half the world away

Луи занял своё место на поезде в Донкастер и прикрыл глаза. Жара была невыносима. Его лицо было покрыто испариной, футболка и джинсы липли к телу, а на спину будто пролили огонь. Он изогнулся, пытаясь попасть под холодный воздух кондиционера, но это оказалось совершенно бесполезным. Поезд тронулся, и Луи открыл глаза. Сидения были заняты только наполовину, рядом с Луи никто не сидел. Он увидел пожилую женщину недалеко от себя, которая увлечённо играла в игру на телефоне. Луи слабо улыбнулся и попытался скрыть лицо ладонью. Кажется, его никто не заметил. Он снова посмотрел в окно, но быстрое движение пейзажа за окном заставило его голову закружиться, и он снова закрыл глаза, с надеждой продремать всю дорогу до Донкастера. Он спрыгнул на платформе в родном городе и заприметил Лотти, Физзи и Марка у дальней стены. Марк забрал его сумку и похлопал по спине, пока Лотти и Физзи его крепко обняли. “У нас кстати всё готово”, — сказала Физзи в машине. “Готовились к приезду брата, я смотрю?” Не то чтобы Луи расстроился, если бы никто ничего ему не приготовил, но он не мог перестать улыбаться за семейным ужином, который приготовили девочки ко встрече с ним. Даже их большой семье заняло пару часов, чтобы опустошить свои тарелки. Луи помог им убрать со стола и, пока старшие сестры мыли посуду, усадил младших близнецов к себе на колени в зале и читал им сказки. Когда остальные пришли пожелать ему спокойной ночи, они нашли обоих близнецов мирно сопящими и пускающими слюнки на джинсы Луи, где они устроились по обе стороны. Эрни засунул свой большой палец в рот, и Луи не мог перестать умиляться на них двоих. Он помог Дэйзи уложить их спать, и, пожелав всем спокойной ночи закрыл двери в свою старую детскую, которую теперь приспособили под некий склад. Вдоль стен стояли коляски, велосипеды, старое зеркало. Но его стол, шкаф и кровать были ещё на месте, поэтому Луи не возражал. Он плюхнулся на свою кровать и закрыл глаза. День был слишком насыщенным, и Луи сильно устал. Он повернулся набок и выудил из кармана телефон. Его сердце ухнуло, когда он не увидел ни одного сообщения или звонка от Гарри. Луи дал себе секунду на сомнения, и набрал его номер. “Лу? Привет. Ты уже дома? Всё хорошо?” “Привет, Кудряшка. Да, всё в порядке. Ты как там? Сильно занят?” “Да, ты не представляешь. У нас завтра практическое занятие с фотографом, я пытался практиковаться сегодня. Но у нас так жарко, что ничего невозможно делать. Я так устал, ужас”. “Я тоже. В поезде вообще парилка была ехать, даже кондиционеры не спасали”. “Я надеюсь, скоро похолодает”. “Мгмм”, — промычал Луи и перевернулся на спину. Они говорили о погоде. О чёртовой погоде. “Прости, что не писал сегодня. Правда, дел по горло. И я думал, что не буду тебя отвлекать от семьи”. “Да всё в порядке, — соврал Луи. — Тебе надо идти?” “Да. Да, уже поздно просто, а завтра вставать очень рано. Простишь меня?” “Да брось. Я сам устал. Спокойной ночи, Кудряшка. Удачи завтра”. “Спасибо, Лу. Я завтра вечером позвоню, да?” “Да, конечно”. “Спокойной ночи”. Луи перевернулся на живот и уткнулся носом в одеяло. Он знал, что отношения на расстоянии это сложно. Но ведь у них с Гарри всё было по-настоящему. А настоящее расстоянием не спугнуть, да? Он повернулся на спину и глубоко вдохнул. К чёрту все эти настоящести. Отношения были штукой невыносимо сложной, думал он. Жить одному было куда спокойней. И куда скучнее, сказал второй голос в его голове. Луи ещё раз глубоко вздохнул и заставил себя подготовиться ко сну. В ту ночь он спал как убитый. Он проснулся под звуки дождя и улыбнулся. Наконец-то ему было не жарко. Он потянулся и слез с кровати, осматриваясь в своей детской комнате. У окна стоял его письменный стол, справа висело ещё его