Я буду ждать

Кроули потянулся и перевернулся на бок. Он чувствовал, как сон отпускает его из своих цепких объятий. Мутный спросонья взгляд остановился на лежащей на столе «бабочке». Демон сморгнул, и картинка стала чётче. Кроули с ворчливым стоном поднялся и взял бант в руки. – Оох, Азирафаэль, дьявол меня дери! – вздохнул он, подумывая, что это вполне легко можно устроить, если они с ангелом продолжат в том же духе публично выяснять отношения. Воспоминания о произошедшем скандале незваными утопленниками всплывали в памяти, все до последней подробности. Кроули не было стыдно, у демонов такая опция отсутствует. Но вот чувство вины расцвело во всей своей красе и теперь неторопливо пожирало его, смакуя косточки. Перед тем, как завалиться снопом в едва разобранную постель, Кроули помнил, как он в одиночку прикончил внушительную бутылку коньяка, купленную в дьюти-фри, и валявшиеся на полу крупные черепки только подтверждали это воспоминание. Демон пытался заглушить спиртным гадкие ощущения внутри. Только вот теперь они воскресали обратно, а заодно к ним добавилось и противное ощущение кошачьих какашек во рту. – Ангел, ты же это не всерьёз, а? – тихо спросил у пустоты Кроули. «Знаешь, я думаю, нам лучше пока некоторое время не видеться… а может быть, и… совсем». Эта фраза не давала ему покоя. Конечно, он сильно обидел друга, но Азирафаэль всегда отличался своей мягкостью и отходчивостью. И Кроули каждый раз, на протяжении всех их многовековых отношений находил верный ключик к сердцу ангела. Правда, в этот раз придётся особенно постараться… – Не, ну какого чёрта ты мне в душу полез? Душа демона была настолько тёмным местом, что он сам старался лишний раз не ворошить того, что спрятано в её тёмных уголках. Неприкосновенность своего «Я» Кроули хранил превыше всего и Азирафаэль, начав в такой упрямой манере давить на свободолюбивого змия, просто-напросто сорвал предохранитель. Кроули поднялся с постели и лёгким движением заправил её. Надо было просто-напросто вывалить на Азирафаэля всё, если уж ему так хотелось получить проблем. Да, кстати, а почему бы и нет? Непрерывное ожидание и попытки предотвратить неизвестно что довели Кроули до предела, вот он и выспался на первом попавшемся человеке, то есть ангеле. Так что довольно, решил он. Прямо сейчас пойду и всё ему расскажу. В конце концов, ангел умеет постоять за себя, если прожил на свете целых шесть тысяч лет! Он далеко не младенец. Хоть Кроули всегда и видел в нём эфемерное беззащитное создание и стремился опекать и подстелить соломки, если что, ангелы испокон веков были серьёзнейшими противниками, и Азирафаэль, прикидывающийся скромным букинистом, не был исключением из этого правила. Да и, к слову говоря, вдвоём разгребать любое дерьмо будет куда проще. «Да, вот с этим ты был прав, святоша, да», вздохнул Кроули. Взяв со столика часы, Антоний надел их и обнаружил, что проспал неполных двое суток. Он прикинул, что Азирафаэль уже должен бы был вернуться из своего литературного вояжа, и решил пойти заглянуть в магазинчик. Хоть извиняться первым был не его профиль, но здесь без этого было никак не обойтись.

***

Сидя за рулём Бентли, Кроули набрал номер Азирафаэля. Тот не ответил. «Дуется», решил демон и особо не обеспокоился. Подъехав к книжной лавке, Кроули нашёл её закрытой. Заглянуть внутрь это ему не помешало. В магазине никого не было. При беглом осмотре Антоний обнаружил брошенный в углу дорожный саквояж. Одинокий и неразобранный. Кроули почувствовал укол чего-то, похожего на совесть. Обычно педантичный и аккуратный Азирафаэль занялся бы распаковкой вещей в первую очередь. Значит, он был так расстроен их ссорой, что ему было не до чего. Кроули сел на диван и позвонил ему уже на мобильный. – Где тебя носит, блудный ты ангел? – Вздохнул Антоний, слушая гудки в трубке. После затянувшегося ожидания Кроули нахмурился. Звонки проходили, но никто их не принимал. Он повторил процедуру ещё несколько раз, но ничего не изменилось. – В молчанку играем, да? – проворчал демон. – Поглоти меня Ад, если я снова за тобой бегать начну. Всё же что не говори, а обида на ангела была ещё слишком свежа. Кроули набрал другой номер. Детектива. За что-то же он ему деньги платит? Вот пускай и отрабатывает. – Алло. Это Кроули. Я по поводу мистера Фелла. Что у вас есть новенького? Через несколько мгновений демон соскочил с дивана и стрелой бросился из магазина. Бентли оглушительно взвизгнул покрышками и умчался, оставив после себя чёрный резиновый след.

