Твои Глаза холоднее, чем погода на севере

      Идя по улице Берлинер Штрассе, светловолосый замечал местных, которые уже проснулись и шли на работу оглядывались на «Парочку».       Дойдя до клиники был ещё один круг ада, это лестница, где ступени были не в лучшем качестве. Хотя, можно было пройти по Спуску для колясок, но это было бы неудобнее. Ивушкин посадил Клауса на ступеньку у колонны и просил немного подождать. Невысокая брюнетка, что являлась мед.сестррй выбежала из-за стойки регистрации и попросила врачец выйти на улицу с носилками. Ждал Ягер не долго, ведь Коля, который и плохо знал немецкий, смог о чём-то попробовать договориться, но эта мед.сестра немного знала русский, что очень помогло, и Ивушкин был на седьмом небе. Коля и Врачи спустились с носилками, на которые Николаусу не хотелось взбираться, но дойти наш инвалид сейчас не смог.       Отнеся Штандартенфюрера в палату, Николая попросили подождать некоторое время на лавочке в зоне ожидания. Конечно, сначала ему сказали что он может идти, но сейчас был не тот случай, когда этого хотелось. Коля уснул на лавочке, а утром уже его разбудила та мед.сестричка и сказала, что Николай может зайти в палату к офицеру.       Зайдя, Коля увидел Клауса, который уже проснулся и лежал под капельницей. — Коля? was warst du(ты что, был) тут всю ночь? — Ягер кинул возмущённый взгляд на лейтенанта, который разогнул спину, что затекла а неудобном положении сна. — Да. Ты только представь себе, как неудобно спать на лавочке и дожидаться тебя, потому что иначе я бы ушёл. И забыл про тебя.–Коля тепло улыбнулся Клаусу. — Ты ради меня отдашь жизнь?– в непонимании такой безрассудности сероглазого спросил Клаус. — Ради тебя? Да — Ивушкин не долго думал, но ему было всё равно на то, что он, по сути считались «Заклятыми врагами» Немцев, раз один сбежал из 7 Лагерей, а другой в свою очередь сдался русскому. Лейтенант присел на край койки. — Сестра сказала что через пол часа ты сможешь поесть. Есть предпочтения? — — Возьми то, что тебе кажется для меня лучшим. — Клаус уж очень пристроился и решил, что пусть Ивушкин за ним поухаживает, раз тот поддался.