если бы мальчишки не произнесли его имя в том лесу…

***

— Вы могли погибнуть! О чем вы думали? — не унимался Римус, грозно нависая над Гарри и Роном. — Вы подвергли Гермиону опасности, она даже в себя не может прийти!       На этот выпад волшебники не знали, как ответить, аргументы иссякли. Люпин был прав, из-за них Гермиона подверглась смертельной опасности. Рон потупил взгляд, перед его глазами до сих пор стояла ужасная картина: темная комната, Гермиона лежит на полу без каких-либо признаков жизни, а над ней с окровавленным кинжалом нависает Беллатриса. Тогда он испугался. — Римус! — укоризненно окликнула оборотня миссис Уизли. Ее хлопотами и заботами на большом обеденном столе красовался обед: от лукового супа исходил ароматный запах, пирог с патокой притягивал к себе взгляд, сэндвичи и прочие закуски. — Дай ребятам перевести дух! Сколько раз ты сам рисковал своей жизнью? — Я просто беспокоюсь, Молли! — устало отозвался оборотень. — Мальчики садитесь за стол. Флер постаралась на славу! — проворковала женщина, скрываясь на лестнице с тарелкой горячего бульона.       С волчьим аппетитом набросившись на еду, Гарри и Рон с интересом осматривали коттедж Билла и Флер. Слишком мило и как-то приторно по девичьи обставлена кухонька, что плавно переходила в гостиную. Гнездышко для двоих. Несколько дней передышки и отдыха в Мерлин забытом месте. Здесь, вдали от суматохи города, война не ощущалась и была каким-то призрачным явлением. Новое убежище членов ордена Феникса. Постепенно комната начала наполняться людьми, образовывая маленькие группки, маги обсуждали ту или иную операцию, делясь последними новостями. Наклонившись к Рону, Гарри прошептал:  — Мне кажется, дальше мы должны искать кресстражи без Гермионы. — Согласен, — мрачно кивнул рыжеволосый, едва ли сумев подавить зевок. За последние несколько дней золотое трио Хогвартса почти не спали, от чего у каждого залегли внушительные тени под глазами. — Как насчет того, чтобы спрятать ее где-нибудь подальше? При новой встрече с Беллатрисой, эта ненормальная убьет нашу Гермиону, не моргнув и глазом. — Может, один из нас станет хранителем тайны? Только нужно найти кого-то, так Гермиону без присмотра страшно оставить, а в паре с кем-нибудь есть шанс спастись. Но вот только с кем?       Неожиданно веселые переговоры членов ордена смолкли, слишком резко образовалась тишина. В гостиной появился Снейп, резко контрастируя в своем черном одеянии со светлой обстановкой дома. Грозный профессор, судя по всему, был совершенно без настроения, испепеляя каждого взглядом. Его черная мантия парусом развевалась позади него. Гарри и Рон перестали есть. Опомнившись, Поттер подскочил со своего места, направив волшебную палочку на зельевара. Снейп презрительно вздернул бровь, не ожидая другой реакции от сына Джеймса. — Что вы здесь делаете? — прошипел Гарри, злость на бывшего профессора нарастала. Он не мог простить ему смерть Альбуса Дамблдора. И как этот человек смог найти их убежище? И так спокойно войти, а остальные? Почему они не предпринимают попыток обезоружить убийцу Дамблдора? — Опустите свою палочку, Поттер! — Гарри! Гарри! Профессор Снейп помогает нам бороться с Темным лордом! — миссис Уизли вихрем влетела в заполненную гостиную. — Рональд Уизли, опусти свою палочку, живо! — приказала женщина, зло зыркнув на сына. — Северус, мы не ожидали вашего прихода. Что-то стряслось? — Отчасти. Я принес зелья для мисс Грейнджер, это было в высшей степени глупо, мистер Поттер, подвергать свою подругу таким пыткам! — едко проговорил Снейп, передавая зелья миссис Уизли. — А вторая причина моего прихода, это то, что из поместья Малфоев, следом за великой троицей, сбежал Драко Малфой. Его ищут все пожиратели, фактически его считают преступником и предателем, — профессор зельеварения медленно растягивал каждое слово, от чего у Гарри по всему телу побежали мурашки. Голос Снейпа обладал магической силой и почти всегда вводил его в некое подобие транса. Что ни говори, а нынешний директор Хогвартса был неплохим оратором. — К сожалению, больше у мальчишки не у кого просить защиты. — Северус, где он? — всплеснув руками, миссис Уизли засуетилась, обходя застывшие изваяния в лице Гарри и Рона.       