зеркало, хоть и пыльное. У правой стены стоял шкаф, посреди комнаты была его незаправленная кровать, напротив которой висела коллекция плакатов с музыкальными группами. Словно ему снова 15 — за исключением кучи вещей остальных домочадцев вдоль стен, конечно. Когда Луи пришёл на кухню, она была пуста. Долго спать было в крови, подумал он. Он принялся готовить завтрак, и уже почти закончил свой коронный омлет, как услышал из-за спины удивлённое: “С каких пор ты умеешь готовить?” Луи повернулся и увидел Лотти в старой футболке и пижамных штанах в сердечки. Ее волосы были растрёпаны, и она широко зевала, глядя на него в поднятыми бровями. “Гарри”, — Луи пожал плечами. Лотти ещё раз удивленно подняла брови и покачала головой. Она уселась за круглый столик в центре их маленькой кухни и упёрла подбородок в руки, закрыв глаза. Это было так похоже на него самого, что заставило Луи улыбнуться. Он поставил перед ней тарелку и она повела носом, открыв один глаз. “Это съедобно?” “Пока никто не жаловался”. “Может Гарри тебя слишком любит, а?” “Ах ты ж”, — он потянулся, чтобы её пощекотать, и Лотти взвизгнула, смеясь и отталкивая его руки. Луи ещё больше взъерошил её волосы и поцеловал в макушку, отпуская. Лотти улыбнулась ему и поправила волосы — без всякого успеха, надо сказать. Она попробовала омлет на тосте и в который раз за утро на него посмотрела с удивлением. “Вкусно!” “То то же”. “Доброе утро”, — Марк был полностью одет для работы, когда он зашёл на кухню с вежливой улыбкой на лице. “Завтрак?” — спросил Луи. “Ты готовишь завтрак?” — вошла Физзи, в одинаковой с Лотти пижаме и не менее растрепанными волосами. “Я думаю, не вам жаловаться?” — Луи поднял на них брови. Как оказалось, умение готовить означало, что теперь Луи пришлось готовить завтрак для всей семьи. Но он не сильно противился (как бы много раз он не закатил глаза) — это помогало ему не думать, а лёгкий разговор с семьёй хорошо заполнял его время. После того, как все были накормлены, включая самого Луи, они провели утро за какой-то передачей по телевизору. Луи сидел между близняшками, а малыши были у него на коленях. Физзи устроилась на ковре перед диваном, Лотти в кресле сбоку. Луи не мог не отметить, как все дома к нему тяготели, и как его это радовало. Он был центром внимания, и ему было легко потеряться в этой тёплой атмосфере дома, с чашкой чая в руках и дождём за окном. После обеда он вызвался сходить в магазин — Марк забрал машину, а девочки не горели желанием мокнуть под дождём. Поэтому Луи поплотнее натянул капюшон куртки Марка, в которой он буквально тонул — Лотти даже сфотографировала его и отправила Зейну, пока Луи усердно закатывал глаза. Он негромко включил музыку, чтобы не перебивать звук дождя — Луи уже говорил, как сильно любил дождь? — и пошлёпал по лужам к ближайшему магазину на углу улицы. Он думал о новом спектакле, и как в понедельник у них была встреча с их сценаристами, чтобы обсудить главный сюжет. Он подумал о Гарри, и был ли он рад дождю, или, может, во Франции всё ещё стояла жара и Гарри мучился на своём занятии? Иногда Луи думал, как странно было иметь отношения на расстоянии. С одной стороны, у него было всё, о чём он только мог мечтать, а с другой, этого вроде бы и не было. Он изрядно подустал от постоянной смены настроения, которое словно пристроилось к приездам Гарри как антенна. Луи не сложно было быть счастливым, когда Гарри был рядом, или когда он должен был вот-вот приехать. Даже первые недели после их встреч Луи замечал, что ему казалось, что он мог сделать всё и вся. Вот например идея со спектаклем пришла ему в голову пару дней после отъезда Гарри. Но чем глубже и глубже он уходил обратно в жизнь одному и Гарри только голосом из телефона, тем больше и больше апатичным он