Belle

— Я не понимаю чего тут думать, Гермиона! — яростно воскликнул Рон, смотря на девушку. Как только след Тёмного Лорда простыл в голове Гарри, он тут же устроил совет с друзьями. Сейчас Рон и Гермиона в метре от него спорили, крича на всю поляну. Он сам сидел на пне рядом с палаткой, пустым взглядом смотря на друзей. Прервать миссию, порученную Дамблдором, было серьезным решением, и принимать его в одиночку Гарри не собирался. Хотя это было абсолютной ложью… он просто сам не знал, как ему поступить… видеть мучения Джинни было также больно, как представлять немой укор во взгляде почившего учителя. В нём сердце и долг вели кровопролитную войну, и он не знал, к кому из них прислушаться… — Рон, я тоже переживаю за Джинни, — спокойно отозвалась Гермиона, смотря на Рона. — Но ты понимаешь, что стоит на кону? Жизни тысячи магов и магглов… судьба целого мира! Удачный исход нашей миссии — залог победы в войне. Сердце Гарри в груди разбивалось о ребра. Оно желало вырваться из клетки и, не раздумывая, броситься в неведомую темницу спасать ту, что стала смыслом его существования, что дарила желание жить… желание выжить и вернуться к ней после победы. — Гермиона, это же Джинни! — отчаянно воскликнул Рон, смотря на подругу. –Джинни, с которой вы вместе жили каждые каникулы в одной комнате, Джинни, которой ты помогала по учёбе и с которой сплетничала в углу гостиной гриффиндора… Гермиона, мы не должны дать ей погибнуть в плену у этого безносого изверга… Гарри прикрыл глаза, вспомнил, как они с Джинни, сидя на берегу Чёрного озера, мечтали о будущем. Где нет войны, где нет Мальчика-который-выжил, где все живы и счастливы… Гарри работает аврором, помирающим от скуки и заваленным бумажной работой, Джинни — известнейший игрок в квиддич… где они живут в маленьком коттедже на берегу моря и у них трое прекрасных детей. Два черноволосых мальчика и рыжая девочка — копия матери. А ещё у них живёт большая черная собака, с умными глазами, защищающая его семью, пока он пишет в кабинете квартальные отчеты. И всё это возможно только в одном случае… — Гарри, ну скажи ей! — умоляюще воскликнул Рон, с надеждой смотря на друга. Герой поднял усталые глаза на Уизли. — Гермиона права, Рон, — твердо ответил Гарри. — Прости, но мы не можем прервать миссию ради спасения Джинни… Рон стоял, словно громом поражённый, он был на сто процентов уверен, что лучший друг будет на его стороне. Его большие угрожающие кулаки сжимались и разжимались. Гарри выглядел спокойно, даже расслабленно, будто готовый к тому, что друг накинется на него, и не желающий сопротивляться. Рон в последний раз отчаянно сжал ладони, но через мгновение, руки расслабленно упали вдоль бёдер. — Что ж… понятно. Рон, не сказав больше ни слова, залетел в палатку. — Рон, что ты собрался делать? — воскликнула Гермиона, последовав за ним. — Рон? Рон! Гарри сидел на траве, равнодушно перебирая подгнившую листву. Ему было больно, холодно и одиноко. Казалось, только с губ слетели те роковые слова, его сердце остановилось и не собиралось возобновить работу. Перед глазами спящая Джинни, объятая розовым рассветным светом… в то утро ему казалось, что там, за грядущей победой их ждет счастье, где он каждое утро будет любоваться на неё спящую, разбудит поцелуем, займётся с ней любовью. Но это уже не случится… Рон, гружёный своим огромным рюкзаком, вылетел из палатки. За ним на поляну, хватая его за руки, вылетела отчаянно рыдающая Гермиона. — Рон, пожалуйста… Рон! — надеясь его остановить, кричала девушка. — Мы обещали, что будем с Гарри! Мы не можем оставить его одного… Гарри! Гарри, скажи ему! — Оставь его, Гермиона, — поднимаясь на ноги, тихо попросил Гарри. — Пусть идёт… Рон повернулся к Гарри. Где-то пару мгновений длился их немой диалог, по итогу которого парни сдержанно кивнули друг другу, будто приходя к соглашению. Заплаканная, лохматая больше обычного, Гермиона переводила удивлённый взгляд с одного друга на другого. И она решительно не понимала происходящего… — Прощай… — тихо произнёс Рон, отвернувшись и уверенно направляясь в сторону границы щита. — Прощай… — эхом отозвался Гарри, смотря на исчезающую в деревьях спину друга. Гермиона, кажется, кричала на него, кажется, ударила по щеке, после чего, кинулась вслед за Роном. А сам Гарри не отрываясь смотрел на исчезающих в деревьях друзей… кажется, сегодня Гарри Поттер потерял последних близких людей и последнюю надежду счастье.

