Ночной дождь

[ Включите трек 1 ]

      Надо сказать, утро застало мугивар не в лучшей форме. Тут, под водой, довольно трудно определить, какое сейчас время суток, и можно запросто проспать добрую часть дня. К счастью, мугиварам избежать подобной участи услужливо помогли пираты Сердца, совершенно случайно разбившие одну (ладно, двадцать одну) склянку Ло и теперь огребавшие за это от своего капитана всей командой. Гневный вопль обычно угрюмого и малословного Хирурга Смерти сотряс не то что всю подлодку — все воды в радиусе нескольких метров. Возможно даже, острова достигло. От подобного хочешь не хочешь, а проснешься и даже думать забудешь о возвращении в теплую и уютную постельку. А ведь, казалось, их не должен был разбудить даже налет дозорных адмиралов или разрушение Вселенной: как-никак, они до самого рассвета помогали Ло и Чопперу с операцией и прочим и поспали совсем немного.       — Как Луффи? — стало первым, что они спросили у Трафальгара, едва с ним столкнулись.       — Без изменений, — ответил хирург, с жутко злым выражением лица собиравший осколки пробирок и бутылочек из-под лекарств. Судя по запаху, еще недавно это было валерьянкой, йодом и вроде бы чем-то от простуды — в воздухе так и витал сладкий аромат мяты и ягод. Робин с помощью выросших из пола и стен рук собрала те осколки, что Трафальгар пропустил. Ло забрал их и с кислой миной всучил проходившему мимо Бепо.       — Спасибо, что разрешил нам побыть у вас на корабле еще немного, — поблагодарил его Чоппер. Ло ответил коротким кивком и мимолетным взглядом в сторону каюты, где сейчас находился Луффи. Ло еще после операции предложил мугиварам оставаться здесь, сколько нужно. На подлодке Луффи будет под постоянным медицинским присмотром, да и толща воды отлично спрячет их от чужих глаз и воли наблюдения. Во всяком случае, с суши их точно никто не заметит, а под водой, только если запасутся резервными легкими и хорошенько обыщут все. Трафальгар знал, что еще тысячу раз пожалеет о своем решении, но лучше уж так, чем отпускать еле живого Мугивару-я на поверхность, где обнаружить его не составит труда, а «Мая» его точно ищут, невозможно иначе. Вопрос лишь в том, с какой целью.       Первым делом они заглянули в «палату» капитана и лично убедились, что тот в полном порядке и просто спит. Еще пару часов назад бледные щеки теперь окрасились легким румянцем, а это определенно добрый знак. Но видеть этого вечно активного и непоседливого ребенка прикованным к постели все равно тяжело. Зоро, дремавший у его кровати, проснулся, стоило двери открыться, но, когда они ушли, вновь провалился в сон.       — Где у вас камбуз? — деловито поинтересовался Санджи, едва они вышли на палубу.       — Там, — Траффи указал на одну из кают, — но, как видишь, эти оболтусы были слишком заняты уничтожением моего имущества, чтобы приготовить что-то, так что…       — Не беда, — Санджи расплылся в довольной усмешке, — я сам приготовлю завтрак, в знак благодарности за ночлег и спасение Луффи.       Траффи нахмурился, но все же велел кому-то из своих людей проводить Винсмока к кухне и показать, что и где там находится. Остальные тоже разбрелись кто куда. Усопп и Чоппер, например, пошли исследовать субмарину, но преимущественно не дальше двух-трех метров от каюты Луффи: чтобы успеть добежать, если что. Нами же подалась вслед за Санджи: вероятно, обсудить дальнейшие планы. А Брука уволокли пираты Сердца, пожелавшие послушать его музыку. Через пару секунд субмарину с упоением окутал мягкий плач скрипки. Из всей взбалмошной команды соломенных с Ло остались только Нико и Флам.       — Что думаете делать дальше? — спросил Ло, слегка прикрывая глаза под мягкое звучание мелодии.       — Полагаю, Руффи мы точно оставим здесь, — Флам почесал затылок, поднимая взор к потолку. — Чоппер сказал, его опасно пока перемещать, так что пусть у тебя побудет, ладно?       — Ага, — Ло понимающе опустил взор. Он и сам бы хотел, чтобы Мугивара остался здесь. Организм и тело этого пирата слишком ослабли и нуждаются в полноценном отдыхе и должном лечении. Трафальгару будет куда спокойнее, если Монки останется под его присмотром, в пределах его досягаемости. Трафальгар сам себя уверял, что хотел этого только как врач.       — Проблема в том, что Зоро не согласится сейчас идти куда-то без Луффи, — Робин продолжила вместо Френки, поскольку тот отвлекся на очередную шалость Чоппера и Усоппа, успевших объединиться с Пенгивином и Шачи, что само по себе призывало не спускать с них глаз — от греха подальше. — Поэтому мы решили не брать Зоро на остров, а оставить здесь, — Робин внимательно посмотрела на Трафальгара, который, как ей казалось, испытывал к их капитану те же теплые чувства, что и их старпом, но Траффи и бровью не повел, будто ее слова совсем не задевали. Что ж, либо это действительно так, либо Ло превосходный актер.       — Чоппер тоже решил остаться с Руффи, — Катти Флам все же вернулся к разговору, — беспокоится о его здоровье.       — А вы куда?       — Поднимемся на сушу, — поделился Катти. — Я волнуюсь за Санни и наших ребят из Флота, так что схожу проверю, как они там, а потом пойдем на поиски Роно.       — Это парень из «Мая»? — Трафальгар сдвинул брови. — Зачем он вам?       Френки закусил губу, пытаясь подобрать подходящие слова. Робин, завидев его растерянность, вновь пришла на помощь:       — Он отдал нам шляпу и библикарту Луффи, хотя мы враги. Мы не знаем, почему он это сделал, но он словно пытался нам помочь найти Луффи, — говорила она. — Может, получится убедить его поговорить с нами и объяснить, что происходит.       — Если вы с ним враги, станет ли он вам что-то объяснять? Скорее всего, он вас даже не выслушает.       — Мы хотя бы попробуем.       Нико хитро улыбнулась. Ло обессиленно вздохнул. Из того, что он слышал, это Роно избил их девушек и дрался с Мугиварой-я до прихода накама. Из всех на острове просить о помощи именно его? Да это же как если бы тогда, на Дресс Роуз, Ло обратился бы к кому-нибудь из людей Дофламинго. Нет, ему никогда не понять мугивар. Но это не значит, что он не может попытаться.       — Тогда предложите ему что-нибудь взамен, — посоветовал он. Может, план мугивар и казался ему полным безумием, но другого у них сейчас не было.       — Так и сделаем, Траффи, — Флам ободряюще оттопырил большой палец. Ло умело пропустил «дурацкое прозвище» мимо ушей. Это назойливое «Торао» ему придумал Мугивара-я, но теперь он этого даже не вспомнит. Отличный шанс избавиться от «Торао» раз и навсегда.       Резкий звук взрыва прервал его размышления, как и их разговор в целом.       — Как-то так, — с глупой улыбкой на устах констатировал Усопп, только что по просьбе Шачи и Пенгвина соорудивший и запустивший мини-бомбочку собственного авторства.       — Ребят, не рушьте чужой корабль! — взмолился Френки, внимание которого привлекла небольшая вмятина в стене, пару секунд назад еще даже не существовавшая.       — Болваны, — выдохнул Трафальгар, выражая свое мнение сразу обо всех на субмарине. В том числе, возможно, и о себе самом, раз до сих пор все это терпит. «Интересно, — думал он, выуживая карту жизни Луффи из кармана. Та до сих пор горела, но пламя уже гораздо меньше и не такое яркое, — библикарта Мугивары-я, которую им отдал тот Роно, была у «Мая» единственной?» По словам накама Монки, в момент, когда их капитан пропал, его библикарта была при нем. Готовя Луффи к операции, они и правда нашли ее, надежно пришитую к изнанке кармана шорт. Но тогда тот кусочек, что дал им Роно… «С этим типом действительно стоит поговорить», — сделал вывод Ло. И, коснувшись плеча Робин, убежденно сказал:       — Когда встретите Роно-я, спросите, откуда у него карта жизни Мугивары-я.       Робин не успела ответить, поскольку очередной резкий звук заставил всех вздрогнуть от неожиданности. В этот раз источником был камбуз, и в Ло зашевелилось дурное предчувствие. Когда к ним выбежала испуганная Нами, это предчувствие только усилилось.       — Санджи! — вымолвила девушка дрожащими губами. — Он вдруг чуть не лишился сознания! У него кровь из носа!       — Снова приступ непереносимости женщин? — озадачился Усопп.       — Нет же! — Нами выглядела всерьез напуганной и смотрела на них почти умоляюще. Будто почувствовав, что милая меллорин вот-вот заплачет из-за него, кок вышел следом, едва держась на ногах и цепляясь за стену.       — Все… в порядке, Нами-суан, — заверил он. Кровь, текущая из его носа, словно из раны, компрометирующе заявила, что все наглая ложь. Чоппер в панике замельтешил на месте, пытаясь взять себя в копыта и как обычно крича «Нужен врач!». Ло, стоявший к Санджи ближе олененка, не раздумывая подскочил к своему вероятному пациенту.       — Как ты себя чувствуешь? — уточнил он, вместе с Нами усадив кока на пол, и опустился рядом, пробуя остановить кровотечение. Чоппер решил, что доверяет Санджи Ло, но все же подошел ближе, внимательно вслушиваясь в разговор.       — Превосходно, — отмахнулся Винсмок, натянуто улыбнувшись, однако от помощи отказываться не стал: бесполезно. Из цепких хирургических рук определенно не вырваться.       — Слабость в теле, тошнота, головокружение, сонливость, потемнение в глазах, онемение конечностей? — проигнорировав явное вранье, Ло продолжил докапываться до истины. Винсмок вновь открыл рот для неправды, но подкосившиеся при попытке встать ноги весьма тонко намекнули: упираться и дальше глупо. Впрочем, Санджи, как и любой в их команде, бестолочь.       — Я, правда, в порядке, — упрямо твердил он, тщетно стараясь подняться и оседая обратно под натиском чужих рук. — Мне нужно вернуться к готовке и…       — Ты собираешься готовить в таком состоянии?! — в глазах Нами сверкнули гнев и недоумение, перемешанные с беспокойством за здоровье одного ненормального кока. В ответ Санджи, все же поднявшись, сделал шаг по направлению к камбузу, но тут же оступился и, если бы не штурман, вовремя подхватившая его под руку, он бы точно упал. — Скажи, — проговорила она уже тише, — ты так хочешь закончить этот завтрак из-за Луффи?       Винсмок не ответил, но Нами знала, что права. Сколько бы Санджи ни прикидывался мужененавистником, он обожал готовить для их капитана. И дело тут уже не в том, что Луффи съедал все, что Санджи готовил (а это, несомненно, являлось лучшей благодарностью любому коку), и даже не в уважении Винсмока к этому мальчишке, нет. Просто… это же Луффи. Уже этого было достаточно, чтобы Винсмок вновь и вновь хватался за половник.       — Я знаю, — Нами заглянула ему в лицо, — ты надеешься, что Луффи вспомнит вкус твоих блюд, но, пожалуйста, будь объективен: Луффи даже Зоро не вспомнил. А ведь они с ним…       Договаривать она не стала, поскольку то, что происходило между Монки и Ророноа, не описать одним словом — да даже миллионом слов, — так что лучше даже не браться. В их команде это понимал каждый. Но не каждый понимал, что ждет отношения этих двоих дальше. Ведь если Луффи так ничего и не вспомнит…       — Чоппер, Трафальгар! — Ророноа внезапно выглянул из каюты, сбивая Нами с не радужной мысли. — У Луффи пошла кровь из носа!       Ло посмотрел на окровавленный платок в своей руке другими глазами.       Чоппер мгновенно бросился к каюте Луффи, Усопп и Френки побежали следом. Нико, как и Брук, оставшаяся на месте, тревожно свела брови к переносице. Она тоже волновалась, но сейчас они там будут мешать Чопперу выполнять свою работу. Приложив к груди кулачок в надежде, что все наладится, она перевела взгляд на Трафальгара, также не шелохнувшегося. От женщины не укрылось, как он напрягся, словно всей душой желая как можно скорее убедиться, что с Луффи все хорошо, но Трафальгар, в первую очередь, врач, и сейчас перед ним сидел пациент. Пусть даже сам пациент себя таковым не считал.       — Черт, — выругался Ло, нащупывая пульс Санджи на запястье. Совсем слабый. — В «Мая» тебе вкалывали что-нибудь? Похоже, это реакция на наркотик.       — У него ломка? — побледневшая Нами, тоже оставшаяся на месте, прижала ладонь ко рту. Санджи возмущенно выдохнул, всем своим видом заявляя, что слишком стойкий для какой-то там ломки.       — Нет, — успокоил ее Ло, — это ответ организма на попытку наркотика разъесть ткани клеток. Не знаю, при какой дозировке возникает привыкание, но у Санджи-я еще нет зависимости. Я осмотрю тебя, — это уже адресовалось Винсмоку. Тот вяло махнул рукой, мол, хрен с вами, лечите, что хотите, и потянулся за сигаретой. В столь стрессовой обстановке не закурить просто непростительно.       Винсмок во все глаза уставился на Трафальгара, нагло забравшего у него сигарету и сжавшего ее в кулаке.       — Наркотик и никотин, — хмыкнул Ло, — так себе сочетание. Идем сдавать анализы, Санджи-я. Если я найду в твоей крови хоть каплю наркоты, тебе придется на время бросить курить.       — Но… — выдавил Санджи, едва упавшая челюсть и способность говорить вернулись на место. — Я же тогда умру… — веруя в это, словно в бога, произнес он. Ло и Нами одновременно закатили глаза, а Робин хихикнула в ладонь.       — Из-за курения, конечно, умирают, — согласился Ло, — но только те, кто не бросил. Так что переживешь, Санджи-я.       — Интересно, сможет ли курение убить того, кто уже мертв? Умру ли я еще раз? — честно задумался Брук. Он уже как-то пробовал закурить, но с его телом это, увы, невозможно. — Ой, у меня ведь нет легких, йо-хо-хо-хо! — будто вспомнив о том, как дым попросту вылетел сквозь его кости, добавил скелет. Его чуть натянутый смех был последним, что услышал Винсмок, прежде чем его уволокли в кабинет Хирурга Смерти. Нами и Робин тревожно переглянулись, но не решились пойти за ними. Сегодняшний день по всем параметрам не задался и обещал быть таким же нервным, как и ночь.