становился. На следующие выходные должна была произойти их третья встреча, и мысль о том, что счастье было так близко, и ускользнуло, пусть всего на пару месяцев, заставляло его чувствовать себя паршиво. Это было нечестно, ведь правда? Остаток вечера прошёл за готовкой лазаньи. Он был уверен, что потолстел за два коротких дня дома. И всё пролетело так быстро. Ему казалось, вот он только приехал домой вечером пятницы, как вот они уже все стояли на платформе воскресным утром. “Ну что, увидимся?” “Обещай приехать раньше Рождества?” Луи грустно улыбнулся. “Я постараюсь, Физ. Но вы тоже приезжайте, — Луи кивнул на Марка. — Я всегда рад. И мы новый спектакль ставим скоро, если пройдёт хорошо, можете как-нибудь на него приехать”. “Да, и нам же надо познакомиться с Гарри”, — с хитрой улыбкой сказала Лотти. Луи почувствовал, что краснеет и опустил взгляд. Все вокруг тихонько засмеялись, и Физзи крепко обняла его. “Не слушай её. Мы подождем, когда ты будешь готов”, — она поцеловала его в висок, и Луи кивнул, сжимая её покрепче. Он не мог перестать думать о том, что иногда он был младшим в семье, а не сёстры. “Удачи, Лу, — Марк тоже его обнял и взъерошил ему волосы. — Напишешь, как доедешь?” “Да, конечно. Ну что? — Луи сел на корточки и расставил руки для своих самых младших. — Будете скучать по братику?” Дорис и Эрни обняли его за шею, и Дорис сильно потянула его за волосы, отчего Луи тихонько засмеялся. “Не пропадай”, — сказала Лотти ему на ушко. “Мы будем скучать, Лу, — сказала Фиби, обнимая его последней. — Будь осторожен”. “Хорошо. Я буду скучать. Вы тоже напишите, когда будете дома, окей?” Он забрался на поезд и подумал, что жизнь налаживалась — сейчас хотя бы не было жарко. * * * Луи сидел на кровати в своей квартире и смотрел на экран телефона в темноте. Близилась ночь. За окном смеялась компания подростков, и Луи был на полпути к тому, чтобы их прогнать. Он моргнул и почувствовал жжение за веками — яркий свет экрана резал глаза, голова начинала кружиться. Он снова открыл чат с Гарри и поджал губы. Гарри не отвечал с самого утра. В последнее время их разговоры совсем не клеились. После того, как они договорились не встречаться в третий раз — Гарри долго извинялся: у него добавилось работы и близились финальные экзамены — Луи чувствовал, будто они отдаляются. Всё было не так. Они никак не могли толком поговорить вот уже неделю — а оставалось ещё полтора месяца до его приезда. Луи заблокировал телефон и опустил голову. Он закрыл глаза, подперев лоб кулаком, и сильно сжал пальцы на ногах. Он понимал, что Гарри хотел сосредоточиться на карьере. В конце концов, он получил согласие на обучение ещё до того, как встретил Луи. Он, наверное, и не искал отношений. Луи зажмурился, но все равно почувствовал слёзы. Сегодня он чувствовал себя особенно одиноко. Зейн и Лиам были на свидании, Гарри не отвечал на простое “Как дела?” с девяти утра, и Луи остался один. Ему было легко принимать одиночество, когда он был занят. Но когда день так медленно таял в ночь, на него нападала тоска. Она душила его, и Луи не знал, как от неё избавиться. Он знал, что ему нужен человек. Даже если не Гарри, то просто кто-нибудь, с кем можно поговорить. Он надавил ладонями на глаза и всхлипнул, прерывисто выдохнул и откинулся на спину. Слёзы стекали в уши и щекотали шею, спина болела от его рыданий, но Луи не мог остановиться. Он снова сел и обнял себя за живот, сжал в кулаки ткань свитера и закачался из стороны в сторону. Всхлипы всё не прекращались, и Луи сдался. Он поднял руку к волосам и выдернул волос с макушки. Второй. Третий. Ему стало чуточку легче, и он заставил себя убрать руку. Он сжал её в кулак, и больно укусил себя за палец. Боль вернула его в реальность, и он глубоко задышал, давая себе время