The Babysitter

Чимин просыпается в пустой комнате. Сначала он не понимает, где находится: вид гостевой комнаты Тэхёна немного не в его вкусе. Затем всплывает все, что произошло прошлой ночью, и Пак стонет, поворачиваясь и прижимаясь лицом к подушке. Он надеется, что хоть на мгновение сможет просто спрятаться там. Однако из остальной части пентхауса доносятся звуки и сердце Чимина колотится, когда в его голове возникает возможность возвращения Чонгука. Он быстро встает и переодевается из пижамы, мягко ступая в гостиную. Оказывается, это был телевизор; утренние новости рассказывали на низкой громкости. Тэхён пододвинул диван и сидит в телефоне, а Кён на его коленях играет пальцами. Он смотрит на Чимина, когда тот появляется в дверях, и слегка улыбается. — Думаешь, мне стоит нанять адвоката? — Спрашивает Тэхён в телефон. Чимин хмурится, но идет на кухню, хватая с подноса яблоко. Он находит служанку, которую видел всего один раз, и она представляется ему как миссис Сун. — С мистером Тэ все в порядке? — Она осторожно спрашивает Чимина, нарезая овощи на тумбе. — Да, э-э, — Пак не знает, насколько она осведомлена об их жизни, — он в порядке. Миссис Сун недоверчиво морщит лоб, глядя на свои рабочие руки. — Он уже проснулся, когда я пришла, — шепчет она заговорщически Чимину, глядя на вход в кухню, как будто Тэхён мог появиться там в любое время. — Не думаю, что он спал. Я спросила его, хочет ли он, чтобы я присмотрела за ребенком?  Потому что ты знаешь, как он ведёт себя с ребенком, верно? Но он сказал, что сделает это сам, — она удивленно поднимает брови. — Разве Мистер Чонгук не дома? — Нет, он, — Чимин прочищает горло, выбрасывая сердцевину яблока и открывая йогурт, — сказал, что его не будет пару дней, — Миссис Сун кивает. — Хорошо, что ты сейчас здесь. Мистеру Тэ нужна помощь. Я сказала, что ему следует поискать няню. Знаешь, в прошлом году у моей дочери родился ребенок- Чимин допивает йогурт так быстро, как только может, говоря, что ему нужно пойти и накормить Кёна. Он вздыхает с облегчением, как только достигает гостиной. Тэхён уже повесил трубку и держит магический куб Кёна перед его лицом, сверкая всеми цветами и пытаясь заставить ребенка повторить их названия. — Красный, — подсказывает он, выговаривая все буквы. — Эххх, — говорит Кён, протягивая руку, чтобы взять куб из руки Тэхёна. — Крааасный, красный, скажи это, красный. Кён хмурится и смотрит на папу, пытаясь понять, чего он хочет от него. Ребёнок снова неуверенно тянется к кубу и начинает скулить, когда Тэхён убирает его дальше. — Хорошо, хорошо, вот, возьми кубик, возьми, он твой, — успокаивает модель, лицо Кёна искажается, когда он начинает плакать. — Нет, не надо плакать, — Тэхён поднимает голову, когда к ним подходит Чимин. — Он очень чувствительный, — говорит он Паку, — и собственник. Очень похож на своего отца, да? — Он щиплет Кёна за нос, ребёнок хмурится и снова кусает края своего кубика. — Каждый ребенок такой, — отвечает Чимин, улыбаясь Кёну, который приветствует его боковой улыбкой и воркованием. — Намджун звонил, — говорит Тэхён. — А? — модель кивает с чопорной улыбкой. — Да. Он хотел поговорить, просто извиниться, я думаю. — Тэхён проводит рукой по голове Кёна. — Я не виню его, с моей стороны было дерьмово отговаривать его. Я просто хотел забыть, что это случилось, понимаешь? Синий, — говорит он Кёну, который пускает слюни на голубые квадраты. Ребёнок взволнованно трясет кубик в кулаке. — В тот день он казался довольно плохим, — комментирует Чимин, — из-за то, что солгал тебе и- Куб отлетает от кулака Кёна и ударяет Тэхёна прямо в лицо, прежде чем глухо стукнуться об пол. — Черт, Кён, — вздрагивает омега, обхватив ладонями лицо. Чимин поднимает ребёнка с колен Тэхёна. — Ты ранен? — Пак пытается вглядеться в лицо Тэхёна. Модель шипит и осматривает свою руку, небольшое пятно крови от крошечного пореза на подбородке. Тэхён прищелкивает языком. — Нет, ничего. Просто… дай мне убрать это, — он встает и идет в ванную. Чимин вздыхает, наблюдая за нераскаявшимся лицом Кёна, пока ребёнок извивается у него на коленях. Тэхён возвращается и вскоре после этого плюхается на диван, а миссис Сун суетится над ним и протягивает пластырь из аптечки. Тем не менее, он детской тематики, веселый Губка Боб, вопиюще очевидно расположился на подбородке Тэхёна. Чимин пытается подавить смех, но в конце концов ему это не