Someone Else's Dreams

Джош просыпается после почти шестнадцатичасового кошмара о двойнике Тайлера Джозефа — ведь одного Тайлера недостаточно. Два в одном для нового Тайлер-спешла: больше крови и ничего хорошего. Телефон лежит на его оголенной груди экраном вниз, и он липкий от пота, когда Джош поднимает его. Морща нос, Джош бодро нажимает домашнюю кнопку посмотреть, сколько времени. Он моргает и щурится. (1 непрочитанное сообщение) Он думает, что оно от мамы, пока не замечает время получения — 20:58? Зачем маме писать сообщение, если она может пройти по коридору и сказать ему все лично? Разблокировав телефон, он видит, что сообщение и не от мамы. Оно от Тайлера Джозефа. Прекрасно. Буду после школы. Твой адрес у меня есть. Выздоравливай, чувак. (Получено в 20:58) Неожиданно все возвращается. Вчера, пока он переворачивал свою комнату в поисках скетчбука, его телефон завибрировал на столе. Это был незнакомый номер, и сердце Джоша забилось чаще обычного. Оно почти выпрыгнуло из груди, когда он увидел, кто ему написал. Джош уснул, переписываясь с Тайлером Джозефом. Это, типа, комедийная штука. Что-то из романтического фильма. То, что снится девочкам-подросткам — ладно, может быть Джошу тоже (только теоретически, ведь если бы сны Джоша состояли из переписки с Тайлером до забытия). Его сердце снова начинает биться вдвое быстрее, когда он вспоминает, что парень придет к нему домой сегодня. Он тянется к таблеткам на тумбочке и принимает одну, а потом роется в кучах разбросанных вещей, чтобы найти что-то чистое. Джошу серьезно надо помыться. Этот сон заставил его попотеть, и теперь от него воняет. Не лучшее состояние для приема гостей. Выбегая из комнаты с зажатыми под мышкой вещами, он почти врезается в сестру, стоящую по ту сторону двери. Джош надеется, что не выглядит как наркоман, прикладывая руку к стучащему сердцу. Этот орган точно вымотается сегодня. Если так продолжится, он не доживет до прихода Тайлера. Ха. — Эшли. Какого хера. — Я услышала шум, — говорит она. — Просто хотела проверить, все ли хорошо. Прости. Эшли пятнадцать, она второй по старшинству ребенок в семье. Джошу было меньше двух лет, когда она родилась, и он еще ясно помнит, как заботился о ней в детстве. Он вдруг думает о том, как их роли сменились, ведь теперь она приглядывает за ним. — Я в порядке. Ты просто напугала меня. Она смотрит на одежду в его руках. — Стирка? — Иду в душ, — говорит он, пытаясь обойти ее. У него еще часы впереди, но он не хочет тянуть со сборами до последней минуты. Опуская взгляд, он видит тетрадь в ее руках, синий лак на ее ногтях потрескался. Она замечает его взгляд и смущается, прижимая тетрадь к груди и закрывая ее руками. — Я написала еще стихов. Хочешь посмотреть? — Может, позже, Эш, — говорит он. — Мне правда надо в душ. Ко мне придет друг после школы. — Оу. Конечно. Ладно, — она отступает, и он спокойно проходит мимо нее и в ванну, закрывая за собой дверь. Джош включает максимально горячую воду. Кидая взгляд на себя в зеркале, он замирает. На секунду ему кажется, что его глаза красные (из-за крови?). Это было нежеланным воспоминанием из его сна о парализующей боли, когда тот, кто выглядел как Тайлер, — Блуррифейс, напоминает он себе, пораженный тем, что смог выдумать такое имя — воткнул барабанные палочки в череп Джоша. Но ничего красного там нет. Это только в его голове, как и сон.