успокоиться. Луи нащупал телефон за спиной и снова его разблокировал, щурясь от яркого света. Он набрал Лотти и поднёс телефон к уху, заставляя себя дышать ровно. “Лотти?” — голос его был хриплым и непривычно высоким. “Лу, боже мой, что случилось?” — Луи услышал несколько удивлённых голосов по той стороне провода, потом Лотти шикнула, и стало тихо. “Поговори со мной, пожалуйста. Зейн смылся куда-то, — Луи шмыгнул носом и откинулся назад на кровати. — Если ты не занята”. Он чувствовал, будто его живот был полон червей. Его тошнило. Он услышал, как Лотти щёлкнула дверью и затем послышался звук идущей воды. “Что случилось, Лу?” — мягко спросила она. “Прости, я не должен был звонить. Ты с друзьями, да?” “Они подождут, не переживай. Лу, пожалуйста, что не так?” — она звучала взволнованной, и Луи уже пожалел, что позвонил ей. “Да, ерунда. Просто Гарри занят, Зейн тоже, а мне как-то не по себе. Но я позвоню Найлу”, — сказал он первое, что пришло в голову. Луи скривился и поднёс руку ко рту. Он больно прикусил палец, чтобы подавить всхлип. “Лу, давай поговорим. Я не занята, правда-правда”. “Ло-о-отти!”— позвал кто-то с той стороны, и Лотти шикнула ещё раз. “Нет, Лоттс, иди к друзьям. Со мной всё будет хорошо. В конце концов, я старший”, — Луи постарался улыбнуться и провалился. “Лу. Мне так жаль, что так получилось. Ты точно уверен? Если хочешь, я поеду домой и тебе позвоню?” “Нет, даже не думай. Беги, тебя там ждут”. “Лу”. “Шарлотта”. Лотти тяжело вздохнула. “Когда дозвонишься до Гарри, передай ему, что он самый гадкий таракан”. Луи фыркнул против воли. “Обязательно. Хорошо повеселиться”. “Спасибо. Люблю тебя, Лу”. “И я тебя”. Луи отключился и бросил телефон в сторону. Он сделал несколько глубоких вдохов и закрыл глаза. Мысли о Гарри тут же заполонили его сознание, и Луи заставил себя подняться, включил главный свет и выдохнул, щурясь. Он провёл руками по лицу и на минуту замер, уставившись на стену, пока его ладони оттягивали его щёки вниз. Он тряхнул головой, проглотил последний всхлип и взял в руки телефон. Найл поднял на втором гудке. “Томмо?” — Луи услышал музыку на фоне и снова голоса. “Ты играешь в футбол?” “Я- Да, а что?” “Как насчёт того, я за тобой заеду и поедем поиграем? Тут недалеко поле есть”. “Томмо, у тебя всё в порядке?” — Найл куда-то отошёл, и голоса угасли. “Ты в деле?” Найл тяжело вздохнул. “Сейчас сброшу адрес”. Луи улыбнулся и бросил трубку. Когда Луи подъехал по нужному адресу, Найл уже стоял у двери бара и тут же запрыгнул на пассажирское сиденье. Он улыбался и от него пахло пивом, и Луи проглотил свои извинения: Найл, наверное, уже нашёл себе компанию на этот вечер. Но он успокоил себя тем, что тот мог всегда послать его куда подальше в самом начале. Быть может, компания не была такой желанной? “Как нога?” — спросил Луи, пока Найл пристёгивался. “Ты думаешь, я бы согласился на футбол, если бы она ещё болела?” Луи посмотрел на него, и Найл фыркнул. Луи был уверен, что тот согласился, даже если бы обе его ноги были сломаны. Луи закатил глаза, благодаря темноту за то, что красноты его глаз уже не было видно. Найл осмотрелся в машине Луи, и тот снова себе напомнил, что Найл был другом Гарри, а не его. “Заедем ко мне, я переоденусь?” “Да, без проблем. Говори, куда ехать”. Найл забил свой третий гол в ворота Луи, пока у того всё было по нулям. Он поднял свою футболку и побежал по полю, широко расставив руки. Он горланил "We are the Champions", и Луи не мог подавить улыбку. Найл был... чистым. Луи не мог придумать другого слова. Он смотрел, как тот прыгнул в воздухе, выбрасывая вверх свой кулак и рассмеялся. “Как тебе быть лузером, Томлинсон?” — крикнул он с другого конца поля, ставя ладони вокруг рта вместо рупора. “Иди в задницу, Хоран!” Луи начал