удается. — Смейся сколько хочешь, — дуется Тэхён, — держу пари, он не бросает вещи в Чонгука. — Кён не хотел поранить тебя, он все время бросает вещи, — говорит Чимин. — Ты не можешь так поступать с папой, Кён, — ворчит Тэхён, размахивая пальцем перед лицом ребенка. — Плохой ребенок. Кён плачет, лицо красное и заплаканное, он смотрит на Тэхёна, как будто тот только что разбил ему сердце. Чимин тычет в него пальцем, а модель скрещивает руки на груди и с хмурым выражением лица поворачивается к телевизору. — Хм, — говорит Пак, глядя на цифровые часы в углу телевизионного канала. — Мне нужно выйти через пару минут. — А? — Тэхён смотрит на него, — окей. — Да, я разговаривал со своим другом. Мы договорились сходить в кино. — Я понял, — кивает Тэхён. Он выглядит неуверенным, но не таким, будто не верит словам друга. Больше похоже, что он думает, что Чимин хочет отдалиться после его признания прошлой ночью. — Я вернусь до обеда, — говорит ему Пак, проходя мимо Кёна. — Не беспокойся. Ты будешь в порядке? — спрашивает он, прежде чем встать с дивана. — Да, конечно, — кивает Тэхён, — миссис Сун тоже здесь, так что я не один. — Ладно, тогда я пойду, — Чимин направляется к лифту, в последний раз проверяя время. Он проверяет свой телефон и видит новое сообщение от Юнги. От кого: Юнги Где ты??? Кому: Юнги Спускаюсь на лифте, извини, потерял счёт времени От кого: Юнги Окей Я в гараже Юнги играет на своем телефоне, ругаясь себе под нос из-за проигрыша, когда приходит Чимин. Положив гаджет в карман, он смотрит на Пака. — Оставить вас наедине? — Спрашивает омега, склонив голову набок. Встречи с Мином всегда поднимают ему настроение. — Да, — с хитрой усмешкой размышляет Юнги, — моя игра не звонит мне посреди ночи, чтобы попросить сходить на загадочные аттракционы на следующий день. Чимин фыркает, засовывая руки в карманы тяжелого пальто. — Я даже не просыпаюсь так рано, — протягивает альфа, медленно приближаясь к нему, — считай, что тебе повезло. — Повезло? — Пак закатывает глаза и рыкает, направляясь к пассажирской двери машины Юнги. — Разве я не должен получить поцелуй за это? — Мин мелодраматически дуется. Чимин вздыхает, театрально отступая назад, чтобы обвить руками шею Юнги и поцеловать его. Поцелуй влажный, теплый и все, что нужно Чимину. Альфа прикусывает нижнюю губу, прежде чем оторваться, пытаясь втянуть в новый. Пак предупреждающе стонет, но сдаётся. — Вот так-то лучше, — говорит Юнги, оставляя последний поцелуй на его губах. — Да? — Чимин цокает, — придурок. — Придурок, я? — Юнги игриво щиплет омегу за бок. — Пойдем, — Пак толкает его в плечо, — я не хочу опоздать. — Куда именно мы идем? — Спрашивает альфа, пристегивая ремень безопасности, когда Чимин устраивается поудобнее на пассажирском сиденье. — Хм, — он прикусывает нижнюю губу, включая навигатор и показывая Юнги дорогу. Это не долгая поездка, но они молчат в течение первых нескольких минут. — Ну, как Тэхён? — спрашивает Юнги. — А, это он… нормально, наверное? — Чимин корчится, а Юнги делает невозмутимое движение губами. — Это хорошо, — бормочет он, останавливаясь на красный свет. — Нет, я имею в виду, ему плохо, — фыркает Чимин. — Ты хочешь пойти и попытаться поговорить с Чонгуком? — машина трогается с места, как только светофор переключается на зеленый. — Откуда ты знаешь? — омега резко поворачивает голову. — Ты вбил в навигатор адрес его агентства, это не так уж трудно понять. — Да, но есть кое-что, что он должен знать, — Пак коротко выдыхает через нос. — Ну, — говорит Юнги, — тогда удачи. — Он паркуется у обочины, отпирая все двери, чтобы Чимин мог выйти. — Хочешь, я за тобой заеду? — Пока не знаю. Я позвоню тебе, хорошо? — омега наклоняется, чтобы поцеловать его. — Спасибо, что используете убер, сэр, — шутит Мин. Чимин укоризненно бьет его по шее. — Видишь? — Пак показывает ему язык. Юнги отъезжает, и омега поворачивается на каблуках, чтобы посмотреть на вход в здание агентства Чонгука. Он был здесь только один раз, когда Чон пригласил его на танцевальную тренировку. Направляясь к раздвижным дверям, Чимин оглядывается, и входит в вестибюль. Он очень просторный и полон людей в официальной одежде, значки висят у них на шеях, когда они входят и выходят из лифтов. Пак подходит к стойке регистрации, где на компьютере что-то печатает девушка, время от времени останавливаясь, чтобы сделать глоток чая. Она поднимает глаза, когда к