Ночной дождь

[ Включите трек 1 ]

      — Как думаешь, Нами, Луффи нас вспомнит?       Вопрос Усоппа заставил притихнуть обоих пиратов Сердца, доселе трещавших о вкусе местного пива, сама же штурман на долю секунды сбилась с шага.       — Не знаю, — честно сказала она, бросив на канонира немного печальный взгляд.       — Вы всегда можете попытаться повлиять на его память, — напомнил им Шачи. — Например, вызвать дежавю или там что-то похожее…       Нами уставилась себе под ноги. То же самое им советовал Траффи, но…       — Сработает ли это, если он себя считает другим человеком? — озвучила свои опасения девушка. — Луффи уверен, что он Рейн, а для Рейна пираты — враги. Пробовать вызывать воспоминания в такой ситуации довольно опасно, ведь мы не знаем, как Рейн на все это отреагирует.       — И не узнаете, пока не попробуете, — скептично заметил Пенгвин. — Шачи дело говорит, есть множество способов вернуть память. Поднимайте темы, которые могли бы заинтересовать Мугивару, подарите значимую для него в прошлом вещь, воссоздайте яркую сцену из его жизни, незаметно вынудите взаимодействовать с особенным для него человеком, — что угодно сгодится.       Да, Траффи говорил им именно о таких «способах». И ни один из них все еще не внушал воровке доверия.       — А это идея, Нами! — оживился Усопп. — Предлагаю использовать все, что они предложили! Да и Траффи что-то похожее советовал! — не позволив девушке возразить, заявил канонир. Нами нахмурилась, но послушно смолчала. И потом, может, правда, чего получится, раз даже Ло предлагал подобное. Если использовать все из перечисленного, тогда… За интересные Луффи темы сойдут беседы о мясе, приключениях и Ван Писе. Парочку посещенных ими островов также можно приплести. Сцена из жизни — вот тут уже потруднее, но не совсем уж невыполнимо. А вот особенный человек, с которым можно взаимодействовать… Эйс мертв, Сабо неизвестно где, так что, наверно, подойдет только Зоро. Но Зоро от Рейна и без того ни на шаг не отходит, а Рейн как не помнил ничего, так и продолжает не помнить. «Или я неверно поняла, что Пенгвин имел в виду под «взаимодействовать»? — закусила губу Нами. — Если подумать, Траффи советовал натолкнуть Луффи на такое обстоятельство, которое бы вызвало у него сильное эмоциональное потрясение. С Сабо так и случилось, когда он вычитал о смерти Эйса. Но чтобы такое же потрясение у Рейна вызвал Зоро, это надо как минимум…» Нами даже не стала додумывать, что именно пришлось бы сотворить старпому с их капитаном. Но то, что меньшим из этих зол являлся бы поцелуй, яснее некуда. Правда, после такого, ко всему прочему, рисковала возникнуть еще одна проблема: Рейн с полетевшим рассудком.       От тяжких дум пиратку отвлекла распростершаяся перед ними городская площадь. Взору ребят предстала самая обычная площадь с самым обычным эшафотом, стоявшим тут, точно доказательство, что казнь и правда состоялась. Об этом свидетельствовали и засохшие пятна крови, кои пираты смогли разглядеть, когда подошли ближе, и характерные вмятины на земле, где, вероятно, упала голова осужденного. Кругом было странно пусто, учитывая недавнее празднество в честь кончины их капитана. В целом, место действительно выглядело так, словно здесь кого-то казнили. Вопрос лишь в следующем: кого именно? Найти ответ им посчастливилось довольно скоро: в поле зрения пиратов попал миловидный старичок с пакетом кукурузных хлопьев в руках.       — Оссан, подождите, пожалуйста! — позвала его Нами. Старичок окинул спешащий к нему молодняк чуть рассеянным, подслеповатым взглядом и слегка улыбнулся. — Мы слышали, тут недавно кого-то казнили, — пошла в наступление штурман.       — Было дело, — дедуля медленно кивнул.       — Случайно не знаете, кого?       — Вроде пират какой-то… — он почесал затылок. — Мугивара, кажется?       Пенгвин и Шачи украдкой обменялись озадаченными взглядами. В том, что Мугивара жив, не было никаких сомнений — да они сами его недавно видели. А значит, на этом острове действительно происходит что-то странное.       — Вы были на самой казни? Видели этого Мугивару? — в бой вступил и Усопп, рискнувший последовать примеру подруги. Дедок согласно кивнул. Усопп и Нами быстро переглянулись.       — Описать сможете? — полюбопытствовала девушка. Дедок прищурился в попытке припомнить детали.       — Да обычный мужчина, — не совсем понимая цель данных расспросов, протянул старик. — На вид лет сорок или около того, рыжий…       Мугивары вновь переглянулись. Сказанное этим человеком уже расходилось с правдой. Похоже, на эшафот привели кого-то другого. Похоже, кому-то было выгодно, чтобы казненным считали «Мугивару». Нами нахмурилась. Невольно вспомнились слова Робин и Френки: никто из островитян не знал, что таинственного Мугивару звали Монки Д. Луффи.       — Но лучше вы оставьте это дело, — попросил их вдруг дед. — Вы вроде как приезжие? Не стоит вам ввязываться в дела здешних охотников.       Дальше старик попытался припугнуть их, рассказав, насколько ужасны упомянутые им охотники, но все это мугивары и так уже знали.       — Это ведь не Мугивара, — тихо сказал Шачи, когда старичок, распрощавшись с ними, дальше пошел по своим делам. — Человек, которого описал тот дед.       — Ага, — пробормотала Нами, вдумчиво глядя старику вслед.       — Тогда выходит, они казнили кого-то другого, — потер подбородок Пенгвин. Но тут же согнал с лица всю серьезность и непринужденно заложил руки за голову. — Да уж, ну и странные дела тут творятся. Куда пойдем дальше?       — Дальше? — Нами бросила взор на Ден-ден-муши в своих ладонях и закусила губу. Дальше надо бы отыскать остальных, но… От Робин, Френки и Брука до сих пор ничего не слышно. Прежде чем Нами поняла это, она уже набирала номер Робин. Ставшие привычными гудки плавно разрезали тишину, ожидаемо не давая ответа. Стоило девушке так подумать, как на шестой гудок все же ответили. Голосом Нико Ден-ден-муши выдохнул хриплое «Помогите». Звонок оборвался.       — Усопп, ищи их волей наблюдения!       — Есть!       — Блин! — понявший, чем ему это грозило, Пэл молнией полетел прочь. «Не думал, что у кого-то из них могла быть воля наблюдения, — раздосадовано сокрушался он. — Хоть бы не засекли! Носатый придурок, пожалуйста, проигнорь меня! О, отмеченная Офелией территория», — на сей мысли Пэл прыгнул прямиком на обломки некоего здания. Приземлившись на бок, он скатился вглубь руин. «Как хорошо иметь такую способность… Блин, ты везучая, Офелия! Ой, я во что-то вляпался. Это кровь?!»       — Эх, — вздохнул Пэл, когда возникшая перед ним битая стена пресекла его дальнейший «путь» по руинам. — Интересно, правда ли казнили не Мугивару?       Он достаточно подслушал, чтобы окончательно убедиться: его действительно обманули. И, возможно, не его одного. Вот только что теперь с этой информацией делать?       Вздохнув еще раз, Пэл перевернулся, устремившись взором в видневшийся сквозь кирпичи горизонт. Во взгляде юноши вспыхнула решимость.

