Параллель

С момента спецоперации в Лабиринте Ночи прошло уже четыре дня. Орбитальная база работала все это время круглосуточно, не отрываясь от сканеров, исследуя поверхность Марса во всех диапазонах. Наземные отряды франксов патрулировали Сидонию, Хрис защищали тейвазовские отряды, а Лабиринт Ночи все еще был тщательно оцеплен и находился под прицелом с орбиты. Ревозавры уничтожены, но лучше было перестраховаться и тщательно все проверить: после рассказа об участи пленного пилота была высказана мысль, что эти твари могут попытаться таким образом эволюционировать, что могло бы породить независимых от этого ядра существ. Именно этого боялись Рустал и остальные, и это опасение изрядно снижало радость от победы. Огромный монитор передавал все данные с орбитальной базы, распределяя их по карте Марса. Рустал Элион задумчиво смотрел на это все, однако заслышал приближающиеся шаги. — Им пришлось трудно, — произнесла Амида, встав рядом и также глядя на карту. — Верно, — кивнул магистр Элион. — Но со своей задачей они справились, и теперь война закончена. — Что теперь будет со всеми нами? — Амида посмотрела на своего собеседника. — В любом случае, будет повышение, — Рустал позволил себе усмешку. — Потом… что захочется. Я слышал, «Теккадан» не против вернуться к мирной жизни? — Да, — ответила Амида. — Они навоевались и заслужили мирную жизнь. «Тейваз»… девочки, возможно, останутся, кто среди военных, кто на базе. Парни – думаю, переведутся куда-нибудь во флот. — Ну, а мы, — раздался голос Назе, и он сам дохромал до них, щеголяя перевязанной головой, — все-таки заслужили отпуск на пару месяцев. А потом… посмотрим, но пока мы с Амидой слегка соскучились по мирной жизни. После той бури, что бушевала столько лет, требуется спокойствие, согласен, Рустал? — Верно сказано, — магистр Элион склонил голову. — Нам всем необходим отдых. Во внутреннем дворе базы был слышен шум голосов: наверняка опять Иок отгонял излишне ретивых советчиков от Стефана, который уже и сам великолепно знал, как управиться с Куджаном. Эти двое смогли найти друг друга и теперь не собирались отпускать. Это радовало Рустала: Иок позабыл о своей влюбленности в него, смог отличить настоящие чувства и сделал правильный выбор. …Стефан тяжело дышал, стараясь не терять бдительности. Тварей было слишком много, он и Герда едва успевали реагировать, но свою задачу выполняли на все сто процентов – не давали остальным ревозаврам добраться до входа в подземелье, пока там были остальные франксы. Иок с нетерпением всматривался, ожидая, когда ребята выберутся наконец-то. Он не знал, сколько прошло времени, оно сейчас перестало играть какую-либо роль, сейчас гораздо важнее запас горючего да сколько осталось снайперских патронов в винтовке. — Смотри! — Стеф заметил раньше, благодаря синхрону с Гримгердой, спустя мгновение тоже самое видел уже и Иок. Куджан выругался на родном языке, уже не зная, какую по счету молитву сейчас читать. — Взрываем запасной бак, чтобы все это засыпать? — деловито спросил Стефан, спускаясь со своей позиции. — Да, — уверенно кивнул Иок. — Раз все закончилось, то поставим тут точку. Куджан не удержался, глянув на свое запястье, где висел шнурок с мантрой. Кажется, боги все-таки на их стороне. Мика пристально отслеживал все перемещения Орги по комнате, стараясь ни на секунду не упускать его из вида, даже не выпуская на кухню за едой. Орга понимал причину такого поведения – Мика действует сейчас на инстинктах и боится снова остаться без партнера, боится его забыть. — Никуда я не денусь, — Орга осторожно погладил один из рогов Мики, тот как раз удобно устроил голову на его коленях, пока лидер «Теккадана» занял диван и изучал планшет с Сетью на предмет последних новостей. Новости были, и огромное количество – «Гьяллахорн» официально подтвердил полную ликвидацию ревозавров на Красной планете. Орга и сам знал это, он никогда не забудет те мгновения, когда все было буквально на грани, но они смогли это сделать, смогли защитить тех, кто им дорог. …Орга закашлялся, стараясь отдышаться. Нужно поднять франкс, пока на них никто не напал, иначе в таком случае Барбатос будет обречен. — Назе, твою мать! — выругался