***
Когда Драко вошел в комнату, Гермиона уже стояла с пустой склянкой и смотрела на фотографии на полке. — Грейнджер, — позвал Малфой и закрыл за собой двери. — Как ты себя чувствуешь? — Вполне нормально, — ответила Гермиона и кивнула на фотографии. — Где живут твои родители? — В Париже, — произнес Драко и подошел к ней, так же посмотрев на фотографию, где он уже взрослый стоит с родителями на фоне Малфой-Мэнора. — Маме там больше всего нравится. — Малфой? — Он посмотрел на нее. — Ты придумал что-то? Драко кивнул и спросил: — Голодна? — Нет, — она невольно скривилась, и он улыбнулся кончиками губ. — Но могу выпить чаю. — Отлично, распоряжусь, чтобы подали чай.***
Они сидели в столовой друг напротив друга за огромным длинным столом и молчали, иногда отпивая из кружек горячий чай. Гермиона с нетерпением ждала, когда Малфой начнет говорить, а Драко просто думал, рассказать ей всё или же оставить в неведение, ведь большая часть плана еще была не сделана, а болтать просто так он не любил. Нахмурившись, Малфой смотрел в окно, потом медленно перевел взгляд на Гермиону, которая нервно теребила салфетку, лежащую рядом. Мужчина почувствовал тепло от того, что она тут с ним. Впервые за долгое время он сидел за этим столом не один, и ему это нравится. — Ты забавно злишься, — выдал Драко и отпил чай, смотря на нее исподлобья. Та удивленно посмотрела на него и сморщила нос. — Очень забавно, что ты позвал меня молча попить чай, — съязвила она и, сложив руки на столе, уставилась на него. — Выкладывай. — Ну что ж, хорошо, — ответил тот, прочистив горло. — Всё, что тебе нужно знать, это то, что тебе следует вести себя так, чтобы никто ничего не узнал. Гермиона нахмурилась. — Ты ничего не расскажешь? — догадалась она и ощутила внутри огромное разочарование. — Да, Грейнджер, для тебя так будет лучше, тем более, мне нужно кое-что узнать, прежде чем действовать. Гермиона поджала губы и снова сжала салфетку одной рукой. — Сколько я должна притворяться? Драко видел, как поникли ее плечи, как будто она потеряла надежду. — Максимум несколько дней, — мягко произнес мужчина и увидел, как в её глазах, что она подняла на него, загорелся огонь. — Но даже за эти несколько дней можно раскрыться, постарайся этого не сделать. — Ладно, — вздохнула она и поднялась из-за стола. — Было очень вкусно, но мне нужно идти. Рональд скоро приедет на обед. «Рональд» резанул само сердце так больно, что даже глаза Драко выражали крайнее недовольство. Однако, взяв себя в руки, мужчина быстро нацепил на лицо маску равнодушия. — Конечно, — резче, чем хотел. Гермиона посмотрела на него и немного улыбнулась. «Что же ты скрываешь, Драко Малфой?»***
— Я принес то, что ты просил, — произнес мужчина и положил на стол толстую папку. Драко серьезно на него посмотрел и спросил: — Ты не наследил? — Не беспокойся. Все прошло гладко, — человек улыбнулся и присел в кресло, которое стояло в кабинете Малфоя. Расстегнул мантию и, откинув ее, взъерошил волосы. — Зачем тебе информация об этом кретине? — Мне нужно, чтобы он отказался от своей жены, — сухо ответил Драко, увлеченно читая информацию. — Неожиданно, — удивился мужчина. — Гермиона Уизли? — Грейнджер, — исправил Драко и поднял лист бумаги. — Очень интересно, — протянул он и встал из-за стола. — Знал, что ты оценишь, — ехидная улыбка чувствовалась даже на расстоянии. — Как будешь это использовать? — Наверное всё-таки шантаж, — усмехнулся Драко и опустил лист, — хочу попросить тебя еще об одном. — Всё, что угодно.***
Вечером того же дня Драко сидел у себя в кабинете, смотря в окно и думал. Он знал, что никакой ошибки не должно быть, иначе Гермиона пострадает, а вместе с ней и его ребенок. Весь его план был построен на мести, пропитанной жгучей ненавистью, потому что старые раны вновь закровоточили. Мужчина вздохнул и встал. Совсем скоро Гермиона Грейнджер, та, о которой он мечтал всю жизнь, будет жить здесь в Малфой-Мэноре, и никто ничего не сможет сделать. Даже сама Гермиона.