вести мяч, и Найл побежал к нему навстречу, сильно махая руками и крича, как больная птица. Он пробежал мимо Луи и тот, не останавливаясь чтобы понять, что же двигало Найлом, повёл мяч к свободным воротам. Найл запрыгнул ему на спину, и Луи согнулся пополам. Он сумел распрямиться, и удержал его за ноги на себе. Найл хохотал ему в ухо, и Луи сам засмеялся. Он медленно, но уверенно подошёл к мячу и наконец забил гол с Найлом на спине. “Ах ты ж маленький”, — запыхтел Найл ему в ухо и взъерошил его волосы. Луи взорвался смехом. Его наполняла эйфория. Найл щипал его где только мог дотянуться, пока Луи уворачивался, хохоча. Они были пьяные, молодые и счастливые. Луи опустил Найла на землю и наконец смог унять свой смех. Найл тоже немного успокоился, и они посмотрели друг на друга. Повисла неловкая пауза. “Эмм, — Луи провёл рукой по волосам, откидывая пряди с лица. — Ещё поиграем или, может, по пиву?” “Ну, если ты готов остаться лузером, — Найл пожал плечами и улыбнулся, на этот раз мягче. — Я за пиво”. “Ради тебя, Найлер, только ради тебя”, — Луи секунду сомневался, но потом обнял Найла за плечи и повёл его к их рюкзакам. Они уселись на траве, подстелив свои куртки, открыли бутылки и чокнулись. Луи сделал глоток и уставился вдаль. Вечер нахлынул на него воспоминаниями, и он сглотнул. “Я теперь понимаю, почему вы с Гарри друзья, — тихо сказал он и едва улыбнулся, посмотрев на Найла. Тот замер, но быстро опомнился и поднял брови. — С тобой очень просто, Найлер. Ты... — Луи нарисовал круг своей бутылкой в воздухе. — Чистый, что ли”. “Чистый?” — Найл фыркнул. Луи отвернулся, и с минуту они снова молчали. Найл толкнул его в плечо. “Эй, Томмо. Прости. Я не хотел тебя задеть. Мне приятно. Спасибо”. Луи улыбнулся, поджав губы, и похлопал Найла по колену, не глядя. Ещё несколько минут прошли в тишине. “Я рад, — вдруг сказал Найл. — Рад, что он тебя нашёл. Я думаю, ты ему подходишь”. “Мне сейчас гордиться, что ты меня одобрил?” “Ой, иди в задницу. Но правда. Хазза был каким-то ветреным в последнее время, а с тобой он осел. В хорошем смысле”. “Осел в хорошем смысле?” “Ну, успокоился, что ли. Теперь у него есть стойкая причина вернуться из Франции. И смерть Робина по нему тогда ещё ударила. Он только получил подтверждение своего обучения, и тут такое. Можешь представить, как он себя чувствовал?” “Он никогда не говорил”. “Понятное дело. Но ему несладко в ту неделю пришлось. Хорошо, что вы тогда встретились. Может быть, это его даже чуть отвлекло”. Луи просто кивнул. Они молча пили пиво, пока он не вздохнул. “Найл, а Гарри... у него бывает, чтобы он... мы уже просто с неделю как почти не общаемся”. Найл как-то грустно улыбнулся и притянул его к себе за плечи; Луи закрыл глаза, кладя голову на плечо Найлу. “У него бывает, да. Помню, когда он только начал работать моделью, набрал обороты, популярность, все эти вечеринки, мы с ним пару месяцев не виделись. Потом как-то созвонились, он с вечеринки вышел, и он только тогда понял, сколько мы не разговаривали. У него прямо-таки был шок. Он не специально, Томмо, не переживай”, — Найл гладил Луи по плечу, пока тот сжимал в руках свою бутылку. “И потом всё стало как раньше?” “Да, он прилетел в тот же вечер, пьяный в щепки. Я думаю, ему сложно понять, что это у него там куча домашки, занятия, Париж. А у нас всё так же по-прежнему скучно”. Луи тяжело вдохнул и почувствовал, как узел внутри немного расслабился. “Спасибо”. “Ммм?” “Что согласился встретиться. Зейни с Лиамом сегодня, а сестра с друзьями, ты единственный, кто откликнулся”. “В любое время, Томмо, в любое время”. Луи улыбнулся и похлопал Найла по колену, и тот прижал его к себе поближе. От Найла пахло потом и пивом, но с ним было тепло и спокойно. “Ты скучаешь по нему?” — тихо спросил