Someone Else's Dreams

Тайлер думал, что в лесу не будет так же жарко, как в пустыне, но, как оказалось, влажность восполняет отсутствие солнечного света. Он спит уже несколько часов, и его рубашка влажная, кожа скользкая от пота, а глаза жжет солью, когда пот капает с бровей. Если бы он мог вытереть лицо, он бы это сделал. Но он немного занят, карабкаясь по самому высокому дереву, что он когда-либо видел. Тайлер на самом деле хороший альпинист, типа, реально хороший. Это приносило ему много неприятностей в детстве, когда он был почти зависим от желания карабкаться и завоевывать высокие строения. Услышав историю о Вавилонской башне, он был очарован людьми, которые были настолько высокомерны, что пытались построить башню и достать до Бога на Небесах. Тайлер вообще-то немного понимает их: иногда он чувствует себя так далеко от Бога, что готов сделать все, только бы быть немного ближе. К слову, есть что-то привлекательное в удалении от земли. Это так сюрреалистично — быть выше всего, что видишь, это захватывает и почти пугает. Его желание лазить так и не уменьшилось, но было подавлено взрослением; как результат, он отвык от этого. К счастью, это дерево идеально для лазания, оно усеяно толстыми ветвями, которые могут выдержать его вес, и маленькими выступами, за которые можно ухватиться руками и подтянуться. Спустя неизвестное время (которое ощущается как вечность) руки и ноги Тайлера горят от нагрузки. Альпинист ты или нет, невозможно продолжать взбираться вечно. Над ним дерево изгибается, и Тайлер решает отдохнуть там, на самой толстой ветке. Джош Дан сидит там, смотря на лес. — О, привет, чувак. — Хэй. — Я сяду тут? — спрашивает Тайлер. — Конечно, — говорит Джош, поворачиваясь и поднимаясь к стволу. Его лицо напряжено, как у Тайлера, когда он натягивает струну укулеле так сильно, что чуть не рвет ее. — Я продолжу карабкаться. Прости, что мы оказались рядом. Я старался держаться на расстоянии, но ты лазишь быстрее. — Все в порядке, — говорит Тайлер. Если он собирается быть добрее к Джошу в реальной жизни, может, будет полезно потренироваться во сне. — Прости за то, что я сказал. Что я не хочу, чтобы ты был здесь. Честно говоря, круто, когда есть с кем поговорить. Джош останавливается. Его лицо расслабляется, и он даже улыбается, но эта улыбка — лишь тень той, что Тайлер видел раньше. — Я знаю, бро. Я был на этом дереве еще когда солнце не взошло, и это так скучно. Я немного говорил со звездами, но они не отвечали. Это не то же самое, понимаешь? Тайлер двигается, удобнее устраиваясь на ветке, и кора царапает его пальцы. Он соединяет ладони, чтобы уменьшить боль. Парни вместе смотрят на лес. Они поднялись выше некоторых деревьев, верхушки деревьев под их качающимися ногами, и такая высота вызывает странное чувство. Другие деревья пока выше них. И глубже в лесу стоит Домик на дереве, видимый отовсюду. — Почему мы не дошли до него? — спрашивает Тайлер. Что угодно, лишь бы нарушить тишину. — Мы воспользуемся мостом. Через лес не получается, — хмуро говорит Джош. Он поворачивает корпус и показывает Тайлеру длинные порезы вдоль груди и живота, превратившиеся в фиолетовые грубые шрамы. Это зрелище заставляет Тайлера содрогнуться и потереть руку. — Я пытался. Он очень хорошо охраняется. — Мост? — переспрашивает Тайлер, не желая слышать, с чем Джошу пришлось столкнуться в лесу. Он смотрит наверх, но там только листва, закрывающая остальное. — Я не вижу моста. — Увидишь, когда мы доберемся до туда, — говорит Джош. — Если мы оба доберемся. Может, тебе придется идти одному, — Джош показывает ладони, исцарапанные и изрезанные на кусочки, на которых кровь уже стала черной. — Не знаю, как долго я еще продержусь. — Я не хочу идти без тебя. Одна мысль заставляет Тайлера нахмуриться. Рядом с Джошем он чувствует себя безопаснее. Старший парень как будто всегда знает, что делать и куда двигаться дальше. Тайлер всегда просто плывет по течению. Он на самом деле лез на дерево так долго, даже не зная, зачем? Боже. Он такой тупица. — Иногда мы должны идти одни, — говорит Джош, и Тайлер хмурится еще больше. Ему не нравится, как это звучит. — Готов продолжать? Путь становится медленнее с Джошем, но Тайлер не против. Иногда он присматривает за ним, советуя, куда лучше поставить ноги для лучшего равновесия, и даже подавая руку, когда это необходимо. Руки Джоша теплые и