***

Выйдя из душа, Джош почувствовал эффект от таблеток. Принимать их на голодный желудок было не лучшей идеей, так что он направляется на кухню. Уже полдень, но хлопья, по мнению Джоша, можно есть в любое время дня. Он замечает, что Эшли выложила его тарелку, ложку и коробку с любимыми хлопьями на стол. Неважно, как давно она это сделала. Она сидит на диване в гостиной, смотря какое-то ток-шоу с субтитрами и минимальным звуком и все еще сжимая свою тетрадь. Джош насыпает хлопья и наливает молоко из холодильника, просматривая вчерашнюю переписку с Тайлером. Воспоминания размыты, словно кто-то пустил в них туман, но некоторые моменты ясны. Его сердце стучало, а дыхание захватывало каждый раз, когда вибрировал телефон. Раньше Джош не смог бы поддержать диалог, будучи сплошным комком нервов, но благодаря таблеткам слова легко приходили в голову. Джош хмурится. Может, слишком легко. Он реально сказал Тайлеру, что он опасный? Боже, как стыдно. В его голове, должно быть, эхом отзывались слова родителей в гостиной. Джош надеется, что парень не воспринял это серьезно. Люди не захотят быть друзьями с опасным психом. После завтрака Джош возвращается в свою комнату, чтобы прибраться. Он проснулся всего час назад, но из-за лекарства глаза уже закрываются. Кровать еще никогда не казалась такой удобной, а простыни и подушки молят о том, чтобы на них легли. Часы показывают половину первого. Уроки еще долго не закончатся. Почти не думая, он падает на кровать и даже не успевает накрыться пледом прежде, чем провалится в сон.

***

У Эшли сегодня важная задача. Она называется Сохранить Джоша, и она взялась за нее всерьез. Джош, наверное, ее самый любимый человек в мире. Раньше они были очень близки, как бывают близки брат и сестра с небольшой разницей в возрасте, но позже Джош начал удаляться от нее. Он раньше практиковался на барабанах в подвале и просил ее сидеть и смотреть, но теперь она не слышала его игры несколько недель, и также он не просил прочитать ни одного из ее новых стихов. Эшли понизила громкость телевизора до минимума, чтобы слышать каждое передвижение Джоша. Это, конечно, стремно, но она ничего не может с собой поделать. Мама сказала, что Джош под серьезным стрессом, а из-за таблеток может забывать что-то или делать плохой выбор. Она сказала, что он может навредить себе. Одна мысль заставляет Эшли чувствовать себя плохо. Джош — лучший человек из всех, кого она знает. Он делает идеальную пиццу, никогда не ругает ее за долгое нахождение в душе (как делает папа и другие братья) и всегда называет ее стихи прекрасными. Это просто несправедливо. Эшли задерживает дыхание, понимая, что давно не слышала передвижений Джоша. Подкрадываясь к двери в его комнату, она видит ее приоткрытой. — Джош? Нет ответа. Сердце начинает бешено стучать. Что, если что-то случилось, пока она должна была следить за ним? Это будет ее виной. Она открывает дверь, не зная, что увидит, но думая о худшем. Но Джош просто спит. Он полностью одет в свои обычные джинсы и мерчевую футболку, а его рот открыт. Эшли не двигается и смотрит, правда ли его грудь поднимается и опускается, а потом уходит, оставляя дверь открытой. Просто на всякий случай. В гостиной она открывает свою тетрадь со стихами, пролистывая ее. Поэзия всегда была ее любимым способом самовыражения. Она полагалась на нее все больше и больше в последнее время, но она не уверена, помогает ли это. Эшли так устала. Все чаще по ночам она слушает споры родителей, лежа в постели и пытаясь уснуть. Иногда они ругаются из-за Джоша. Но чаще они ругаются из-за денег. Эшли думала найти работу, но в Колумбусе