Луи. Он почувствовал, как Найл кивнул, и допил своё пиво. Он поставил пустую бутылку на траву и снова закрыл глаза. “Я тоже”, — сказал он в темноту. Луи отвез Найла после полуночи и вернулся домой. Он сходил в душ, переоделся и долго лежал на кровати, не проверяя свой телефон; поэтому он не знал, ответил ему Гарри или нет. Луи смотрел в потолок, и пиво и усталость никак не помогали ему уснуть. Он ворочался с час, потом перешёл на диван и включил телевизор; он нашёл канал с мультиками, взял из холодильника остатки пиццы и провёл следующие несколько часов перед телевизором. Сон всё так и не приходил. Когда небо начало светлеть, он проверил телефон. Было четыре часа утра и ни одного сообщения от Гарри. Он сглотнул и открыл их чат. Гарри не то, что не отвечал — его не было онлайн с девяти утра прошлого дня. Глаза Луи округлились, и он инстинктивно сжал руку в кулак. Его сердце забилось часто, и он встал с кровати, ему было нечем дышать. Он открыл окно и глубоко вдохнул, но этого было мало. Он натянул на себя старый свитер, схватил пачку сигарет с холодильника, и выбежал на улицу. Во дворе было абсолютно пусто, и Луи был рад. Он сел на ступеньки у подъезда. Они были холодными и он поёжился, доставая сигарету. С Гарри всё было хорошо. Он, наверное, долго учился, а потом просто уснул. Скоро он проснётся, проверит сообщения и вспомнит, что он задолжал Луи ответ. Луи затянулся и уставился на дом напротив. Все окна вокруг ещё были тёмными, их обитатели спали. Луи подумал, сколько же всё-таки людей умещается в одном доме. Наверное, сотни. В каждом окошке живёт человек, а может быть семья. И каждый день Луи проходит мимо, не имея ни малейшего понятия о том, какие люди живут через дорогу от него. Мысль о том, что он был очередной единицей в доме для случайного прохожего его пугала. Значил ли он что-нибудь один в большом городе? Луи задумался о словах своей бабушки о том, как она всегда чувствовала себя в клетке в квартире. Он этого не понимал, либо не задумывался, а сейчас мог согласиться. Его квартира была коробкой, среди тысячи таких же — какие-то побольше, какие-то поменьше. Он затушил сигарету и опустил голову между коленей. Он закрыл глаза и представил дом, который им с Гарри понравился больше всего. Это был двухэтажный коттедж недалеко от Лондона, с кривыми окнами и старой-старой дверью. Там действительно был крохотный туалет встроенный в большую спальню на втором этаже, слишком низкий для Гарри потолок над лестницей и скрипучая ступенька на две-трети пути. У дома была душа, и у Луи даже не было сомнений, что этот дом ждал только их. Он улыбнулся воспоминаниям и улыбке на лице Гарри, глаза которого буквально горели, когда они договаривались о покупке. Всё это произошло так спонтанно, но так правильно. Луи услышал звук подъезжающей машины и сдвинулся к краю лестницы, на случай, если это был кто-то из его подъезда. Он не поднял головы, купаясь в тёплых воспоминаниях, которые наконец наводили на него сон. Еще чуть-чуть — и он поднимется к себе в кровать, залезет под мягкое одеяло и проспит весь день. Потом он напишет Зейну о том, какой он ужасный друг, и, наверное, наконец-то позвонит Гарри. Луи не мог упустить шанс жить за городом, в конце концов. Он услышал, как закрылись двери машины, колёса, затем несколько неуверенных шагов, и кто-то сел рядом с ним. Луи услышал знакомый запах и крепко зажмурился. Этого не могло быть. Он, наверное, уснул. “Кудряшка?” Голос Луи был слишком громким в тишине улицы, несмотря на то, что он не поднял головы и разговаривал со своими коленями. Гарри обнял его за плечи и согнулся, кладя свою голову ему на спину. Луи выдохнул под весом тела Гарри, который словно возвращал его на землю. Он вытянул одну руку оттуда, где она была зажата между его