Malfoy's baby

— Не шути с этим, Драко, — проскрипел старый голос. — Ты уверен в своих чувствах? — Безусловно.

***

      Драко осмотрел маленький столик, стоящий около большого панорамного окна. Эльфы приготовили ужин, накрыли на стол и ждали пока хозяин их отпустит. Малфой перевел взгляд на них и коротко кивнул: домовики тут же исчезли с характерным хлопком. Вздохнув, мужчина глянул мельком на часы и отправился в спальню к Гермионе. После того, как они аппарировали в этот дом, Гермиона проплакала полчаса, и её глаза так сильно покраснели и опухли, что Драко дал ей снотворное без сновидений и оставил в спальне.       Войдя в комнату, он увидел, что Гермиона мирно спала, сжавшись в комок. Сердце пропустило удар, но мужчина молча прошел к постели и сел на самый краешек, боясь разбудить. Ему хотелось хотя бы чуть-чуть посмотреть на нее, разглядеть, как она изменилась за эти годы. За всей этой суетой и проблемами он не мог сделать этого, постоянно было мало времени. А той ночью, когда они были близки, он едва запомнил её лицо.       Гермиона Грейнджер сильно изменилась с их последней встречи в Хогвартсе, на выпускной. Она была с этим мерзавцем Уизли, который и шагу не давал ей сделать. Чертов подлец считал, что имеет полное право на это, и Малфоя это злило. За все эти годы Уизли просто высосал из неё все те качества, коими она блистала в школе чародейства и волшебства. Она была такой одаренной, к тому же староста своего факультета и школы. Конечно, хорошего вкуса в одежде у нее особого не было: всегда строгая серая одежда и никогда ничего женственного. Как же все удивились, когда на выпускной она пришла в очень дорогом прекраснейшем платье. Но никто не узнает правды никогда. Это не она его купила и не ее идиот Уизли, а он. Малфой мечтал увидеть её в нем, но знал, что она никогда не примет от него подарок, узнай от кого он. Но Драко так же знал про алчность её приятеля. Рыжий недомерок уговорил Гермиону надеть платье, присланное ей от тайного отправителя. И как же она была прекрасна в тот вечер! Но ни на шаг не отошла от своего Уизли.       Драко медленно протянул руку к лицу и аккуратно убирает прядь волос. Гермиона нахмурилась и резко открыла глаза. — Драко, — выдохнула она и села на кровати, натягивая одеяло. На ней была ночнушка на бретельках. — Что ты здесь делаешь? Сколько времени? — Время ужинать, — ответил Драко и встал с кровати, немного улыбаясь. — Тебе нужно поесть, Гермиона, — убедительно начал он, облокотившись на комод с вещами.       Она с сомнением посмотрела на него и поджала губы. — А если я скажу, что не хочу?       Драко самоуверенно усмехнулся. — Тогда я принесу ужин сюда и заставлю тебя есть.       Гермиона притихла, отвела взгляд и молчала несколько долгих секунд. — У меня нет выбора? — повернулась она к нему, и он осознал, какой была жалкой жизнь Гермионы Грейнджер. Её голос звучал горько и досадливо. Она была подавлена и расстроена, и Драко знал, что очень бы хотел, чтобы она хотя бы на секунду улыбнулась. — Есть, — спокойно ответил Драко и снова подошел к кровати. — Ты можешь выбрать, где ты будешь кушать. — Ты невыносим, — мрачно известила Гермиона, отводя взгляд. — Малфой? — спросила она его через минуту, смотря в упор. Как-то сердито. — Да, Грейнджер? — как ни в чем не бывало. — Может, дашь мне переодеться?       Драко немного растерялся, но быстро нашелся, кивнул, усмехнувшись, и вышел. Ему так не хотелось, чтобы она злилась и тратила при этом итак расшатанные нервы. Ему казалось, что за сегодняшний день она выплакала все свои слезы. Драко прошел в гостиную и разжег в камине огонь. Встал напротив и просто смотрел на языки пламени, погружаясь в мысли.       По-любому в слезах Гермионы был виноват Уизли, однако спрашивать сейчас, наверное, не стоит. На самом деле, Драко переживал, что бы с ребенком ничего не случилось, а сама женщина в силах пережить расставание с этим рыжим недоноском. Не зря же она так быстро согласилась на предложение Драко. Точно уж не от чистой любви к Уизли и его семейке.       