Ночной дождь

[ Включите трек 1 ]

      Сперва Санджи, увидев капитана и маримо в весьма компрометирующей позе, всерьез испугался. Но приглядевшись, он понял, что капитан в чужих объятиях спит добровольно и даже улыбается, а сами объятия вполне искренние и без единого намека на пошлость. Не считая, конечно, руки Зоро, по-хозяйски расположившейся на тощих бедрах. Но ведь иначе Луффи, спавший прямо на Зоро, просто бы скатился на пол. Тем не менее, Санджи решил не додумывать, что именно произошло на корабле в их отсутствие, раз теперь эти двое дрыхнут без задних ног.       Кок отчетливо помнил тот момент, когда Луффи вдруг остановился у какого-то прилавка со сладостями, а затем с задорным «Зоро должен это попробовать!» помчался на Санни. Попала ли несчастная еда к маримо или все же была съедена в процессе доставки, для кока загадка, но раз эти идиоты наконец вместе (спят в обнимку посреди дня — значит, вместе же, да?), то беспокоиться больше не о чем. Санджи оставалось лишь надеяться, что Зоро все-таки послушался его и поговорил с Луффи, а это вот их мирное единение у борта — то, чем этот разговор завершился. «Но все же не стоит так беспечно спать на палубе, когда вас разыскивают, остолопы», — мысленно отчитал он парней и попросил Френки помочь перетащить их тушки в каюту.       — Как мило, — прокомментировала Робин, когда даже сквозь сон Луффи вцепился в халат Зоро, едва Санджи попытался выпутать капитана из лап старпома и взять к себе на руки. Как только задуманное у кока получилось, произошло воистину «милое»: ощутив пропажу, Зоро тут же проснулся и успел даже схватиться за катану. Затем долгие две секунды он пялился на мишенебрового, тискавшего, вообще-то, уже его Луффи (ну ведь его же, да?), и силился понять, какого фига здесь происходит.       — Что бы ты ни подумал, это не так, — опередил его Санджи, в доказательство своих слов возвращая капитана обратно. Тот немного повозился, устраиваясь на мечнике поудобнее, но так и не проснулся. Едва тело мальчишки опасно поехло вниз, Зоро снова подхватил его под бедра, не давая упасть. — Мы хотели перенести вас в каюту, там безопаснее.       Зоро окинул Санджи таким взглядом, что тому на миг стало совестно. В самом деле, Ророноа даже спящим может изрубить в пыль любого, кто приблизится, так что Луффи бы в любом случае ничего не грозило. Робин загадочно улыбнулась, ведь ее прогнозы о безопасности капитана оказались верны, а Френки, все это время стоявший рядом, весело хмыкнул что-то неоднозначное.       — Ну и? Как все прошло? — спросил Винсмок, когда Ророноа все же отнес Луффи в каюту и осторожно прикрыл за собой дверь.       Зоро закрыл глаз и на время вернулся в недалекое прошлое, в котором было так необычно и... хорошо. Хорошо фантастически. Он как сейчас помнил ощущение горячего дыхания на своей шее и беспорядочные, совершенно неумелые поцелуи Луффи, сумбурные переплетения их языков во время этих самых поцелуев, упругость резинового тела под ладонями... Зоро хотелось прикасаться к нему еще и еще, целовать каждый участок кожи, не больно кусать каждую выступающую косточку, чтобы ощутить вкус Луффи, чтобы заполнить им всего себя. Хотелось дышать им, жить им, а впрочем, последнее Зоро исправно выполнял уже несколько лет. Возможно даже, с самого начала их большого приключения, растянувшегося, наверное, на целую жизнь. Потому что Ророноа не уверен, что покинет Луффи в будущем, даже если они отыщут Ван Пис и достигнут всех пределов своих мечтаний. Он не уверен, что уйдет, даже если Луффи лично его попросит. Не сможет. И потому что знает: да не попросит Луффи нихрена. Ведь они оба в курсе, что Ророноа живет не только им, но и для него.       Луффи касался его с не меньшим интересом и в таком же количестве, оглаживая сильные, накачанные руки, пробуя бицепсы и подтянутый живот языком и смешно морщась от соленого пота. Когда Монки впился зубами в тонкую кожу за ухом, Зоро и сам поморщился. Укус немного саднил до сих пор, но отдавался приятной истомой, когда мечник касался его, где-то там, у самых корней волос. Луффи, может, и выглядит как ребенок, но даже дети умеют больно кусаться. Впрочем, Зоро этот укус заслужил и даже благодарен за него. Ведь не останови его Луффи таким случайным, но действенным образом — и Зоро бы точно зашел дальше, гораздо дальше. Настолько, что потом бы жалел.       — Иди нахрен, — вспомнил он об ответе, но Санджи давно уже и сам все просек.       — Не хило он тебя цапнул, — с долей сарказма заметил Винсмок, разглядывая его руку на загривке, и пальцы, растиравшие укушенное место, пристыженно убрались прочь. На самом деле Зоро вовсе не стыдно, и он готов эту метку хоть перед всем миром обличить. В конце концов, след Луффи на его теле — это тоже в каком-то роде способ показать принадлежность. Только зачем это Луффи, Зоро не понимает, ведь он давно уже принадлежит этому человеку, абсолютно весь, начиная катанами и заканчивая жизнью.       