Орга. — Ты… ты еще… — Живой… — Назе с трудом приподнялся на ложементе, от каждого движения все перед глазами плясало – похоже, ему все-таки сильно досталось, да и кажется, нога все-таки сломана. — Нам надо подняться, — Орга снова потянулся к рукоятям управления. — Поднимайся, Назе. — Сейчас, — Назе в этот момент больше всего боялся того, что прервется синхрон с Барбатосом, но франкс послушался его: Барбатос перевернулся, припав на все четыре конечности, хвост-копье снова был готов атаковать. Мелкий ревозавр, кивнувшийся было к ним, оказался перерублен на лету, добавив свою кровь к той, что уже была пролита тут. Нет, они не сдадутся, никогда, и сколько еще хватит сил – столько и заберут с собой ревозавров, лишь бы только МакГиллис и Исуруги смогли уничтожить Ядро. Без Ядра – конец войне, мгновенно. Орга всмотрелся в сканеры – к ним приближалась метка, обозначенная как Видар. — Живы… — Орга этому искренне порадовался, Назе коротко хмыкнул: уж он-то и не сомневался, что Бодуины после своей прогулки за гранью из этой переделки выберутся живыми. — Идем, встретим их, — Назе повел франкс вперед. Взрыв – и твари начали падать, одна за другой превращаясь в камень, но отвратительную гадину, пришпиленную к копью Барбатоса, это не брало! Она снова начала разматывать кольца змеиного тела, готовясь к атаке, только прозрачное нутро с человеческим телом наливалось красным, тошнотно-алым цветом человеческой крови. — Нам придется это сделать, добить его. Человека там уже нет, — Орга отдернул их от удара. — Никому не скажем, что видели, — Назе закрыл глаза, силы его оставляли. Хвост, несколько раз обвившись вокруг бронированного тела, точно ударил острием, разрывая утробу и человека в ней. Они едва успели выдернуть оружие, прежде чем тварь обратилась в камень, но тело, нанизанное на копье, они уложили у разбитого франкса. Разведчик заслужил покой. Ревозавры на пути больше не попадались. Гаэлио и Эйна только вчера выпустили медики: все время после возвращения на базу им пришлось проваляться с капельницами, к тому же у Гаэлио снова начала болеть спина – слишком сильно было пережитое во время боя напряжение. Эйн себя тоже не слишком хорошо чувствовал, не в силах долго стоять на ногах. Да и только сейчас красноватые отблески в глазах Эйна начали исчезать, что успокаивало его встревоженного супруга. Их хоть и отпустили, но прежний режим соблюдать было необходимо: никакой нагрузки, излишней двигательной активности. Вопрос том, выдержат ли Бодуины перелет до Земли, пока оставался открытым, по крайней мере, еще месяц им лучше было провести тут. Проблемы здоровья волновали, но большую часть тревоги вызывало совсем другое беспокойство. Медики даже их не пускали пока в карантинную зону, отвечая односложно, на что Эйн только расфыркался, напомнив использовать уже старый добрый способ через окна или задействовав франкс, но Гаэлио предложил подождать еще день, и потом уже действовать – либо так, либо узнать все у магистра Элиона. А пока они неспешно прогуливались по оранжерее: тихо, спокойно и никто не помешает, все заняты своими делами. — Наше первое свидание состоялось здесь, — улыбнулся Гаэлио, останавливаясь возле кустов стрелиции и осторожно коснувшись яркого цветка, так похожего на тропическую птицу. — Да, — Эйн обнял супруга. — Мне тогда показалось правильным, что ты должен увидеть всю эту красоту. — Поверь, я умудрялся смотреть и на цветы, и на тебя, — Гаэлио притянул Эйна ближе, тот прижался, прикрыв глаза. — Мне будет не хватать этой оранжереи. — Амида и девочки будут заботиться о ней, я уже спрашивал, — ответил Эйн. — И думаю, твой отец не будет против кое-каких перемен в саду у особняка? — Он согласится, и Альмирия тоже придет в восторг, — произнес Гаэлио. — К тому же нам в саду придется много и часто гулять. — Знаю, я уже читал всю необходимую литературу. И в саду надо будет обязательно добавить пруд. С карпами кои и лотосами. — Все бы ничего, но меня волнует только одно… — вздохнул Гаэлио. — Меня тоже, — признался Эйн. — Но все будет хорошо, мы все просто-напросто заслужили это! …Алая подсветка брони Видара делает его еще более диким и хищным, франкс сейчас всецело оправдывает данное ему