The Babysitter

Чимин понимает, что его работодатели живут в пентхаусе, когда поднимается на лифте. Намджун держит контракт в одной руке, а другой печатает на телефоне, время от времени напевая что-то себе под нос. Чимин засовывает руки в карманы и пытается сделать вид, что он не чувствовал себя более ошеломленным в течение всей своей жизни, но у него плохо получается. Лифт останавливается, и Намджун смотрит вверх, набирая код, двери открываются, пропуская их. Он зовет Чимина в роскошную гостиную, и Пак, стараясь не выдавать своего удивления, осторожно идет за Кимом, пытаясь не сломать что-нибудь, за что он не смог бы заплатить. Намджун ободряюще улыбается и садится на диван, жестом предлагая Чимину сделать то же самое. — Он будет здесь с минуты на минуту, просто… о, вот он, — радостно объявляет Намджун. Чимин видит Тэхёна, который идет в его сторону в толстовке и шортах, держа маленького ребенка на руках. Он выглядит таким же красивым, каким всегда кажется на обложках журналов, и ослепительно улыбается Паку. — Привет, ты, должно быть, Чимин. Я Тэхён, но, пожалуйста, зови меня просто Тэ, — говорит он, разворачивая ребенка и протягивая руку другому омеге. — П-Привет, — Чимин улыбается, пожимая ему руку. — Надеюсь, Намджун не доставил тебе неудобств, — подмигивает он Киму, — я знаю, что он может быть очень скучным со всеми своими юридическими разговорами. Во всяком случае, Намджун — мой личный помощник, так что ты будешь часто его видеть, — улыбается он, садясь на диван и уговаривая Чимина сделать то же самое, поворачивая ребенка лицом к себе, — это Кёндже, — представляет он, поправляя воротник комбинезона сына. Чимин пытается не ворковать с малышом, но терпит неудачу. Он повидал много очаровательных детей, но Кён, похоже, унаследовал круглые щеки Тэхёна; мягкие, шелковистые, черные волосы покрывали его макушку. Он брыкается и хлопает в ладоши, как это делают дети его возраста, с любопытством глядя на Чимина широко раскрытыми темными глазами. — Дорогой, не делай этого, — Тэхён убирает руку Кёна изо рта. Малыш с любопытством тянется к Чимину, и Тэхён предлагает подержать его. — Привет, — Пак машет рукой, и Кён слегка хмурится, издавая милые звуки. Чимин кивает, все еще не сводя глаз с ребенка. Тэхён осторожно передает его Чимину. Тот оглядывается на папу и, кажется, готов заплакать, но Чимин покачивает и спрашивает его, как он себя чувствует. Ребенку кажется странным, что омега может говорить, глядя на его рот и протягивая руку, чтобы коснуться его. Пак смеется. — О, ты ему понравился, — сияет Тэхён, — думаю, ты с ним поладишь. Чимин пытается не показывать своих эмоций на то, что он будет работать на известную модель. Тэхён добрый и веселый. Он показывает Чимину все комнаты и дает ему ключ доступа к пентхаусу. Одна только детская Кёна размером со всю квартиру Пака. Тэхён говорит о его полной свободе действий и о том, что если ему понадобится помощь, то он может обратиться к Намджуну. — Я так счастлив, что ты здесь Чимин, — Тэхён улыбается, — не то, что бы мне не нравилось проводить каждую минуту с моим Кён-и, — он наклоняется, чтобы сжать щеки сына, — но я вернулся к работе, и мне становится все труднее. Чимин понимает. Он никогда раньше не работал на знаменитостей, но всегда удивлялся, как им удается вести такую жизнь без няни. Не говоря уже о том, что у них обычно много детей. — Ну, раз уж ты здесь, я пойду переоденусь, — гордо объявляет Тэхён, — не мог бы ты… — он протягивает Кёна, и Чимин подхватывает его на руки, — спасибо, сейчас вернусь. Намджун, я думаю, мы можем взять его, — говорит Тэхён через плечо, идя дальше по коридору, который не показывал Чимину. Скорее всего, там его спальня. — Ты уверен, Тэхён? Он… — Но омега уже ушел. Намджун вздыхает, — ох, неважно, — он поворачивается к Чимину, — да, это он. Ты уже заслужил мое доверие, спокойно отреагировав на него. Это всегда немного скандально, — говорит Ким и указывает на кухню, чтобы они пошли туда. — Ну, когда я увидел, что он идет в мою сторону, я подумал, что это какая-то телевизионная шутка, — признается Чимин, со смешком принимая воду, которую предлагает ему Намджун. Кён ерзает у него на коленях, лихорадочно разыскивая что-то. Чимин отдает пустой стакан и поправляет ребенка. — Раз уж ты знаешь, кто он, то должен знать и его мужа, — говорит Намджун, медленно поворачивая голову в ту сторону, куда ушел Тэхён, — Чимин кивает, — большую часть времени его нет, — Намджун закатывает глаза, и Пак думает, не пытается ли он скрыть свое презрение, — он постоянно в турах, но все хорошо. Ты поможешь Тэхёну, но если появится Чонгук, постарайся не быть слишком потрясенным, — Чимин хмурится, Намджун хихикает, — Ты поймешь, когда увидишь его. Ну, а сейчас фотосессия, — он взял телефон, — Тэхён говорит, что он хочет взять тебя. Пойдешь? — У меня есть выбор? — Пак ухмыляется. — Ты мне нравишься, Чимин, — Намджун смеется и легонько похлопывает его по плечу, когда они выходят из кухни.