Ророноа опустил руку на мечи, чтобы та снова не потянулась к затылку. Под посторонним пристальным взглядом делать что-то столь личное, как трогать доказательство их с Луффи близости, дико смущало, а то, что этим посторонним являлся доставучий кок, побуждало сдерживаться вдвойне. Потому что Ророноа прекрасно осведомлен, что по скромному мнению Санджи он «готов трахнуть капитана где и как угодно, и можно даже со свидетелями». И пофигу, что на этот счет думал сам Ророноа.       — Я его не насиловал, — сказал Зоро, уловив во взгляде кока немой упрек. «Но был близок к этому», — добавил в мыслях, и пальцы снова потянулись к укусу. Черт бери этого Луффи, теперь эта метка будет напоминать ему о случившемся в вороньем гнезде. К слову, на палубе-то они засыпать не собирались, Ророноа просто не донес Луффи до каюты, потому что «Зоро, ну тут же солнышко, ну давай останемся». И вот, в итоге их застукала вся команда сопящими в обнимку посреди корабля. Впрочем, Зоро не расстраивался, ведь до того, как уснуть, Луффи подарил ему несколько своих невинно-неловких поцелуев и, лишь уткнувшись лицом ему в грудь, позволил себе провалиться в сон. Ророноа задремал только через минуту, согретый объятиями резиновых рук и лучами солнца. И упорно не верящий, что все происходящее — правда.       — И правильно сделал, — хмыкнул Санджи в ответ, — иначе остался бы без выпивки аж до следующего острова.       Зоро спорить не стал и молча свалил куда подальше, лишь бы не слышать больше гребаного кока. Впрочем, как выяснилось, кок его трогать и не собирался и вместо этого ушел в камбуз готовить еду. Сам же Зоро, немного подумав, вернулся в мужскую каюту и сел на полу рядом со спящим капитаном. Отчего-то ему казалось, что если он сейчас уйдет, оставит Луффи проснуться в одиночестве, то их отношения вернутся в прежнюю колею. Если не станут хуже. Да и Зоро, признаться, все еще полностью не уверен, что отношения у них вообще есть. Так, пообжимались пару раз по углам, причем преимущественно по инициативе самого Зоро. Поэтому Зоро казалось безумно важным оставаться рядом с Луффи, хотя бы до тех пор, пока тот не проснется и сам не увидит: Ророноа еще здесь, Ророноа всегда здесь и все их поцелуи в гнезде и на палубе — они настоящие, совсем не выдумка. А то Зоро вот в их реальности почти усомнился. Но стоило ему тогда, на палубе, в полудреме нащупать знакомое тело на собственной груди, как сердце пропускало удар, напоминая: все правда.       Сердце и теперь время от времени хулиганило. Когда, например, Луффи, крутясь во сне, чуть не грохнулся на пол, или когда рука сама коснулась его лба, пытаясь разгладить морщинку меж бровей, совсем не подходящую всегда жизнерадостному капитану. Сейчас Зоро и вовсе разглядывал заученные наизусть черты и бездумно водил пальцем по теплой капитанской щеке, регулярно съезжая на шею. В голове необычно пусто, а в груди непривычно тесно, и палец на щеке, кажется, начинает дрожать. На какой-то момент Зоро будто бы выкинуло из реальности.       — Зоро? — сонное бормотание Луффи вывело мечника из странного состояния анабиоза, а взгляд растерянных глаз, как-то по-особенному блестевших в приглушенном свете, разбудил что-то живое внутри. — Зоро, — повторил все еще заспанный капитан и потянулся к старпому. Не зная, чего от него хотят, Ророноа протянул ладони в ответ и обхватил резиновые пальцы, моментально стиснувшие его собственные. Прежде чем Луффи дотронулся и до его лица, явно намереваясь поцеловать, Ророноа оттянул его руку в сторону и спросил:       — Какие у нас отношения?       Спросил прямо, глядя в самую глубину глаз, желая узнать все и сразу. Зоро не шарил в этом, но теперь же они вроде как вместе, да?       — М-м-м-м, такие, как недавно в вороньем гнезде и потом на палубе? — рассеянно улыбнувшись, ответил-уточнил Монки. Он тоже в этом не шарил, но понимал, что происходящее между ними очень ценно и важно. И настолько приятно, что Монки хотелось бы это еще не раз повторить. — Ведь я люблю Зоро, — лучезарная улыбка. Вместо ответа Зоро притянул неугомонного капитана к себе, стаскивая его с кровати окончательно, и накрыл его губы своими. Какая-то часть Зоро при этом боялась оказаться отвергнутой, но Луффи и не думал вырываться. Даже когда язык мечника властно проник в рот, а руки принялись собственнически шарить по телу. Луффи просто обхватил Зоро за шею, чтобы не упасть, и отвечал на каждое прикосновение. Ведь Луффи его действительно любит. Пусть почти хаотично и по-своему, но любит — Ророноа это чувствует. Даже не сердцем чувствует — душой.       — Я-я-я ничего не видела, — пропищала, заливаясь краской, Нами, пришедшая позвать их на ужин, но, видимо, выбравшая не самый подходящий момент. — Есть идите, — все же выдавила она, и капитана как ветром сдуло. В помещении остались лишь недовольный Зоро и смущенная Нами, после увиденного не знающая, куда себя деть. — Не думала, что у вас двоих... такие отношения, — спустя секунды сказала она. — Нет, я, конечно, предполагала, что однажды случится нечто подобное, но увидеть это своими глазами...       Ророноа подавил удручающий стон и зажмурился. Неужели его чувства и впрямь настолько очевидны, что чуть ли не каждый (если не каждый) в команде заметил их? И неужели все это время команда жила с этим грузом, подозревая его в попытках сделать с Луффи что-нибудь... да хоть что-нибудь?       — Давай иди в камбуз, — приказала ему Нами и смылась в том же направлении. Утомленно вздохнув, Ророноа поплелся следом.       А на камбузе, тем временем, кипела жизнь.       — Непривычно было видеть вас спящими в обнимку, — озвучил общую мысль Усопп и отправил очередной кусок в рот. Луффи заполнил комнату своим коронным «Ши-ши-ши», одновременно утаскивая немного мяса у Брука.       — Мы теперь так часто, наверно, будем, — поделился Луффи, и мугивары не знали, чему удивляться больше: словам капитана или тому, что он впервые говорил, прожевав. Впрочем, его дальнейшие слова удивили их гораздо сильнее, а некоторых даже заставили выплюнуть еду обратно: — Просто мы теперь с Зоро вместе!       — Это, это... Это как это? Зачем это? Почему это? — от потрясения Усопп путался в словах и протянутой к его тарелке резиновой руке, хлопая огромными от шока глазами и в открытую пялясь на Мугивару, пока тот бессовестно хомячил чужие порции. Ответил Луффи, кстати, снова лишь как только прожевал.       — Ну, я люблю Зоро, — наивная улыбка до ушей, — и раз это взаимно, то почему нет? Мы вместе!       Команда дружно выронила челюсти в многострадальную еду, Робин загадочно улыбнулась, Нами так и застыла на пороге, а Зоро, в этот самый момент стоявший у нее за спиной, беспомощно сполз по стене. Даже почти обескуражено. Щеки предательски горели, да так сильно, что мечнику пришлось их закрыть руками. Чертов Луффи, говорить о подобном так непринужденно, будто перечислял, что на завтрак ел... Хотя о чем это он, Монки Д. же всегда был прямолинеен до ужаса и с мнением окружающих не считался. Но с мугиварами ему считаться и не надо: они примут его любое решение, даже если до этого будут заведомо тщетно пытаться отстоять свою точку зрения. Возможно, Зоро бы волновался о том, что о них, особенно о Луффи, скажут после всего этого. Но самому Зоро чхать на любое мнение, кроме капитанского, а уважение команды к Луффи не переедешь и бронетанком. Им совершенно плевать на все, пока Монки Д. Луффи улыбается и радуется любой, даже самой идиотской мелочи. И вовсе не важно, состоит он при этом в отношениях со своим старпомом или нет.       — Не ожидал, что у вас это взаимно. Наверно, маримо счастлив, — первым челюсть вернул Винсмок, все еще растерянно моргая и случайно беря соль вместо сахара. — Значит, у вас все наконец наладилось. Хорошая новость.       — Так и знал, — закивал Френки и одобрительно выставил большой палец. — Научи этого каменного быть мягче, Руффи, а то совсем очерствел.       — Санджи это имел в виду, когда говорил, что Луффи и Зоро нельзя спать вместе? — задумчиво поинтересовался Чоппер, не замечая, как тут же споткнулся кок, пошедший к подносам с чаем.       — Ты и Зоро? Серьезно? — Усоппа в дрожь бросало при любой попытке представить их обычно пофигистичного, но порой с аурой а-ля «ты-труп-только-рыпнись» первого помощника, обнимающего Луффи со светящимся от любви и заботы взглядом. Бр-р-р. А впрочем ладно, смирился же он как-то с тем, что непокорный, дикий и очень-очень страшный Ророноа Зоро подчинился их простофиле-капитану и чуть ли не посвятил свою жизнь его защите. Луффи и не таких зверей приручал, Усопп помнит, каждую тварину помнит. Вплоть от Чоппера до Сурумэ. И все же нужно было заподозрить неладное уже тогда, в тот самый миг, когда он понял, что за люди эти Луффи и Зоро и что такие, как Зоро, за такими, как Луффи, обычно не идут даже в одну пивную, не то что в море на маленькой шлюпке без еды на борту и гроша в кармане. Правда, ровно до того момента, пока не увидят в нем тот огонь надежд и стремлений, который не погасить ни одним «Ты не сможешь». Каждый в команде видел этот огонь и был пленен им, словно глупый мотылек ярким светом.       — Как интересно, йо-хо-хо-хо-хо, — подытожил Брук, отпивая чаю. — Ой, а почему мой чай такой соленый? Санджи-сан, Вы плакали? Я Вас понимаю, это так трогательно, что Луффи-сан и Зоро-сан теперь встречаются!       «Встречаются?» — мысленно переспросил Ророноа, и румянец, только-только сошедший с щек, вернулся обратно.       «Соленый?» — Санджи удивленно поглядел на солонку в своих руках.       С появлением Зоро ситуация наконец обрела немного другие повороты, превратившись из кратковременного шока в уже, похоже, извечные подколы над старпомом. Более-менее все успокоились лишь к концу ужина, когда еды в тарелках стало значительно меньше (не без помощи одного конкретного человека, разумеется), а усталости — больше. Но мугивары не спешили расходиться, решив обсудить дела насущные.       — Если б мы знали хоть приблизительные планы врагов, мы бы были свободнее в действиях, а так у нас просто руки связаны, — расстроенно вздыхая, заметила Нами.       — Я, конечно, могу ошибаться, — произнес вдруг Усопп, — но торговец тогда говорил, что они охотятся только ночью. Значит, думаю, если они и нападут на нас, то ночью... — договорив, он в страхе обнялся с Чоппером, молясь, чтоб похитители о них взяли и забыли. Ну, правда, подумаешь, кучка пиратов во главе с капитаном стоимостью в полтора миллиарда белли, с кем не бывает, на каждом шагу таких видишь.       — О-о-о-о-о, тогда можно я сегодня буду дежурить? — Луффи мгновенно вскочил из-за стола, забираясь на него чуть ли не с ногами, чтобы дотянуться до Нами и умоляюще схватить ее за руки. — Можно, можно? Пожалуйста-пожалуйста!       — Дубина, они ведь, в основном, за тобой и охотятся! — отказала штурман.       — Ну Нами-и-и-и, я же сильный и на Санни дождя нет. Я им быстро задницы надеру! Надоело прятаться, — Луффи показательно надул щеки, доказывая, как сильно он скучает без приключений. Никто, кроме Нами, с ним спорить не стал, прекрасно понимая, что такого Луффи — четко видящего свою цель — остановить невозможно. Зоро и вовсе отстраненно попивал пиво, заныканное коком на черный день.       — Ладно, ладно. Хорошо, — спустя пару минут бессмысленных уговоров навигатор сдалась. — Но, пожалуйста, пожалуйста, будь осторожен. И чуть что, буди нас, не дерись в одиночку! — Луффи такой, он может. — Обещаешь? Иначе никуда не отпущу!       Мугивара вяло плюнул «Обещаю» и поспешил покинуть кухню, чтоб от Нами подальше. Ророноа, вроде как сидевший в астрале собственных мыслей и напивавшийся, тут же поднялся и вышел следом. Мугивары понятливо переглянулись и решили покинуть камбуз немного позднее. Пусть эти чертовы голубки распускают романтику вне их компании. Но если в Зоро проснется похотливое животное, они его всей командой в полет отправят.       — Так значит, мы встречаемся? — хмыкнул Зоро, перехватывая капитана на полпути к его излюбленному месту — голове Санни.       — Значит, встречаемся, — кивнул Луффи, глядя прямо в лицо и с просто неописуемой честностью.       — И я могу обнимать тебя сколько угодно? — спуская руки с предплечий на тощую талию, Ророноа воплощает свои слова в действия. Луффи, осторожно прижатый к широкой груди, вслушивается в биение чужого сердца, довольно хохочет и обнимает в ответ. Шляпа полями упирается Зоро в ключицы и съезжает за спину хозяина.       — Сколько угодно, — с лыбой самого сытого кота в мире заявляет Луффи.       — Целовать тоже могу?       — Ага! — и первым тянется к Зоро за поцелуем, все еще счастливо смеясь.       — Раз мы встречаемся, то пообещай мне, что целовать тебя и вообще видеть таким могу только я, — почти шепотом произносит Зоро, выдыхая в любимые губы.       — Обещаю, — шепчет Луффи в ответ и целует его в шею, мгновенно затягиваясь запахом пота и недавно выпитого пива.       — И если что-то не нравится, сразу говори.       — Хорошо.       Ророноа подхватывает Луффи на руки и молча уносит в сторону кают — если их сейчас увидят накама, проблем не оберешься.       Им повезло, что в каюте никого не было. Положив капитана на кровать, Ророноа медленно, будто бы сомневаясь, опустился рядом. Луффи, кажется, что-то хмыкнул про его нерешительность, после чего потянул за края кимоно, заставляя упасть на себя. Запах Луффи знакомо задурманил голову, притупляя чувства совести и стыда. В такие моменты Зоро почти не контролирует себя и может с легкостью совершить необдуманные поступки. О которых потом, несомненно, будет жалеть.       Он и сам не знал, что с ним творилось в последнее время. Но с того момента, как Луффи принял его чувства и показал свои, Зоро дико хотелось касаться и целовать его, когда они наедине —да даже когда нет. И Зоро не отказывал себе в этих маленьких эгоистичных желаниях, ведь в этом водовороте приключений никогда не знаешь, когда выдастся спокойный день в следующий раз, и ведь теперь наконец-то можно, теперь он точно знает: Луффи принимает его любовь и делится своей с не меньшей отдачей. Взаимность кружила голову и с каждым прикосновением выгоняла мысли «Вот теперь точно отвергнет» из головы. Потому что, что бы Зоро ни делал, что бы ни позволял себе, Луффи не отвергал. Словно соглашаясь с ним, капитан отзывался на каждое движение, игнорируя горячие руки под своей майкой, настойчиво оглаживавшие гибкое резиновое тело. В какой-то миг он даже подумал, что Луффи, возможно, не запретит ему и остальное, то, что глубже и серьезнее этих ласк. Но дело в том, что для Ророноа уже одни эти ласки — настоящее сокровище. Выдвигать их отношения на новый уровень — как-то страшно. Упорно копошились мысли, что он попросту вынуждает Луффи на все это, ждет и требует от него того, чего Луффи ему дать никогда не сможет.       И тут, будто каким-то образом заглянув ему в голову, Луффи прекратил отвечать на поцелуи и нервно замер в его руках. Только тогда Зоро осознал, что коленом раздвинул Луффи ноги, а рукой сжал его член через шорты. Мозг, усыпле́нный поцелуями капитана, включился окончательно. Из полумрака каюты на него смотрели растерянные сияющие глаза. Так вот, почему Луффи так неожиданно затих и перестал отвечать на поцелуи... В шторм размышлений бурей ворвался собственный стояк, скромно напомнивший о себе теснотой в штанах. Блять... По-другому и не скажешь.       Зоро рывком убрал руки прочь и вскочил с кровати. Только что он реально чуть не изнасиловал Луффи, ну блять... Тот ведь еще явно не готов: вон, как настороженно смотрит.       — Это было... неожиданно, — поделился своим мнением Монки. Ророноа предпочел промолчать, вникая в каждую интонацию любимого голоса в попытках выявить в нем хоть намек на осуждение. Но вместо него Луффи сказал: — Странно, правда, но не неприятно. В следующий раз предупреждай, ладно?       Черт... Какой такой следующий раз? Зоро подобного трижды не вынесет. В гребаный «следующий раз» он уже точно не сможет остановиться.       — Зоро, а у тебя стоит, — как что-то само собой разумеющееся сообщил Луффи, разглядывая его стояк. Ророноа под его взглядом стало жутко неловко, и, кажется, кровь прилила к щекам, зато беспечный голос капитана хоть немного убрал возбуждение на задний план.       — И кто же в этом виноват, придурок? — совсем беззлобно буркнул он.       — Я, что ли? — наивный взгляд в ответ. Зоро обессиленно накрыл лицо руками, пряча и румянец заодно. — Во-от как, — протянул Луффи, догадавшись обо всем по его реакции, — значит, Зоро меня хочет. Тогда продолжим?       — Придурок, — прошипел Ророноа, краснея еще больше. Черт возьми, как же стыдно... А этот идиот еще и насмехается.       — Но это же нормально, — выдал Монки, и ладони на лице заметно дрогнули. Нормально? Его тут, блин, только что чуть не отымели, а ему нормально? — Если это Зоро, — говорит, — то все нормально. Да и мы ведь теперь встречаемся, ты что, забыл?       И все. Мозг поплыл окончательно с чувствами и возбуждением заодно. Только что это реально было согласие, или Ророноа все же рехнулся? А может, он снова спит? Хорошо, если так, а то что-то Луффи больно смелый в своих поступках. Зоро подумал об этом, когда Луффи подошел к нему вплотную и внимательно заглянул в глаз, тем самым чуть не срывая тормоза окончательно.       — Зоро? — Луффи словно прочувствовал внезапные сожаление и печаль мечника — то ли скрытые способности у него, то ли что — и несильно толкнул его в грудь. — Что с тобой? Ты какой-то расстроенный.       Вот как, ну как, черт возьми, он догадался? Либо Ророноа как-то себя выдал, либо это и правда магия. Либо Луффи действительно всего лишь любит его и перемены в чужом настроении ощущает, как в своем.       — Все в порядке, — даже для Ророноа собственный голос слышится неуверенным и насквозь лживым. Потому что ничерта не в порядке. Он не в порядке. И поэтому Ророноа все же сдается: — Почему ты меня не отталкиваешь, Луффи? Я ведь только что тебя чуть не... — вина за содеянное осела тяжелым комом на сердце, заставляя грызть собственные губы в безысходности. Он чуть не изнасиловал человека, которого любит больше жизни. Какие уж тут оправдания? Даже если этот человек говорит, что все нормально, поверить, что это действительно так, довольно трудно. — Ты меня и правда любишь? — вырывается прежде, чем Зоро успевает это понять. Голос звучит сдавленно и хрипло, словно до этого Зоро душили двумя руками.       — Конечно люблю, — моментальный ответ, будто Ророноа сейчас спросил, любит ли Луффи мясо. — Ты сомневаешься? — говорит. — Зоро — дурачок, — говорит. И целует. Напористо, вкладывая в это все свои чувства. Чтобы понял уже наконец. — Не буду же я целовать того, кого не люблю, — объясняет свои действия он. — И ты ведь тоже меня любишь, так почему я должен тебя отталкивать?       — Люблю, — согласно выдохнул Зоро в ответ, в эти самые губы, и прильнул к ним с новой силой, почти отчаянно. Луффи не отвергает его. Снова. — Но все же давай не будем спешить, ладно? Я... не хочу все случайно испортить.       — Ладно, — усмехнулся Луффи, — но только потому что ты просишь. Но что ты будешь делать с этим? — немногозначительно кивнул на стояк. Ророноа был готов врасти в стену или провалиться на днище Санни, лишь бы избежать этого разговора.       — Р-разберусь, — проворчал, — не впервой же.       — Да ты с опытом, — подмечает Луффи, и Зоро хочет превратиться в саму стену нахрен. Кто его за язык, блин, тянул? — Значит, ты давно меня любишь? — спрашивает Монки, глядя, кажется, в самую душу. Ророноа кивает, не в силах сказать что-либо еще. Луффи снова посмотрел на его стояк, погрыз задумчиво губу, затем посмотрел в потолок и вдруг добавил: — Тогда давай продолжим в следующий раз?       Ответить Зоро не успел, поскольку смущение окончательно задушило его голос, а на пороге каюты показалась разъяренная Нами.       — Что это вы собираетесь продолжать? — леденящим сердце гласом осведомилась она. Зоро невольно сглотнул, некстати вспоминая, что ведьме, кажется, не нравится, что они начали встречаться.       — Это наш с Зоро секрет! — весело крикнул ей Луффи и молнией вылетел из каюты.       Ророноа молчаливо поглядел на Нами и, не проронив ни слова, вышел следом.       — О-о-о, Луффи, айда рыбачить с нами!       — Сейчас, только удочку принесу!       В общем, мугивары продолжали наслаждаться тихим вечером, даже не догадываясь, что за их времяпрепровождением с берега внимательно следят.       — Объект не движется, — доложил Роно по Ден-ден-муши. — Какие будут указания?       — Действуем, как договаривались, — и улитка, довольно прищурившись, закрыла глаза.