туловищем и ногами, и положил её на колено Гарри, в его привычных узких джинсах. Луи повернул голову и все, что он мог видеть в утренних сумерках были ноги Гарри и его огромный чемодан. Луи прикусил губу и заметил ещё и сумку. Он вернулся на совсем. Луи широко улыбнулся и подвинулся так, что теперь его голова лежала на коленях Гарри. Он услышал тихий смех и почувствовал, как тот положил голову ему на бедро. Гарри поцеловал кожу, которая проглянула там, где его свитер поднялся вверх и открыл маленькую полоску кожи Луи над спортивными штанами. “Я скучал”, — сказал он свои первые слова через несколько минут, когда Луи перестал кусать свой палец, чтобы наконец поверить в происходящее. “Пойдём спать?” — мягко отозвался он и чуть приподнялся. Они сели, и потом поднялись на ноги. Луи крепко обнял Гарри, делая глубокие вдохи. “Прости, что не писал, Лу. Я договорился, чтобы сдать экзамены пораньше, потому что нам давали месяц на подготовку. Поэтому пришлось работать и учиться, а вчера было последних два вечером и потом надо было собираться, и потом самолёт, и вот я здесь. Я очень хотел сделать сюрприз. Простишь меня?” “Да”. Гарри поцеловал его в макушку и прижал к себе покрепче. “Спасибо”. “И тебе спасибо”. Гарри сдавленно засмеялся, и Луи почувствовал, как он улыбнулся ему в волосы. “Всегда пожалуйста”. * * * Зейн бросил быстрый взгляд на Лиама и нахмурился, еле заметно кивая в сторону Найла, который сидел непривычно тихо и всё смотрел себе в тарелку. Лиам посмотрел на него внимательно, и его улыбка немного дрогнула. Зейн бросил осторожный взгляд на Гарри и Луи, которые заваривали всем чай на кухне и легонько толкнул Найла в плечо. “Ммм? — Найл вздрогнул и посмотрел на них, поднимая брови и автоматически улыбаясь. — Что такое?” “Старик, ты в порядке?” “Да, просто что-то задумался, не обращай внимания”. “Нога не болит? Может доктора вызвать?” “Да нет, это не- Всё в порядке, правда, — Найл махнул рукой и улыбнулся шире. — Не берите в голову”. “Так, кому чёрный без молока?” — Гарри и Луи вернулись с кружками в руках. “Мне”, — отозвались Найл и Лиам. Гарри улыбнулся и кивнул Лиаму, и молча поставил кружку перед Найлом, даже не глядя куда. Он выглядел также, если не больше, неловко как Найл. “Спасибо”, — тихо сказал Найл, и Гарри коротко кивнул. Луи разрезал шоколадный пирог, и Лиам спросил: “Этот пирог тоже сам пёк?” “Этот?.. — Гарри быстро перевёл взгляд от Найла и прикусил щеку, нахмурившись. — Что? Прости, я прослушал”. “Я говорю: пирог сам пёк?” — Лиам поднял брови и чуть улыбнулся. Луи внимательно посмотрел на Гарри. “А, нет, я бы не успел. Лу купил, тут пекарня за углом”. “Кстати очень вкусно. Но, у Кудряшки, конечно, вкуснее”, — Луи улыбнулся и толкнул его локтем. Гарри растерянно кивнул, с едва заметной улыбкой на губах. Зейну показалось, что мыслями он был где-то не здесь. “Да, Ли, мог бы спросить у Гарри рецепт-другой, — он поднял на него брови. — А то овсянка на завтрак меня уже достала”. “Ну хватит! Овсянка — это полезно”, — Лиам нахмурился, но уголки его губ дёрнулись вверх. “Лиам у нас всегда за полезную еду, Зи. Ты знал, что выбирал”, — Найл наконец поднял взгляд и пожал плечами. “Да-да, любимых не выбирают, — вставил Луи. — Не с тортиком же тебе жить”. Найл фыркнул и вернулся к своему пирогу. Зейн бросил быстрый взгляд на Гарри: он теперь тоже смотрел в тарелку и ещё сильнее кусал губу. “Ну хоть бы раз что-нибудь вредное скушал”, — Зейн толкнул Лиама плечом и улыбнулся ему. “Ну вот же, кушаю”. “По своей воле, я имею ввиду. А не потому, что тебя угостили”. Лиам указал на него ложкой и набрал воздуха, но потом передумал и закрыл рот, махнув рукой. Зейн фыркнул. Когда они наконец решили идти по домам, было уже далеко за полночь. Лиам открыл двери квартиры, и Зейн