***

      — Как он? — спросил Зоро, когда Чоппер остановил Луффи кровотечение из носа. Оно началось настолько неожиданно, что у Зоро, в тот момент поправлявшего капитану одеяло и увидевшего свою ладонь в его крови, сердце пропустило несколько ударов разом. Признаться, его до сих пор трясло, а руки так и вовсе ходуном ходили, будто бы алкоголь, выпитый им за всю жизнь, вдруг решил проявить себя за все годы одновременно. Ророноа впервые жалел, что не пьянеет. Быть может, тогда переносить этот ад стало бы куда проще. Ведь тогда он бы смог хоть на время уйти в забытье. Он устал даже в снах видеть труп Луффи, объятый противно-алыми дорожками крови.       — Наркотик действует на клетки, — грустно проговорил Чоппер, коснувшись копытцем взмокшего лба Монки и посмотрев на его плотно закрытые глаза с чуть трепещущими ресницами. Похоже, капитану что-то снилось. — Организм борется, из-за чего у Луффи скачет то температура, то давление, потому у него и пошла кровь, это естественная реакция.       Вздохнув, Тони Тони спрыгнул на пол и подошел к Ророноа.       — Дай мне, пожалуйста, взглянуть на его библикарту.       Ророноа не раздумывая достал драгоценный клочок бумаги, что прятал в одеждах. Библикарта почти перестала гореть, оставив частичку пламени лишь на самом краю. В таком положении карта жизни Луффи оставалась с глубокой ночи, и это не могло не радовать. Они успели его спасти. Луффи идет на поправку. Зоро действительно чувствовал облегчение, ведь самый дорогой ему человек наконец-то не при смерти.       — Почти не горит… — пробормотал Чоппер. Посмотрев на карту жизни еще немного, он кивком разрешил Зоро ее убрать и, окинув Монки сосредоточенным взглядом, покинул каюту.       Зоро снова остался наедине со своими мыслями. Но, как и пару минут, часов, дней, недель, месяцев, лет назад, все его мысли были лишь об одном человеке. С того момента, как Ророноа понял свои чувства к капитану, мало что изменилось. Луффи все так же ему снился каждый раз, стоило задремать, все так же заставлял беспокоиться. От взгляда на него сердце все так же заходилось в волнующем трепете, и коснуться его тоже хотелось все так же. Вот и сейчас Ророноа сам не заметил, как рука потянулась к теперь таким чужим и далеким губам. Остановившись в считанных миллиметрах, Ророноа убрал ладонь. Нельзя. Нельзя пугать его. Для Луффи… нет, для Найта Рейна Ророноа Зоро никто. Так, всего лишь прохожий, что на днях помог дойти до дома. Всего лишь прохожий не должен касаться его, обнимать и, тем более, целовать. Нельзя. Зоро вернулся к началу. Нет, теперь он даже дальше от Луффи, чем когда-либо. Раньше Зоро был для него хотя бы накама. А теперь… теперь Зоро действительно стал для него никем. Ради Луффи он по-прежнему готов на многое: пожертвовать собой вместо него, склонить голову в мольбе о помощи перед тем, кого мечтал одолеть, становиться сильнее день за днем, давиться грузом, плеваться кровью, переступать через себя, переступать через других. Но то, к чему Зоро был не готов совершенно, с ними все же случилось. Зоро утратил то, что так боялся утратить. Он потерял то, чего смог достичь в отношениях с Луффи за все это время. В один момент все, что ему удалось выстроить за столькие годы, просто исчезло, кануло в Лету, превратилось в небытие. Но чувства Зоро, они остались, не изменились ни капли. И он по-прежнему жизни не видел без того, кого смог полюбить всем сердцем. Того, кто теперь его даже не помнит. И не вспомнит уже, вероятно, никогда.       Ророноа старался не думать об этом, однако, когда тот, в ком он нуждался так отчаянно, лежал совсем рядом, думать о чем-либо другом попросту не выходило. Их разделяли сейчас каких-то двадцать сантиметров, а по ощущениям — целая бездна.       — Зоро, — Усопп, которого Френки утащил из каюты, едва Чоппер начал осматривать Мугивару, просунул голову в двери. Усилием воли оторвав взор от капитана, он поглядел на старпома. — Еда уже готова, идем есть.       Зоро даже не дернулся.       — После завтрака мы вернемся на остров, — игнорируя его поведение, продолжил Усопп, — искать Роно и добывать информацию о наркотиках. А ты, Чоппер и Санджи останетесь тут, с Луффи. Траффи не против…       Последнее явно было лишним, но канонир это понял не сразу. А когда понял, то его намертво прошибло невесть откуда взявшимся на подлодке леденящим холодом. Зоро всего лишь посмотрел на него, а у Усоппа уже ноги подкосились. Их старпом — сам по себе катастрофа ходячая (причем ходячая всегда не туда). Но их влюбленный старпом, чувства которого задели, — это, пожалуй, гребаный ад. Упоминание капитана пиратов Сердца определенно входило в число задевающих факторов, особенно, если речь шла о Луффи.       — Я пойду, — Усопп это буквально прошелестел, одной ногой уже стоя за порогом каюты, но, как ему самому казалось, в могиле. Затем Усопп убежал, влекомый чувством самосохранения, и двери, вздернутые ветром от его бега, печально скрипнули в ответ. Ророноа так и не понял, что именно напугало канонира, ведь Ророноа всего лишь повернулся в его сторону. Может, у него лицо было слишком страшным? Ну так у Зоро по жизни страшное лицо, за столькие годы можно было и привыкнуть. Впрочем, сейчас, когда Луффи находился в столь ужасном состоянии, Зоро, наверно, своим видом смог напугать бы саму смерть.       Негромкий, но настойчивый скулеж пустого желудка напомнил мечнику, что Усопп заводил речь о камбузе. Похоже, подкрепиться бы и правда не помешало, да и Луффи стоит что-нибудь принести. Этот проглот же, как проснется, о еде заговорит в первую очередь. Зоро верил, что Рейн, хоть и утратил память, внутри остался тем же простаком Луффи.       Еще раз глянув на капитана, Ророноа вышел из комнаты. С самого их появления на субмарине он ни разу не оставлял Луффи одного, не собирался и сейчас, без предисловий попросив стоявшего на палубе Пенгвина присмотреть за Монки в его отсутствие. Тот, естественно, согласился, прихватив с собой Шачи, коему посчастливилось выйти из каюты в подходящий момент. Доверять капитана этим двоим, конечно, не самая хорошая идея, но это лучше, чем ничего. Если с Луффи останется кто-то, способный как минимум позвать на помощь, Зоро будет спокойнее.       