Погруженный в мысли, Малфой не сразу заметил, что на него уже минуту смотрит Гермиона, одетая в обычное платье цвета синего неба. Ничего дорогого, лишнего и вычурного. Он улыбнулся, осмотрев её, и жестом пригласил в столовую. — Как ты себя чувствуешь? — спокойно спросил Драко, идя рядом с Гермионой.       Они свернули с кухни в столовую, и женщина улыбнулась, разглядывая вид за окном. — Немного устала, — ответила она и хотела было отодвинуть стул, но за неё это сделал Малфой. Молча отодвинул стул, спокойно глядя ей в глаза. Гермиона не ожидала такого поворота событий, поэтому немного растерялась, но спустя несколько секунд напряженно улыбнулась и села на стул, который он тут же подвинул к столу.       «Очень странно, — подумала Гермиона, неловко рассматривая блюда на столе. — Неужели он жалеет меня из-за того, что я плакала?» — Сейчас поужинаем, и ты снова пойдешь отдыхать, — оповестил Драко и сел за стол. — Ты же все ешь, что здесь есть?       Гермиона опять пробежалась взглядом по столу и кивнула. Малфой поджал губы и медленно начал накладывать еду себе в тарелку. Он видел, что она чувствует себя неловко, но не понимал почему.       «Очнись, ты же ведешь себя не как обычно!» — Ты… — Ты…       Оба замолчали, Гермиона отвела взгляд, но Малфой продолжал смотреть.       «Веди себя, как обычно», — шептал ему разум. — Говори, — нашлась женщина, поднимая взгляд. Немного напряженно положила себе курицы и снова взглянула на Драко. — Почему молчишь? — Говори ты сначала.       Она нахмурилась, но спросила: — Ты останешься … — запнулась, и их взгляды встретились. Над столом напряженно повисло «со мной», но она продолжила: — здесь?       Драко улыбнулся кончиками губ и отрицательно покачал головой. Приятное чувство заполнило его сердце. Но он не мог. Пока не мог сделать этого. — Нет, но я буду приезжать на завтрак, обед и ужин, — ответил блондин и изящно положил еду себе в рот.       Гермиона кивнула и уткнулась в свою тарелку. Как же неловко она себя чувствовала из-за этих дурацких слез! Этот день такой мутный и долгий, она никак не могла от него избавиться. Выдохнув, женщина начала есть, но с каждым кусочком чувствовала, что она просто делает это через силу. Промокнув губы салфеткой, Гермиона подняла взгляд на Малфоя. — Твоя очередь. — Что? — недоуменно спросил он, наблюдая за ней. Лицо побледнело, и его это напрягало. Может не стоило её будить? Поела бы утром, ничего страшного.       «Ты же знаешь, ради чего ты ее разбудил. Давай уже» — Ах, да, — кивнул и тоже промокнул рот салфеткой, аккуратно положив её рядом с тарелкой. — Я хочу кое-что тебе подарить. — Зачем? — тупо уставилась на него Гермиона, когда он достал что-то из кармана и, отодвинув стул, направился к ней. — Ничего не нужно, Малфой.       «Немного времени назад был Драко», — грустно подумал он, но уверенно взял ее за руку и, свесив кулон, вложил туда. Её руки были холодными, а она почувствовала тепло. Их глаза снова встретились. — Спасибо, — произнесла она, смотря в его серые глаза. Почему она раньше не замечала, что они такие глубокие? — Наденешь?       Драко улыбнулся и кивнул. Ему так трудно было отвести от нее взгляд, но, собрав всю силу в кулак, он сделал это и, забрав кулон, ловко надел его ей на шею. Будто случайно провел пальцами по коже спины и почувствовал, как она вздрогнула. Напряжение отдалось внизу живота, и он сглотнул.       Гермиона неловко повернулась к нему и, натянуто улыбнувшись, произнесла: — Думаю, мне пора ложится спать снова. — Конечно, — кивнул спокойно Драко. — Проводить? — Не нужно, — покачала она головой и пошла. Но потом остановилась и повернулась. — Спасибо за ужин и подарок, Драко. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Гермиона.