скользкие от пота и крови. — Я устал, — Джош тяжело дышит, когда Тайлер помогает ему дотянуться до следующей ветки, но вид наверху обнадеживает их. В дереве пробел. Теперь они выше почти всего в лесу, кроме Домика на дереве. Он все еще возвышается над ними на сотню шагов, как небоскреб из дерева и зелени. Тайлер впервые видит его так близко и ясно, и это захватывает дыхание. Он пытается сосчитать раздельные «домики», но видит только три. Нижние деревья закрывают остальные. К третьему сверху домику ведет мост. Длинный, веревочный и вообще не надежный для Тайлера. Ему хотелось бы, чтобы на нем были опорные балки или хотя бы не было дыр между деревянными досками. Это же выглядит как что-то из фильма про Индиану Джонса. Мост спускается к середине, где словно устроено место для отдыха на пути к Домику. — Прекрасно, — говорит Тайлер. — Знаю, — грустно отзывается Джош. — Надеюсь, я доберусь до туда. — Почему нет? Мы почти дошли. У тебя получится. Джош грустно улыбается. — У меня не получится. Я чувствую это. Но ты сможешь. Ты должен. Эти слова остаются висеть в воздухе между ними. Джош нежно дотрагивается до плеча Тайлера, ненароком оставляя кровавый след. Он дает знак Тайлеру, чтобы он двигался дальше. Младший парень чувствует, что должен сказать что-то — знает это — но молчит. Момент прошел, и уже поздно. Они продолжают взбираться. На мгновение нога Джоша срывается, и его удерживает только его слабая хватка и рука Тайлера. Тайлер обхватывает ногами ветку, чтобы можно было спустить обе руки. Каким-то образом с его мышечной силой он поднимает Джоша, пока тот не встанет ногами на что-то. Они оба добираются до моста к полудню. Это дерево — второе по высоте во всем лесу, оно уступает только дереву с Домиком. Огромные размеры всего — леса, сотен деревьев, Домика — поражают Тайлера. Воздуха словно меньше тут, наверху, или он просто не может дышать. Перед ними платформа из деревянных панелей, достаточно широкая, чтобы они могли сесть рядом и свесить ноги. Тайлер стягивает футболку и рвет подол на неровные полосы, чтобы перевязать руки Джоша. Впитавшийся пот заставляет Джоша зашипеть, кровь пропитывает белую ткань. — Спасибо, — говорит Джош. Он улыбается, но это все еще не его яркая улыбка-и-прищур. Парень кажется отвлеченным, далеким. — Без проблем. Серьезно. Я просто рад быть полезным хоть в чем-то. Вместе они заходят на мост. Джош идет впереди, и Тайлер видит у него на спине колчан на широком кожаном ремне, но в нем нет стрел. Вместо них там две барабанные палочки. Глядя на них, Тайлер чувствует себя в безопасности. Мост же его ужасает. Это самый жалкий, самый старый мост, что Тайлер видел, и путь по земле кажется не более опасным. Он качается под каждым их шагом, и они вынуждены цепляться за веревочный поручень. Веревка впивается в изодранные руки Тайлера, и он даже не представляет, каково Джошу без малейшей ткани между изрезанной кожей и поручнем. Примерно каждые двадцать шагов они должны делать супер большие шаги, чтобы преодолеть дыры между досок. Тайлер старается не думать о том, как высоко они над землей, когда перешагивает через них. Он перепрыгивал лужи больше, чем эти дыры, но на высоте сотен метров над землей они кажутся зияющими пропастями. — Что в Домике на дереве? — спрашивает Тайлер, стараясь отвлечься. — Я не уверен. Никогда не был там, — говорит Джош. — Может, Бог. — Меня бы сейчас устроил кондиционер и, может, Baja Blast*. Джош стонет, и этот звук заставляет что-то в животе Тайлера сжаться. — Бро! Не поступай так со мной. Тайлер смеется. Это высокий, почти хихикающий звук, который иногда смущает его — это совсем не мужественный смех, как у его отца, или брата, или Джоша, но, когда Джош оборачивается через плечо и улыбается (полное сияние), Тайлер решает не париться насчет этого. Они плетутся, стараясь двигаться и перемещаться вместе и не делать резких и других опасных движений. Это медленный путь под горячим солнцем, и Тайлер чувствует, что его кожа загорела. Он всегда легко загорал, но Джошу, кажется, не так повезло. Его кожа стала розоватой, и скорее всего ему будет хуже позже. Они идут часами в тишине, оба сфокусированы на шагах. Когда они добираются до середины моста, Тайлер на грани обморока. К счастью, пологий склон в центре находится в прохладной тени одного из деревьев. Тайлер понимает, что они достигли центра, потому что он