Едва оба пирата Сердца исчезли за дверью, заглушая ею свою болтовню, Зоро развернулся к ним спиной и наконец огляделся. За суматохой ему некогда было рассматривать корабль Ло даже снаружи, не то что внутри, и потому назойливый дискомфорт от незнакомого места тут же любезно зашевелился под желудком. Впрочем, возможно, это было всего лишь подсознательным неприятием любого другого корабля, кроме Санни и некогда Мэрри. Зоро терпеть не мог плавать на кораблях, капитан которых не мальчишка в соломенной шляпе, но из-за этого же мальчишки плавал на них регулярно. Негодник Луффи вечно встревал в неприятности по самую тулью́, страдали из-за которых почему-то все вокруг.       Решив подумать обо всем этом в более подходящее и спокойное время, Зоро замер перед нужной дверью и уверенно толкнул ее. Зоро не знал ничего на подлодке, так что следовал за волей наблюдения, чуть ли не впервые за последние недели настроенной на кого-то, помимо Луффи.       Ророноа с долей самоиронии лицезрел открывшийся ему обзор на вроде бы операционную. Серьезно, только он мог прийти не туда даже с волей (но мечник, конечно же, обвинит во всем плотников, мастеривших эту подлодку). Обреченно вздохнув, Ророноа слегка покривил рот. Уже вполне привычный и в подобном месте даже ожидаемый запах стерильности и медикаментов, тут же забившийся в легкие, ощущался еле-еле, почти незаметно. Дух больницы, присущий субмарине пиратов Сердца, в этой каюте угас, фактически вымер, утонул под затхлостью давно застоявшегося воздуха. Подводные судна проветривать само по себе нелегко, но здесь словно не бывали годами, забредая лишь изредка и как будто случайно, заодно протирая пыль. Даже если эту каюту не использовали долгое время, она оставалась чистой. Так похоже на Ло. Но чтобы на корабле хирурга была заброшенная операционная…       — Не стоило тебе заходить сюда, — тихо и как-то безучастно раздалось за спиной. Зоро не стал оборачиваться, чтобы увидеть Ло, потому что много чести, да и воля распознала здешнего капитана и без этих явно лишних усилий. А еще Зоро не обернулся, потому что в тот самый момент глядел на пятна крови, впитавшиеся в кушетку и простынь на ней когда-то давно.       Ророноа моргнул. Въевшаяся кровь, пустая капельница у изголовья и полное отсутствие пыли несмотря на то, что операционную давно не использовали… Это место…       Ноги сами повели его внутрь. Замерев перед кушеткой, Ророноа медленно прикоснулся кончиками пальцев к засохшему пятну крови. В груди сдавило стальным кольцом, делая вдохи больнее. Взгляд слегка помутнел. Даже будучи здесь впервые, Ророноа знал лишь одно место на субмарине Хирурга Смерти, которое могло быть заброшено.       — Мугивара-я лежал здесь после того, как мы забрали его из Маринфорда, — Трафальгар сказал ему то же, что и другим мугиварам, поскольку не видел смысла лгать или утаивать. Зоро и сам это понял, но убеждаться совсем не хотел. А перед взором как назло упорно всплывали один кадр за другим, ехидно демонстрируя, как два с лишним года назад его любимый умирал здесь, на этой самой кушетке, теперь дрожащей под его ладонью. Или это его ладонь дрожит? Здесь, прямо здесь Луффи умирал и физически, и душевно, а Зоро даже не было рядом, чтобы поддержать, чтобы напомнить: пусть Эйса не стало, Луффи не один, черт возьми, он никогда не останется один, никто из них этого не допустит. Горечь и сожаление о былом загорелись внутри новой силой. Горло сдавила вина, хотя он не был ни в чем виноват. Так сложились обстоятельства. Обстоятельства, разделившие их на долбанных два года. И все два года Ророноа тренировался до изнеможения, лишь бы этот ребенок больше никого не потерял. Лишь бы этот ребенок снова улыбнулся. Лишь бы Луффи как обычно назвал его сильным и вновь доверил защищать свою жизнь. Лишь бы Луффи начал больше полагаться на него в трудных ситуациях. Но в самой трудной из них, в потере Эйса, Луффи до сих пор не полагался ни на кого.       Зоро не было тогда с ним, чтобы сказать все это, но, к облегчению, за него это сделал Джимбей. Он не видел мучений и истязаний своего капитана, но фантазия, уподобившись Джимбею, тоже сделала это за него. Сердце упорно щемило спазмами боли от осознания, что тот кошмарный ад мог повториться уже сегодня. На сей раз Зоро будет рядом, но разума Рейна не достигнет ни одно из его слов.       — О чем бы ты ни подумал, — произнес Ло, — оставь это на потом и сделай лицо попроще. Твои накама уже в камбузе, поспеши к ним, не заставляй их беспокоиться еще и за тебя.       — Сам знаю, — вопреки грубому ответу, голос старпома звучал почти равнодушно. Зоро не злился, ведь понимал: Трафальгар говорил это как врач. Но Трафальгар просил невозможного. Не думать о том, что Луффи может погибнуть в любой момент? А если выживет, то, вероятно, никогда не вспомнит ни Зоро, ни кого-либо еще? Как, блять, не думать об этом, стоя в бывшей «палате» Монки и зная, что через пару кают находится его нынешняя?       Все-таки повернувшись к Ло и пронзив его морозным взглядом, Ророноа вышел из операционной и захлопнул двери в нее к чертям. Ло, стоявший у стены напротив, глухо усмехнулся, и было в этом нечто отдаленно знакомое. Если бы Ророноа обращал внимание на подобные вещи и если бы ему было не пофиг, то он бы вспомнил: последний раз он видел Траффи таким два года назад, на Сабаоди, в первую встречу Ло и Луффи. Должно быть, эта его чуть кривоватая ухмылка означала заинтересованность, но если тогда Ло интересовал Мугивара, то что взбрело в его сумасшедшую голову теперь, неизвестно, а Зоро, увы, и правда совершенно пофиг.       — Я слышал, вы с Мугиварой-я встречаетесь, — изрек вдруг Трафальгар, и усмешка медленно сошла с его губ, превращаясь в абсолютное безразличие. Вот только Ророноа знал: Трафальгару небезразлично. Да, Зоро обычно не обращал внимания на подобные вещи и вообще не особо проницателен к тем, кто его не волнует, но он прекрасно понимал: Ло не могло быть все равно. Зоро на его месте точно бы не было. Но даже так, Ророноа и не думал проявлять сочувствие, только не к нему и только не по этой причине. Ророноа не собирался давать Трафальгару надежду, тем более, сейчас, когда Луффи все забыл.       Ухмыльнувшись в ответ, Зоро сказал:       — Правильно слышал.       И прошел мимо Траффи, мыслями и волей уже пребывая в камбузе. Траффи продолжил стоять у стены, чему-то странно улыбаясь.