***

[ Включите трек 2 ]

      Зоро и Санджи сидели на полу каюты Рейна, прислонившись к стене, и наблюдали за действиями Чоппера и Ло. Оба судовых врача выглядели взволнованными, но упрямо отмалчивались, точно состояли в сговоре. Правда, ни Зоро, ни Санджи не понимали, в каком именно и зачем вообще медикам понадобилось скрывать от них состояние Луффи. Ведь если Луффи грозит опасность, то разве Ророноа не должен знать об этом в первую очередь? Наконец, уловив момент, когда Ло отошел к тумбе возле мечника и кока, чтобы попить воды, Ророноа, резко подорвавшись, схватил его за ворот.       — Что с Луффи? — зло и без предисловий спросил он. Хирург Смерти, так и не дотянувшийся до стакана, бросил на Зоро равнодушный взор.       — Снова реакция на наркотик, — просто ответил мужчина. Было совершенно очевидно, что Зоро ему ни на грамм не поверил. Хотя бы по впившимся в ткань чужой одежды ногтям и жалобно скрипнувшим под ногами половицам. Встретившись с Ророноа взглядом и увидев там целый спектр эмоций, Трафальгар сдался: — В данный момент мы с Чоппером-я изучаем тело Мугивары-я, чтобы понять, что случилось с его дьявольским фруктом. Судя по неудачной попытке плыть, Мугивара-я все еще фруктовик, да и его кожа по-прежнему резиновая, но способность тянуться почему-то пропала.       Зоро понимал, о чем говорил Ло, до последнего слова. Если бы кожа Луффи стала обычной, такой, какой была до съеденного фрукта, Зоро бы точно это заметил, с первого же прикосновения. Ведь он помнил каждую частичку тела Луффи, как своего собственного. Исчезновение способностей Монки само по себе вызывало уйму вопросов, но в сложившейся ситуации это также казалось и слишком уж подозрительным. Будто все происходящее — фрагменты чьего-то зловещего плана, сопротивляться которому они пока что не в силах, но раскрыть который просто обязаны, если хотят вернуть себе своего капитана.       — Есть… догадки? — Ророноа отпустил Трафальгара, но продолжал смотреть ему в глаза. Винсмок, подорвавшийся было их разнимать, тоже застыл в ожидании ответа. Трафальгар поглядел на Монки.       — Скажем так, — негромко заговорил он, плавно переводя взгляд на Чоппера, все еще суетившегося над Мугиварой, — предположения имеются, но хотелось бы конкретики. Кстати, — вспомнил он вдруг, — Мугивара-я носит украшения?       — Очень редко, но бывает, — вместо подвисшего Зоро произнес Санджи. — Например, когда мы были на Сабаоди, или когда…       «Украшение, — пронеслось в голове у старпома, — точно, что-то такое было», — глаз Ророноа забегал по рукам и ногам Монки. Точно прочтя его мысли, Ло приблизился к Рейну.       — Мы нашли у него на ноге это, — пояснил он, подняв правую лодыжку Найта. На щиколотке парня, освободившейся от оков одеяла, всколыхнулся тонкий браслет из неизвестного металла, игриво сверкнувшего в свете лампы. Зоро запоздало припомнил, что уже видел на Луффи эту безделушку. Там, в штабе «Мая». Вот только откуда у Луффи взялась такая вещь?       — Если Мугивара-я не надевал это до своего исчезновения, — словно заметив озадаченность Зоро, продолжил Ло, — то существует вероятность, что это, — он указал на браслет, — ему дали охотники. Возможно, это даже как-то связано с… — хирурга прервал Тони Тони, с любопытством потянувшийся к браслету Найта. Вынужденный опустить ногу Рейна, Ло снисходительно вздохнул и стал наблюдать, как Тони Тони с интересом ощупывал браслет и выискивал хоть какую-нибудь зацепку или хотя бы странность.       — Ох, — внезапно выпалил Чоппер, схватившись копытцами за виски и неоднозначно пошатнувшись.       — Чоппер! — к олененку тут же бросился Санджи, в последний момент не давший ему упасть с кровати.       — Чоппер-я, — Ло тоже выразил беспокойство, хоть внешне и остался совершенно спокоен. Нахмурившись, он коснулся пальцами прохладного металла на бледной щиколотке Мугивары. Он трогал его недолго, но Чоппер от увиденного был готов впасть в масштабную панику.       — Осторожно! — крикнул он. — Оно из кайросеки!       Пираты застыли. Ладонь Трафальгара соскользнула сама собой. Браслет, в мгновение ока приковавший к себе всеобщее внимание, продолжал непринужденно сиять на свету.       «Кто бы мог подумать, что в итоге виной всему окажутся кайросеки», — усмехнулся Винсмок, сидевший в камбузе в одиночестве и бессмысленно пяливший в стол, хотя сам же вызвался приготовить всем обед. Или уже ужин? Со всей этой неразберихой и невозможностью выйти наружу он давно потерял счет времени. Еще и курить до чертиков хочется… «Хорошо, что после той ерунды с браслетом вернулись накама Траффи с новостями, — подумал Винсмок, — иначе кто-то бы точно заметил, что у меня вот-вот начнется ломка. Кто ж так резко бросает курить, блин?! Это опасно для жизни одного великолепного кока!»       Затянуться хотелось неимоверно сильно, и на секунду Санджи даже пожалел, что ушел в камбуз один. С другой стороны, в данный момент все заняты рассказами Бепо и остальных о том, что им удалось выяснить о наркотике после набега на клинику. О том самом наркотике, из-за которого коку теперь запретили курить. «Надеюсь, они хоть что-нибудь узнали, не то я точно коней двину без курения», — выдохнул Винсмок, падая лбом на столешницу. Посидев так секунды две, он вскинул голову и уставился на двери с подозрительно решительным видом. «Так, — принялся рассуждать кок, — маримоголовый сейчас с Луффи и в ближайшее время оттуда точно не выползет. Чоппер и Траффи уединились с Бепо и прочими, чтобы обсудить наркоту. А значит…»       Пальцы сами отыскали в кармане подобранную ранее чью-то пачку сигарет. После недавнего внепланового потопа она вымокла насквозь и теперь, более-менее подсохшая, была сыроватой, но выкурить ее все еще можно: Винсмок постарался «спасти» ее вовремя. Достав зажигалку, Санджи поднес ее к уже зажатой в зубах сигарете и… остановился. Он обещал Нами-суан не делать этого. Обещал, но… Логика курильщика — поистине ужасающая вещь.       Дрожащие руки мешали запалить зажигалку с первого раза, но вскоре в воздухе все же вспыхнула маленькая искорка, приятно согревшая что-то в душе. Язычки пламени почти лизнули фильтр, когда дверь камбуза открылась с ноги.       — Черт возьми, где мои сиги? — по каюте разнесся недовольный бас Жан Барта. Санджи молча вобрал сигарету за щеку целиком, с сожалением сминая ее губами. — О, пасиб, что нашел их, кок мугивар.       Пошатнувшись от благодарственного хлопка меж лопаток, Винсмок с натянутой лыбой пробулькал «Пожалуйста».       «Ну, может, оно и к лучшему», — размышлял он, глядя вслед удаляющемуся Барту и усилием воли не пуская слезу от расплывшегося по каюте запаха никотина. Только что Винсмок добровольно отказался от своей, вероятно, последней возможности закурить, зато гордо сдержал слово, данное любимой меллорин.