имя бога безмолвия и мести. Эйн охвачен таким же азартом, в его глазах – такой же алый оттенок, сейчас он балансирует на грани между своим человеческим и теми каплями крови ревозавров, что имеются в нем… Франкс разрубил очередного противника, взмыл фонтан синей крови. Нет уж, проигрывать они не намерены, им есть зачем так стремиться вернуться домой, к семье и друзьям. Все должно получиться, МакГиллис и Исуруги обязательно справятся… — Еще один, — Гаэлио заметил очередного ревозавра, у того не получалось подкрасться к ним. Участь его уже была предрешена, Эйн действует быстро и беспощадно. Они оглянулись по сторонам: пещера, куда их загнали ревозавры, была уже вся почти заполнена их телами и синей кровью, но пока больше новых нападений не наблюдалось. — Убираемся отсюда, — произнес Эйн, направляя франкс к выходу. В коридоре они замерли, удобнее перехватив оружие – издалека доносились звуки боя, это Орга и Назе бились со своими противниками. — Мы идем за ними, — это был даже не вопрос, Эйн оглянулся на Гаэлио, уже зная ответ супруга. Снова то ощущение, которое бушевало в синхроне при бое в пещере – Эйну казалось, что еще немного, и он на самом деле увидит рядом с собой того, другого, кому раньше принадлежал Кимарис. — Ускорители работают, — Гаэлио проверил их состояние. — Топлива тоже хватает. — Еще один плюс того, что Видар использует холодное оружие, — ухмыльнулся Эйн. Кроме ножных лезвий, в ногах франкса находились и ускорители – да, они сжигают много топлива, но самое то при экстренном отступлении. Это главный инженер Арианрода настояла на том, чтобы в франкс вмонтировали ускорители, и надо будет поблагодарить эту женщину за помощь, когда Бодуины снова побывают на лунной базе флота. Видар мчался вперед, благо что ревозавров больше не было на его пути. Коридор вывел их к помещению, где должно было быть Ядро, и на пороге огромной каменной залы Эйн сразу заметил лежащую громаду Баэля. Он направил франкс к ним, и Гаэлио, глянув на мониторы, похолодевшим голосом произнес: — Эйн… на сканерах нет признаков жизни. — Нет! — Эйн сорвался на злое рычание, не в силах поверить в то, что они опоздали. Пусть и на несколько мгновений, но опоздали. Франкс осторожно подхватил Баэля, еще одно сканирование только подтвердило – наличия жизни в втором франксе нет. Все равно, их надо забрать отсюда, вытащить, вернуть на базу… В карантинной палате не было тихо: слышалось мерное гудение работающих приборов, дыхание присутствующих тут людей, приоткрытое окно доносило звуки улицы. МакГиллис Фарид долго приходил в сознание: то почти вырвавшись из сна, то снова в него погружаясь. И были сны… разные, порой мелькало детство, но все чаще в этих снах были отражения недавних событий. Казалось порой, что там, в сновидениях, он слышит чей-то шепот, кто-то стоит так близко и что-то тихо говорит, но у МакГиллиса получается разобрать всего несколько слов – «не оставляй его». Ему хотелось повернуться, но по какой-то причине Фарид не мог даже шевельнуться, и это пугало. После – его всегда захватывала знакомая уже темнота, а затем все начиналось сначала. Но сегодня у МакГиллиса хватило сил вырваться, открыть глаза. Он молча смотрел в незнакомый потолок над собой, осознавая тот факт, что все-таки жив. Но что с Исуруги?! — И… Исуруги… — со второй попытки у Фарида получилось произнести имя партнера. Мгновения, тянущиеся словно вечность, торопливые шаги – и наконец-то родной голос: — Я здесь… … До Ядра оставалось еще немного, и МакГиллис не собирался отводить взгляд. Он чувствовал Исуруги, его мысли, эмоции и переживания, и шептал любимому: «Я с тобой, всегда». Страха больше нет, только какое-то непонятное спокойствие. Жаль только, что они с Исуруги так и не съездили на то озеро с лотосами… А затем, когда до цели осталось совсем немного, МакГиллиса Фарида резко накрыла темнота. И все. — Исуруги… — МакГиллис осторожно протянул руку, чтобы коснуться, убедиться, что перед ним не призрак, не иллюзия, не марсианский мираж или галлюцинация. Его руку обхватили ладонями, затем Исуруги осторожно коснулся губами кожи – теплый, живой и рядом. — Мы смогли, МакГи, — Камайс улыбнулся. — Все получилось, Ядро уничтожено, ревозавров