***

[ Включите трек 2 ]

      — Это точно были мугивары, больше некому!       Сэн смотрел на бесившуюся Офелию и размышлял, что им делать дальше. Им — это ему и Роно, по просьбе которого он и находился сейчас здесь, вынужденный выслушивать гневные тирады одной несносной девчонки. Даже не верилось, что Офелия — родная сестра Роно. У них с ним довольно разные мировоззрения и отношение к окружающим. Впрочем, Сэн не без грустной улыбки отметил, что было у этих двоих и кое-что общее: взрывной характер. «Будет здорово, если она вспомнит Зака, — думал парень, вздыхая, — ведь Роно Офелия ненавидит».       Махнув головой, точно пытаясь из нее вытряхнуть несвоевременные мысли, Сэн вздохнул снова. Увы, он здесь не за этим. Согласно плану Зака, никто в «Мая» не должен знать, что он жив и, тем более, помнит прошлое, а Сэну нужно всего лишь помалкивать и продолжать сотрудничать с охотниками, докладывая бывшему напарнику о малейших изменениях. Главной целью Зака являлось развалить «Мая», и начать он собирался со слабости Скама — новичка Рейна. Но теперь им, похоже, придется придумывать новый план. Как оказалось, Рейн вчера пропал. Многие в их организации уверены: это дело рук мугивар, но тогда, если Зак прав…       «В любом случае, стоит вернуться домой и рассказать обо всем Роно», — определился Сэн. Покосившись на Офелию, уже явно забывшую о его присутствии, он направился к выходу. Стоит поторопиться и уйти до возвращения Вайла и остальных, иначе тут станет совсем уж шумно. От одной лишь Офелии чудом не закладывало уши.       — Они его либо похитили, либо подкупили едой! — продолжала гнуть свою линию юная Реймонд. — Как у этих гребаных мугивар только наглости хватило! Скам-сама так расстроился…       «Ей и правда так сильно нравится босс?» — Сэн, застывший у дверей, посмотрел на сестру своего друга с долей сочувствия. О том, что Офелия влюблена в Скама, знал каждый в «Мая». Ну, разве что кроме глуповатого Пэла, вообще с чего-то решившего, что его обожаемая Офе-чан встречается с Вайлом, и Хилла, которому попросту нет дела до подобных вещей.       Отвернувшись, Сэн уставился на дверь. Реймонд Зак и Реймонд Офелия. Брат и сестра, разделенные по неизвестной причине. История, которой Сэн не знает. Прошлое, которого он не помнит. То, что ему недосягаемо, но чего так хотелось достичь.       Двери резко открылись, и бывший Ларри запоздало подумал, что не успел покинуть штаб до прихода ребят. Вайл бросил на него слегка насмешливый взгляд, но ничего не сказал. А вот Офелия, напротив, бросилась к нему с нервным «О-Нии-сан!». Вайл тут же поторопился ретироваться под вполне безобидным предлогом «Мне к Скаму-сану надо». В случае с Офе-чан это являлось единственным простительным оправданием.       Снова оставшись с Офе-чан наедине, Ларри, уже было шагнувший за порог, вдруг спросил:       — Офелия, у тебя есть брат?       Офелия удивленно моргнула.       — Нет. С чего такие вопросы?       — Да так, — Сэн натянул улыбку, хотя стоял к Реймонд спиной, — вспомнил, что ты всегда называешь Вайла братом, когда что-то случается.       Офелия снова моргнула. Затем глянула на пустой коридор, в котором пару секунд назад растворился Вайл.       — У меня нет брата, — повторила она, все еще созерцая потертый пол, — но иногда мне кажется, что это не так. Хотя, наверно, все дело в том, что я с детства мечтала о старшем брате, — добавила Офе-чан, вновь подняв голову на Сэна. При этом ее губ коснулась настолько искренне-печальная улыбка, что Сэн, все же взглянувший на нее, невольно затаил дыхание. Он и забыл, какой была эта девушка до встречи с их боссом. Именно. Он забыл. Как забыла, вероятно, и сама Офелия. Иначе она бы знала, что у нее есть старший брат. Брат, о котором она так мечтала. Сэну ужасно хотелось рассказать ей об этом, но, согласно плану Зака, никто в «Мая» не должен знать, что он жив. Офелия, конечно, не из «Мая», но запросто все растреплет Скаму и Вайлу. В отличие от своего брата, Офелия довольно болтлива. И потом, поверила бы она вообще в это? Поэтому Сэн просто улыбнулся в ответ.       — Вот как, — протянул он с легкой ноткой грусти, — какая милая мечта.       — Заткнись, — Реймонд довольно скоро превратилась обратно в старую недобрую Офе-чан, так что Ларри поспешил удалиться. Ларри ушел, а Офе-чан еще какое-то время стояла в полном одиночестве и смотрела ему вслед. «И вовсе моя мечта не милая, — вздохнула девушка, — ведь она неосуществима». Закусив губу, Реймонд развернулась в ту сторону, где исчез Вайл, и направилась туда же.       — О-Нии-са-ан, подожди!