ней подходит Чимин, улыбается и отодвигает чашку в сторону. — Здравствуйте, чем могу помочь? — девушка здоровается. — Здравствуйте, я… э-э, это, должно быть, звучит очень странно, но я здесь, чтобы увидеть Чонгука, — кивает Чимин своим собственным словам, — Чон Чонгука, — уточняет он. — Извините, вы фанат? Мы уже закрыли приём рождественских подарков, — работница задумчиво напевает. — Нет, — вмешивается Пак. — Вы можете отправлять письма через обычные почтовые отделения, — девушка выжидающе моргает. — Я не хочу отправить фанатское письмо. Мне просто нужно с ним поговорить. — Боюсь, это невозможно, сэр, — хмурится она. Чимин видит, как девушка смотрит на охранников, стоящих у двери, и нервно сглатывает. Его глаза находят знакомую макушку с рыжими волосами, медленно проходящую через двери, и Пак поднимает руку, чтобы привлечь внимание Хосока. — Хосок, сюда! — Он кричит, привлекая внимание хореографа. Лицо Чона расплывается в широкой улыбке, как только он замечает Чимина, бегущего ему навстречу. — Чимини! Что ты здесь делаешь? Ты видел сообщение, которое я тебе послал? Кастинг начинается только на следующей неделе. — Нет, нет, я здесь не для этого, мне просто нужно поговорить с Чонгуком, — объясняет Пак. — Чонгук? Он сейчас на совещании, — Хосок делает смешное лицо и бросает взгляд на часы, — его нельзя прервать, — О, Конечно. Чимину очень повезло, что Чонгук не бездельничает, готовый выслушать няню. Лицо Чона на секунду бледнеет. — Что-то случилось? Как Кён? — Он в порядке, ничего не случилось, — успокаивает омега, видя, как глаза девушки за стойкой с любопытством метаются между Хосоком и Чимином. — Но мне действительно нужно поговорить с Чонгуком. Это очень важно. — Ладно, — пожимает плечами Чон, тепло улыбаясь девушке. — он со мной, Венди. Она отпускает Пака после того, как приклеивает к его груди какую-то наклейку. Охрана сканирует его с помощью металлоискателя, и Чимин не помнит, что они делали это, когда он приходил с Чонгуком. Он задается вопросом, помнит ли кто-нибудь из них его лицо, но опять же, им, вероятно, платят за то, чтобы они вели себя как профессионалы со всеми. Хосок ведет его к лифтам, оба молча стоят среди двух других сотрудников, обсуждающих вчерашний баскетбольный матч. — Вот оно, — Чон распахивает перед ним двери. — Ты не пойдешь со мной? — Чимин собирается уходить. — Мне нужно помочь нескольким стажерам, — он смотрит на часы, — я опоздал на две минуты. Но не волнуйся, просто подожди снаружи, пока он не выйдет, или отправь ему сообщение. О, извините, сэр, — Хосок отпустил двери после того, как заметил хмурый взгляд другого сотрудника, и махнул Чимину, когда двери закрылись. — Ладно, — бормочет себе под нос Пак, поворачиваясь и смотря на пол. Коридор ведёт в вестибюль. Чимин не знает, куда идти. Он находит на одной из стен табличку со стрелкой справа, указывающей направление к конференц-залам. Есть по крайней мере четыре различных двери. Омега полагает, что, приложив ухо к каждой из них, он сможет услышать и узнать голос Чонгука. Он подходит к первой двери и пытается вслушаться. Но ничего, кроме приглушенных голосов, не слышит. Чимин хмурится, думая о том, что услышал, как только распахнулась дверь. Парень, который собирался выйти, смотрит на Пака широко раскрытыми глазами. — Э-э… — начинает парень. — Прости, но это не то, на что похоже. Мне нужно поговорить с Чонгуком. — Чонгук? — Мужчина поднимает бровь. — Да, — кивает головой Чимин. — А ты кто такой? — Я… — Пак сглатывает, — я няня. — Няня? — Да, няня, — серьезно, разве он не расслышал Чимина в первый раз? Парень вздыхает. — Это самое нелепое оправдание, которое я когда-либо слышал, — говорит он, вытаскивая из кармана куртки рацию. — Это не оправдание, — возражает омега, поджимая губы. — Чжу, в 12Б есть парень, который говорит, что он няня Чонгука, — говорит мужчина в свое устройство, — не могли бы вы подтвердить это для меня? Пак скрестил руки на груди, глядя на полированный пол, а не на застывшее лицо парня. Ожидание, кажется, длится целую минуту, прежде чем его личность подтверждают. — Впусти его, — Чимин дерзко улыбается в сторону мужчины, тот фыркает, прежде чем положить рацию в карман и жестом приказывает Паку следовать за ним. Они идут совершенно в другом направлении, петляя по коридорам, пока не достигают узкого коридора, который, кажется, ведет в зрительный зал. В конце коридора открывается широкая дверь, и Чонгук быстро идет к ним. — Чимин? — Спрашивает Чон еще до того, как они подходят. — Где Кён? — Он с Тэ, — говорит Пак. Они встречаются в середине коридора. — О, — разочарованно говорит Чонгук. — Почему ты здесь? — Мне нужно поговорить с тобой, помнишь? — альфа фыркает, почесывая затылок.  — Да, просто… — он оглядывается через плечо, — ты мог бы выбрать лучшее время. — Извини, — Пак неловко ерзает, — я не хотел тебя прерывать, просто хотел узнать, где ты. А это, — он поворачивается к человеку, который все еще стоит, как статуя, с подозрением переводя взгляд с Чонгука на Чимина, — этот джентльмен не хотел мне верить. — Ты подслушивал, — указывает мужчина, это было не самым ярким моментом в жизни Пака. — Хорошо, — вмешивается Чонгук, кивая в сторону мужчины. — Спасибо, Чимин, — он поворачивается к няне, — подожди меня секунду, ладно? — Чон уходит. Мужчина осторожно кивает в сторону омеги, прежде чем оставить его. Он сомневается в своем решении приехать сюда сейчас. Возможно, он мог бы выбрать лучшее время. Но Чимин не знал, когда оно настанет. Чонгук снова выходит из комнаты, пряча телефон в карман. — Пойдем со мной, — говорит он Паку, проходя мимо, и они оба идут к тому месту, откуда пришел Чимин. — Тебе что-нибудь нужно? — Спрашивает Чон, останавливаясь перед торговым автоматом рядом с лифтами. — Нет, спасибо. Чонгук пожимает плечами, кладет монеты и забирает шоколадку, которая с глухим стуком падает вниз. Он нажимает кнопку лифта, и они молча ждут его прибытия. Альфа переминается с ноги на ногу, массируя поясницу. — Черт, матрас моего брата отстой, — морщится он. — Ты спал у брата? — Спрашивает Чимин. Чонгук кивает головой, разворачивая шоколадку и откусывая большой кусок. — У него есть квартира в центре города, которой он на самом деле не пользуется, — он делает знак Паку следовать за ним, как только двери лифта открываются. — Итак, — он прислоняется к стене и шумно жует, — о чем ты хотел поговорить? — О, просто… — омега прочищает горло. Чонгук терпеливо наблюдает за ним. — о Тэхёне. — Послушай, Чимин, я ценю твою проницательность и все такое, но… — Чонгук смотрит в сторону, проводя языком по внутренней стороне щеки. — Это не так, — Пак качает головой, вздрагивая от внезапного звука, издаваемого лифтом, поднимающимся на верхний этаж. — Я не пытаюсь вмешиваться, — уточняет он, следуя за Чонгуком. Там есть лестница, ведущая к одинокой двери, и когда Чон открывает ее, они оказываются на террасе. Здания Сеула гордо окружают их со всех сторон, и один из сотрудников агенства, прислонившись к перилам, курит. Он кивает в сторону Чонгука, потом тушит сигарету и уходит. — Тэхён поговорил со мной вчера, — говорит Чимин, как только дверь за ними закрывается. — Как он? — Спрашивает Чон, опираясь коленом на перила. — Он, — хмурится Пак, — опустошен, — Чонгук вздрагивает, глядя вдаль. — Он думает, что ты с ним разведешься, — осторожно пробует Чимин. Ветер здесь пронизывает холодом, и он засунул руки поглубже в карманы, — Ты… сделаешь это? — омега прикусывает нижнюю губу. — Я никогда не разведусь с Тэхёном, Чимин, — Чонгук фыркает и отмахивается так легко, и Пак ловит себя на том, что поднимает голову. — Это ничего не решает, и я просто… — он пожимает плечами, — не смогу заставить себя сделать это. — Я… ну, это хорошо, я думаю. — Ну вот, — он указывает в сторону Чимина. — Это еще не все, — настаивает Пак, — это даже не начало. — Он прислоняется к перилам, как Чонгук, любуясь видом. — Я пришел сюда, чтобы сказать тебе то, что, по-моему, ты должен знать больше, чем кто-либо другой. Тэхён говорил со мной вчера вечером и… он рассказал мне все: о Богоме, о… — Чимин вздыхает, — обо всем. — Ты имеешь в виду аборт? — Чонгук жует шоколад, внимательно наблюдая за омегой. — Да, — Пак вздрагивает. — Окей. Что ж, — Чонгук задумчиво кивает и щелкает губами, — он действительно доверяет тебе, Чимин. Я рад это знать. — Да, — омега пожимает плечами, обхватив руками решетку, — я тоже, но насчет Богома- При упоминании этого имени губы Чонгука искривились в ухмылке. — Богом, — процедил он сквозь зубы, — Богому лучше не пересекаться со мной. — Я просто… просто хотел понять, — Пак облизывает губы. — Нет никакого объяснения, — Чон откусывает еще кусочек шоколада, — я думал об этом больше тысячи раз, Чимин, и поверь мне, нет никакого разумного объяснения тому, что он делает с Тэ. Чимин