***

      С возвращением на субмарину пиратов Сердца все тут же куда-то разбрелись, в очередной раз оставив Зоро наедине с Луффи. Вот только последнее время мечнику это нравилось все меньше, ведь он понятия не имел, как вести себя с ним, этим новым Луффи, который только и делает, что пытается улизнуть. Когда рядом находился хоть кто-то из накама, Зоро хотя бы понимал: происходящее — реальность, а не иллюзия его начавшего сходить с ума разума. Но когда с ними не оставалось никого…       Зоро и правда слетал с катушек. Ему все чаще стала сниться смерть капитана, во всех возможных вариациях, неописуемого количества способами. В нескольких снах Ророноа даже сам его убил: то катаной лишил головы, то задушил, то…       Старпом не сразу понял, что вонзал в тело капитана меч, так похожий на нодати Трафальгара, сейчас дрожащий в его ладонях, только во сне. Да и понял-то это лишь по лицу вполне невредимого Рейна, глядевшего на него своими большими темными глазами с неприкрытой… тревогой?       — Ты чего плачешь? — склонив голову набок, полюбопытствовал Рейн. Ророноа моргнул, не сразу поняв суть вопроса. А едва понял, поспешил отвернуться и закрыть щеку рукой. Скула и правда была влажной. Он что, реально… — Я никому не скажу, — Найт кивнул на его ладонь, все еще прятавшую единственную, но все равно такую постыдную слезу. Затем Найт улыбнулся. Так ярко и искренне, будто и не забывал ничего. Будто здесь и сейчас перед Ророноа сидел родной и теплый Монки Д. Луффи, а не чужой и холодный Найт Рейн. Один и тот же человек, одна и та же улыбка. Но… почему же они тогда настолько разные?       — Ты… действительно все забыл?       Слова, вырвавшиеся явно не к месту, слетели с губ сами, не дав Ророноа и секунды на их осознание. А когда он их осознал, было поздно: Рейн изучал потолок с несвойственным ему задумчивым лицом. Похоже, он понял вопрос Зоро по-своему. И по-своему же ответил:       — Ну-у… Кое-что помню. Помню нож и что меня кто-то спас. А, и твой запах!       От последнего Зоро подавился воздухом и оказался в шаге от смущения. Но если это правда… то, может, не все потеряно? «Он говорил то же самое на берегу до отключки», — зачем-то вспомнилось, только… Луффи вполне мог запомнить запах старпома тогда, на рынке. В первую встречу Ророноа с Найтом. «Но вроде он сказал, что уже тогда смог узнать его… — нахмурился Зоро. — Или мне все же показалось? Стоп, — оборвал он сам себя, — Луффи упомянул нож и спасителя. Его спасли от ножа? Или спасли ножом? Что, блин, там произошло и кто его спас?»       Лишь ощутив слабое прикосновение к своей ладони и увидев на ней руку Рейна, Зоро понял, что все это время смотрел вниз. Подняв взгляд на Монки, Ророноа также понял, что тот глядит на него слишком уж уверенно. Точь-в-точь, как их капитан, когда задумал нечто безумное и столь же опасное. А, как известно, в такие моменты их капитана уже невозможно отговорить.       — Зоро, — его имя из уст этого парня звучало заклинанием. И потому Ророноа отозвался без колебаний.       — Да?       — Помоги мне сбежать.

***

[ Включите трек 1 ]