***

[ Включите трек 1 ]

      Несмотря на все проблемы, обложившие, казалось, со всех сторон, пираты Соломенной шляпы не унывали. Мечник понял это, когда, войдя в камбуз, застал их как всегда оживленными обсуждением грядущих дел, параллельно успевающими не только поесть, но и поспорить. При появлении Зоро все затихло на мгновение, но прежняя суета быстро возобновилась: после всего произошедшего их глупый старпом согласится, скорее, свои катаны съесть, чем оставить капитана без присмотра.       — Значит, после завтрака отправляемся, — подвела итоги Нами и звучно хлопнула ладонями по столу. — Мы с Усоппом возьмем кого-нибудь из команды Траффи и попробуем разузнать у местных об этом наркотике побольше, чтобы потом Чоппер и Траффи смогли придумать, как его нейтрализовать. А вы, — тут она посмотрела на Робин, Френки и Брука по очереди, — как и договаривались, отправляетесь на поиски Роно. Выбейте из него все, что сможете.       — Но сперва я проверю Санни, — поднял руку плотник. Нами согласно кивнула.       — Мы подождем тебя, — улыбнулась мужчине Робин. Киборг с пониманием выставил большой палец. Правильно, не стоит фруктовикам лишний раз выходить под этот непонятный дождь.       — А я? — до глубины души оскорбился таким раскладом событий Санджи. Ладно еще, Чоппер и маримоголовый оставались на подлодке — их от Луффи сейчас хрен оттащишь, — но его-то за что?       — А ты, — кошка-воровка окинула кока пронзительным взглядом, буквально пригвождая к стулу, на коем он сидел, — остаешься под присмотром Чоппера и Траффи. Не обсуждается, — попытка протеста обрублена на корню. Чоппер одобрительно закивал, а Санджи, так и застывший с раскрытым для возражения ртом, возмущенно захлопнул его обратно, глянув на милую меллорин с неприкрытой обидой. Он же всего-то чуть-чуть покапал кровью из носа, что к нему теперь, сиделку приставлять? Впрочем, если бы сиделкой были Нами-суан или Робин-чуан, Санджи бы согласился без раздумий. Особенно, если бы это была Нами… Но и Нами, и Робин уходили на остров, и все, чем оставалось довольствоваться Винсмоку, это оленем с синим носом и человеком, угрюмостью которого можно было заполнить все пересохшие океаны.       — Зоро, — в этот раз меллорин обратилась уже к их старпому, все это время ломавшему голову над тем, как отнести за один заход все выбранные капитану и себе блюда так, чтобы ничего не уронить. Зоро тут же отвлекся от своей проблемы и поднял взгляд на Нами. — Ты остаешься здесь с Луффи, — мягко проговорила она. Ророноа в ответ лишь хмыкнул, потому что он и не собирался уходить.       — Так нечестно, Нами-суан, — задетый за самолюбие Винсмок снова напомнил о себе.       — Не вякай, — фыркнула Нами. — Лучше помоги ему отнести все эти тарелки.       — Давайте я! — с готовностью вызвался Усопп. — Заодно позову с нами на остров кого-нибудь из накама Траффи, — добавил он уже с меньшим энтузиазмом. Что угодно, лишь бы не упустить возможность лишний раз проверить самочувствие капитана и найти им в спутники кого посильнее. Да и, как-никак, Санджи все-таки еще недавно истекал кровью, пусть отдыхает, пока есть такая возможность.       — Ладно, — Нами сдалась удивительно быстро. Вероятно, думала о том же, о чем и Усопп. Санджи, которого лишили даже такого простого задания, как отнести блюда, окончательно сник. За что Нами-суан с ним так? Будто того, что за него завершили готовку завтрака, было мало. Он же не без сознания, как Луффи, и не контуженный какой-нибудь, в конце-то концов. Увы, Нами держалась другого мнения, так что уже через минуту-другую Винсмока активно осматривал Чоппер в одной из многочисленных кают.       — Тебе и правда пока нельзя курить, — вынес тяжелый для кока вердикт олененок, отставивший в сторону его анализы, сделанные Траффи накануне. — Если продолжишь это делать, пока мы не вымоем наркотик, никотин убьет тебя.       Винсмок молчал. Нами, прятавшаяся за дверью, тоже.       Когда Санджи вышел из каюты, Нами уверенно вытянула руку. Санджи опустил взор на хрупкую девичью ладошку перед собой и удрученно вздохнул. Ну вот за что Нами-суан с ним так все же? Он ненавидел быть слабым, особенно перед женщинами. Особенно перед ней.       Винсмок все еще стоял на пороге. Нами все еще тянула руку. Под бормотание Тони Тони, оставшегося в каюте, чтобы просмотреть анализы еще раз, Винсмок вложил в ладонь меллорин единственную пачку сигарет, задержавшись пальцами на ее нежной коже чуть дольше, чем следовало. Ничего не произнеся, он прошел мимо, так и не увидев, как Нами сжала треклятую упаковку, превращая в мусор. Пачка, смятая в ком, с силой ударилась о палубу.