обдумывает слова Чонгука. Он прав — Богом ничего не выиграл от того, что сделал. Может быть, все дело было в том, что ему нравилось настолько Тэ бессилен против него? — Могу я спросить тебя кое о чем? — Конечно, — Чонгук поворачивается к нему. — Ты всегда знал? С тех пор, как встретил Тэ? — О Богоме? — Чон приподнимает бровь, дожидаясь, пока Чимин согласится продолжить. — У меня были подозрения. Люди говорили об этом. Но я не знал о их глубине, не имел ни малейшего представления. — Пак видит, как подпрыгивает его адамово яблоко, когда он проглатывает последний кусочек шоколада. — Была вечеринка, на которую нас обоих пригласили. Он был там как чей-то партнер. — Я смотрел на него, Чимин, и клянусь, мой мир просто остановился, — ухмыляется Чонгук. — Я провел всю вечеринку, пытаясь заставить его обратить на меня внимание. Фу, это было так неловко, — он вздрагивает, — его оставили одного на одну минуту, и я был там, пытался говорить без заикания. Я думаю, он хотел сказать, что он слишком стар для меня, но мне было все равно. Я сказал, что он красив, Чимин. Он самое прекрасное, что я когда-либо видел. Он сказал, что я не знаю, о чем говорю. Пак улыбается. — Знаешь, он выглядел грустным внутри, — бормочет Чонгук. — Он сказал, что разорвал трудные отношения, вот как он это назвал, трудные. Я сказал, что его бывший должен быть очень глупым, чтобы бросить его. — Он согласился пойти с тобой вот так? — Спрашивает Чимин. — Хотелось бы, — Чонгук ухмыляется. — Я был очень настойчивым. Посылал ему цветы каждый день почти месяц. Омега удивляется, а Чонгук краснеет, неловко почесывая кончик носа. — Думаю, он просто понял, что я не сдамся. И это все полагаю. Он как огонь в моих венах, Чимин. Я старался не сойти с ума, но потом вспоминал его запах, или то, как он ходил, или улыбался, и я просто отключался. — Знаешь, прошло совсем немного времени, прежде чем он, ты знаешь, — Чонгук смущенно прочищает горло, — забеременел. — Я знаю, — улыбается Чимин. — А потом появился он — Богом, — губы Чонгука скривились. — Он разговаривал с Тэ за моей спиной. Как чертова пиявка. Он сказал, что хочет извиниться, Чимин. Разве это не чудесно? Такой гребаный джентльмен. Конечно, Тэ попался на эту удочку. Тэхён думает, что он какой-то цветок, ждущий своего расцвета или что-то в этом роде. — Он просто хотел заявить свои права на Тэ, — рычит Чонгук. — Но мы были помолвлены. Чимин судорожно сглатывает, слабый солнечный свет отражается от крыш зданий. — Тэ сказал, что рассказал тебе всё, когда это случилось. — Да, он это сделал, — Чон потирает лоб рукой. — И в другой раз тоже. — Прости, — бормочет Пак. — Это не твоя вина, — Чонгук слегка улыбается ему. — Это не наша вина, правда. Все должно было произойти именно так, как было. Я просто думаю, что это смешно, — голос альфы срывается, — он токсичен для Тэ, Чимин, как будто ты не поверишь. Я видел, как это работает, я видел, как он это делает. Он говорит на языке, который понимает только Тэхён. Это как заклинание. Он, блять, заставил Тэхёна убить своего ребенка, не задумываясь, в жуткой клинике в каком-то далеком месте. Он мог умереть, а я бы никогда его не встретил, Чимин. Пак отворачивает лицо в сторону. Он знает, что Чонгук не говорит ничего, кроме правды, но это все еще тревожит. Сколько раз он, должно быть, добивал себя этими мыслями? — А потом приходит Намджун и говорит, что я плохо с ним обращаюсь, — усмехается Чон, — как он смеет? — Ты знаешь это, — Чимин морщится. — Что? — Чонгук поворачивается к нему, сузив глаза. — Нет. — Да, ты, — омега барабанит пальцами по перилам, — знаешь. Чон смотрит на него с минуту, прежде чем покачать головой. — Он извинялся передо мной оба раза, — бормочет альфа, — когда встречал Богома без моего ведома. Он так много плакал, Чимин, он сказал, что сделает все, что я захочу. Это меня поразило. — Видишь? Я живу в страхе стать для него тем, кем был  Богом. Богом воспользовался им,  этот ублюдок был доволен тем, как Тэхён подчиняется ему, и теперь он хочет, чтобы я сделал то же самое. Но я не получаю от этого никакого удовольствия, Чимин. Тэ — гребаный человек. Если бы ты знал, как сильно я желаю ему добра, Чимин, ты бы так не сказал. — Итак, — пытается Пак, — каков твой план? Почему ты отдалился? — Я не отдалился, я просто хочу, чтобы он выбрал, — говорит Чонгук, — я хочу дать ему время подумать и, — он смотрит на перила, проводя