      «Не верю, что он просто решил сбежать!»       Недовольно вышагивающая Офелия тайком спускалась в подвалы. Покрытые плесенью ступеньки отзывались гулким эхом от каждого шага, а голые стены отдавали холодом. Легкие неприятно щекотал просыревший воздух, пугающий полумрак давил на нервы, но она упрямо шла дальше, даже не думая останавливаться. «Роно ходил сюда каждый день, хотя бы раз в сутки, — вспоминала она. — Если я хочу что-то понять, то должна все проверить». Шагать в тьму было страшно, но зажечь свет и выдать свое присутствие было еще страшнее. Имея дело с «Мая», никогда не уверен, нет ли за тобой слежки или чего-то подобного. Офелия и сама часто наблюдала за тем же Роно, Сэном или Пэлом. Эта троица обожала создавать Скаму проблемы, даже не прикладывая усилий.       Наконец ступеньки кончились, и взору девушки предстала обшарпанная дверь с увесистым замком. Офелия глянула на толстую связку ключей, что на днях нашла в доме Роно, и удрученно вздохнула. Изучая внимательно дверь и возможные звуки за ней, она штурмовала замок и будто вскользь вспоминала, как впервые застукала Роно за походом в подвал. Всякий раз он ее замечал и менял маршрут, упорно не позволяя прознать, куда собирался на самом деле. А однажды ей все же повезло прокрасться за ним неуслышанной, и Роно даже почти вставил ключ, как Офелия внезапно чихнула. И ожидаемо оказалась утащена наверх. Он запрещал ей спускаться в подвалы, но Офе-чан до сих пор не понимала, зачем.       Воздух прорезал тихий щелчок замка: один из ключей подошел. Сглотнув, Офелия толкнула дверь, оказавшуюся неимоверно тяжелой. Толчок вышел довольно слабым, чтобы ее открыть.       — Тебе нельзя туда, — слова Роно, сказанные в тот день, нежданно всплыли в голове, заставив остановиться. Он говорил это ей каждый раз, но каждый раз оставался неуслышанным.       — Да почему? — возмущалась всегда она. А вот теперь понимала. За вновь ударенной дверью распростерлись бесчисленные клетки, растянувшиеся вдоль стен помещения. Давно облезшие прутья демонстрировали всех пойманных охотниками людей. Тех самых, семьи которых до сих пор проклинают «Мая». Тех самых, из-за пропажи которых и поползли все те разговоры о похищениях. Тех самых, что по словам Скама стали членами «Мая» и трудились на некоем секретном штабе. Тех самых, о свободе которых галдели всю казнь. Связка ключей со звоном упала на пол.       — Что… это? — она спросила, уже осознав ответ. Под штабом «Мая» находилась тюрьма. Люди, томящиеся здесь, жители ее родного города. Мужчины, женщины, и даже старики. Все исхудавшие, в ссадинах и кровоподтеках. — Это сде…лал… Роно? — дрожащим от ужаса голосом выдохнула Офелия.       — Офе-чан! — окликнул ее некий узник, подошедший к прутьям вплотную. Реймонд с болью в груди узнала в нем старенького соседа Йоши. — Рад тебя видеть, — Йошида ободряюще улыбнулся, выпрямляя свои морщины. — Ты к нам сегодня вместо Роно?       — А… да…       — Его больно долго уж нет, — к их неожиданному диалогу присоединилась женщина из клетки напротив. — Неужто до сих пор на миссии? Спасибо, что хоть ты пришла, Офелия, — она также подарила Реймонд улыбку. «Айрин-сан тоже здесь…» — Ты как-то слишком исхудала, — Айрин нахмурилась. — Ты нормально питаешься?       — Д-да… — Офе-чан закусила губу, в мыслях отметив, что сама Айрин намного тоще.       — Как там твой старик? Не хворает?       — Немного скачет давление и бывает бессонница, а так вполне здоров, — Офелия ответила машинально.       — Вот как! — женщина засмеялась. — Приятно слышать. Не разорились хоть?       — Нет, все хорошо…       Офелия отвечала на вопросы каждого. В основном жители просто радовались ее визиту и уточняли последние новости, но… было также и кое-что, взволновавшее девушку всерьез. Все эти люди до единого беспокоились исчезновением Роно.       — Не обращай на них внимания, — очевидно, заметив ее смятение, Йошида мягко улыбнулся. — Роно раньше приходил нас проведать каждый день и, видно, слишком уж разбаловал.       — И… что он делал? — осторожно спросила Офелия. Старик задумчиво почесал бороду.       — Да вроде ничего особенного, — наконец изрек он. — Всего-то подкармливал нас да разговаривал с нами. Нам ведь все еще интересно, как там, в городе.       Слуха Офе-чан коснулся искренний смех, за которым таилась такая же тревога, как и у остальных. Посещавший их ежедневно человек вдруг прекратил приходить. Кто угодно бы заподозрил неладное.       — Не… волнуйтесь, — Реймонд сама не поняла, зачем заговорила. — Роно просто… на миссии.       — Да? Вот и славненько.       Под весело зашуршавшие голоса Реймонд держалась из последних сил, чтобы не заплакать.       — Что мне делать, деда? — выдохнула она уже в родной таверне, растянувшись за барной стойкой лицом вниз и созерцая свое подавленное отражение на идеально чистой столешнице. — Я услышала то, что не должна была слышать, и увидела то, что не должна была видеть. И теперь без понятия, как поступить…       Такамура, кормивший кота, выпрямился и посмотрел на внучку.       — Что делать, спрашиваешь, — вдумчиво повторил он. Какое-то время старик молчал, и до девушки доносились лишь болтовня посетителей да сербанье Арчи под стойкой. — Прежде чем что-то делать, — заговорил снова Така, — пойми, поможешь ты этим кому-то или же навредишь. Порой лучше не вмешиваться, чтобы не сделать хуже, но все зависит от ситуации.       Подняв взгляд на деда, Офелия честно задумалась, сумеет ли чем-то помочь. Однако единственный, кому получится помочь действием, — это Роно. Например, Реймонд может его предупредить, рассказав о подслушанном разговоре Скама и Вайла, или даже помочь спрятаться, но… тогда ей придется пойти против Скама-самы. «Я могу помочь Скаму-саме, только если все пущу на самотек…» То, что она также могла помочь любимому, найдя для него Роно, Реймонд отчаянно упускала. Приближать гибель этого глупого мальчишки или как-то способствовать ей Офелия точно не собиралась. Предавать Скама очень неприятно и — так и быть — страшно, да и с Роно они никогда не дружили. В таких условиях…       — Сделаю я что-то или нет, это поможет лишь одному, — озвучила досадное заключение своих домыслов Офе-чан и с отчаяньем уронила голову вновь на столешницу, больно стукнувшись лбом. Така с сочувствующей улыбкой наблюдал за шикнувшей от боли внучкой, а отвлеченный от еды Арчи мурлыкнул где-то в его ногах.       — Поступай, как велит тебе сердце, — хмыкнул дед, возвращаясь к своей работе. Прыгнувший на стол Арчибальд важно сел перед Офе-чан и, взмахнув хвостом, начал вылизываться.       — Сердце… — повторила Реймонд едва слышно, запуская ладонь в шерсть кота. Если так, то она уже знала, как поступить.