***

Кроули, не разбирая дороги мчался в Ковент-Гарденс. В голове он то и дело прокручивал разговор с детективом: «– Шёл по улице за подозрительно оборванным мужчиной, да. Такое чувство, что он его выслеживал: то и дело прятался то за углом, то за киоском. – Опиши его, живо! – Плащ сероватого оттенка, давно вышедший из моды, видок замызганный, волосы немытые, пепельные. Лицо изуродовано большим шрамом… – Довольно! Где они были?! – Да в Ковент-Гарденс, в западной части. Тот петлял по улицам, мистер Фелл чуть погодя, шёл следом. Потом не знаю, как такое могло случиться, но я их потерял. Первый раз за всю карьеру, вот досада! – Мамочке своей плакаться будешь. Когда ты их видел, быстро!» Время ещё есть. Он ещё мог успеть. Только если они не решат убить его сразу… А вот от этого сердце подкатывало к горлу. Кроули настроил всё свои демонические силы, пытаясь уловить присутствие Азирафаэля, как делал это годами. Но тщетно: он ничего не чувствовал. Либо друг слишком далеко, либо уже недосягаемо далёк для падшего ангела… И об этом лучше было не думать. Внезапно Бентли с визгом остановился, едва не став причиной ДТП. Кроули, словно ищейка, выскочил из машины. Его чуткий нечеловеческий слух уловил кое-что новое в какафонии уличного шума. Пробежав немного, он остановился у зияющего полумраком спуска в метро. На первой ступеньке лежал бежевый телефон с разбитым экраном, исправно разрывающийся от звонка. С момента отъезда из книжной лавки Кроули поставил свой мобильный на автодозвон, и уже почти забыл об этом. Демон бережно поднял аппарат и нажал «сброс». Его собственная, смеющаяся неровным оскалом физиономия мигнула и погасла, сменившись избитым изображением стандартной заставки. «Вот уж не думал, что ты выберешь такую дурь», мелькнуло в голове Кроули. Он помнил тот момент. Азирафаэль стал дразнить его «змеиным языком», и он пару раз пошипел и вывалил его в подтверждение, что язык не раздвоенный. А потом расхохотался. Момент Кроули помнил. А когда ангел успел сделать фото – нет. – Азирафаэль, ну зачем ты сам к ним полез? – мучительно прошептал он, убирая телефон в карман внезапно дрогнувшей рукой. Его добрый ангел решил действовать по-своему. Не добившись правды от друга, он во что бы то ни стало решил помочь ему своими силами. И это после того, что тот ему наговорил! Он простил… Всё простил, светлая душа. Верно определив, от кого Кроули грозит опасность, он фатально ошибся с тактикой. Хастур его за версту почуял, а потом играл, как кошка с мышью. «Всё потому что ты, идиот, играл в супермена!». Кроули обдало чувством вины жарче адова огня, внутри что-то болезненно сжалось. Если бы он ему давным-давно всё рассказал, Азирафаэль был бы настороже и держался от Хастура и его дружков подальше. Вздрогнув, Кроули словно очнулся от дурмана. Сожалеть уже слишком поздно. Время ещё есть, если он не ошибся. Демон потянул носом и прислушался к своим ощущениям. Далёкий знакомый запах, как звуки почти забытой мелодии, защекотал его нёбо. Сверкнув змеиными глазами, Кроули стал торопливо, прыгая через ступеньку, спускаться в метро. Если Азирафаэль где-то и был, то только здесь, внизу.