больше нет. Ребята тоже живы. — Я помню темноту… Что это было? — Полагаю, это был прощальный подарок от Агники, — ответил Исуруги. — Синхрон был разорван, и в тот момент, когда Баэль разрубил Ядро, мы им не управляли. Но это и защитило нас, иначе бы нагрузка оказалась слишком сильной. — Нас спас Агника? — Триста лет назад Агнике не было к кому возвращаться назад, поэтому он и остался навсегда там, в своем франксе. Мы же больше всего хотели жить и быть счастливыми. Думаю, ему понравилось это рвение. — Что ж, — МакГиллис осторожно приподнялся, Исуруги удобнее подложил подушку под его спину. — Нам с тобой теперь надо жить еще и за него. — Да, — согласился Исуруги. — Зато Эйн и Гаэлио здорово перенервничали, когда вытаскивали нас из франкса – на сканерах Видара не было зафиксировано, что мы живы. — Они наверняка злятся… — вздохнул МакГиллис. — Нет, волнуются куда больше, — Исуруги осторожно лег рядом, крепко прижавшись. — Четыре дня уже прошло, ты только сейчас очнулся. — Видимо, задело сильнее. Заражения же нет? — Нет, ничуть, но пока что мы валялись в карантинном блоке. Думаю, к вечеру уже выпустят отсюда. — И первым же делом мы с тобой поедем в долину Кейсейэ, к озеру с лотосами, — решительно произнес Фарид. — В прошлый раз добраться не получилось, значит – сейчас. Он уже определился с целью поездки: не только посмотреть на столь любимые Исуруги лотосы, но и кое-что еще. Осталось только поговорить с техниками, чтобы немного помогли в задуманном. — А франксы? Их сильно задело? — с определенным интересом спросил МакГиллис. — Они на ремонте, Баэлю почти оторвало одно из крыльев, да и броня побита, остальные тоже требуют замену брони и некоторых деталей, — ответил Исуруги. — А что? — Просто подумал, что с ними будет потом. Пилоты франксов ведь больше не нужны. — Мы сохранили синхронизацию с ними, — произнес Исуруги. — Все, связь пилотов с их франксами не исчезла, они запомнили нас, запомнили нашу кровь. А магистр Элион… отец, он хочет, чтобы франксы после ремонта перевезли в хранилище «Гьяллахорна», где они и были. — Что ж, идея неплохая. Больше никаких сражений, никакой войны. И мы отправимся домой, Исуруги, — МакГиллис осторожно поцеловал любимого. — И да, ты все-таки признал Рустала отцом? — Да, — Исуруги смутился. — Он тревожится за нас всех и волнуется. — Передохнем тут и затем отправимся домой, — произнес МакГиллис. — Займемся чем-нибудь мирным, спокойным, будем потом ездить в гости к Гаэлио и Эйну, можем даже побывать на свадьбе Иока и Стефана, изредка будем выбираться сюда, к ребятам. — Я всецело за такой вариант, — улыбнулся Исуруги. — Вернемся домой. Медики не стали тревожить пару, давая им побыть вместе, однако магистру Элиону тут же сообщили, что МакГиллис наконец-то очнулся. Рустал поблагодарил врача, дождавшись, когда он уйдет, стоявшая рядом с отцом Джульетта произнесла: — Это было ожидаемо. МакГиллис слишком упрям, чтобы так просто сдаться и оставить Исуруги одного. …Она тоже была там, в той спецоперации, вместе с группой поддержки. Когда франксы выбрались, Джульетта с остальными спускалась с возвышения, чтобы помочь. Гаэлио и Эйн самостоятельно выбрались из Видара, Эйн уже сильно хромал, но все равно шел вперед. Гаэлио первым добрался до люка на броне Баэля, через несколько мгновений к нему присоединился Орга, помогая открыть. Назе, в отличие от Орги, сам выбраться не мог, только обессиленно развалился на ложементе – хоть что с ним сейчас делайте. Джульетта скомандовала обеспечить оказание первой медпомощи пилотам, самыми последними к ним присоединились Иок с Стефаном – они подорвали запасной бак с горючим, запечатав там вход в подземелье. Первым во франкс пробрался Гаэлио, он метнулся к брату, не обращая внимания на боль в спине. — МакГиллис! Он первым делом проверил пульс – слабый, но есть, сам же МакГиллис был весь бледный, на лице – следы крови. Орга осторожно поднял на руки Исуруги, тот слабо застонал, но не очнулся. — Живы… — выдохнул Гаэлио. — Выжили. Их уже ждали снаружи – и медики, и взволнованный Эйн. Гаэлио, найдя супруга взглядом, улыбнулся – все нормально, они живы. МакГиллисом и Исуруги тут же занялись врачи, укладывая на носилки. Группа