***

      Ночь — это же прекрасное время, чтобы всё обдумать, не правда ли? Именно ночью приходят гениальные мысли и идеи. И только в это время суток ты честно можешь признаться себе, что твориться у тебя на душе.       Гермиона достала из чемодана последнюю вещь и повесила в шкаф. Конечно, она могла бы пойти спать, тем более так хотелось, однако внутренние эмоции совершенно не давали покоя. Всё внутри смешалось, запуталось, и ей нужно с этим разобраться. Гермиона закрыла шкаф и плюхнулась на кровать, устремляя взгляд в приоткрытое окно.       Первое — это Рональд. Что же сделал Драко? И что будет дальше? Она была счастлива уйти из этого адового места, однако боялась, что он вернется и будет что-то требовать, угрожать, шантажировать. Он безжалостный, гнусный подонок, которого неизвестно как земля носит.       «Нужно обязательно спросить у Драко», — подумала она.       Второе и самое главное — это Малфой. Он вызывал у нее непонятные чувства, которые тревожили на протяжении всего дня. Зачем он подарил ей этот кулон? Она села на кровати и, опустив голову, посмотрела на кулон. Маленький, сверкающий в форме какой-то непонятной фигуры, похожую на ракушку. Она аккуратно взяла его в руку и почувствовала тепло.       «Волшебство?» — подумала она и испугалась. Встала с кровати и попыталась его снять, но все было тщетно. Страх и паника охватили её с головой. Что это за магия? Почему она не может его снять? Быстро отыскав палочку, Гермиона произнесла несколько заклинаний, которые должны были помочь, но всё снова было бесполезно.       Она села на кровать и попыталась успокоится, контролируя своё дыхание. Немного поразмыслив, женщина взмахнула палочкой и проверила кулон на наличие темных заклятий. Ничего. Только светлая магия.       «Неужели заклинания для защиты?» — Не может быть … — прошептала в тишину Гермиона и снова встала с кровати, подойдя к зеркалу. — Неужели это все ради ребенка?       Что произошло с Драко Малфоем, что он готов принять ребенка от такой, как Гермиона? Почему защищает её? Почему вытаскивает из злосчастного места, придумывает планы?       И следует ли ей здесь оставаться и доверять ему? Это была третья тема, которая мучила ее. Всю её жизнь она знала Драко Малфоя, как задиру и труса. Он всячески обижал её, унижал и никогда не давал намека на хорошее отношение.       «Может, он вырос?» — задала сама себе вопрос Гермиона. Выдохнула и пошла в кровать. — «Пора спать, а завтра я спрошу Малфоя про всё, что меня волнует»       Она укрылась одеялом и перевернулась на бок, отмечая, что луна теперь освещает ее комнату. Взмахнув палочкой, Гермиона закрыла глаза и ощутила, как в комнате стало темно. Она сильно сжимала атрибут магии в руке, пока не уснула.