***

Толпа в час пик в ужасе шарахалась от Кроули. От демона на расстоянии разило серой и практически осязаемой опасностью. Его подгоняла злоба. К Хастуру, к его пособникам, ко всему демоническому роду, а в первую очередь, к себе самому. Кроули поклялся себе, что если они с Азирафаэлем выйдут живыми из этой переделки, то он заберёт его с собой, и они сгинут с глаз как Ада, так и Рая. Нужно было так сделать сразу же после Армагеддона. Они больше не принадлежат разным командам, их команда состоит из них самих. Ангел и демон. Инь и Янь. Вдвоём против всего мира? Что ж, так тому и быть. В конце концов, к этому всё давно и шло. Только ослепший от эмоций Кроули мог этого не видеть, из последних сил пытаясь сохранить для ангела узкий комфортный мирок беззаботности, наполненный уютным шуршанием книг и запахом какао. Кроули уверенно подбежал к краю платформы и лёгким движением спрыгнул вниз, игнорируя крики испуганных пассажиров. Его вёл уже не смутный запах, его вёл инстинкт. Он чувствовал ангела здесь, в этом тёмном грязном тоннеле, так же чётко, как магнит чувствует близость другого магнита. Времени было очень мало. Кроули знал, что существует масса способов не просто убить телесную оболочку ангела, а уничтожить его самого, его бессмертную сущность. Едва не споткнувшись, Кроули резко затормозил и опустился на колени. Он скорей почуял, чем увидел маленькую невзрачную лужицу. Кровь. Антоний обмакнул палец. Пахло лавандой и совсем чуть-чуть – корицей. Скрипнув зубами, демон пулей полетел по тоннелю. У него не было оружия, он сам был самым страшным оружием для всякого, кто посмеет встать на его пути. Впереди задрожали рельсы, худую фигуру в чёрном высветил ослепительный свет. Раздражённым взмахом руки Кроули отправил встречный поезд в небытие. Плевать, что потом придётся заполнять форму о переработке. В данный момент это волновало его меньше всего. Кроули несколько раз свернул и спустился по железным лесенкам, и уже понимал, насколько глубоко он оказался в подземелье. В спёртом воздухе явственно ощущалось влияние преисподней. Чем глубже он забирался, тем больший прилив сил он чувствовал. Это было плохо: с такой же лёгкостью силы покидали оказавшегося вблизи Ада ангела. Вот почему Азирафаэль так не любил лондонскую подземку и всеми силами избегал пользования самым быстрым видом общественного транспорта. На развилке Кроули остановился, прислушиваясь к своим ощущениям. Шестое чувство, выработанное за многие века, не подвело, и демон успел увернуться за мгновение до удара. Сзади с оглушительным треском разлетелась осколками стенная плита. Примерно определив местоположение противника, Кроули метнул ответный удар. Судя по мощному звуку взрыва и отсутствию криков боли, он сделал вывод, что тоже промазал. Спрятавшись за поворотом, он принялся ждать, когда невидимый противник подставится. – Эй, змеееей, – прошелестел ехидный голос. – Твой светленький дружок у нас. Если поторопишься, сможешь успеть взять пару пёрышек на память. Кроули выскочил на звук и несколько раз взмахнул рукой, посылая энергетические вспышки одну за другой. Послышался булькающий вскрик, запахло палёной плотью. – Попробуй теперь себя собрать на память, говнюк! Демон не сумел опознать нападавшего по голосу, и это было паршиво. Значит, на вечеринку явилось ещё больше приглашённых, чем он ожидал. – Ты труп, Кроули, труууп! – шипел поверженный враг, корябая одной оставшейся рукой истекающую чёрной сукровицей сквозную рану в груди. – Я – нет. А вот ты – вполне. Антоний взмахнул рукой, отправляя коллегу прогуляться до Ада за новым телом. Дальше он пошёл, уже более внимательно вглядываясь вдаль. Дагона он заметил ещё до того, как тот успел атаковать, в момент, когда князь выпрыгивал из вагона стоявшего в туннеле поезда. Электрическим ударом он обжёг руку князя, приготовившегося атаковать. – Тебя выдают глаза, Кроули! – Зарычал Дагон, тряся рукой. – Светишься на полтоннеля! Антоний атаковал, но Дагон увернулся. – Что, так не терпится развоплотиться вслед за своим беленьким любовничком? – Поддразнил князь, оскаливая свои мелкие заострённые зубы. Рука Кроули не дрогнула, и он послал в противника молнией. Но Дагон ожидал удара, а вот Кроули внезапно растянулся на земле от сдвоенного силового удара в грудь, пребольно ударившись головой об рельс. На подмогу Дагону из поезда появился Хастур. Заглатывая ртом воздух, Кроули попытался подняться, но перед глазами всё слишком плыло, а руки не могли нашарить подходящей опоры. – Не дайте этой гадине подняться! – Истерично завизжал Хастур. Он боялся, боялся Кроули даже оглушённым и почти поверженным. – Кончайте его! С оглушительным свистом над головой Антония разорвался огненный шар. Собравшись с