***

Кён следит за плюшевым дельфином, пока Чимин двигает его из стороны в сторону, а затем вверх и вниз. Он хнычет и пытается выбить его из рук Пака, извиваясь на коленях и время от времени дрыгая ногами. Чимин смеется и прижимает дельфина к щеке ребенка, громко чмокая. — Смотри, он целует тебя, Кён, — подсказывает он, и тот подпрыгивает у него на коленях, показывая десны, — о, в чем дело? Мистер Дельфин говорит мне, что ты очень милый, Кёндже, — выдыхает он, поднося дельфина к уху, — ты его слышал? — Чимин сжимает голову плюшевой игрушки и издает горлом какой-то звук. Кён зачарованно смотрит, переводя взгляд с омеги на плюшку. — У тебя хорошо получается, — говорит Намджун. Он сидит рядом с Чимином в студии, Тэхён делает снимок за снимком в нескольких метрах от него. Здесь много камер и людей, толпящихся вокруг и дающих ему инструкции. — Ну, я нянька, — говорит Чимин, а потом понимает, что это звучит немного грубо. Если Намджун согласится, он этого не скажет, — я имею в виду, что занимаюсь этим с тринадцати лет? Намджун ухмыляется, отправляя сообщение. Похоже, весь день он только и делает, что сидит в телефоне. — Круто. Ты омега, верно? Чимин кивает и отводит глаза, прижимая плюшку к груди Кёна. Малыш прижимает его к себе и сжимает кулачки вокруг глаз, пытаясь оторвать их. — Это хорошо, у тебя будет много практики, когда появится свой ребенок… то есть, если ты намерен его завести, — говорит Намджун. — Понятия не имею, я не думаю об этом. У меня даже парня нет, — Чимин пожимает плечами и усмехается без особого энтузиазма. Он не особо против своего постоянного одиночества, но должен признать, что иногда становится скучно. Например, когда нет возможности часто заниматься сексом. — Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Ребенок — это большая ответственность, — вмешивается Намджун, и Чимин видит, что он наблюдает за Тэхёном в другом конце комнаты, принимая одну позу за другой перед камерой, — он — национальное достояние, Тэхён. Самое красивое лицо, какое только можно найти, — Чимин никогда особо не обращал на него внимания, но, судя по тому, что он успел узнать, личность Тэхёна соответствовала его внешности. На мгновение кажется, что Намджун хочет сказать что-то еще, но он смотрит на Чимина краем глаза и натянуто улыбается, прежде чем вернуться к телефону. Через две минуты и фотосессия Тэхёна подходит к концу. — Ты хорошо себя вел, милый? — Модель подходит, чтобы задать вопрос своему сыну, игриво нажимая на маленький носик. Кён взволнованно хнычет. Тэхён улыбается от уха до уха и целует малыша в обе щеки, — большое спасибо, Чимин, — говорит он, садясь, пока ассистентка смывает с него грим, — в прошлый раз, когда я его сюда приводил, он плакал. — Ничего, с Кёном несложно, — ухмыляется Пак, — он милый, — Чимин встречал по-настоящему противных детей. — Правда? — Тэхён воркует с ребенком. — В любом случае, я возвращаюсь. Мы высадим тебя у твоего дома. Завтра в это же время? — Омега наклоняет голову в вопросе.

***

Сокджин пристает к нему всю неделю, потому что Чимин отказывается говорить ему что-либо о своей новой работе. — Да ладно тебе, ты же знаешь все о моей работе, — стонет он со своего места на диване Чимина. — Ты работаешь поваром, в этом нет ничего конфиденциального, — Пак закатывает глаза. Его слегка нервирует называть свою работу «конфиденциальной». Что-то вроде Джеймса Бонда. — Да, работа няни — это очень конфиденциально, — Сокджин фыркает. Чимин показывает ему язык. Он просматривает сегодняшние записи и делает кое-какие заметки. Комкает лист бумаги и бросает его Джину. — Я все равно зарабатываю больше, чем ты, — ухмыляется Пак. Это правда. У Чимина теперь нормальный, взрослый банковский счет со всеми цифрами, о которых можно говорить. — Да, насчет этого, мне интересно, если мы будем снимать эту квартиру вместе, сколько это будет стоить? — Сокджин осматривается.  — Наконец-то ты спросил! — Чимин дразнится, и бета бросает бумажный мяч обратно в него.