***

      Трафальгар смотрел на спящего Мугивару из-под козырька шапки. Он сам не знал, зачем пришел сюда и сколько именно тут пробыл. Наверно, примерно с того момента, как ушел Зоро. Вероятно, поддался одному из своих искушений после того их дурацкого разговора о Мугиваре-я. Прямо сейчас его терзало другое искушение, более серьезное, но Трафальгар лишь стоял и смотрел. Если не брать в расчет сопение Монки и смех Пенгвина и Шачи где-то на палубе, в каюте было оглушающе тихо. Выставить Шачи и Пенгвина не составило труда, и теперь они, скорее всего, околачивались где-то поблизости в ожидании Зоро.       Зоро. Имя, в последнее время раздражавшее все сильнее, опасно шевельнуло что-то в мозгу и отдало горечью в сердце. Ророноа Зоро-я. Мугивара-я встречается с этим типом. Если честно, даже представить трудно. И вовсе не потому, что это нереально, как раз наоборот. Ло еще там, на Архипелаге, заметил некую связь между этими двоими. Заметил, но не придал значения, ослепленный яркостью и силой духа мальчишки в соломенной шляпе, о котором до того дня был наслышан настолько, что всерьез захотелось с ним встретиться, только чтобы проверить: он и правда такой безбашенный и придурковатый? К счастью или же нет, Мугивара превзошел все его ожидания. Превзошел и вовлек в некую странную игру, правил которой не знал никто, но целый мир в нее играл и пока что безбожно проигрывал. Именно так Ло видел это глупое, ненужное чувство, что зовется любовью. Ло думал, что никогда не познает его, и ему это нравилось. Ло думал, что Ророноа не хватит мужества стать Монки Д. кем-то бо́льшим, чем старший помощник, и это тоже ему нравилось. Возможно, Ло ошибался с самого начала. Хотя сейчас все это не играло роли.       Трафальгар медленно коснулся теплых губ Мугивары пальцами. На ощупь такие мягкие… Горячее дыхание парнишки приятно обдало жаром грубоватую кожу ладони мужчины, пропуская по телу того тысячи мурашек. От наслаждения хотелось закрыть глаза, но Трафальгар не мог себе позволить пропустить хоть секунду наедине с этим человеком. Они и так редко виделись, и Ло ощущал себя тем же наркоманом, потому что смотреть на Луффи ему хотелось снова и снова, как и ловить его каждый вдох и выдох, разглядывать каждую черточку лица, уже и без того намертво отпечатавшуюся в памяти. Ло действительно понимал, почему Зоро полюбил Луффи и почему сам угодил в те же сети. И его действительно раздражало, злило, убивало то, что Монки выбрал не его. Хотя теперь это все не важно, ведь Монки ничего из этого не помнил. И глупо предполагать, что в таких обстоятельствах Трафальгар останется в стороне. Трафальгар — пират. А пираты всегда похищали чужие сокровища, кому бы те ни принадлежали. Монки Д. Луффи — слишком желанное сокровище для его искушенного пиратского сердца.       Пальцы на губах Мугивары плавно спустились по подбородку к шее. Пульс, живо бьющийся под гладкой резиновой кожей прямо в ладонь хирурга, приятно всколыхнул что-то в груди. Ло убрал руку и медленно склонился над Мугиварой для поцелуя. В груди не просто всколыхнулось, а взорвалось.       Ло отстранился, когда двери каюты скрипуче распахнулись, впуская в помещение канонира соломенных с огромной стопкой из блюд в руках, достававшей до самой арки. Поставив свою нелегкую ношу на пол и вытерев взмокший лоб любимым полосатым напульсником, Усопп уставился на Траффи. По его ничего не выражающему взгляду Трафальгар не смог понять, как много Усопп успел увидеть, но каких-либо вопросов или замечаний не последовало, — уже хорошо. Учитывая, что этот тип не умеет держать язык за зубами, проблем потом не оберешься.       — А! — канонир все же открыл рот, и Трафальгар усилием воли сохранил пофигистическое лицо. — Нам нужно пару человек из твоей команды, Траффи!       — Пенгвин и Шачи к вашим услугам, — незамедлительно ответил Траффи, до слуха которого все еще доносились смешки накама. Кивнув довольному Усоппу, он выскользнул за порог, тут же наткнувшись на Зоро, стоявшего рядом с точно такой же горой посуды, что и Усопп. Похоже, все это для Мугивары, но, зная его аппетиты, ничего удивительного.       При виде Ло Зоро сдвинул брови, будто бы обо всем догадался.       — Что-то с Луффи? — тарелки мигом оказались унесены в каюту и опущены подле стопки канонира, уже удравшего за Шачи и Пенгвином. Трафальгар проводил Ророноа взглядом, но остался на палубе. На его везение, старпом Мугивары-я такой же несообразительный, как и его капитан. Не хотелось бы сейчас вступать с ним в конфликты, ведь теперь их даже разнять, по сути, некому, а Ло пока еще дорог его корабль.       — Он в порядке, — бросил Ло через плечо. Не дожидаясь ответа, он ушел, мысленно переключаясь на флакон обезболивающего, припасенного для Мугивары-я.

***

[ Включите трек 2 ]