В гостиную растерянно озираясь, вошел высокий молодой человек. Светлые волосы, бледное лицо, покрасневшие от недосыпа глаза. Драко остановился позади Северуса, недоверчиво оглядывая собравшихся людей. И совсем уж неуверенно, что было не похоже на прежнего Малфоя, кивнул Гарри и Рону, приветствуя гриффиндорцев. — Привет, Драко, — недоуменно поздоровался Гарри, пряча свою палочку. — Этот теперь будет под защитой Ордена? — беспардонно вскипел рыжеволосый, ошарашенно разглядывая своего заклятого врага. — Рональд! — Да его безумная тетка, чуть не убила Гермиону, она до сих пор не пришла в себя! — разорался Рон, брызжа слюной. — Он пришел добить ее! Откуда ты знаешь, может, он под «Империо»?       Со стороны блондина послышалось нейтральное «хм». Никаких эмоций. Серые глаза устало, и равнодушно смотрят на гриффиндорцев. Нет, куда-то глубже. Его не интересует то, о чем говорят. Драко погрузился глубоко в себя. — Мистер Уизли, вы как всегда, мыслите примитивно. Молли, что скажете? У меня мало времени, — спокойно отозвался Снейп, игнорируя выпады рыжеволосого лоботряса, напоследок, одарив младшего Уизли холодным взглядом. — Конечно, пусть мальчик останется, — добродушно отозвалась миссис Уизли, наливая чай для Драко. — Присаживайся, милый. — Если кому-то интересно мое мнение, то я против! — категорично заявил Рон. — Рональд Уизли! Какая муха тебя укусила? — Это неплохая идея, Рон! — заговорщицки прошептал Гарри. — Мы теперь сможем спрятать и Драко и Гермиону. — Поттер, о чем вы шепчетесь? Вас не учили озвучивать свои мысли вслух, когда в комнате много людей? — надменно поинтересовался Снейп, скрестив руки на груди. — Профессор, мы бы хотели спрятать Гермиону и … Драко, и чтобы кто-то из членов Ордена стал хранителем тайны! — с некоторой опаской проговорил Гарри, переводя взгляд от Снейпа к Драко. — Я не хочу, чтобы Гермиона оставалась в одной комнате вместе с Малфоем, Гарри! Да при первой же опасности, он трусливо сбежит, поджав хвост! — прошипел рыжеволосый, испепеляя Драко взглядом.       Слова младшего из братьев Уизли остались висеть в воздухе. Очередное «хм» слетело с губ Драко, подтверждая тот факт, что он слушал внимательно. Неестественное молчание начинало тяготить, Снейп молчал очень долго, обдумывая слова Гарри. — Я подыщу какое-нибудь подходящее убежище. — Спасибо, профессор! Рон, это отличная возможность, они оба будут в относительной безопасности. — Как так получилось, что Малфой старший лишился единственного сына? — Римус улыбнулся уголками губ, собирая множество маленьких морщинок у глаз. — Присаживайся, Драко. — Вы мне не поверите, — тихо отозвался Драко, осторожно отпив из своей кружки. — Я устал. Устал жить в страхе, муках и вечных пытках. — А если, он сам шпион? А мы ему доверимся? Только представь, Гарри, мы очень сильно рискуем! — У меня его палочка, Рон, — закатив глаза, Гарри продемонстрировал палочку. — Надо будет найти для Драко и Гермионы новые. — Охотно тебе верю! — проговорил Римус, доставая из нагрудного кармана шоколадный батончик и протягивая блондину. — Ешь. Я займусь волшебными палочками для ребят. — Блеск! — кисло отозвался Рон. Вся сложившаяся ситуация, ну, уж очень сильно не нравилась рыжеволосому. Драко Малфой на всю жизнь остался для него врагом, и никак не вязался с человеком, который нуждается в руке помощи. Сколько раз Люциус Малфой пытался убить их? А сколько унижений они натерпелись? — Мальчики, вам придется потесниться в комнате и взять к себе Драко, — распорядилась миссис Уизли, грозно посмотрев на сына.       Гарри молча кивнул, почему-то на него нахлынули тревожные чувства. Нет, не за себя, а за других… За членов Ордена, что каждый день рисковали своими жизнями, спасая мир от безумного волшебника, за тех, кто находился в Хогвартсе, за близких и друзей. Но больше всего было неспокойно за Гермиону и Драко. Почему-то не было неприязни или злобы по отношению к нему, в отличие от того же Рона. Поттер знал, как тяжело приходиться блондину, в одночасье потеряв семью, статус, уважение и защиту. Фактически он так же, как и все, находился на краю, опасно лавируя между пропастью и твердой почвой.       А на счет Гермионы, Гарри боялся своих мыслей. Боялся, что подруга никогда не будет прежней, как и они все. Пытки Беллатрисы могли сломить ее внутренний стержень, может именно поэтому, она так долго не приходит в себя. Спасительное забытье, лучше, чем яркая реальность, со своими насмешками и превратностями. Тяжело вздохнув, золотой мальчик отправился в комнату, желая отдохнуть и подумать о местонахождении новых крестражей.