***

Чимин едва помнит, как две недели назад нервничал, ожидая собеседования. До сих пор его работа была ничем иным, как раем. Кён — милый ребенок, который плачет только тогда, когда голоден или нужно поменять подгузник. Тэхён добр к нему, и Чимин даже начал думать о нем, как о друге. Он постоянно бегал с одного интервью или фотосессии на другую, но всегда брал Пака с собой. После этого они обычно вместе покупали мороженое или коктейль, а потом водитель высаживал Чимина у его дома. Чонгук, муж Тэхёна, еще не появлялся. Пак и не спрашивал. У знаменитых людей всегда сложные отношения. — А… А Намджун рассказал тебе о поездке? — Тэхён останавливает себя на середине предложения. Они сидят в кафе рядом с домом после занятий йогой, и Тэхён по-совиному моргает, лаская макушку Кёна, а ребёнок жуёт пустышку на сиденье рядом с Чимином. Пак отрицательно качает головой, глядя на Намджуна, который кивает Тэхёну и поднимает руку, чтобы ответить на звонок. Тэхён пьет из соломки, поворачиваясь к Чимину. — Ну, я поеду в Токио через пару недель. Может, Гуки присоединится, но он мне еще не ответил, — Тэхён делает паузу, чтобы проверить уведомления на телефоне, и хмурится, когда видит, что от его мужа нет никаких новых сообщений. Он сглатывает и натянуто улыбается Чимину. — Значит, мне нужен кто-то, кто присматривал бы за Кёном один или два дня. Все будет в порядке? Я знаю, что ты учишься в колледже и… Боже, в последнее время он часто так делает, — он вздыхает и наклоняется, чтобы взять соску, которую Кён выплюнул на пол. Ребенок плачет и сердится, когда Тэхён держит его, — что с тобой, милый? — он пытается утихомирить его, но Кён не слушается. — Дай мне, — Чимин поднимает руки, и Тэхён передает ему ребенка. Глаза у Кёна прищурены, он громко кричит, привлекая внимание других костюмеров, которые бросают на Чимина злобные взгляды. Пак медленно качает его и предлагает всякие безделушки, которые есть в детской сумке. Через некоторое время плач Кёна стихает, но лицо все еще мокрое от слез, и время от времени он всхлипывает. — Я не знаю, что с ним делать всякий раз, когда ты уходишь, — Тэхён вздыхает, надув губы, — теперь он все время плачет. Это нормально? Отвезти его к врачу? Намджун, у тебя есть номер педиатра? — У него режутся зубки, — Чимин понял это пару дней назад. Дети его возраста раздражались только тогда, когда у них начинали резаться зубы. Пак опускает подбородок Кёна и смотрит на его распухшие десны, — бедняжка, — стонет он, и Кён, не обращая на него внимания, кусает свою игрушечную обезьянку за голову. — О, — Тэхён удивляется. Намджун заканчивает разговор и добавляет еще одно дело в расписание дня модели. Тэ не сводит глаз со своего ребенка. — Не могли бы мы на всякий случай записаться к педиатру? — Ким кивает и делает еще один звонок. Тэхён поворачивается к Чимину, — что же мне делать? Зубкам нужно много времени, чтобы вырасти? — Какое-то время они так и останутся. Никогда нельзя сказать точно, когда они прорежутся. Кольца для прорезывания зубов очень помогают, и, если вы положите их в холодильник на некоторое время, это поможет успокоить боль, — Чимин пожимает плечами. — У тебя так хорошо получается, — Тэхён пьет, внимательно наблюдая за Паком. — Ну, у меня есть опыт, — Чимин смущенно смеется. — Не думаю, что у Кёна есть что-то для прорезывания зубов. Где мне их купить? — Вообще-то, в любой аптеке, — пожимает плечами Чимин, но телефон Тэхёна звонит на столе, и он издает писклявый звук, проверяя его. — Это Гуки, — он радуется, ослепительно улыбаясь, — о, он хочет поговорить. Намджун, ты можешь оплатить заказ? — он швыряет в сторону Кима кредитную карточку, чуть не выпрыгивая из кресла, — Чимин, не мог бы ты сейчас найти эту штуку для зубов? Встретимся дома. Возьми с собой Кёна, — говорит он, поднося телефон к уху и отходя. Намджун издает притворный вздох, как только Тэхён уходит, подтверждая, что на следующий день у Кёна назначена встреча с педиатром, и вешает трубку. — Я знаю, ладно? — говорит он Чимину, который