***

      Нико глядела на безжалостно раздавленный Ден-ден-муши, единственную ниточку, связывавшую их с накама. Ей стоило огромных трудов дотянуться до него и скинуть трубку, и просто счастье, что Хилл не размозжил ей голову раньше времени. Впрочем, именно этим он сейчас и собирался заняться. Ну, вернее, не лично он, а его подручный.       — Как у тебя только хватило сил? — прохрипел один из союзников Хилла, медленно поднимая Нико за волосы. Что ж, похоже, здесь все и закончится. — Хотя знаешь, — Робин швырнули обратно ненужным мусором, — босс говорил, вы, мугивары, очень не любите, когда на ваших глазах страдает ваш накама. Эти двое, — охотник бездушно ткнул за спину стоявшего рядом с ним Хилла, где уже долгое время валялись тела павших Брука и Френки, — к сожалению, уже без сознания, так что поиздеваться над ними не выйдет. Так не очень-то интересно, согласись? Вы ведь тоже так думаете, Хилл-сан? — тут он со взглядом преданного пса повернулся к Хиллу. За всю недавнюю битву этот коренастый парень не проронил ни слова, точно был немым, но Робин знала: он умеет говорить. Хилл поприветствовал их перед тем, как напасть. — Это сделать нам или Вы сами?.. — болтливый запнулся, едва Хилл начал шагать в сторону Френки. — Сами, значит…       Он разглагольствовал еще о чем-то, но все внимание Робин приковалось к Хиллу, который вдруг достал большой шприц со знакомой жидкостью.       — Ты ведь узнала, что это, верно? — заметив встревоженность в ее глазах, съехидничал болтун. Робин действительно узнала. Вне всяких сомнений, в шприце находился наркотик. Тот самый, которым их накачали, чтобы похитить Луффи. Тот самый, после которого Френки едва спасли. И сейчас Хилл направлялся с этим шприцем именно к Френки. «Они все знают», — с ужасом поняла Нико. Катти Флам был единственным из мугивар, кто чуть не погиб от полученной дозировки. Неизвестно, сколько им вкололи этой дряни тогда, но…       — Такое количество с трудом переживет даже обычный человек, — оправдал ее худшие подозрения охотник. — Интересно, что станет с твоим приятелем, если в этот раз доза будет в десять раз больше?       Даже думать не надо. От такой дозы Катти умрет.       Робин попробовала встать, но ослабленное дождем тело отказывалось слушаться. «Не…льзя, — отчаянно пытаясь подняться, думала она. — Френки!»       Хилл приблизился к Фламу и окинул его безучастным взором. После медленно, будто бы издеваясь, занес над ним руку со шприцем. Всего одно движение — и жизнь Катти Флама прервется, в этот раз уже действительно навсегда.       — Нет, — Нико дернулась, но лишь напоролась на удар в ребра за непослушание. «Он смог пережить поезд и все наши приключения. Неужели теперь…»       Рука Хилла начала опускаться.       — Френки!       Кто-то закрыл ей глаза. Рывком убрав чужую ладонь, Робин увидела, что между Хиллом и Френки вальяжно покачивалось крупное растение, из стебля которого торчал шприц. Создать такое в считанные секунды мог только…       — Усопп?..       Обернувшись в поисках товарища, Робин увидела Нами, руку которой до сих пор сжимала. Так это она закрыла ей глаза… Взгляд женщины скользнул дальше. Чуть поодаль Пенгвин и Шачи с азартом постояльцев казино вырубали охотников одного за другим. Они… спасены…       — Ребята…       Слезы, так и не потекшие из глаз, смахнулись тонкими пальцами Нико и растворились в каплях дождя, призывно сверкнувших на вспышке молнии. Нико только сейчас поняла, что все это время над ними бушевала гроза.       — Если что, я погоду не трогала, — поторопилась защитить свое доброе имя Нами, когда Робин воззрилась на небо, хотя ее никто не думал порицать. — Ух и странный же этот остров…       — Твою ж маковку! — пискнул где-то Усопп, и девушки повернулись на его голос. Тут же вцепившись друг в дружку от ужаса. Раздосадованный неудачей с Катти, Хилл нацелился на канонира, весьма успешно сбив того с ног и теперь намереваясь избавиться от него куда более кровожадным способом, чем передоз наркоты. С другой стороны, Френки-то и порезать почти нигде нельзя — разве только сломать. А вот Усоппу гигантской секиры бояться еще как положено. Хотя бы потому что перерубленным пополам, увы, не поживешь даже в их чокнутом мире. Кое-как вскочившему на ноги снайперу снова пришлось убегать от преследователя, петляя и спотыкаясь от усталости. Все же Пэл его тогда не хило вымотал… В очередной раз споткнувшись, Усопп шлепнулся на колени с кошмарным пониманием, что уже не успеет подняться. Откатиться от первых пяти выпадов он еще смог, каждый раз сжимаясь в ком от вида гигантского лезвия, вонзавшегося в землю подле его головы, а вот на следующей попытке удача подвела его, решив зацепить одежду парня за торчащий из земли корень. Секира с неописуемой скоростью ухнула вниз.       Молния очертила небо под рычание грома.       Тела канонира секира так и не достигла, сколько бы тот ни ждал этого с крепко зажмуренными глазами. Осмелившись подсмотреть, что случилось, Усопп приоткрыл один глаз, тут же открыв и второй, не поверив увиденному. Перед ним, заслонив собой от Хилла, стоял Пэл. Почти задыхающийся от бега и тяжести огромного топора, лезвие коего он удерживал трясущимися от напряжения руками над своей головой, юный аптекарь глядел Хиллу в лицо, даже не думая прятать взгляд. Тем более что с этим неразговорчивым бугаем общаться нужно именно глазами. Какое-то время они так и стояли, пока у Пэла не начали иссякать силы, и Хилл, дабы не зарубить давнего приятеля, вырвал оружие из его цепких пальцев и вернул себе за спину.       — Вы, — Пэл нечитаемым взором глянул на мугивар. Остановившись на Усоппе, он пальцем ткнул в шумевшее вдалеке море. — Уходите.       — Почему ты меня сп…       — Потому что, — перебил его Пэл и ткнул в море более агрессивно. — Ну же, убирайся! И дружков своих захвати!       Канонир решил не настаивать и послушно водрузил Френки на плечи. Остальные уже подобрали Брука и ослабевшую Робин, также готовые выдвигаться.       «Хороший он все-таки парень, — думал Усопп, украдкой поглядывая на своего нежданного спасителя. — Надеюсь, еще свидимся».       «Надеюсь больше никогда их не увидеть, — думал Пэл, смотря им вслед. С пониманием абсурдности своего поступка он развернулся к злющему Хиллу. — Если босс об этом прознает… меня либо убьют, либо заставят пройти проверку на верность».       «Пройти проверку на верность» в «Мая» означало избавиться от того, кто эту верность пошатнул. Иными словами, Скам заставит Пэла убить спасенных им мугивар, а если тот откажется, то сам лишится жизни. Как предатель. «Как Роно-семпай», — незвано пронеслось в мыслях.       — Хилл, ты… ведь не скажешь ничего боссу, да? — с мольбой в глазах проговорил парнишка. Хилл молчаливо сверлил в нем дыру взглядом вместо ответа. Затем, поправив секиру за плечом, зашагал к побежденным накама. Пэл вздохнул, покосившись в ту сторону, куда ушли мугивары.       «Надеюсь больше их и правда не увидеть».