техников уже приступила к транспортировке франксов обратно. Теперь можно и на базу возвращаться. — Ты ведь верил, что у них все получится, и они смогут вернуться, — Джульетта посмотрела на отца. — Ты ведь знал. Откуда? — Я рассчитывал, что их совокупной мощи хватит для такого, к тому же Исуруги помнит, как в прошлый раз Агника Кайеру уничтожил Ядро. И да, ты права, я верил в них. — Горжусь своими братьями, — Джульетта довольно улыбнулась. — Они молодцы. Рустал согласно кивнул и, прежде чем пройти мимо пустого уже зала, где раньше собирались пилоты и кураторы для обсуждения миссий, глянул на экран с картой. Синих отметок больше не было нигде.

***

Их действительно выпустили из карантинной палаты вечером, но не из медблока. Медики сообщили, что пока майору Фариду и пилоту Камайсу необходимо остаться тут, на лечении. МакГиллис попытался протестовать, однако стоило ему подняться на ноги, как его настигло головокружение, и Исуруги тут же уложил его обратно. — Ладно, признаю, может, стоит еще отлежаться, — сообщил МакГиллис. — Тебя сильнее задело, — Исуруги лег рядом, обнял. — Раньше со мной тоже такое бывало, надо отлежаться и много спать. — Только спать? — ухмыльнулся Фарид, обнимая Исуруги, тот подался ближе и поцеловал. Осторожный сперва поцелуй быстро изменился в более жадный и нетерпеливый, МакГиллис уже втащил Исуруги на себя, не отрываясь от его губ и задрав больничную футболку, чтобы не мешалась касаться кожи. — Это тоже относится к лечению? — раздавшийся в дверях голос магистра Элиона заставил их замереть на месте. — Вообще-то да, — фыркнул МакГиллис. — Вы тут устраиваете обход пациентов, магистр Элион? — Выразить свою благодарность за победу, — ответил Рустал, проходя в палату. Смущенный Исуруги живо вернул футболку на место, но все так же прижимался к Фариду. — Мы победили ради всех, — ответил МакГиллис. — Ради семьи, ради друзей и близких, ради всего Марса. — Я верил, что вы справитесь и вернетесь, — произнес Рустал. — Теперь поправляйтесь, набирайтесь сил. И с повышением, подполковник Фарид. Исуруги... — Да, отец?.. — Я рад за тебя. Исуруги улыбнулся и кивнул магистру Элиону. Когда Рустал ушел, МакГиллис прокомментировал: — Будем считать, что это было еще и одобрение свадьбы. Покрасневший от смущения Исуруги снова прижался к МакГиллису, надеясь, что теперь им никто не помешает. ...С утра навестить пришли ребята из Теккадана. Заметив среди них Ямаги, МакГиллис чуть прищурился, планируя кое-что, в чем может помочь как раз-таки именно Ямаги. Поговорив с друзьями и заверив, что все в порядке и они скоро будут полностью в строю, МакГиллис окликнул Ямаги: — Можно на пару слов? Удивленный Ямаги подошел к Фариду, тот заставил наклониться и что-то зашептал на ухо. По мере его слов Ямаги аж запищал, но затем согласно закивал. Исуруги, разговаривающий с Оргой и Шино, оглянулся на партнера и в ответ на удивленный взгляд Шино только пожал плечами, не зная, о чем там секретничает МакГиллис. — МакГи? — потом, когда ребята ушли, Исуруги сел рядом с МакГиллисом. — Что ты там обсуждал с Ямаги? — Да спрашивал кое-что о франксах, — ответил Фарид. — Кто, интересно, поставил в ангаре Баэля и Барбатоса так, что они касаются друг друга манипуляторами? — Не знаю, — удивленно ответил Исуруги. — И все-таки даже так они рядом... — Да. Они это точно заслужили. Около полудня после собственных медицинских процедур к ним заглянули Бодуины. — С возвращением в наш мир, — ухмыльнулся Гаэлио. — Рад видеть вас в порядке. — Поверь, мы этому тоже рады, — отозвался МакГиллис. — Мы спрашивали, когда врачи собираются выпустить вас отсюда, — произнес Эйн, сразу же приметив для себя стул: он все еще старался долго не стоять на ногах. — Увы, не в ближайшее время. — Интересно, почему? — МакГиллис не любил долго валяться без дела, Исуруги же чувствовал себя неуютно среди медиков. — Нам не сказали, — фыркнул Эйн, МакГиллис заметил в его глазах красноватый отлив зрачков. — Зато хоть выспишься, — не растерявшись, Гаэлио и тут нашел свои плюсы. — С нас новости, и вечером притащим планшеты, — произнес Эйн. — Код к дверям комнаты говорить не надо. Бросать вас среди медиков мы не будем. — Спасибо огромное!