пристегивает Кёна к сиденью, все еще немного удивленный. — Он… — Пак не знает, о чем спросить. — Всегда все бросает, когда муженёк звонит? — вместо него встает Намджун, чтобы взять чек, — да. Чимин ничего не говорит, потому что это не его дело, но Ким не прячет лица. Пак гадает, станет ли он когда-нибудь таким же, как Намджун, когда подумает, что Тэхён делает что-то не то. Он полагает, что ему придется еще подождать и посмотреть. Чимин наконец усаживает Кёна в автомобильное кресло и говорит Намджуну, что идет в аптеку за углом, чтобы купить ребенку кольцо для прорезывания зубов. Ким кивает и просит быть осторожнее. Аптека находится всего в квартале отсюда, и Чимин довольно скоро осматривает полки на наличие подходящего кольца для прорезывания зубов для Кёна. Он покупает один красный и один синий, потому что эти цвета, кажется, подходят ребенку. Пак оплачивает покупку своими деньгами, но знает, что Тэхён покроет расходы позже, когда, наконец, поговорит с мужем. На обратном пути в пентхаус царила тишина, Чимин показал Кёну новое кольцо для прорезывания зубов, пока они ждали лифта. Двери почти закрылись, когда он услышал чей-то крик. — Подождите! Чимин инстинктивно придерживает дверь, и в нее врывается молодой человек. Он встает напротив Пака, делает глубокий вдох и нажимает на кнопку шестнадцатого этажа. — Спасибо, — говорит он, только потом, кажется, внимательно рассматривает Чимина. Омега краснеет, потому что сосед Кёна чертовски мил. — Ничего, — бормочет он. — Какой этаж? — Красивый незнакомец широко улыбается, держа палец на кнопках. — О, — Чимин вырывается из задумчивости, нажимая на верхнюю кнопку. Незнакомец присвистывает, искоса поглядывая на Пака. У него, должно быть, самое привлекательное лицо, которое омега когда-либо видел, и он улыбается, как будто знает, о чём Чимин подумал.  — Работаете на Чонгука? — спрашивает он, скрестив руки на груди и прислонившись к противоположной стене. — Д-да, — кивает Чимин. Формально он работал на Чонгука, хотя никогда его не видел. Чимин наблюдал за его ребенком, так что это должно было что-то значить. — Вы, должно быть, новая няня? Я Юнги, — он протягивает руку. — Чимин, — Пак отодвигает в сторону сумку, посмеиваясь. Это неловко, и есть ощутимое напряжение, когда ему удается пожать руку милому соседу, — приятно познакомиться. — И мне, — очаровательно улыбается Юнги. Раздается писк, бархатный голос сообщает, что они достигли шестнадцатого этажа, и Юнги поворачивается к дверям. — Встретимся как-нибудь еще, Чимин, — говорит он, придерживая двери. Юнги подмигивает, прежде чем закрыть дверь. Пак смотрит на металлические двери, лифт поднимается на верхний этаж. Он издает глухой звук, который, как он полагает, является запоздалым ответом на прощание Юнги. Пак Чимин слишком потрясен. — Ты слышал? — Спрашивает он Кёна, поднимая ребенка на уровень глаз, — он флиртовал со мной, не так ли? Кён смотрит на него большими глазами, шевеля скользкими от слюны губами, потом моргает и хлопает в ладоши. — Да, правда? — Чимин шепчет что-то в ответ. Черт, он флиртовал. Тэхён — это энергетический шар, как только Чимин достигает пентхауса. Его улыбка, всегда широкая и нежная, кажется, навсегда запечатлелась на его лице. Он подбегает к Кёну и Чимину, как только они приходят, забирает ребенка и кружит его, прежде чем поцеловать в обе щеки. — Детка, угадай, кто возвращается? Отец! — объявляет он удивленному Кёну, — да, он скоро приедет к нам, — Тэхён смеется, поворачиваясь через плечо, — Чимини, Гуки возвращается с гастролей, здорово, правда? — Так и есть, — Чимин улыбается и кивает. «Пора бы ему увидеть сына», — думает он, а потом ругает себя за это. Чимин ничего не знает об их жизни. Но Пак уверен, что Намджуну совсем не нравится муж Тэхёна, и, так как Чимин никогда не видел Чонгука сам, то не хочет прислушиваться к мнению других людей. Это не меняет того факта, что Чон провел целый месяц (может быть, и больше), не видя своего сына. Возможно, это нормально, а Чимин преувеличивает.