силами, он откатился в сторону. Рядом ударился ещё один огненный снаряд. – Ваднон, ты дебил?! – Рявкнул Дагон. – Адским пламенем швыряться?! Тут всё в секунду сгорит вместе с… Князь не успел договорить и разлетелся ошмётками, мгновенно испарившимися там, где они попали в пламя. Кроули, пошатываясь на колене, только что опустил руку, пославшую сокрушающий удар. Очки потерялись, на лице были пятна сажи, из уголка рта струился ручеёк крови, а взгляд его глаз… Этот горящий взгляд не сулил ничего хорошего. Хастур истерично завизжал, на ходу уворачиваясь от следующего удара. Он ведь только что получил новое тело! А в Аду такая страшная бюрократия! – Валим! Валим! Я не хочу снова терять тело! – истошно заорал он, задыхаясь от страха и стремительно распространяющего дыма. – Они уже покойники, оба покойники, плевать на них! Со звуком засорившейся раковины трус дематериализовался первым, за ним, помешкав, туповатый Ваднон. Поскорей постаравшись отползти от обжигающего пламени, Кроули не без труда принял вертикальное положение и поспешил к поезду. – Азирафаэль, ты здесь? Азираф… Демон закашлялся. Нужно было спешить. Адское пламя, будучи выпущенным на волю, становится неостановимым, пока не пожрёт дотла всё, до чего только сможет дотянуться. Один раз Кроули уже вышел победителем из битвы с адским огнём, но тогда у него был автомобиль, который принял главный удар на себя. А самое главное, тогда он был в куда лучшей форме. Сейчас пламя для него представляло лишь чуть меньшую опасность, чем для Азирафаэля, сущность которого оно уничтожило бы навсегда, без всякой возможности возрождения. – Азирафаэль? – отчаянно позвал Кроули, забравшись в поезд. Он не переставал звать его, пробегая через вагоны. Ненасытный огонь гудел за спиной всё громче. Наконец, пинком распахнув дверь третьего вагона, демон увидел ангела, распростёртого на полу. – Ох, адовы силы! Хастур и его клика замучили ангела не ради тайной информации и не по приказу свыше. Они сделали это из ненависти к Кроули. И ещё, пожалуй, из удовольствия. Они же были демонами, в конце концов. – Азирафаэль! Прости меня, прости ради всего на свете! – Кроули кинулся к другу. Ангел едва слышно застонал. – Живой! – С облегчением выдохнул Кроули, вставая рядом на колени. Лицо Азирафаэля было разбито, один глаз заплыл, по виску струилась кровь, окрасив золотые кудри в алый цвет. Светлое, трепетно оберегаемое ангелом сто восемьдесят лет пальто тоже было всё в пятнах крови. Огромная железяка пригвоздила его за ногу к полу, словно булавка – бабочку. – Азирафаэль, умоляю, прости меня! Мне нужно было сказать тебе всё раньше, а не играть в сраного супергероя! Кроули ухватился за железку, пытаясь её вытащить, потом, опомнившись, хлопнул себя по голове, оставив на лбу кровавый отпечаток. Демон щёлкнул пальцами, и кусок арматуры исчез. – Я думал, всё смогу в одиночку, я думал, что… – продолжал свой задыхающийся монолог Кроули. Азирафаэль открыл оставшийся невредимым глаз и медленно проговорил: – Ты всё знал… Веко задрожало, из уголка глаза выкатилась одинокая слеза. – Да! – Закричал Кроули – Я хотел защитить тебя, я… прости меня! Глаз медленно закрылся, губы дёрнулись. Было непонятно, потерял ли ангел сознание или был уже на полпути к Небесным сферам. – Азирафаэль! Азирафаэль! Кроули принялся трясти его за плечи, потом, вспомнив, как ангел в своё время исцелил перелом руки Анафемы Гаджет, начал щёлкать пальцами, пытаясь исцелить тело друга. Нога, находящаяся под странным углом, выпрямилась, перестала течь кровь из носа, попутно с пальто исчезла парочка самых жутких пятен. Но ангел не открывал глаза. То ли Кроули делал что-то не так, то для врачевания нужно было быть ангелом. – Ну же, давай! Моя вечность станет Адом без тебя! – В отчаянии вскрикнул он. Он попробовал ещё раз, но Азирафаэль не очнулся. Тогда Кроули со стоном поднял друга и поволок его. Времени было в обрез, адское пламя уже гудело за спиной. Назад было не вернуться, оставался только путь вперёд, по вагонам. – Если… выживём… посажу тебя... на диету, – прокряхтел Антоний, транспортируя Азирафаэля. Упитанный ангел не только выглядел пухлым, он ещё был и порядочно тяжёленьким. Дотащив друга до кабины, Кроули увидел, что тоннель кончается. – Тупик. И это было о ситуации в целом. Пламя подобралось совсем близко, вагоны со странными хлопками корёжились вовнутрь, жар огня обжигал лицо. Нужно было поскорей дематериализовываться отсюда. Кроули никогда не делал этого с кем-то на буксире, и так и не успел попробовать. Вагон сзади подорвался, подобно пороховой бочке. – Твою ма!... Это было последнее, что успел сказать Кроули перед тем, как кусок раскалённого железа с гильотинной точностью отделил его голову от тела.