не так много мест, куда могут нанять пятнадцатилетку. Большинство работодателей просто улыбаются и говорят ей приходить после следующего дня рождения, как будто несколько месяцев могут изменить то, что она может и не может выдержать. Они бы удивились. Она девочка-подросток. Она может выдержать очень много. Следующие несколько часов она сидит со своей тетрадью, дописывая несколько строчек и вычеркивая их. Ее музе, кажется, нечего сказать сегодня. Каждые полчаса она ходит к комнате Джоша, чтобы убедиться, что он дышит, и написать маме о его состоянии. Когда раздается звонок в дверь, она почти выпрыгивает из кожи. Эшли не глупая. Ей пятнадцать, и она милая (не то чтобы эти вещи имели значение для тех, кому нравится приносить людям боль), так что она не открывает дверь незнакомцам. Ее младшие братья еще в школе, а родители на работе и не должны вернуться еще несколько часов. В любом случае, смотря в глазок, она понимает, что это не совсем незнакомец. Она знает этого парня. Он очень милый. Он старше ее, его красная шапка натянута низко на лоб. Его машина припаркована на дороге (в стороне, как они всегда говорят делать гостям), а рюкзак висит на плече. Друг Джоша это Тайлер Джозеф? Типа, местная-баскетбольная-звезда Тайлер Джозеф? Охереть. Как ее волосы выглядят? Она вообще расчесывалась сегодня? Она не помнит, чистила ли зубы после обеда. От нее пахнет чипсами? О боже, это кошмар. Буквально, это один из ее ночных кошмаров. Снова прижимаясь к глазку, она видит, что он отступил назад и смотрит на номер дома, как будто не уверен, что попал в нужное место. Не зная, что еще делать, Эшли приоткрывает дверь. — Да? — она прочищает горло и повторяет. Он, кажется, не ожидал увидеть ее, но улыбается и неловко машет рукой. — Привет. Я Тайлер. Я к Джошу. У нас совместный проект. Сердце Эшли проваливается, когда она понимает, что он не узнал ее. Конечно, нет. Она всего лишь второкурсница, а он уже старшеклассник, но, ради Бога, они ходят в одну школу и был целый семестр, когда он был ассистентом ее учителя по физике и сидел с ней в одном классе целый год. Эшли неохотно открывает дверь ровно настолько, чтобы Тайлер смог неловко повернуться и проскользнуть внутрь. — Джош никогда не упоминал, что вы друзья. — Не думаю, что я назвал нас друзьями. Мы партнеры по проекту. Что-то в его тоне вызывает тревожные звоночки в ее голове, и внезапно она уже не Эшли-с-крашем, она Эшли-с-миссией. Эшли с братом. Операция Сохранить Джоша все еще в силе, и она вдруг понимает, что эта миссия может включать не только защиту Джоша от него самого, но и защиту от других людей. Ее голова едет кругом от одной только мысли, потому что в мире так много людей и только одна она, и как она может быть уверена, как они видят ее Джоша — Джоша, который подпрыгивает во время игры на барабанах, потому что слишком сильно это любит, Джоша, который тратит время на то, чтобы завернуть пиццу в рулет, перед отправкой ее в микроволновку или духовку. Как Эшли покажет это Тайлеру? Она не сможет. Она не может защитить себя от злых девчонок в школе, как она защитит Джоша от чего-либо? Эта мысль физически ранит. Она поражена горем, ее боль настолько сильна и резка, что она почти плачет на глазах у парня, который скорее всего даже не знает ее имени. Но Эшли не плачет. Она заставляет себя сделать глубокий вдох и выдох через нос. Она показывает. — Комната Джоша в конце коридора, — ее голос сильнее, чем она думала. Тайлер исчезает, ничего не говоря, и она слышит тихий звук закрывающейся двери. Эшли возвращается в гостиную на диван, сжимая в руках тетрадь, глядя в телевизор и ничего не видя.

