Возвращение

Так пролетела весна и даже лето, я все также преподавал в университете, иногда бывал в Хогвартсе (вот строптивое строение, подавай ему меня и все тут), часто варил зелья на заказ, и довольно часто мы проводили время вчетвером. В конце марта Грейнджер развелась с Уизли, чему я был рад до чертиков, а в конце сентября они с Джереми поженились (я был горд и счастлив за них как никогда в жизни). Мы же с Гарри продолжили свои встречи и задушевные беседы, он также мне помогал с обучением Аманды и Элизабет, а те были только за. После медового месяца молодожены вернулись в Англию и поселились в моем доме. Я ворчал (для приличия), но был доволен словно кот, объевшийся сметаны. Они мне не мешали, и я не был больше один в доме. Они также помогали с девочками, и те теперь знали больше, чем те же чистокровные в их возрасте. Когда все немного устаканилось, мы поехали в Лондон отдыхать (правда, это Реми потащил нас). — Куда мы? — спросил я, не любящий сюрпризы. — Секрет. — таинственно ответил тот, и мы, добравшись до центра, припарковались и пошли на другую улицу. Вскоре я увидел вывеску, что призывно моргала, и она мне уже не нравилась, но мы шлепали именно туда. — Мы пришли. — торжественно заявил Джереми, отчего я передернулся. — Это наш тебе подарок за твое терпение и гостеприимство. — он открыл двери, и мне пришлось войти, остальные пошли за мной. Зайдя внутрь, я замер: мы были в стриптиз-клубе. — Э-э, кажется мы ошиблись адресом. — С чего бы? Пошли. Мы прошли к столику и уселись, я стал смотреть на прекрасных девушек, что танцевали, а после обратил внимание, что на сцене устанавливают микрофон. — Добрый вечер. — у меня возникло чувство дежавю. — сегодня будет конкурс любительского стриптиза. — холодок прошелся по спине. — Желающие пусть подойдут. — Пошли. — раздалось возле уха, я в ступоре посмотрел на Реми и отчаянно закачал головой. — Не боись, я рядом. — он подмигнул Герми, и схватив меня за руку, вытащил на сцену под аплодисменты, позже к нам присоединилось еще четверо, и мы встали в шеренгу. Зазвучала музыка, я злобно посмотрел на Реми, пообещав тому все кары небесные, мы стали двигаться в такт ей и раздеваться, через пять минут, кроме нас, все уже стояли в одних трусах, мы же только расстегнули пуговицы на рубашках. Посмотрев на наших спутников, я увидел неподдельный интерес Гарри ко мне, и решив его спровоцировать, стал медленно вытаскивать рубашку из брюк, подойдя к Джереми, я, оглаживая плечи, стянул с него рубашку, Герми нервно сглотнула. Я же продолжил дальнейшее действо, в меня словно вселился бес, чувственно двигаясь (так мне казалось), я ласкательными движениями снял с себя рубашку, на что уже Гарри сглотнул и покраснел, усмехнувшись, я расстегнул ремень, и вытащив из брюк, стал им проводить по себе, зажав в обеих руках. Все смотрели на нас, и я увидел моих студентов, они изумленно смотрели на меня и кивали головой, в знак одобрения. Раздеваться дальше я не стал (все же некоторую черту перейти я не могу), Реми же снял с себя брюки, и повиляв задницей, пошел к жене, я тоже вернулся за стол, поймав горящий взгляд Гарри (и зачем я это сделал?). Остаток вечера прошел нормально, и только сияющие изумруды Поттера приносили беспокойство. Выйдя оттуда, мы не спеша поехали домой, Гарри поехал с нами. Вернувшись домой, Уайты пошли отдыхать, а мы уселись в креслах у камина. — Северус. — я нахмурился. — Не могу называть тебя Джеймс и все тут, на людях ладно, но здесь я буду звать тебя настоящим именем. Можно спросить? — он слегка повернулся ко мне, я махнул рукой. — Почему мы больше не целовались? — А надо? — спросил я. — Не знаю. — опустив глаза, буркнул тот. — Гарри. — тот посмотрел на меня. — Я сложный человек и впускаю в свою душу редко, а отпускаю еще тяжелее. — Но ты мне нравишься, и твой стриптиз сегодня возбудил меня до предела. Поцелуй меня. — Я поцелую тебя, но дальше мы не зайдем. — Почему? — Ты молодой, — он фыркнул. — интересный, сильный и красивый мужчина. — он недоверчиво посмотрел на меня. — Да, ты красивый. Я же старый, желчный, мерзкий Пожиратель Смерти. — Это не так. Ты… Я заткнул его рот поцелуем, подойдя к нему и присев возле кресла на корточки, целовался он умело и горячо отчего мое либидо взбунтовалось, оторвавшись от него, я старался дышать тише. — Ты тоже хочешь этого. Почему тогда? — его глаза сверкали возбуждением. — Я не могу так поступить с тобой.