***

[ Включите трек 2 ]

      Сумерки постепенно опадали на остров, зажигая городские огни и подавая мугиварам знак, что пора по кроватям. Спать разошлись почти все, на палубе остались лишь двое.       — Я и сам посижу, Зоро, — уверял старпома капитан, пытаясь выпроводить его к каюте. — Не волнуйся, гантели твои трогать не буду, — как будто Зоро волновали гантели. Куда больше его сейчас волновал капитан, во всех смыслах и вариациях, но особенно сильно беспокоил тот факт, что всю ночь Луффи придется сидеть в гнезде одному и ждать возможного визита врага. Луффи же такая бестолочь, сто процентов никого будить не станет и попробует все разрешить сам. В другой ситуации Зоро, может, и смирился бы с этим, но не тогда, когда в роли врага — похитители. И кто знает, с какой целью им нужен Луффи.       — Зо-оро, — неожиданно позвал Монки, и Ророноа вздрогнул, ощутив прохладу его рук на своей шее, — ты что, так сильно хочешь побыть со мной наедине? — заговорщицкая лыба и невинные, но цепкие объятия. — Ну хорошо, тогда вперед, наверх!       Ророноа недовольно вздохнул, но схватил капитана под бедра, когда тот окончательно повис у него на спине, пальцем указывая нужное направление. Луффи единственный во всей команде, кому подобный намек на свой кретинизм он прощает, но это не значит, что Луффи должен об этом знать.       В вороньем гнезде темно и прохладно, но рядом с Луффи Зоро жарко, как если бы он летом лежал на печи, предварительно укутавшись в зимние одеяла. Мугивара ни секунды не может сидеть спокойно, и потому вокруг то и дело слышится мягкий шорох шагов, лязгание грузов (хотя кто-то зарекался их не лапать) и тихий смех после очередного влетания в стену. Зоро честно старался не рявкнуть погромче, чтобы, блин, успокоился уже, но это же Луффи, черт возьми, на него что ори, что не ори.       — Интересно, зачем они вообще похищают людей? — спросил Монки, наконец-то устраиваясь где-то за спиной мечника, и Ророноа, сидевший посреди гнезда, молча развернулся на его голос. Судя по громкости, между ними метр, не больше.       — Не знаю, — честно ответил Зоро, — может, для продажи?       — Тогда зачем им пираты? Нас же выгоднее сдать дозору, чем продать.       — А может, так они и сделают.       На короткое мгновение наступила тишина. Казалось, Луффи не шевелился, потому что с его стороны не доносилось ни звука. Лишь окончательно привыкнув к темноте, Зоро смог разглядеть, что будущий король пиратов задумчиво созерцал что-то на полу, закусив губу.       — Не хочу в дозор, — тоном маленького ребенка произнес он.       — Как будто тебя спросят, — фыркнул Зоро.       — Я их побью!       — Ага.       — И никто нас не поймает. Правда же, Зоро?       — Правда, правда, — Зоро зябко повел плечами, внезапно вспоминая, что Луффи холод замечает не сразу, и завлек его в свои согревающие объятия.       — Ты догадался, что я замерз? Круть! — Луффи котенком потерся головой о грудь старпома, щекоча своими волосами, и довольно обвил руки вокруг его накачанного тела. — Зоро теплый, — заметил он. Ророноа на это глухо усмехнулся. Слегка надавливая, провел рукой по всему позвоночнику мальчишки, заставляя того прогнуться, и остановился на затылке. Который тут же притянул к себе для жадного поцелуя, языком раздвигая горячие губы.       — Так что там с нашим продолжением? — с хитрым прищуром поинтересовался Луффи, едва оба, начав задыхаться, разорвали поцелуй.       — Откуда ты вообще об этом знаешь? — с подозрением нахмурил брови Зоро.       — О сексе? — Зоро чудом не прикусил себе язык. Луффи и знание подобных слов в голове никак не вязались. — Да от Шанкса. От него и не такого наслушаешься, когда он пьяный.       «Чертов алкаш», — фыркнул Ророноа, даже не задумываясь, что сам ушел не дальше и тоже вполне годится на эту роль.       — Так что? — Луффи смотрел на него в ожидании, в каком-то томном нетерпении, что ли. Будто всегда этого ждал, черт его дери.       — Ты точно уверен, что хочешь этого? — пытаясь выровнять дыхание, спросил Зоро. Лично он был не уверен ни разу, пусть и жаждал Луффи безумно, до искр в глазу.       — Хочу, — пробормотали в ответ, тычась лицом в шею, щекоча дыханием.       И Ророноа сдается. Все же он не железный, в третий раз остановиться не сможет.       Ророноа бросил на пол кимоно и осторожно опустил на него Луффи, не разрывая поцелуй. Руки почти по привычке проникли под майку.       — Я не смогу остановиться, — честно предупреждает он, но Луффи лишь прижимает его к себе за голые плечи и пошло, с причмокиванием, пробует на вкус ключицу.       — И не надо, — шепчет в грудь и кусает за плечо.       У Зоро окончательно срывает тормоза, и он подминает Луффи под себя, просовывает руку между ними и запускает в шорты. Сам напросился, искуситель хренов.       — Черт возьми, чем они там занимаются? — у себя же спросил Санджи, вышедший проверить, как там Луффи, под предлогом «Я просто в туалет». И недовольно покосился на гнездо, из которого доносились приглушенные стоны, явно интимного характера. — Если это то, о чем я думаю, то я эту водоросль на капусту пошинкую.       Решив не подниматься, Винсмок вернулся в каюту, еще долго матеря в мыслях старпома, имевшего наглость совратить их невинного капитана. И не дай Ками-сама Луффи завтра будет страдать от боли в пояснице.

***

      В ту ночь уснуть не могли не только мугивары, но и хозяин маленькой городской таверны, что сейчас в расстроенных чувствах ходил по дому, ругая свою внучку.       — Что ты сделала?! — не верил услышанному он, возмущенно сверкая глазами.       — Что слышал, — бросила в ответ девушка и швырнула мокрый плащ на диван, рядом с яркой панамой.       — Как ты могла так поступить? Они же ранены! — недоумевал старик, с каждой минутой расстраиваясь все больше. — Ну зачем, Офелия?       Офелия вопрос проигнорировала и молча вышла из комнаты, демонстративно хлопнув дверью. «Хоть бы с ними все было в порядке», — взмолился старик. И бросился за внучкой.       — Офелия! Мы не договорили!