***

От внимания медиков удалось избавиться только через пару недель, да и то, по сути, сбежав при содействии Бодуинов и Джульетты. МакГиллис обещал выполнить давно обещанное Исуруги – поездку в долину Кейсейэ, где в одноименном озере росли лотосы, несмотря на то что лето северного полушария Марса холоднее. Полтора часа езды на машине, но судя по имеющимся фотографиям, это того стоило, и лотосовое озеро идеально подходило для того, что сейчас задумал МакГиллис. Перед тем, как отправиться в дорогу, МакГиллис заглянул в ремонтный ангар, где стояли франксы. Поговорив с Ямаги и Батей, довольный МакГиллис вернулся к ждущему его Исуруги. — Ты сейчас такой довольный, — Исуруги это заметил сразу. — Это сюрприз, — МакГиллис поцеловал его. — Поехали, успеем до того, как станет слишком жарко. Согласно статусу памятника природы, посещение долины было ограничено световым днем, да и с утра в пятницу явно никто не жаждал наслаждаться этим чудом. Машину пришлось оставить на площадке и дальше идти пешком. Оценив расстояние, МакГиллис порадовался тому, что хоть не раньше рванул сюда, сейчас они с Исуруги оправились достаточно, чтобы спокойно преодолеть весь путь до озера. Туда можно было добраться по центральной дороге либо срезав путь, через лес. Но со стороны центральной дороги открывался великолепный вид на само озеро; Исуруги аж замер на месте, глядя на эту красоту. — Вблизи будет еще лучше, — улыбнулся МакГиллис. Он оказался прав: крупные, куда больше земных, лотосы казались чем-то волшебным, не принадлежащим этому миру. Исуруги любовался ими, подойдя к деревянному причалу, построенному специально для таких целей. МакГиллис обнял его со спины и тоже смотрел на лотосы. — Теперь я понимаю, почему ты ими так очарован. — Ну, лотосы любил еще и Агника, но он никогда не был здесь, не видел всего этого великолепия, — ответил Исуруги. — Мне они нравятся и сами по себе, без всяких символов и значений. — Исуруги… Камайс повернулся к МакГиллису, посмотрев вопросительно. — Выходи за меня, — произнес МакГиллис. Исуруги смотрел только, широко раскрыв серые глаза, и широко улыбнулся. — Да! Фарид достал из кармана коробочку, и, открыв, вытащил кольца. — Они не простые, я попросил Ямаги и Батю сделать их из брони Баэля. Исуруги протянул руку, МакГиллис медленно надел кольцо на его палец и, не удержавшись, коснулся губами. — Ты – самое главное в моей жизни, Исуруги, — произнес он. — А в моей жизни смысл появился после встречи с тобой, — ответил Исуруги, осторожно надевая второе кольцо МакГиллису. — Ты помог мне понять, что я – это я, а не копия и не созданное оружие, и что я волен сам распоряжаться своей жизнью, не оглядываясь на уготованную судьбу. — Люблю тебя, — МакГиллис обнял Исуруги. — Больше всего в этом мире. — Я знаю, — прошептал Исуруги. — Я знаю.