Ты их сын! — в отчаянии выплюнул я, и встав, умчался в свою комнату, где, наложив кучу заклинаний, швырялся заклятиями и проклятиями. Успокоился я только под утро. Я не знал, как ему объяснить, меня охватывала слабость, и я, будучи сильным во многом, был слаб в плане чувств и их выражении. Больше к этому мы с Гарри не возвращались, а в конце декабря он пригласил нас на свою свадьбу. Он женился на Джинни Уизли. Мое сердце заледенело от боли, но так было правильно. Он должен быть счастлив. Пусть я умру, но он будет жив, и это главное. Джереми материл меня, а я внушал всем (и себе в первую очередь), что все правильно и все хорошо. Никто не знал, что я обменял свою душу и жизнь на него (кроме Реми и Джеймса), теперь в момент его первой брачной ночи я умру, таковы условия. Это был своего рода магический брак в одностороннем порядке, но без подтверждения. Просто один волшебник выкупает другого за счет своей души и жизни. Но я ни о чем не жалел. Написав и заверив завещание, я пришел домой, Реми и Герми сидели на диване. — Привет. — поздоровались они. — Привет. — улыбнулся в ответ. — Надо поговорить. — они кивнули. — Я скоро уеду в Италию на год. — Что? Почему? — раздалось с двух сторон. — У меня давно было желание там побывать, и вот я решился на это. У меня просьба к вам. — они серьезно смотрели на меня и ждали, что скажу. — Присмотрите за девочками и помогите им с учебой. Жить вы можете здесь, дом будет открыт для вас. — я посмотрел на них, те переглянулись. — Присмотрите за Поттером. — Мы согласны. — у меня словно Хогвартс свалился с души и плеч. — Хорошо. Тогда мне пора. Еще кучу дел улаживать надо. Выйдя из дома, я отправился на кладбище. — Привет. — поприветствовал я их могилы. — Привет. — раздалось с двух сторон, и две призрачные тени появились возле меня. Джеймс подплыл ко мне и поцеловал в губы, а Лили в щеку. — Почему ты здесь? — спросил Джей. — Я пришел проститься, уезжаю в Италию на год. — Ты врешь. — сказала Лили. — Нет. Я правда уезжаю на год. Потом вернусь. Постараюсь. Мы еще долго болтали обо всем, и я ловил себя на мысли, что все делаю правильно. После этого я привел все дела в порядок, уволился из универа, закрыл все заказы на зелья, снял свою кандидатуру в «Арене». Вот наступил день свадьбы, выпроводив всех из дома и Хогвартса, я приготовился к ритуалу; то, что моя душа и жизнь принадлежит Гарри — это несущественно; тело и магию я решил влить в замок и поэтому готовился со всей тщательностью. Подготовив все, я вышел из школы и прогулялся возле Черного озера, это умиротворяло меня: было такое спокойствие, что просто странно. Вернувшись, я запретил говорить домовикам, призракам и портретам хоть кому-нибудь о том, что сделаю, попросив открыть мне ритуальный зал, я, одевшись в рубашку до полу, надев медальон директора и взяв палочку, вошел в него и запер двери заклинанием. Подойдя к камню замка, я начертил пентаграмму, затем взял и снял медальон (он должен будет находиться у следующего директора), в это время появилось четыре призрачных животных: лев, змея, барсук и ворон. Что ж, символы факультетов уже здесь. Я начал читать катрены и, зайдя внутрь звезды, улегся на камень и рассек себе вены, обливая тот своей кровью. Появились призраки Основателей, что придало мне сил, и я четко и радостно закончил катрены. Меня окутала магия мягким коконом, я старался вспомнить все: чары, заклинания, зелья, животных, обстановку и многое другое, прося саму магию все изменить, обновить, восстановить, улучшить, защитить и начать все с чистого листа. Наконец магия рассеялась, и я опустился на камень, мои глаза закрылись, и я, в последний раз вдохнув, выдохнул и провалился во тьму. — Как он? — услышал я в темноте и удивился. — Скоро придет в себя. — Лучше позже. Иначе я его своими руками задушу. — услышал я голос