***

— Доброе утро, — громко произносит Гермиона, входя в столовую. Она не ошиблась: Малфой сидел за столом и читал газету. Услышав её, он отвлекся от чтения и кивнул. — Доброе. Как ты себя чувствуешь? — спросил он и отпил из кружки дымящийся кофе. — Нормально, — уклончиво ответила Гермиона и села за стол, отмечая, что в кружке был налит её любимый чай. На самом деле, слабость всё еще одолевала её, даже немного подташнивало, но сегодня она должна выпить второй флакончик с зельем, а значит ей станет легче. — Точно? — Драко опустил газету и оглядел женщину, отмечая, что та напряжена. Она с силой намазывала масло на хлеб, а её спина была натянута, как струна. Гермиона кинула на него раздраженный взгляд и кивнула. — Тебя что-то беспокоит?       «Я должна спросить его», — убеждала она себя. — «Почему он ведет себя как ни в чем не бывало?» — Что это за кулон? — напрямую спросила она, напряженно вглядываясь в его лицо, которое никак не выражало эмоции. — И не говори, что он обычный.       Драко молча сложил газету и, отпив кофе, ответил: — Он наделен защитной магией. — Для чего? — сквозь зубы. — Для того, чтобы никто не смел навредить тебе и ребенку, — жестко, чеканя каждое слово. — Я не всегда могу быть рядом, чтобы защитить тебя. — Да что со мной может произойти? — взбушевалась она, поднимаясь со стула. — Или ты думаешь я сама не в состоянии защитить себя? — Успокойся, Грейнджер, — прошипел тот. Эта ситуация начинала его напрягать. — Тебе волноваться нельзя. — Без тебя решу, — фыркнула и села на стул. — А что насчет Рональда? Что ты ему сказал? — Ничего такого, что тебе бы стоило знать, — ответил Драко и снова отпил кофе.       «И всё-таки не один Уизли не способен отнять у Грейнджер её острые зубки» — усмехнулся про себя Малфой. Драко нравилась, как она противостоит ему, однако ситуация с кулоном его напрягала. Она не должна была догадаться, по крайней мере не так быстро. — Ты просто невыносим! — воскликнула она и встала из-за стола. — Поем позже. — Гермиона, — предупреждающе начал Малфой, но она даже не остановилась. — Оставь меня в покое, — крикнула напоследок и прошествовала в свою спальню, громко хлопнув дверью.       Ком застрял в горле, и слезы были готовы политься из глаз. Может ли она ему доверять, если он не говорит ей правду? Как она может доверять ему свою жизнь и жизнь своего ребенка?       «Нельзя плакать. Что я за тряпка?»       В дверь постучали, но она молча сложила руки на груди и поджала губы. Она знала, кто это. — Грейнджер, я сейчас войду, — предупредил Драко и тут же открыл дверь, входя внутрь.       Она сидела на кровати, гордо вскинув голову и скрестив руки на груди. Её жесткий взгляд вцепился в него, и он усмехнулся. — Зачем тебе знать про это? Ты здесь в безопасности, — говорит Драко, — вдвойне, — указывая головой на кулон. Засунул руки в карманы брюк и ответил на её взгляд. — Я не сказал твоему благоверному ничего такого, что могло бы навредить ему. — Мне плевать на это. — Тогда зачем ты спрашиваешь? — злобно воскликнул он. — Это называется доверие, Малфой, тебе не понять, — съязвила она и перевела взгляд в зеркало, где в полный рост отражался Драко. Его платиновые волосы в беспорядке лежали на голове, будто бы он запускал туда пальцы, лицо раздраженно, и он этого никак не скрывал. Костюм, как всегда, сидел безупречно. Идеальная скотина. И он очень привлекательный. Гермиона улыбнулась. — Чего ты улыбаешься? — как-то отдаленно услышала Гермиона и перевела на него взгляд. Встретилась с злыми, напряженными глазами, которые почернели за секунду.       «Наверное, у него очень гладкая кожа», — подумала Гермиона и представила, каково это гладить Драко Малфоя по щеке. Покачала головой и осмотрелась вокруг. — «Что бы сказать?» — Здесь так мало цветов, — быстро пролепетала она, отмечая, что в комнате нет ни одного растения.       Малфой опешил, во взгляде читался огромный вопрос. — Тут вообще нет цветов, — произнесла Гермиона с серьезным видом, пытаясь скрыть смущение от своих мыслей. — О, Мерлин, — прошипел Драко и вышел из комнаты, немного хлопнув дверью.