пальцами по волосам, — и выяснить, кого из нас он любит больше всего. Я не хочу заманивать его в ловушку брака, я не хочу, чтобы он думал, что я владею им. — Чонгук, — тихо зовет Чимин. — Могу я что-нибудь сказать? Например, могу ли я высказывать свое мнение? — Да, — пожимает плечами певец, облокотившись на перила, — конечно. — Насколько я понимаю, Тэхён уже принял решение, — начинает Пак. — Он не женился на Богоме, у него нет ребенка от Богома, он никогда не начинал жизнь с Богома. Но он сделал все это с тобой. Я думаю, — Чимин поворачивается на бок, чтобы полностью посмотреть на Чонгука, — я думаю, Тэхён пытался сказать тебе, по-своему, что он выбрал тебя. Чон секунду рассматривает Пака, бросая взгляд на горизонт, а затем снова на свои руки. — Не знаю, Чимин. Разве это будет не слишком хорошо? Тэ снова видел его в Токио, и на этот раз он не сказал мне, понимаешь? — Он не хотел говорить тебе, потому что знал, что ты сделаешь неправильный вывод, — заявляет Чимин. — Чонгук, я пришел сказать тебе, что точно знаю — Тэхён не любит Богома. — Не трать впустую свое время, Чимин, — Чон вздыхает, пряча шоколадную обертку в карман. — Нет, послушай меня, — Пак схватил его за запястье, — даже Тэ не знает этого, но той ночью, я был там. Чонгук ждёт, неубедительно глядя на Чимина, который пытается что-то сказать. — Я видел то, чего не видел Намджун. Той ночью я не мог заснуть. Возможно, это было из-за перелёта. Я услышал шум снаружи в коридоре. Моя комната была рядом с комнатой Тэхёна. — Чимин вздыхает. — Они были снаружи… — делает паузу, — они стояли очень близко. И Богом пытался переубедить Тэхёна- — Пожалуйста, не говори мне этого, Чимин, — прерывает его Чонгук, качая головой. — Не хочу слышать. — Нет, послушай, ради бога, — кричит Пак, — Тэ сказал «нет». Он сказал, что у него с тобой есть сын, Богом пошутил над ребенком, которого он потерял, и… Тэ дал ему пощечину. Он действительно это сделал. — Тэхён? — Чон недоверчиво спрашивает, — Мой Тэхён ударил кого-то по лицу? — Не просто кого-то! Богома! Я был там, Чонгук, я бы не стал тебе лгать, — Чимин раздраженно кивает. — Я… — Альфа прочищает горло, шагая рядом с Паком. — Я этого не знал. — Конечно не знал! — вмешивается Чимин, качая головой. — Намджун появился только после того, как Тэ сделал это, когда Богом говорил ему эти гадости, и… Чонгук, — омега берет себя в руки, — ты сказал мне, что ждал, когда Тэхён выберет между тобой и Богомом. Ты только что это сказал. Какой сигнал, по-твоему, он подаст тебе, я имею в виду — чего ты ждал? Чонгук отшатывается, разинув рот, и моргает, глядя на Чимина. — Это, — он поднимает палец в сторону Пака, как бы указывая на то, что он только что сказал, — этого! — Что? — омега хмурится. — Только… только это? Просто знать, что Тэхён отказал- — Он дома? — Выпаливает Чонгук. — Тэхён. Он дома? — Конечно, он дома, — фыркает Чимин. — Он ждёт тебя, глупый, — он закатывает глаза. Чонгук роботизировано кивает, затягивая Пака в удушающие, но удивительно нежные объятия. — Спасибо, Чимини. — Я просто делаю свою работу, — застенчиво улыбается Чимин, когда Чон отпускает его. — Хорошо, — Чонгук направляется к двери, останавливаясь и оглядываясь через плечо на омегу. — Пойдем, я тебя подвезу. Чимин вздрагивает, следуя за Чоном, что трудно, учитывая короткие ноги самого Пака. — Ты можешь просто так уйти? — Спрашивает Чимин, когда они выходят из здания. Он уверен, что Чонгуку нужно вернуться на встречу. Альфа пожимает плечами. — Да. Они больше хотели укусить моего менеджера за задницу. — Он машет Паку в сторону своей машины. — Кажется, я, — продолжает Чонгук, когда они садятся в машину и торопливо застегивают ремень безопасности, — выпустил кавер-песню без согласия агентства. — Ты можешь это делать? — Чимин щурится. Чон быстро выезжает, лавируя между машинами. У него эйфорический вид, как будто он бежит навстречу времени, чтобы найти Тэхёна. — Теоретически нет, — признает Чонгук. — Но теперь, когда я это сделал, они не могут меня остановить… — Чимин закатывает глаза. — Я вижу, ну, это хорошо… ты можешь ехать немного медленнее, пожалуйста? — Пак со страхом сжимает подлокотник, когда Чон уворачивается от мотоцикла. — Извини, — бормочет он, — не думаю, что мне стоило садиться за руль. Я нервничаю. — Пожалуйста, не убивай нас сейчас. Ты слишком долго этого ждал, — Пак смеется. — Ты чертовски прав, Чимини. Ты чертовски прав.