ведет к другой деревянной платформе, на которой можно посидеть. Он падает в тень, не заботясь о жестком дереве под щекой. Джош, кажется, готов сделать так же, но перед падением его тошнит через край платформы. — Худший сон в моей жизни, — говорит Тайлер с ватным ртом. — Это ты мне говоришь? — бормочет Джош, задыхаясь. — Это только половина. Я не думаю, что дойду. Тайлер поднимает веки, чтобы взглянуть на парня. Глаза Джоша как будто запали в его череп, его грудь часто поднимается и опускается. Он развязывает свои руки и морщится, когда задевает засохшие порезы. Тайлер, не спрашивая, достает из кармана больше полосок из ткани. Он пытается игнорировать то, как ужасно трясутся руки парня. — Спасибо, — говорит Джош так бодро, как может. — Без проблем, — бубнит Тайлер, ложась обратно на свой локоть и следя за действиями Джоша. — По крайней мере солнце больше не прямо над головой. — Да. — Мы сможем, — говорит Тайлер, не зная, кого пытается успокоить: Джоша или себя. — Мы ритмично движемся. И синхронно. Это круто. — Ну, мы точно не доберемся до туда, если пролежим здесь до захода солнца, — он с трудом встает и подает руку Тайлеру. Тайлер хватается за руку, но встает своими силами. Такое чувство, что потяни он его наверх, Джош свалился бы с ног. Они возвращаются на мост. Дыр становится меньше, и веревки, за которые Тайлер хватается, не такие изношенные. Тайлер думает, может, другие люди шли по этому мосту, но немногие добирались так далеко. Он ловит себя на мысли о том, сколько упали отсюда до них. Но это не имеет смысла, ведь это сон. Никто не ходил по этому мосту до них. Он даже не идет по этому мосту на самом деле. Это все в его голове. Он проснется не более загоревшим, чем был вечером, без шрамов и ожогов. Иногда Тайлер забывает, что это сон и что Джош не реален. Это все такое реалистичное, а он всегда запутывался в своем сознании. Домик на дереве маячит перед ними. Теперь, когда они так близко, Тайлер чувствует его гул. Он думает, что так бы звучала гравитация, если бы у нее был звук. Домик на дереве так высок и так важен, его масса настолько огромна, что притягивает их, как астероиды к солнцу. Тайлер думает, что может обжечься о него — он почти видит и чувствует дым… …но это не в его голове. Мост ведет к третьему домику сверху, и из его маленьких окон сочится дым, серый, а затем черный. — Нехорошо, — говорит Джош. Он останавливается, и Тайлер почти врезается в него. — Там кто-то стоит. — Кто? — Тайлер выглядывает из-за него, чтобы что-то увидеть, но мост опасно качается. Он выпрямляется и решает подождать ответа Джоша. — Это ты. Несмотря на жару, Тайлер покрывается мурашками. Его голова раскалывается от ужаса, пот холодеет, заставляя дрожать. Он невольно пятится назад маленькими шажками. — Нет. Нет-нет-нет. Мы не можем идти туда, Джош. Мы должны вернуться. — Почему? — спрашивает Джош, поворачивая голову и стараясь сохранять равновесие. — Это просто ты. — Это не я. Я — это я. Это — Блуррифейс. — Блуррифейс? — переспрашивает Джош. Он разворачивается. Тайлер видит, как его плечи напрягаются, когда старший парень собирается с силами (откуда у него взялись силы, Тайлер понятия не имеет, перед ним словно оказался совсем другой человек). — Я его не боюсь. И ты тоже не должен. — Но я боюсь. Я в ужасе. Пожалуйста, не заставляй меня идти туда. Пожалуйста. — Тогда я пойду сам поговорю с ним. Стой тут, — Джош движется вперед. Когда Тайлер окликает его, тот даже не поворачивает головы. Тайлер издает отчаянный звук в горле. Дела шли отлично до этого, но ни один сон с Блурри не может оставаться солнечным долго. Против здравого смысла Тайлер крадется вперед, сохраняя дистанцию между ними. Джош достиг кое-какого успеха, хотя идти стало сложнее из-за подъема. Тайлер слышит бешеное дыхание Джоша на фоне скрипа моста, и это тревожит его достаточно, чтобы он прибавил скорость. — Эй! — зовет Джош. — Приветик! — радостно отвечает Блурри. — Божечки, вы, парни, проделали большой путь. Как жаль, что это все было зря! — Не, — говорит Джош так же беспечно. Он останавливается и облокачивается на веревки. Джош ничего не знает о Блуррифейсе и о том, как он опасен, но в каком-то смысле, думает Тайлер, он знает. — Домик еще стоит. Что с ним случилось? Ты знаешь? Блурри смеется, так же высоко хихикает, как нравилось Тайлеру в своем исполнении всего час назад. Теперь это заставляет