***

Драко сидел в своём кресле и беззастенчиво любовался спящей в его кровати прекрасной девушкой. Он, откровенно говоря, был только рад возможности насмотреться на неё… у него осталось слишком мало времени. После того, как вчера он вынес её на руках из темницы собственного замка, парень ждал, что Тёмный Лорд заявится к нему со своей змеюкой, с бокалом яда или ещё с чем-нибудь смертоносным, но нет… И он ни секунды не жалел, что вытащил её из темниц и плевать, что это будет стоить ему жизни, он был счастлив, что она вновь на свободе. Сейчас он был просто рад возможности смотреть на девушку и представлять их счастливое будущее, даже понимая, что этого будущего просто не может быть… Джинни уже отвыкла, от света солнца, от спокойного сна в тепле и мягкости постели. Сейчас ей казалось, что она дома, что вот-вот её разбудит мама и скажет, что не было мрачной темницы Малфой-менора, страстного взгляда Тёмного Лорда, обожженного лица Драко, предательства Гарри… что это всё было лишь кошмаром и у неё впереди долгая счастливая жизнь… Но стояло ей только открыть глаза, Джинни поняла, что находится не в своей комнате.  — Доброе утро, Уизли… Джинни… — улыбнулся Драко, поднимаясь со своего кресла. — Как спала…?  — Всё-таки не сон… — вздохнула Джинни, прижимая согнутые колени к груди и отворачиваясь от парня. Драко молча присел на свою кровать рядом с девушкой. Говорить что-то он не решался. Джинни выглядела обречённо, словно лань, в которую уже летит стрела. Парню было физически больно видеть её в таком состоянии, у него самого разрывалось сердце…  — Слушай, Джинни, — взяв девушку за руку, спокойно начал Драко. — Мне уже терять нечего… я свяжусь с Поттером. Он вытащит тебя отсюда, и вы снова будете вместе… Назови мне только безопасное место. Джинни молчала, смотря в тёмное жерло очага камина. Её накрыла какая-то безысходность, предчувствие необратимых трагических событий. В голове засела мысль, что сколько ни старайся скрыться от преследовавшего её мрака, он всё равно нагонит и заберёт её душу себе. Спасать её от смерти уже поздно. Она уже дышит в затылок. И тащить за собой Драко, который стал за это время очень близким другом, девушке очень не хотелось.  — Пусть всё будет так, как суждено, — как-то безразлично отозвалась Джинни, всё также пряча взгляд от спасителя. — Честно говоря, мне уже всё равно, что со мной будет, Драко. Мне жаль, что я втянула тебя…  — Так, Уизли, — пересаживаясь ближе к девушке и хватая её за плечи, воскликнул Драко. — Ничего ещё не поздно, слышишь? Ты ещё будешь жить долго и счастливо со своим Поттером. Нарожаешь кучу таких же рыжих, как ты, и таких же бедовых, как твой Поттер, детей и будешь им рассказывать, как дядя Драко вытаскивал их мамочку из лап злого страшного чудовища. Пока их папа прохлаждался где-то в другом месте… — Коттедж «Ракушка» на окраине Тинворта, — вдруг как-то безразлично отозвалась девушка, — безопасное место… — Отлично, — заправив выбившийся из рыжей косы локон за ушко, нежно отозвался юноша. — Обещаю, я тебя вытащу отсюда… Джинни молча посмотрела на парня, не желая спорить. Глаза её были прикованы к белоснежной маске, закрывавшей страшные ожоги на его некогда прекрасном лице. Это её вина… она не простит себе, если Драко из-за неё погибнет.  — Драко! — в комнату без стука вошла леди Малфой. Парень тут же отпустил девушку и отсел чуть дальше. Джинни тоже стало как-то неуютно. Она догадывалась, как теперь к ней относится мама Драко. — Я ищу тебя по всему поместью…  — Странно, что ты даже не заглянула в мою собственную комнату за этими поисками, мама, — поднимаясь с кровати и складывая руки на груди, заметил Драко. — С чего такая срочность, что ты даже не дождалась завтрака? Нарцисса поджала губы, бросая быстрый злой взгляд на Джинни. Ей безумно не хотелось говорить с сыном при этой девчонке, но Драко явно не собирался её выгонять, так что выбора он своей матери не оставил.  — Давай выйдем и поговорим, — приоткрыв дверь, предложила Нарцисса.  — У меня нет секретов от Джинни, — твёрдо отозвался парень, серьёзно смотря на мать. — Всё, что ты хочешь мне сказать, говори здесь и сейчас. Джинни на кровати вся сжалась, надеясь стать как можно меньше и незаметней, чтобы не создавать своему спасителю ещё больше ненужных проблем.  — Как пожелаешь, — прошипела леди Малфой, закрывая дверь и подходя ближе к сыну. Драко на это даже бровью не повёл. Даже если не брать в расчёт его отношение в рыжеволосой девушке, Джинни оставалась его гостьей, а он сам оставался хозяином. Поэтому такое отношение к ней он даже от собственной матери терпеть не собирался.  — Не смотря на твою дерзость, — ещё один острый взгляд на Джинни, — Тёмный Лорд решил закрыть глаза на твоё поведение и быть милосердным к нам.  — Да ну, — фыркнул Драко, показывая пальцем на свою маску, — знаю я цену его «милосердию».  — Драко! — воскликнула женщина, стремясь одёрнуть сына. — Что бы ты не думал, повелитель благоволит нам. Сегодня Тёмный Лорд устраивает в твою честь бал–маскарад.  — Как тактично с его стороны, — язвительно фыркнул Драко, смотря на мать. — И кто же приглашён?  — Будешь удивлён, но кроме уважаемых чистокровных лордов повелитель решил позвать на праздник и твою гостью, — буквально выплёвывая последнее слово и кивая на девушку, отозвалась женщина.  — Меня? — удивлённо переспросила Джинни, взволнованно переглядываясь с Драко.  — Не думаю, что это хорошая идея… — отозвался Драко, теряя остатки спокойствия. — Я пойду, поговорю с ним…  — Это не обсуждается, — отрезала женщина. — И он просил меня помочь ей собраться. Джинни сжала тонкими пальчиками одеяло, переводя перепуганный взгляд с леди Малфой на Драко и обратно. Чего она точно не хотела, так это оказаться на ночном разгуле Пожирателей смерти, где кроме прочих под маской будет прятаться её ночной кошмар…  — Так что мисс Уизли…  — Джинни останется в моей комнате, — перебил мать Драко. — Ты поможешь ей здесь. А я буду собираться в какой-нибудь из гостевых спален. Джинни бросила на Драко полный благодарности взгляд. Наверно, эта комната была единственным местом в этой проклятом замке, где она чувствовала себя защищено. Наверно, потому что в ней жил единственный человек, на которого она сейчас могла надеяться.  — Как пожелаешь, — процедила Нарцисса. — Тогда, будь добр, оставь нас с мисс Уизли одних. Драко сдержанно кивнул и, поправив маску, уверенно вышел из комнаты. Что ж, раз уж всё так складывается, глупо не использовать такой шанс спасти Джинни…