***

[ Включите трек 1 ]

      Утро встретило Зоро на полу, запутанным в собственном кимоно и теле Луффи. Ночью было так холодно, что сидеть им в итоге пришлось в обнимку, но Зоро не учел, что секс (первый и во всех планах неумелый, но все равно превосходный) выжмет из Луффи все силы, и тот начнет засыпать на ходу. О дежурстве можно было забыть, как и об обещании надрать врагам задницы. Впрочем, враги, очевидно, вошли в их ситуацию и услужливо не явились. Зато явился злой Санджи, готовый хоть щас надрать задницу Ророноа за педофилию. Свидетелями этой сцены стала вся команда, и Ророноа, под взаимным взглядом кока и воровки а-ля «Ты что себе позволяешь, животное?», пнул ногой бортик и свалил вниз к аквариуму. Так сказать, мысли проветрить и рожи их перекошенные забыть. Ему и самому не нравилось, что он все-таки не сдержался и овладел Луффи прямо там, в чертовом гнезде. Он же, блять, теперь тренироваться там не сможет нормально! Память не даст, определенно не даст. Задолбает отрывками этой ночи, но не позволит находиться в той комнате. А Луффи, знай себе, улыбается направо и налево и на жизнь, в общем-то, не жалуется. Будто не его всего каких-то пару часов назад взяли по неопытности без должной подготовки и оттого немного грубо. На теле точно бы остались синяки, но, благо, резина стерла все следы той их бешеной близости. Собственно, структура тела Луффи и помогла этой самой близости пройти максимально безболезненно.       — Ау, Руффи, Зоро, вас там Чоппер ищет, — оповестил парней Френки, и Мугивара неохотно потащился в лазарет, прихватив с собой и Ророноа.       — Ну, вот и все, твои раны полностью зажили, — облегченно провозгласил Чоппер, едва закончил очередной осмотр их горе-капитана. Зоро наблюдал все это со стороны и думал о том, как же прекрасно, что тело Луффи не сохраняет на себе засосов. Да, это, конечно, немного бесило, поскольку являлось живым напоминанием того, что никому Луффи не принадлежит и никогда не будет, но так сейчас хотя бы не нужно отдуваться перед Чоппером за вчерашнее (будто упреков ксо-кока и ведьмы было мало). Зоро и думать не желал о том, что творил вчера с телом капитана. Как и до случившегося, сейчас его глодал здравый смысл и болезненное «Возможно, он тебя не простит». Луффи в принципе не умел не прощать, но для Зоро это не было аргументом. Зато Луффи умел влюбить в себя еще больше одним лишь поцелуем. И Ророноа еще долго не сможет нормально спать после того, как узнал, каковы эти поцелуи на вкус, каков сам Луффи на вкус и как тепло и восхитительно внутри него... Зоро мысленно прописал себе пинка.       — Ур-ра, наконец-то никаких лазаретов! — счастливо заключил капитан, сгустком энергии кружа вокруг олененка, глядящего на него с успокоением и теплотой.       — Так, Зоро, а теперь ты, — вдруг сказал юный врач, и Ророноа попытался вспомнить, не осталось ли засосов на нем самом. Луффи та еще тварюга, мог наставить на нем своих следов хоть до самых пят. Но, к счастью, Чоппера волновала лишь его рана, так что подавляющее большинство свидетельств их вчерашнего сумасшествия оказалось под одеждой.       Сумасшествие. Зоро не мог это назвать по-другому. Он все еще не был уверен в том, что понял слова Луффи правильно, что сам Луффи их понял правильно, что вчера они действительно переспали, и теперь хотелось лишь одного: поговорить с ним об этом как можно скорее и убедиться, что та ночь не была ошибкой. Но Луффи как специально занимался чем угодно, только бы не оставаться с ним наедине: рыбачил с Усоппом и Чоппером, мешал Френки с изобретением, спрашивал Робин о ее книге, даже в камбуз к Нами и Санджи сунулся, а после пополз к Бруку жаловаться на шишку и просить сыграть что-нибудь для души. А впрочем, Зоро наверняка себя просто накручивал, и Луффи всего лишь веселился со своими накама.       — Как стемнеет, перепрячем Санни, а до этого мирно сидим на корабле, — заявила Нами, даже не подумав, что могут быть несогласные. К слову, несогласных не оказалось, так что решение навигатора в который раз стало решением всей команды.       — Нами, я хочу в город! — а нет, один все же нашелся.       — Я пойду с ним, — вызвался Зоро, затыкая уже начавшую возмущаться Нами. Зоро не мог упустить такой шанс поговорить с Луффи наедине, особенно после того, как узнал, что постоянное наличие кого-либо рядом с Луффи — это всего лишь задумка воровки и кока, которым, видите ли, не нравится, что чья-то личная жизнь развивается у них прямо под носом. На самом деле они просто не хотели, чтобы Зоро плохо влиял на Луффи и «продолжал совращение ребенка», и Зоро это понимал. Но все же их отношения — это личное, и лишних элементов в них быть не должно. Даже если сами элементы считают совершенно иначе.       В город их все же отпускают, хоть и с горой условий, и Зоро честно не знает, кто из них двоих рад этому больше.       — Да когда же этот дождь прекратится, — надул губы Луффи, с обидой ступая прямо в лужу, отозвавшуюся звонкими брызгами, и тут же закрываясь от нее зонтом, словно щитом.       — Не увлекайся, — сказал Ророноа и поймал чувство, кажется, называемое дежавю.       Они бесцельно бродили по городу, останавливаясь у различных лавок, но ничего не покупая, как бы Луффи ни просил: с финансами у команды нынче разлад, причем огромный такой, ранга ядерной войны.       — Ойф, — сдавленно оповещает Монки, со всех ног врезавшийся в какую-то девушку, когда они уже собирались возвращаться. — Простите! — подает незнакомке руку. Та схватилась за ладонь, как утопающий за спасительный круг, и, поднявшись, зачем-то прижала к груди.       — Ничего страшного, — улыбнулась, смущенно поправляя панамку под капюшоном дождевика и глядя на Луффи добрыми глазами. И вовсе не спеша отпускать чужую руку.       — А ты красивая, — ни с того ни с сего замечает Луффи, а Зоро, кажется, начинает скрипеть зубами.       — В-Вы тоже... — кокетливо жмурится девушка, и Луффи все же высвобождается из ее цепкого захвата.       — Ну, будь осторожна!       — И Вы!       — Зоро, ты чего? — озадаченно спросил Монки, едва незнакомка ушла.       — Ничего, — буркнул Зоро и с уверенностью осла пошел дальше, вернее, в абсолютно другую сторону.       — Санни там, — напоминает Луффи, и Зоро готов его прибить к чертям, но идет в указанном направлении.       — Быстро вы, — хмыкнул Санджи, когда капитан и старпом вернулись, промокшие до нитки. — Луффи, все нормально? Ты весь промок.       — Я в норме, — фыркает Луффи и скидывает надоевший дождевик, кидая его вместе с зонтом куда-то на пол.       — А с этим что? — интересуется Винсмок, указывая на недовольного Ророноа.       — Я врезался в красивую девушку, и с тех пор он такой, — пожал плечами капитан. Зоро честно уверен, что ему не показалось, как Санджи подавил ржач. Впрочем, секунды через две Санджи уже был спокоен, даже серьезен, и хмуро разглядывал обрывок листа, приклеенный к плащу Луффи чем-то прочным.       — Похоже, эта девушка тобой всерьез заинтересовалась, Луффи, — сказал кок, проводя пальцем по найденной бумажке. — К тебе прикрепили бумагу жизни с посланием.       Спустя десять минут команда сидела в камбузе и изучала кусок бумаги вдоль и поперек. Ошибки быть не может, это определенно бумага жизни — так и ползет в сторону острова, дрожа, будто на ветру. И на ней всего одна строчка: «Нам нужен ваш капитан, остальных мы не тронем».       — Что делать будем? — спросил Френки, первым отвлекаясь от подозрительного клочка.       — Без вариантов, от бумаги нужно избавиться, — вздохнула Нами, сгрызая ногти. Не хватало еще, чтобы враги нашли их месторасположение.       — Думаю, бумага жизни была нужна не для того, чтобы нас выследить, — заговорила Робин, — а чтобы послание точно дошло до нас. Эта бумага ведь не мокнет и не горит.       — А ведь точно, — поддержал ее Усопп. — Но выбросить ее все равно нужно!       Мугивары действительно не знали, как поступить, ведь, по сути, враги предъявили им свои требования. Буквально приказали отдать Луффи без боя и возражений. Они ответили это два года назад Куме и повторят, если потребуется, сколько нужно и кому нужно: «Пошел ты». Именно поэтому бумага жизни оказалась за бортом спустя десять секунд. Именно поэтому Санни отчалила от очередного убежища, не дожидаясь ночи. При помощи климатакта Нами удалось скрыть корабль иллюзией на несколько минут, но этого времени хватило, чтобы найти новое пристанище. Однако вопрос «Что же все-таки делать?» немым укором висел над командой, заставляя думать каждого. Однозначно, Луффи враги не получат. Но как быть мугиварам до их прибытия? Просто наслаждаться спокойствием уже не получится: настрой не тот, да и ситуация.       — Им нужен я, так? — произносит вдруг Луффи, и ребят одновременно настигает одна и та же неприятная догадка.       — Даже не думай, — отчеканил Санджи.       — Определенно нет, — подхватила Нами.       — Руффи, мы что-нибудь придумаем, — попробовал переубедить его Френки. Но пытаться остановить Луффи, который четко видит цель...       — Зоро, поговори с ним, — толкает его в бок навигатор, как только капитан покинул камбуз в сопровождении Чоппера, Усоппа и Френки, старавшихся его отговорить. Зоро только вздыхает, прекрасно зная, что столь сложная миссия даже ему не по зубам. Но с места своего все-таки встает и уходит следом.       — Луффи...       — Я заранее тебя не слышу, — как и ожидалось, разговор не задался с первых секунд. — Мне надоело, что мы только и делаем, что прячемся. Я пойду к ним ночью и сам со всем разберусь.       — Вы будете в неравных условиях из-за погоды, и не забывай, что ты — их главная цель, которую они вряд ли так просто упустят, — впрочем, Зоро не из тех, кто сдается, и потому пробует снова. Прижав Луффи к стене, он буквально впивается ногтями в его плечи, заглядывая в глаза и находя там лишь упертую решимость. Что бы Зоро сейчас ни произнес, его действительно не услышат. Черт. Ророноа даже успел пожалеть, что сказал ребятам оставить их одних. Самостоятельно он тут явно ничего не разрулит.       — Ты можешь пострадать, — даже не попытка, так, жалкое трепыхание. Луффи ожидаемо усмехается и уж точно неожидаемо касается его лица.       — Я буду осторожен, обещаю, — говорит, сминая пальцем его нижнюю губу. — Ты же мне веришь?       Зоро верит, но это не значит, что отпустит.       — Я отпущу тебя, только если мы пойдем все вместе, понял? — веско заявляет он.       — Но... — заткнув Луффи грубым поцелуем, Зоро закинул его себе на плечо и вернулся в камбуз.       Всю ночь они прождали нападения, но никто так и не пришел. И рассвет застал мугивар не в лучшей форме: невыспавшихся и замученных собственными поисками решения. Кое-как выползая в камбуз на манящий запах завтрака, они собрались за столом почти полным составом.       — Может, они пытаются нас вымотать, чтобы мы не смогли сражаться? — предположила Робин самое очевидное, по ее меркам, и команда была с ней полностью согласна. Потому что при желании похитители могли давно их найти, но так и не сделали этого.       — Думаю, Луффи все же прав, и нам стоит самим к ним выйти, — зевая, заявил Санджи, которому прятаться надоело не меньше капитана. И потом, как вообще можно жить, зная, что прекрасным меллорин в любой момент может грозить опасность? Это сейчас они говорят, что им нужен Луффи, а потом...       — Поздно! — крикнул Усопп, появляясь на пороге. Влетев в камбуз, он споткнулся два раза, пролетел над столом, приземлился лицом и лишь тогда, запыхавшийся от бега и паники, доложил: — Луффи сбежал!       Ророноа молча покинул камбуз.