его содрогнуться. Он встает за спиной Джоша, который держится на расстоянии от Блурри. Смелея, он выглядывает из-за старшего парня, чтобы взглянуть на своего двойника. У Блуррифейса та же идея, он драматично наклоняется в ту же сторону и машет Тайлеру. Он лениво ходит около Домика на дереве, одетый в длинную черную одежду с головы до ног. В отличие от них, он словно не чувствует жару, ведь не видно и капли пота на его лбу, и ему, кажется, абсолютно комфортно при такой удушающей влажности. Джош двигается так, что Блурри больше не видит Тайлера, и тот чувствует облегчение и безопасность так остро, что почти плачет. — Я не знаю, что с ним случилось, — говорит Блуррифейс, кидая взгляд на черный дым, валящий из окна. Его лицо отражает грусть и замешательство, только блестящие карие глаза выдают его насмешку. Он поднимает руки, и они театрально дрожат. — Но я чувствую запах бензина на руках… Я думаю… Думаю, я мог сделать что-то плохое. От этих слов ноги Тайлера подкашиваются. Он падает, и мост опасно качается. В его голове снова и снова повторяются слова, интонация и подача такая же, как когда Тайлер говорил это… Джош достает барабанную палочку из колчана. — Ты расстроил моего друга. Отойди и дай нам пройти в Домик. Тебе здесь не место. — Мне здесь не место? — шипит Блурри. Его игривый тон испарился, как туман испаряется с восходом солнца. — Это смелое заявление для какого-то похитителя снов. Где твое место, Джошуа Дан? Изгой везде, куда не приходишь — в школе, дома, на работе. Твой маленький поиск помощи, но ты ее не найдешь. Ты как Моисей, который блуждал по пустыне 40 лет без отдыха, только чтобы умереть, не увидев Земли Обетованной. Смирись уже и прими свой удел. — Моисей был болен, — говорит Джош, и его голос сильнее, чем его вид. Они оба начинают медленно приближаться друг к другу. Когда другая половина Тайлера стоит всего в шаге от него, Джош делает выпад и наносит удар по ключице барабанной палочкой. Удар дерева по коже заставляет Тайлера съежится на мосту. Блурри шипит от боли, нападая. Мост опасно качается, и Тайлер цепляется за веревки, чтобы удержаться. Он еле смотрит на то, как Джош и Блурри делают выпады, раня друг друга. Джош намного сильнее Тайлера, вот только Блуррифейс — это вовсе не Тайлер. Когда двое разделяются, тяжело дыша от борьбы, у Блуррифейса палочка Джоша. Он крутит ее, проводя пальцами по гладкому дереву и кусая ее. Вид палочки Джоша в руках Блурри заставляет Тайлера вцепится в волосы. Он не может смотреть на это, напряжение и страх слишком сильны, но он также не может отвернуться. Джош извлекает вторую палочку из колчана и спокойно говорит. — Ты не можешь ранить меня ей. Это моя палочка, и я люблю ее. Ты не можешь навредить мне тем, что я люблю. На лице Блурри медленно появляется сладкая улыбка. Он перестает крутить палочку и подходит ближе, почти вплотную к Джошу. Он поднимает руку и легонько стукает палочкой по кончику носа Джоша, издеваясь. Джош не ведется на провокацию, наоборот, он спокойно отступает, не отводя взгляд, а его пальцы становятся белыми, когда он сжимает палочку в своей руке. — Дурак, — нежно шепчет Блурри. — Использовать вещи, которые ты любишь, чтобы ранить тебя, — это то, что я и делаю. Прежде чем Тайлер моргнет, Блурри хватает кудрявые волосы на затылке Джоша. Он нажимает широким концом палочки на глаз Джоша и протыкает его. Джош кричит в агонии, слабо и напрасно дергаясь, в его горле бурлит. — Нет!  — визжит Тайлер, когда Блурри выхватывает вторую палочку, свисающую из руки Джоша, и повторяет то же с другим глазом. — Соответствующий комплект. Выглядит великолепно. Поверь мне на слово. Жестоким толчком он скидывает тело Джоша с моста, и Тайлер еле успевает бросить последний взгляд на него (барабанные палочки воткнуты глубоко в череп, они торчат из его глаз, как в каком-то мультфильме, рот открыт, словно в экстазе, но на самом деле от боли), прежде чем Джош упадет вниз и скроется в листве деревьев. Длительное время Блурри и Тайлер молча смотрят друг на друга, их лица — словно зеркальное отражение ненависти друг к другу, а потом Тайлер решает спрыгнуть с моста. Он лучше упадет с Джошем, чем зайдет в Домик с Блурри. Тайлер слышит злой крик его второй половины, но его заглушает шум ветра в ушах. Он закрывает глаза, готовя себя к боли от удара, и надеется проснуться раньше, чем достигнет земли.