***

Джинни стояла перед зеркалом, безразлично смотря на отражение. Надо сказать, леди Малфой сделала девушку очень красивой. Её распущенные и завитые крупными локонами волосы венчал золотой лавровый венок. А надето на ней было белоснежное лёгкое платье, в греческом стиле на одно плечо и украшенное тонкой ажурной вышивкой. Оно напоминало одновременно подвенечное платье и саван, скорее последнее. — Какие у тебя всё-таки мрачные мысли, Джиневра… — смакуя на губах каждую букву её имени, сладко протянул Тёмный Лорд. — Но как же ты всё-таки прекрасна… Джинни резко отвернулась от зеркала и посмотрела на своего пленителя. Волан-де-Морт, также как и она, был одет в греческую тогу, только чёрного цвета. В руках у него была тёмная маска в виде черепа с лихо закрученными рогами. Он стоял у дверей и пожирал её глазами. — И какой у тебя символичный вид… моя великолепная Персефона. Джинни обняла себя руками, смотря на Волан-де-Морта. Было безумно страшно, но ей нельзя бояться. Тем более показывать свой страх Ему. — Персефона любила Аида, Том, если ты плохо помнишь греческую мифологию, — отозвалась Джинни, уверенно смотря на Темного Лорда. — А я… — Ты боишься меня, — ответил Том, который вдруг оказался прямо перед ней. — И это мешает твоим чувствам, Джиневра… отпусти этот страх и дам тебе всё то, чего ты достойна… Волан-де-Морт попытался погладить Джинни по щеке. Девушка дёрнулась от ледяной руки Тёмного Лорда и отвернулась к стене. — У меня нет к тебе чувств, Том! Нет, не было и не будет! — отрезала Джинни. — Не любви, не страха, не… — Мне не нужна эта ваша сопливая любовь, но скажи мне… Неужели ты не хочешь меня, Джиневра? — страстно прошептал ей на ухо Волан-де-Морт. — Неужели ты не чувствуешь сейчас сладкой истомы между ног… не думаешь обо мне ночами… Джинни отскочила от него как можно дальше. Что бы он себе не мнил… — Ночами я мечтаю только о свободе! — Почему ты думаешь, что оставшись со мной, ты потеряешь свободу? — поинтересовался Тёмный Лорд, смотря на девушку, загнанную в угол. — Я смогу положить весь мир к твоим ногам, разделить с тобой власть, вместе с тобой править миром… — Том, ты не способен с кем-то разделить власть… это смысл твоей жизни, а даже если бы смог, — яростно прошипела Джинни. — В любом случае, от тебя мне ничего не нужно! Я скорее смерть приму, чем стану твоей! Волан-де-Морт схватил Джинни за шею так, чтобы она смотрела только на него и видела только его. Девушка уже даже дёргаться не пыталась. В таком положении она могла только упрямо смотреть в красные глаза, горящие гневом и страстью. — Хорошо, Джиневра, будь по-твоему, — наклоняясь к самому лицу девушки, прошипел Тёмный Лорд, — ты не оставляешь мне иного выбора… Джинни чувствовала его дыхание на своих губах, ощущала дрожь в своих коленях, лёд его пальцев на своей шее… холодное веяние смерти в её рыжих волосах. — Я поступлю, как поступил Аид, — прошипел Волан-де-Морт. — Спрячу свою женщину в Аду. Спрячу так, что тебя перестанут искать родные. Поттер потеряет надежду вернуть тебя. Даже мальчишка Малфой на этот раз не сможет тебе помочь. Сегодня ты умрёшь для всего мира, но не для меня… Я стану единственным магом в твоей жизни. Ты будешь только моей, навсегда… Губы Тёмного Лорда сомкнулись на оголённом плече девушки. Джинни собрала все оставшиеся силы и оттолкнула от себя мужчину. Мгновение, и девушка вновь одна в покоях Драко…