вышел за ним. Он обернулся и увидел, что Найл завязывал кроссовки. “Найлер, ты идёшь?” “Да, я, — Найл прикусил губу и украдкой глянул на Гарри. Тот смотрел перед собой, заламывая пальцы. Найл кивнул сам себе. — Да, иду”. Луи похлопал его по спине, улыбаясь. “Зейни, напиши мне, как доедете?” “Угу”, — Зейн положил руку на плечо Найлу и они вместе пошли к лифту. Луи закрыл двери, и повернулся к Гарри, который всё также слепо смотрел на холодильник, крутя свои пальцы. Луи нахмурился и мягко коснулся его руки. Гарри поднял брови и посмотрел на него, явно в своих мыслях. “Кудряшка? Что-то не так с Найлом?” Гарри прикусил щеку и моргнул. Он смотрел на Луи пару секунд, и потом молча кивнул. Луи наклонился к его уху и тихо сказал: “Если ты сейчас выйдешь, я думаю, ты их ещё поймаешь”. Гарри посмотрел на него глазами полными страха. Он испуганно покачал головой, и Луи подошёл к двери и открыл ее. “Быстро. Без Найла не возвращайся”, — он вытянул руку и указал на подъезд. “Лу-” “Гарри, беги, он сейчас уедет. Давай, давай, давай”, — Луи толкнул Гарри в спину, и тот будто проснулся. Он улыбнулся и быстро чмокнул его в щёку, выбегая из квартиры. Он бежал что было силы, и чуть не сбил соседку. “Извините!” — только крикнул он и наконец выбежал на улицу. Он огляделся, поворачиваясь вокруг и услышал: “Гарри? — Лиам вылез из машины. — Ты что-то забыл?” — он нахмурился. Гарри внимательнее вгляделся в машину и увидел Зейна, который прищурил на него глаза на переднем сидении. Найл сидел сзади и испуганно смотрел на Гарри. “Най у меня ночует сегодня. Давай его сюда”. Гарри подошёл к машине, Лиам открыл заднюю дверь, всё ещё хмурясь. “Всё окей?” — спросил он, когда Гарри наклонился и подал Найлу руку. Тот принял её и вылез из машины. Найл ничего не говорил, просто опёрся о плечо Гарри, пока Лиам переводил взгляд с одного на второго. Гарри молча покачал головой, удерживая Найла за плечи. Зейн потянулся и дёрнул Лиама за рубашку. Тот кивнул Гарри, сел в машину, и они наконец-то уехали. Когда Лиам и Зейн завернули за угол, Гарри зажмурился и сделал глубокий вдох. Найл рядом опустил руку, и Гарри открыл глаза, боясь, что тот сейчас снова уйдёт. Но Найл подошёл к нему и стал напротив. Гарри хотел было начать извиняться, но Найл посмотрел ему в глаза и крепко обнял, пряча лицо в плече Гарри. Он всхлипнул, и Гарри перехватил его покрепче. Он почувствовал, как к глазам подступили слёзы, и не стал их сдерживать. Найл и Гарри стояли, хватаясь друг за друга для опоры, и рыдали. Рыдали громко, трясясь от всхлипов. Гарри глотал ртом воздух, но всё никак не мог успокоиться. Его сердце болело так сильно, ему казалось он сейчас взорвётся. Горло сдавливало от всё идущих слез, ветер обжигал мокрые щеки, но Гарри не мог остановиться. Он зарылся носом в плечо Найла и глубоко вдохнул его давно забытый запах. Найл пах как лето, как старая гитара, как сливочное печенье, как самый тёплый чай. Найл пах солнцем и домом. “Идём домой?” — Гарри не узнал свой голос. Найл кивнул ему в плечо, и Гарри улыбнулся. “Как насчёт покататься на спине?” — Гарри поднял брови. Найл вытер свои слезы и засмеялся на выдохе. Его лицо было красным и глаза припухшими, но Гарри ещё никогда не был так рад его видеть. “Если не сломаешься”, — Найл пожал плечами и улыбнулся, вытирая нос рукавом. Гарри не мог перестать улыбаться даже если захотел бы, поэтому он просто покачал головой, чувствуя, как его лицо скоро разорвётся от улыбки, и повернулся к нему спиной. Найл подал ему одну ногу и потом запрыгнул полностью. Он взъерошил ему волосы и заёрзал, устраиваясь поудобней. “Не тяжело там? А то Томмо меня не простит, если ему не на ком будет ездить”. “Ах ты ж задница”, — Гарри встряхнул его, и Найл рассмеялся, громко, заразительно — как раньше.