Минервы. — Зачем душить-то? — прошелестел я, с трудом открывая глаза. — Очнулся? — зло спросила Минерва. — Ты — мерзавец каких мало. Как ты мог так поступить с нами?! Почему стал один проводить ритуал?! Что, славы не хватает?! — орала она на меня, у меня же голова разваливалась на куски. — Минни, успокойся. — та задохнулась от праведного гнева. — Так было нужно. Мне. — Как всегда. А подождать всех что, корона мешает?! — стала заводиться она снова. — А почему я здесь? — А где тебе быть? — В ритуальном зале. — Гарри вытащил тебя оттуда почти бездыханного. Ты чем думал?! — ярилась эта всегда спокойная женщина. — Как вы меня нашли? — задал я вопрос. — А это все Гарри. — Что? — Хорошо. Сейчас все расскажу: церемония уже началась, и Джинни подошла к Гарри, и вдруг заявились его родители в виде призраков. — Ты знал, что они могут так? — она гневно посмотрела на меня, и я кивнул ей. — И это утаил от нас. Так вот, они появились и подошли к Гермионе и Джереми: «— Почему Северус уезжает в Италию?» — спросили они, на что те ответили, что ты хочешь отдохнуть. Тогда Лили спросила:  «— Почему же он соврал?» — они в изумлении замерли, а потом твой друг побледнел, и извинившись, бросился из зала. Мы перехватили его возле самых дверей. — Что случилось? — спросил Гарри у него. — Ничего. — закусив губу, ответил тот, опустив голову, и отвернулся. — Джереми. — позвала Гермиона, он поднял голову, но закрыл глаза.— Посмотри на меня. — тот покачал головой, а по лицу потекли слезы. «– Почему?» — начала Лили, а Джеймс вдруг стал еще бледнее (если это возможно), он подлетел к твоему другу. «– ДЖЕРЕМИ!» — позвал он и коснулся его, тот затравленно посмотрел на Поттера». — Скажи, что это не правда? — он с надеждой посмотрел на того, но Джереми покачал головой. — Кто-нибудь еще знает?» — задал тот вопрос, на что твой друг вновь покачал головой. — ДА ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ?! — заорал Гарри. «– Как ты выжил?» — спросил отец у него. — У меня была мантия-невидимка, воскрешающий камень (все ахнули), бузинная палочка. А что? «– Кто тебе это прислал? Это очень важно». — Мантия была моей, — Джеймс кивнул. — палочку я получил в следствии дуэли. «– Что?» — Я победил Малфоя младшего, и все палочки, принадлежащие ему, служили мне по праву сильного. Это он обезоружил директора. А Волдеморта она не слушалась. Палочка ведь моя. «– Камень?» — Камень я получил в наследство от директора, он был спрятан в снитч. — Мальчик мой! — раздался голос Альбуса с портрета какой-то дамы. — Я не посылал тебе его. Я уничтожил крестраж в кольце и все. Больше я не видел перстень. А потому не мог прислать его тебе. — Но как же так? К нам пришел нотариус и зачитал ваше завещание, где было написано, что вы завещаете: снитч — мне, делюминатор — Рону, а книгу сказок — Гермионе. — те закивали в подтверждение его слов. — Гарри. Я не мог этого прислать. «– Скажи, перед поединком ты не контактировал с Северусом и его кровью?» — спросил Джеймс, выслушав директора. — В Визжащей хижине. Когда его укусила Нагайна, я подошел и собрал его воспоминания, мои пальцы были в его крови. А что? «— Он все-таки сделал это». — промолвил ошарашенный Поттер. «– Что сделал?» — спросила Лили. «— Он, — он посмотрел на нас и подошел к Гарри ближе. — Обменял свою душу и жизнь на твою». — все так и сели. — Но это невозможно. — промямлил Гарри, и мы были с ним согласны. «– Возможно. Он дал обещание защищать тебя даже ценой собственной жизни». — мальчик впал в ступор. «– Но для такого колдовства должно быть главное условие?» — спросила Лили, и все посмотрели на Джеймса. «– Оно и есть». — тихо ответил Поттер. — Какое? — задыхаясь, спросил его Гарри. «– Ты точно хочешь это знать? — тот кивнул. — Главное условие такого контракта: он умирает, когда ты проведешь свою первую брачную ночь». — Туда ему и дорога. — фыркнула Джинни. — пусть подыхает, мерзкий ублюдок. — многие закивали в знак согласия. — Как ты можешь так говорить?! — взъярился Гарри. — Чтобы ему пусто было! Чтобы он сгнил заживо! Гадкий полукровка! — она орала в ответ, мы все были в шоке. — Что, правда