***

— Прекрати, ты меня нервируешь, — упрекает альфу Чимин. Они поднимаются на лифте, Чонгук топает ногой, наблюдая за каждой сменяющейся цифрой этажа. — Ничего не могу с собой поделать, — Чон упирает руки в бока, направляясь к противоположной зеркальной стене. — Думаешь, он простит меня? — О боже, да, — раздраженно говорит Пак. Честно говоря, он думал, что у Чона намного больше уверенности. — Мы приехали, — объявляет он, когда лифт наконец достигает верхнего этажа. Чимин набирает код, и альфа проносится мимо него, чтобы войти в пентхаус. — Чимини? — Он слышит, как Тэхён кричит, — Где ты был? Я волновался… Они неловко стоят в гостиной, модель с широко открытыми глазами смотрит на Чонгука, потом на Чимина. Он выглядит встревоженным и слегка испуганным, с красочным пластырем на подбородке. — Что это? — Спрашивает Чонгук, нахмурив брови и протягивая руку, чтобы дотронуться до пореза. — Ах, — Тэхён запинается, опуская глаза и почесывая пластырь, — Кён бросил свой кубик мне в лицо. — Он корчится, явно неуверенный, но все ещё смотрит на Чонгука большими, полными надежды глазами. Они настолько очевидны, что Чимину хочется закатить глаза. Брови альфы поднимаются вверх. — Он ударил меня по голове на днях, — добавляет он, вероятно, чтобы стереть печальный взгляд Тэхёна. — И укусил меня за палец так сильно, что потекла кровь. — Он очень жестокий, — тихо хихикает омега. — Ну, — говорит Чимин, чтобы нарушить неловкое молчание, повисшее вокруг них, — я пойду посмотрю, не нужно ли Кёну чего-нибудь. Ты можешь, — он делает движение, — говорить? — Он многозначительно смотрит на Чонгука. — Да, да, думаю, что так, — Чон одаривает его доброй улыбкой, — Спасибо, Чимин. Тэхён скрещивает руки на груди. Он умоляюще смотрит на Пака, словно умоляя не оставлять его одного с Чонгуком. Чимин одаривает его своей лучшей ободряющей улыбкой, прежде чем подмигнуть и отправиться в сторону манежа, где находится Кён, взволнованно кидающий все свои игрушки в защитную сетку. Чонгук и Тэхён проходят мимо, направляясь к балкону. Пак подхватывает ребёнка и сажает его на покрытый ковром пол, где у него есть преимущество, чтобы немного подглядеть за парой снаружи. Тэхён — тот, кто начинает говорить первым, стоя перед Чонгуком с настороженным выражением лица, которое превращается в отчаянное, когда он продолжает. Чимин не слышит их, но он видит, как Чонгук качает головой и делает шаг ближе к омеге, что-то говоря, глядя ему прямо в глаза. Тэхён выглядит удивленным, на секунду разинув рот, прежде чем заглянуть внутрь, прямо на Чимина. Пак быстро отводит взгляд, чувствуя, как его щеки вспыхивают от внезапного зрительного контакта. Чон, должно быть, рассказал модели о том, как Чимин шпионил той ночью в Токио. Омега сглатывает, заставляя себя поднять глаза и застенчиво улыбнуться Тэхёну. Ему кажется, что он видит, как губы другой омеги дергаются в уголках, прежде чем он снова обращает свое внимание на мужа. Чонгук мягко сжимает запястья Тэхёна, словно изливая свое сердце. Модель слабо улыбается, прежде чем заплакать. Но Чимин замечает, что он счастлив. Певец внезапно заключает Тэхёна в крепкие объятия, обхватывает его затылок и целует в мокрые щеки. Пак отворачивается, не желая вмешиваться в столь личный момент. Его глаза находят Кёна, который наблюдает за ним своими большими умными глазами. — Да, я знаю, — говорит ему Чимин, и лицо малыша расплывается в мокрой улыбке сообщника. — Всегда пожалуйста, — Пак кривит губы, украдкой бросая взгляд на все еще обнимающуюся пару. Чимин не знает, как долго Чонгук и Тэхён остаются на балконе, обсуждая это, но в конце концов ему нужно вернуться домой. Госпожа Сун уверяет его, что она покормит Кёна и даже убеждает его взять с собой немного чачжанмёна, который очень вкусно пахнет. — Чимин? Пак останавливается, поставив одну ногу в лифт. Чонгук и Тэхён стоят и смотрят на него, певец обнимает Тэхёна за талию. Они выглядят сияющими вместе. — Куда ты идешь? — Спрашивает омега. — Домой, я… — он показывает на рюкзак, — мне нужно