***

У Джоша миленький дом. Он не такой огромный и богатый, как у Тайлера, но ему нравится ощущение уюта в нем. Иногда так же сильно, как он любит свою семью и дом, он чувствует себя лишним там. Конечно, с таким домом Джош никогда этого не чувствовал. Коридор полон дверей, но последняя в ряду открыта, и Тайлера притягивает туда. Он заглядывает внутрь и сразу видит Джоша. Старший парень валяется на кровати, одна его рука закинута за голову, а вторая лежит на его животе, словно он пытается себя обнять. Кровать застелена, но смята, и у Джоша точно неспокойный сон. Его футболка поднялась до пупка, открывая плоский, но бледный живот и линию черных волос, исчезающую в темных джинсах. Вау. Джошу надо прикрыться. Ему, наверное, очень холодно. Хотя Тайлер чувствует тепло, так что, может, ему и не надо, но все равно. Решая не пялиться на парня на кровати, Тайлер пользуется возможностью осмотреть его комнату, пока никто не видит. Это относительно маленькая комната, но по крайней мере Джош не делит ее с братьями. Небольшая кровать стоит в дальнем углу. Шторы такие толстые, что могут блокировать почти весь свет, но сейчас они открыты. Большинство мебели обычное: комод, стол, стул, тумбочка. Здесь нет телевизора, как у Тайлера. Тренировочный пэд с изношенными палочками торчит из-под кровати, и один взгляд на него заставляет Тайлера вздрогнуть и вспомнить сон. Уникальная особенность этой комнаты — плакаты на стенах. Почти не видно краски, вместо нее только изображения групп на всех доступных местах. Тайлер пытается найти что-то общее между ними, какой-то жанр, но, кажется, у Джоша вообще нет вкуса. Ему нравится все. На комоде Джоша билеты с концертов и фильмов. На верхушке устроился виниловый браслет из больницы, перерезанный ножницами. Тайлер поднимает браслет, чтобы перевернуть его. Там ДАН, ДЖОШУА У. и дата рождения. Указано время — половина десятого в пятницу. Джош был в больнице? Похоже, ему было очень плохо. — Что ты делаешь? Тайлер подпрыгивает от голоса Джоша, роняя браслет на пол. Когда он поворачивается, Джош трет глаз кулаком, второй рукой поправляя задранную футболку и садясь. Краснея, Тайлер подбирает браслет и возвращает на место. — Так, знаешь, — говорит он. — Продолжаю быть мудаком. Вторгаюсь в твою личную жизнь. — Хорошо, что я не оставил ничего стыдного, — говорит Джош. Он потягивается и какого черта Тайлер пялится на его торс? Надень высокие штаны и свитер, ради, блять, Бога. — Ты… Ну, нет, я все равно нашел всю твою порнуху. Я хороший сыщик. Судя по большим глазам, панике на лице Джоша и тому, как его взгляд метнулся к нижнему ящику комода, шутка Тайлера попала в яблочко, и надо было как-то исправлять ситуацию. — О боже. Я стебусь, чувак, я точно не лез… не искал… Прости. Серьезно. Никакого компромата. Слово скаута. И вообще, кто хранит физические носители с порно? Для чего еще интернет придумали. Джош облегченно выдыхает. — Хорошо. Я не хочу, чтобы ты узнал все мои фетиши. Тайлер открывает рот. Потом он начинает смеяться, буквально хохотать, согнувшись и уперевшись руками в колени. На секунду он думает, что, может, Джош не шутит, но когда он поднимает взгляд, Джош сонно улыбается, приглаживая кудрявые волосы. — Ты взял мой скетчбук? — спрашивает Джош, зевая. — Прости, что я уснул. Эшли тебя впустила? — Я вломился, — невозмутимо выдает Тайлер, открывая рюкзак, чтобы вытащить украденный скетчбук. Он вытаскивает и свой тоже и передает оба парню. Лицо Джоша озаряется, когда у него в руках оказывается его вещь, но его брови поднимаются, когда он видит книгу с надписью ТАЙЛЕР ДЖОЗЕФ. — Мы должны знать рисунки друг друга. Я решил, что раз уж я видел твои, это, типа, справедливый обмен. — Ты хочешь, чтобы я посмотрел сейчас? Неожиданно Тайлер чувствует себя взволнованно. Он не так часто рисует, но многие его работы основаны на сюжетах из его головы, или том, что случалось с ним, или том, что он писал или хочет написать. Это уязвляет — знать, что Джош держит частицу его, не важно, насколько маленькую. Тайлер хмурится от стыда — если так Джош себя чувствовал, когда Тайлер смотрел его скетчбук, тогда Тайлеру еще хуже. — Если хочешь, — отвечает он. Тайлер смотрит на лицо Джоша, пока он листает скетчбук, но оно непроницаемо. Чтобы отвлечься, он смотрит на постеры и рисунки в комнате. Его взгляд натыкается на рисунок над столом, и сердце подпрыгивает. Он грубо начеркан на куске бумаги для принтера, но его нельзя спутать. Тайлер кидает взгляд через плечо, чтобы убедиться, что Джош отвлечен (и это правда, он поворачивает скетчбук в разные стороны и вглядывается в один из листов), прежде чем подойти к столу. Дыхание захватывает. Это домик на дереве. Очень особенный домик на дереве, построенный вокруг ствола огромного дерева с широко раскинутыми ветвями. Он считает домики: один, два, семь, может, еще больше спрятано в густой, пышной листве. — Джош, — говорит Тайлер, его язык еле поворачивается. Он говорит, не думая, показывая дрожащим пальцем на рисунок. — Что это? — Оу. Я, наверное, нарисовал это вчера вечером. Я принял лекарство и… не парься об этом. — Где ты взял идею? — Тайлер понятия не имеет, что вообще говорит и во что влезает, но что-то зудит в затылке, как когда он увидел рисунок человека в противогазе у Джоша или когда Джош предложил тему их проекта. — Из сна, — медленно говорит Джош. — Сна, — шепчет Тайлер. Он оборачивается, и Джош напряженно смотрит на него. — Сна о лесе. — Да. — А до этого было море. Лицо Джоша бледнеет. Он выглядит как перед обмороком, как будто кто-то порезал его вены и выпустил всю кровь, как будто он увидел приведение, как будто покойник вылез из собственного гроба и станцевал на похоронах или что-то еще. Темные круги под его глазами резко выделяются, и он выглядит таким уставшим, но бодрым. — Откуда ты знаешь мой сон? — выдыхает он. — Мне снилось то же самое.