глаза режет? Герой! Ветеран войны! Тьфу! Мышь он летучая, вот кто. И бывших Пожирателей не бывает. — она отвернулась с гордым видом. — Ладно, это все ерунда. Где его искать? — спросил Гарри, глядя на нас. «– Дома». — прошелестела Лили, и они исчезли. — Дома? — спросила Гермиона. — У него был, долгое время, только один дом. — произнес, сбитый с толку, Джереми. Все переглянулись. — Это Хогвартс! — воскликнул Альбус. — Вот почему он выпроводил нас всех. Чтобы мы не мешались. — сказала я. — И я до сих пор зла на тебя. –укоризненно посмотрев на меня. — Как мне туда добраться?! — спросил обеспокоенный Гарри. — Так же как мы выбрались из Малфой-менора. — ответила Гермиона. — Добби!!! — крикнул Гарри. — Добби пришел, сэр. Что он может сделать для сэра Гарри Поттера? — спросил эльф. — Перенеси меня в Хогвартс. — попросил Гарри, тот стал выкручивать уши и биться головой. — Добби не может ослушаться директора. Директор запретил помогать. — Спасибо, Добби. — поблагодарил Гарри. — Перенеси, куда сможешь. Тот схватил его за руку, за вторую ухватилась я, и нас перенесло к воротам школы. Посмотрев наверх я обомлела: там переливался новый щит, сильнее прежнего. «– Скорее», — поторопил появившийся Джеймс. Мы бегом побежали в школу, и войдя внутрь, остановились. Мы не имели понятия, куда нам идти. «– Что вы стоите?» — спросила Лили появившись из стены. — А куда идти? — спросила я. «– Вы же декан и должны знать». — Только директор знает, где ритуальный зал Хогвартса. Та, махнув рукой, позвала за собой, и мы побежали за ней следом. Добежав до огромных дверей, мы поняли, что на месте, но двери не открывались. «– Поторопись, если он тебе дорог». — сказал Джеймс, высунув голову из-за двери. Гарри жахнул Бомбардой Максима, дверь открылась, и мы влетели внутрь, чтобы замереть от увиденного. Твое тело на камне, кровь льющаяся на него словно из рога изобилия, все символы факультетов и сами Основатели. «– Вы почти опоздали». — упрекнули они нас. Гарри подбежал к тебе и трясущимися руками заживил твои руки, подняв магией, он перенес тебя сюда и вырубился. Гарри до сих пор спит. — Сколько он спит? — спросил я, как только Минерва закончила рассказ. — Три дня. Чертыхнувшись, я начал вставать. — Куда это ты собрался?! — взревела Минерва. — Если я его не разбужу, то он умрет. — отрезал я, и придерживаясь кровати, поднялся и рухнул на соседнюю, к моему исчадию ада. — Я всегда буду рядом. — поцеловав того в губы, я громко сказал, — Энервейт! — струя воды ударила Гарри в лицо. Он застонал: — Сев, дай поспать. — Ты спишь уже три дня. — поставил я того в известность. Он открыл глаза и посмотрел на меня. — Если это сон, то пусть он длится вечно. — промямлил он. — Подъем!!! — рявкнул я, правда получилось сипло. — Ты жив?! — он радостно обнял меня. — Ты напугал меня! Как ты мог?! — рявкнул тот. — Я что, вообще ничего не значу для тебя?! Почему ты мне ничего не сказал?! — кричал Гарри сквозь слезы. — Ты — весь мой мир! — громко ответил ему в ответ. — Правда? — он с такой надеждой смотрел на меня, что обманывать его было бы кощунством. — Правда. — он придвинулся, и положив руку на затылок, поцеловал страстно и уверенно. Я ответил. Вот так произошло мое третье воскрешение из мертвых. А про Минерву и Поппи, что стояли рядом, я совершенно забыл. — Гхм… Мы вам не мешаем? — мы, отпрянув друг от друга, посмотрели на них. — Теперь многое понятно. Что ж, мы пошли, а вы, — она выразительно посмотрела на нас. — мигом в постель и чтобы я вас не видела, пока Поппи не разрешит. Ясно? — она обвела нас фирменным взглядом, отчего я снова почувствовал себя студентом. — Ясно. — ответил Гарри за нас двоих.Те вышли. — На чем мы остановились? А, вспомнил. — он притянул меня к себе и уже хотел поцеловать, как я прижал палец к его губам. — Что? — спросило это недоразумение. — Твоя жена. — выдохнул я. — Мы не поженились, и ты от меня не отвертишься. — я уже хотел воспротивиться, как он заткнул меня поцелуем. Это было больше, чем приятно. Нацеловавшись, мы улеглись на одной кровати, и обнявшись вырубились. Ради такого не страшно умереть и снова воскреснуть.