вернуться. У меня закончилась чистая одежда. — О, — Говорит Тэхён, — понятно, хм. Тогда я провожу тебя в вестибюль, — предлагает он, одаривая Чонгука теплой улыбкой. — Тогда ладно, — Пак нервно сглатывает. Он наблюдает, как они целуются, прежде чем модель заходит следом за ним в лифт. Чимин ждёт, когда двери закроются с тяжелым сердцем, зная, что Тэхён, вероятно, хочет обратиться к его роли в примирении с Чонгуком. Он нажимает на кнопку нужного этажа, поворачиваясь, чтобы оценить Пака. — Я не знал, что ты был там, — начинает Тэхён. Чимин хмыкает с любопытством. — Я не знал, что ты видел нас с Богомом той ночью. — Тэхён, мне так жаль, но у меня не было намерения… — Чимин открывает рот. — Все в порядке, — омега успокаивающе сжимает его плечо, — я не сержусь на тебя. Немного смущен, — он пожимает плечами, — но я рад, что ты это увидел, я рад, что ты решил рассказать Чонгуку. — Он будет с тобой, несмотря ни на что, — указывает Чимин. — Он не развелся бы с тобой, если бы я ему не сказал. Он очень любит тебя, Тэ. — Ты действительно так думаешь? — Тэхён неуверенно смотрит на него. — Да, — отвечает ему Пак, — Чонгук так или иначе пришел бы в себя, — думает Чимин. Так было проще. Правильно? — Итак, я верю, что теперь вы двое в порядке? — Спрашивает он. — Надеюсь. — И я тоже, — бормочет Пак, делая шаг вперед, как только двери лифта открываются. — Чимин, — зовет его Тэхён, придерживая дверь рукой. Пак поворачивается в его сторону, замечая двух других людей, ожидающих лифта. — Спасибо за все. Ты придёшь завтра, да? — Конечно, да, — смеется Чимин. — Увидимся, Тэ. Тэхён машет ему, пока Пак не уходит. Няня выходит на улицу и какое-то время просто стоит на тротуаре, наблюдая за машинами и автобусами, которые продолжают свой веселый путь. Тяжесть, которая висела на его плечах, и странное чувство, которое Чимин держал в животе, медленно растворяются. Снег осыпает тротуар и верхушки деревьев, омега до сих пор не замечал, какой сегодня прекрасный день. Чимин улыбается про себя, чувствуя, что поступил правильно. Он достает телефон и набирает номер, ожидая, когда зазвонит телефон. — Да? — Отвечает Юнги знакомым протяжным голосом. — Предложение прокатиться еще в силе?

***

У Чимина нет проблем со сном в ту ночь. Он просто кладет голову на подушку и не думает ни о чем важном. Он гадает, как поживают Тэхён и Чонгук, прежде чем достать свой телефон, который он всегда держит под подушкой. Тэхён прислал ему фотографию более двух часов назад, где они втроем, лицо маленького Кёна зажато между их лицами. Они улыбаются в камеру, Тэхён подписал фотографию: «Мы скучаем по тебе, хочу обнять тебя» и целующий смайлик. Он думает, что ответить и заодно напомнить о том, что они увидятся завтра, а каникулы ещё не наступили. Тэхён пригласил Чимина съездить с ними в Пусан перед Рождеством, так как семья Чонгука все еще жила там традиционно, как и семья Пака. Чимин как раз пытается сформулировать предложение, когда вспоминает разговор с Тэхёном в лифте. Модель спросил его, действительно ли он думал, что Чонгук простил бы его, если бы не слова Чимина. В каком-то смысле, Пак знает, что не ошибается, так как Чонгук сказал ранее, что простил бы Тэхёна. Но есть еще кое-что, делающее его на сто процентов уверенным в этом. Чимин часто ошибается во многих вещах, но бывает так, что иногда он прав. Поэтому, когда он вспоминает один из комментариев Чонгука в тот же день, у него кружится голова, он желает узнать, верны ли его предположения. Выйдя из чата, Чимин просматривает официальный профиль Чонгука, громко смеясь, когда видит последний пост на временной шкале. Он написал его пятнадцать часов назад, задолго до того, как Пак даже подумал о том, чтобы тайком поговорить с ним.

Тот, кого я очень люблю, любит эту песню ♫ Давай останемся вместе детка ♥ Давайте останемся вместе — Cover by Jeongguk

Это банально, Чимин в курсе. Но это также красиво и сентиментально. Он выуживает наушники, подключает их и позволяет ангельскому голосу Чонгука рассказать ему о том, как он влюблен.