***

[ Включите трек 2 ]

      — …Сбежать?..       Ророноа вглядывался в лицо Найта снова и снова в надежде, что ему послышалось, но серьезность в глазах Луффи была такой же, как в тяжелые для их команды времена. Это лишь подтверждало: Ророноа услышал именно то, что услышал, и никаких слуховых галлюцинаций и того подобного не было. Впрочем, как и понимания, зачем Луффи вообще понадобилось сбегать. Тот же факт, что Рейн всего лишь хотел вернуться в свой новый дом, Зоро умело игнорировал. Некстати вспомнились слова Рейна о некой операции, которую должен провести над ним Пэл, и что-то о том, что он торопится к Скаму и…       — Да! — будто взгляда было мало, Монки решил подтвердить все словами. — Ты хороший парень, ты даже спас меня несколько раз! Вы говорите, что одному мне идти опасно, но если со мной пойдешь ты, то все ведь в порядке, правильно?       Зоро нахмурился. Луффи, конечно, говорит верные вещи, однако… сбежать с ним? Что за… безумие? Такая сумасшедшая мысль действительно могла прийти в голову только его капитану.       — Ну, пожалуйста? — Монки сложил ладошки в молящем жесте и прикрыл один глаз, уставившись на Ророноа пораненным. От неудобства почти сразу закрыв его и глянув здоровым. — Пойми, мне о-очень нужно вернуться! — вновь попытал счастья он. — Скам уже наверняка меня ищет, так что мне стоит поторопиться, иначе я не смогу найти того, кто спас мне жизнь! Пожа-а-алуйста!       — Ну сбежим мы, и что дальше? — попробовал достучаться до него старпом. — Где ты планируешь искать своего спасителя? Ты ведь даже не помнишь, как он выглядел, я прав?       — Подумаешь, — Д. надул губки, искренне не замечая проблемы. — Уверен, я узнаю его при встрече.       Зоро скептично изогнул бровь.       — Так и будет, говорю тебе! — принялся доказывать Д. — Я его увижу и сразу пойму: это он! Это будет, как пуф, бах, вжих!       — Пуф, бах, вжих? — брови Зоро окончательно поплыли вверх. Даже став Рейном, Луффи не научился объяснять по-человечески.       — Зоро скучный, — сдался Рейн, едва понял, что Ророноа не вник в его объяснения. Но он так и не понял, почему Ророноа вдруг переменился в лице.       «Скучный, хах… Луффи… все время мне это говорил», — старпом закусил губу. Он рефлекторно коснулся кожи за ухом, куда его в самом начале их отношений укусил Луффи, но лишь сейчас это заметил. Укус Луффи, оставленный после их первого поцелуя, давно зажил, пройдя без следа. Точно так же, как исчез и сам Луффи.       — Зоро, — Найт снова позвал его, и мечник поспешил убрать ладонь. — Пожалуйста, помоги мне, — попросил Найт, заглянув ему в глаза и мягко накрыв его руки своими. — Я без тебя не справлюсь.       Сердце Зоро пропустило удар. Его капитан скорее бы позволил себе умереть, чем обратился бы к кому-нибудь за помощью. Но в том-то и проблема. Этот человек уже не его капитан. Найт Рейн. Кто-то, кого Ророноа еще не знает. Кто-то, кого он только начинает узнавать. И этот пока еще незнакомый кто-то просит его о помощи. Из всех в команде Рейн выбрал именно Зоро. Зажмурившись, он подумал о том, что еще можно надеяться.       — Пожалуйста, соглашайся. Ничего не выйдет, если Скам меня сейчас найдет, — Рейн начинал нервничать, но пытался скрыть это. Как и Луффи, Рейн совсем не умел скрывать что-либо от Зоро. — Эх, хоть бы он не сильно переживал, а то мне точно влетит…       — Скам… кто-то важный для тебя? — вырвалось больше по наитию, но Ророноа было все равно.       — Так очевидно? — привычный смех Монки отозвался болью в груди. Хорошо, что Ророноа уже опытен в подобных душевных истязаниях и выстроил против них псевдо-стену.       — Ты часто упоминаешь это имя, — почти равнодушно изрек он.       — О, ну, это все потому что Скам — мой парень, — просиял Рейн. Псевдо-стена Ророноа рассыпалась к черту.       Дальнейший разговор сошел на нет: у Найта снова пошла кровь из носа, и Зоро пришлось позвать Ло и Чоппера. И пока медики без устали сражались с наркотиком в организме их пациента, вышедший за дверь Зоро сражался с дикой болью в груди. Казалось, сердце проткнули насквозь, накололи, как мясо на шампур, и, вырвав из тела, опустили в огонь.       — Хах, парень, значит?       Прислонившись к стене, Ророноа коснулся пальцами основания уха. Укус Луффи, оставленный после их первого поцелуя, давно зажил, но рана, оставленная на сердце словами Рейна, не заживет еще долго. Зажмурившись, он подумал о том, что надеяться больше нет смысла.

***

[ Включите трек 3 ]

      — Алло! Нами-семпай, Усопп-семпай! Тут такое!       — Что случилось, Бартоломео? — с легкой улыбкой спросила в Ден-ден-муши Нами, сидевшая на берегу, болтая ногами и наблюдая за канониром, искавшим волей субмарину. Робин уже более-менее пришла в себя и теперь помогала Пенгвину и Шачи привести в чувства Брука и Френки.       — Не знаю, как объяснить, но… На борту Санни люди из «Мая»!       «Что же он такой громкий-то, — вздохнул Пендиш, стоявший неподалеку от Бартоломео и настороженно тыкавший своим мечом в валявшихся на палубе двух парней. Вероятно, они появились здесь в отсутствие Бартоломео, поскольку барьера вокруг Санни не было только в тот момент. — И надо ж было этому придурку снова отойти по нужде…»       Меч, на всякий случай вынутый из ножен, остановился возле лица Сэна, после чего перешел к пустой глазнице Роно.       — Интересно, — пробормотал Пендиш, подперев щеку свободной рукой, — эти двое еще живы?