***

      Обед. Гермиона сидела в гостиной на диване с книгой, ожидая, когда приедет Драко. Книгу, конечно, она не читала, потому что строчки от волнения просто расплывались перед глазами. Ей так было стыдно за своё утреннее поведение, что ей даже не хотелось об это вспоминать. Поэтому она приготовила обед и взяла книгу, чтобы отвлечься, но ничего не помогло. Да еще и Драко опаздывал.       «А вдруг он просто не придет?»       Внутри как-то стало тоскливо. Она всю свою жизнь была одна, даже замужем за Рональдом, а тут появился человек, который хоть как-то старается для нее. Если бы не он, она бы осталась в лапах своего мужа и купалась бы в унижении. Так что эта беременность её спасла.       Хлопок аппарации. Гермиона резко подняла голову, и через несколько секунд Драко Малфой прошёл в гостиную. Напряжение между ними тут же повисло в воздухе, и Гермиона решила всё взять в свои руки. — Я приготовила обед, будешь? — спросила, откладывая книгу и поднимаясь с дивана.       Он нахмурился и уточнил: — Приготовила? А где домовики? — Я их отпустила, — ответила Гермиона, поджав губы. — Пусть приготовят ужин.       Драко недовольно кивнул, но внутри было так тепло от того, что она ждала его здесь. Что она даже приготовила для него. — Но перед тем, как мы пойдем кушать, я хочу кое-что тебе показать, — он улыбнулся кончиками губ и кивнул на выход из гостиной.       Она улыбнулась, и они вышли в коридор. — Вот, — указал на красивые красные цветы в горшках Драко и посмотрел на Гермиону.— Скоро эльфы построят тебе сад, и ты сможешь посадить их там. — Это… маргаритки? — удивленно спросила Гермиона, и их взгляды встретились. Драко кивнул, и женщина почувствовала, что где-то в животе разлилось тепло. Она знала, что означает этот цветок.       «Любовь» — пронеслось у обоих в голове.       Не отводя взгляд, Гермиона улыбнулась и поблагодарила, а внутри всё трепетало от заботы и непонятного чувства радости.

***

      Снова диван и книга, но теперь она с умиротворением читает каждую строчку. Внутри до сих пор плескалось теплое чувство, и настроение было на высоте. До ужина оставалось около получаса, поэтому она решила спокойно провести время с книгой и потом пойти помочь домовикам накрыть на стол.       На столике стоял пустой флакончик, который она выпила, в камине горел огонь. Здесь было тепло и спокойно, но чего-то все равно не хватало. Непонятно, чего именно, но Гермиона это чувствовала. Нет, её не беспокоило сильно, однако она все равно это ощущала.       Хлопок. Домовик по имени Кики стоял перед ней, хлопая своими большими глазами. — Мисс Грейнджер, Кики должен у вас спросить, вы хотите на ужин пирог со смородиной или мороженое?       Она улыбнулась и ответила: — Пирог.       Домовик кивнул, улыбнулся и исчез. Она вернулась к чтению и спустя минуту облизнула палец и перевернула страницу. — Ай-яй-яй, Грейнджер, — послышалось с прохода, и женщина вздрогнула. Обернувшись, Гермиона выдохнула, но чувствовала, что сердце быстро стучит от испуга. — Да, я освободился раньше.       «Это вместо прости?» — Да уж, испугал ты, — она отложила книгу и хотела было встать, но Драко остановил её жестом. — Разве ты не хочешь есть? — Позже, — отвечает он и садится рядом, достаточно близко к ней. Не слышит сопротивления и радуется. — Сейчас я хочу просто посидеть.       Гермиона кивнула и снова облокотилась на спинку дивана. Он был так близко, как никто, кроме Рональда, не был, хотя тот никогда не сидел с ней просто так. — Почитаешь? — попросил Драко, смотря на огонь. Знает, что она удивится. — Ну хорошо, — смущенно произнесла она, взяла книгу и, открыв, в нерешительности застыла. — Ты уверен? — Конечно.       Она начала медленно читать, а он вслушивался в её голос, закрыв глаза и положив голову на спинку дивана. Драко слышал её и понимал, что давно так себя не чувствовал.       «Дома», — подумал мужчина, когда осознал, с каким чувством это связано.       Гермиона же пыталась не сбиться, потому что ей так хотелось посмотреть на него, расслабленного, немного уставшего и домашнего. Лишь один раз ей это удалось, когда она читала фрагмент, который знала наизусть. Говоря, она смотрела на него и спустя время, поняла, что не чувствует того пробела, что беспокоил её. Сейчас хватало всего. Абсолютно.