      Сэн направлялся домой, когда вдруг заметил корабль мугивар, пришвартованный у берега. Место, конечно, они выбрали безлюдное, но цветастую Таузенд Санни даже незаинтересованному человеку невозможно проигнорировать. Решив немного приблизиться, Сэн разглядел над Санни некий купол явно фруктового происхождения. Довольно странно, но Сэн подумает об этом позже, а пока что он продолжит всматриваться и вслушиваться, стараясь обнаружить на борту Рейна. Этот нескончаемый источник энергии очень трудно не заметить, если только он не спит, однако на глаза Оота Ларри попадались лишь какие-то незнакомые парни, регулярно проедавшие друг другу мозги и нервы. «Что здесь, черт возьми, происходит?» — думал охотник, недоуменно пяливший на не следившего за своей речью панка, неожиданно сошедшего на берег вместе с немного женственным блондином в то ли ковбойской, то ли мушкетерской шляпе. Ларри вынужденно прыгнул в ближайшие кусты. Когда панк начал справлять нужду прямо перед своим напарником, Оота понял, что этот чудик не следил не только за своей речью, но и за своими манерами.       — Эй, животное! Хоть бы в кусты отошел! — возмутился Кавендиш столь явным хамством в свой адрес. Тот же факт, что хамство «животного» Бартоломео распространялось в адрес всего мира в целом, за исключением Святого Луффи-Семпая и Его Команды, Кавендиш умело выбросил из головы. Оота, сидевший в этих самых кустах, мысленно поблагодарил панка за выбор в пользу берега.       — На это надо время, — возразил Бартоломео. — Не хочу оставлять корабль Луффи-семпая без барьера так надолго, да и так я буду стоять к нему спиной и не смогу вовремя защитить.       Лишь после этого Сэн заметил, что «купола» над Санни уже не было. «Барьерный фруктовик? — озадачился он. — У мугивар и такие союзники есть? Стоп, а где они сами…»       — Тогда сделал бы это с корабля, — как что-то вполне очевидное, предложил Пендиш. Бартоломео в ответ одарил его таким взглядом, каким фанатики истории обычно одаривали вандалов.       — Делать это на корабле Луффи-семпая? — уточнил он тоном учителя, только что получившего от ученика дурацкую отмазку по поводу несделанной домашней работы. — В воду, по которой Луффи-семпай и другие семпаи будут возвращаться на Санни? — с каждым словом его голос приобретал все более изумленные нотки.       «Ага, они сейчас не здесь, — Сэн взял полезную ему информацию на заметку. — Вполне логично, если Рейн сейчас и правда у них. Где же они могут прятаться?» Думать об этом в одиночку довольно уж бесполезно, так что Сэн развернулся домой. Роно хоть и вспыльчивый, но умный, он придумает, как им использовать все это в своих целях.       — Мне показалось, или в кустах кто-то был? — Пендиш хмуро поглядел на неподвижную растительность, пару секунд назад громко шуршавшую о чем-то океану.       — Если и был, то уже ушел, — Бартоломео не стал спорить. — Я все, возвращаемся.       — Наконец-то.       Но не успели они взойти на борт, как кусты вновь зашуршали, только уже с противоположной стороны берега.       — Говорю же, там кто-то есть! — капитан Красивых пиратов тут же вцепился в капитана Клуба Барто мертвой хваткой и пальцем указал на сушу. Кусты, снова поднявшие шорох, в свою защиту предъявили радостного Френки.       — Нашел! — счастливо заявил он, подбегая к Санни под восторженное «Френки-семпай!» утонувшего в слезах Бартоломео. Любовно погладив ее полированный бок, плотник повернулся к капитанам, оберегавшим их корабль все это время.       — Спасибо за проделанную работу, — Френки вежливо поклонился. — Могу я попросить вас присмотреть за Санни еще немного?       — Положитесь на нас, Френки-семпай! — Бартоломео приложил ладонь к виску, отдавая честь сквозь слезы от счастья видеть одного из своих кумиров. — Как там Луффи-семпай? — взволнованно спросил он.       — Офигенно, — Катти Флам ему ободряюще улыбнулся, выставив вперед большой палец и подмигнув. — Как вы тут вообще? — спохватился киборг. — Все хорошо, никаких проблем?       — Мы всех порвем! — заверил его «Каннибал».       — За нами, возможно, следят, — а вот «Белый жеребец» с ним оказался несогласен. — Примерно оттуда, — он ткнул в теперь по-издевательски молчавшие кусты. Френки задумчиво посмотрел в указанную сторону, кусая губы.       — Может, это «Мая»… — бормотал он неразборчиво и слегка щурясь. — Вот что, — произнес вдруг Френки, — если будет происходить что-нибудь подозрительное, свяжитесь с нами, — на этих словах он достал из специального, встроенного в плечо тайничка свой Ден-ден-муши и протянул его восхищенному Бартоломео, наконец прекратившему рыдать, но вот-вот готовому начать все заново. Распрощавшись с командирами первой и второй дивизий Великого Флота Мугивары, Френки заторопился обратно к субмарине Траффи, чтобы забрать Робин и Брука, ожидавших его возвращения.

***

[ Включите трек 1 ]

      С уходом большей части мугивар на подлодке стало заметно тише. Некоторые люди Трафальгара тоже захотели помочь им с поисками, но, так как Роно или кого-то другого из «Мая» они не знали, было решено отправить их к местным по поводу наркотика и работы «Мая» на этом острове, а также, чтобы они, по возможности, выяснили что-нибудь о недавней казни. Усопп и Нами в итоге тоже пошли искать Роно или кого побезобиднее из «Мая» — скажем, Сэна там какого-нибудь или того же дурочка Пэла. Быть может, в этот раз выйдет заговорить его, и пусть помогать он им не станет, хотя бы выболтает что-то. Пенгвин и Шачи ожидаемо увязались за ними, и оба мугивары только обрадовались этому: сильный союзник под боком сейчас уж точно не окажется лишним.       — Надеюсь, у них все получится, — Чоппер со вздохом рассматривал бутылек обезболивающего в своих копытцах, которое ему вручил Ло. Только что они сделали Луффи очередную инъекцию, чтобы хоть как-то облегчить его пробуждение. Страшно даже представить, насколько тяжелое время ожидало их впереди.       — Не сомневайся в них, — ухмыльнулся Винсмок, как и Ророноа, сидевший на полу у кровати капитана. Тони Тони, стоявший поверх одеяла, после этих слов улыбнулся и кивнул со звонким «Угу!». Санджи прав, он должен верить в своих накама. Как и в Луффи. Вместе они обязательно справятся, ведь вместе они всегда сильнее, чем поодиночке.       — Ладно, Санджи, идем и тебя подлечим, — маленький врач с воодушевлением потянул кока к выходу. Тот вздохнул максимально громко и недовольно, показательно не двинувшись с места, но сила тяги, гравитации и зоана оказалась мощнее. Винсмок прошептал что-то предсмертное и исчез за дверьми, из-за отчаянных попыток сбежать забыв их закрыть.       — Вот же, — Зоро цыкнул, но все же поднялся, чтобы сделать это за него. На корабле хоть и стало тише, но повседневная суета все равно достигала их и могла разбудить капитана. Не хотелось нарушать его сон таким образом, лучше дождаться, пока сам проснется. Во сне Луффи хотя бы не ощущал боль.       К двери Зоро так и не подошел. Стоило ему сделать шаг, как кто-то слабо схватил его за кимоно. Медленно обернувшись, Ророноа встретился с чуть сонным и растерянным взглядом. Сердце гулко толкнулось в ребра, когда в мутном от сна глазе Луффи он увидел свое отражение.