The Babysitter

3 Года Спустя

Чимин очень осторожно отодвигает сыр и пакет с апельсиновым соком в сторону, чтобы освободить место на первой полке. Он делает паузу, размышляет и решает поставить йогурт на вторую полку, когда слышит странный звук. — Кён, — предупреждает Чимин, — если я обернусь и увижу, как ты ешь торт… — Нет, Чим! — Кёндже кричит и хихикает сразу после того, как Пак закрывает дверь холодильника и поворачивается. Теперь уже четырехлетний мальчик осторожно опирается на кухонный табурет, прислонившись к тумбе, где лежит торт, который Чимин с трудом хранил в холодильнике. Он одаривает Пака широкой хитрой улыбкой, держа руки при себе. — Да? — Чимин приподнимает бровь, — а что это за штука, которую я вижу? Неужели это палец маленького мальчика в глазури? — спрашивает Чимин с укором. Кён хихикает, облизывая уголки губ, незамеченные Чимином, но покрытые глазурью. — Не знаю, — отвечает он достаточно невинно. — Ты непослушный мальчик, — Чимин фыркает. — Твоему папе не понравится, что ты уже съел кусочек торта. — Прости, Чим, не говори папе, — Кён отшатывается и качает головой. — О, так теперь это «не говори папе», не так ли? — Чимин дразнит ребенка, довольный собой, берет торт и кладет его в холодильник. — И не сиди так на табуретке, это опасно. Ты можешь упасть. Кён прищелкивает языком и, надув губы, слезает с табурета. — Когда я смогу съесть торт? — Мы съедим торт, когда приедет твой отец, — говорит Чимин. — Но это слишком долго, — настаивает Кён, скрестив руки на груди. — Нет, — начинает Пак, выводя его из кухни. — Иди сядь рядом с папой, я уверен, что время пройдет незаметно. — Папа с ребенком, — жалуется Кён. — Да, но ему нравится, когда ты рядом, — настаивает Чимин. Пак ведет мальчика в гостиную, где включен телевизор. Кён немедленно отправляется в сторону Тэхёна, прижимаясь к нему сбоку на диване. Одно из шоу с участием Чонгука показывают по телевизору, певец играет на гитаре и поет в микрофон. Тэхён кивает свекрови, которая сидит рядом с ним в кресле и болтает без умолку о чём-то очень скучном. Тэхён улыбается Чимину, крепче прижимая сверток к себе. — Она не перестает кушать, — говорит он Паку, который смотрит на малышку через плечо. Чонсу едва исполнилась неделя, ее крошечное тело было морщинистым и невероятно маленьким. Даже сейчас одеяла вокруг нее, кажется, топят новорожденную, видна только макушка головы с короткими черными волосами. Кён скользит лицом по плечу Тэхёна, пытаясь лучше рассмотреть ребенка. — Папа, — зовет он, — почему она такая маленькая? — Потому что ей всего неделя, дорогой, — отвечает ему Тэхён. — Ты тоже был такой, когда родился, Кён, — говорит мать Чонгука. — Правда, папа? — Глаза мальчика расширяются, он поворачивается к Тэхёну. — Да, малыш, — кивает Тэхён, быстро переключая внимание на Чонсу. Затем Чимин вспоминает, что омега не проводил много времени с Кёном, когда тот только родился. — Она спит? — Дуется Кён. — Нет, она кушает, — отвечает Тэхён. У Кёна одна из его многочисленных фаз — любопытство. Только Чонгук, кажется, неуязвим для него и его быстрых вопросов, которые почему-то никогда не заканчиваются. — Можно мне подержать её? — Спрашивает Кён. — Не сейчас, — говорит Тэхён, — позже, ладно? — Мальчик, кажется, не удовлетворен. — Могу я ее поцеловать? — он прижимается ещё ближе. — Дорогой, — предупреждает Тэхён, Чимин обнимает Кёна за талию, чтобы тот не слишком сильно наваливался на Тэхёна. Швы от кесарева сечения сняли всего два дня назад, так что омеге все еще было больно. — Ты можешь поцеловать её после того, как она уснет, Кёндже, — добавляет Тэхён, лицо Кёна сморщилось, будто он собирался заплакать. — О, смотри, — Чимин пытается отвлечь его, указывая на телевизор, — твой отец поет, Кён. Мальчик надувает губы, но в конце концов внимательно смотрит на отца, бросаясь к бабушке на колени. Чимин занимает свое свободное место рядом с Тэхёном, рассеянно наблюдая за танцами Чонгука на сцене. — Ну, — говорит Тэхён, — как Юнги? — Он в порядке, — улыбается Пак, — гастролирует. Хотя время от времени он присылает мне сообщения. Думаю, ему все еще тяжело, потому что приходится просыпаться рано почти каждый день. Тэхён смеется, стараясь не толкать Чонсу слишком сильно. — О, но он жив. Могу я снова увидеть кольцо? Чимин сияет, более чем довольный тем, что протягивает руку Тэхёну, чтобы тот увидел бриллиант на его безымянном пальце. — Я знаю, это слишком, — говорит он, — но мне нравится. — Нет, ты его заслужил. Это мило. — улыбается Тэхён. — Да, конечно. Он хочет жениться в ноябре, когда мы познакомились, — краснеет Чимин. — Ох, — воркует Тэхён, обнимая Чонсу. Новорожденная немного шевелится, ее движения все еще слегка не скоординированы. Они наблюдают за ней некоторое время, желая посмотреть, когда она наконец наестся. Она прижимается ближе к Тэхёну и издает тихие вздохи. — Она такая драгоценная, — комментирует Чимин. — Ну, о браках и тому подобном. Как Намджун? — Это ты мне скажи, — Тэхён светлеет. — Очевидно, он на седьмом небе от счастья с твоим другом, — модель шевелит бровями, а Чимин смеется. — Он заходил ко мне домой, чтобы помочь в тот день, когда мы собирались в Сингапур, помнишь? — Тэхён кивает, — и первое, что я вижу, когда вхожу, это Намджун на нашей кухне, ест чачжанмён Сокджина. Ты просто должен был увидеть его лицо, Тэ, он выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание. — Я так рад, — Тэхён смеется. — Переборол себя, — вставляет Чимин. — Да, — усмехается модель. — Я имею в виду, надеюсь, еще не слишком рано об этом говорить. — Это не так, — признает Чимин, — Сокджин говорит мне, что они уже на четвертом-пятом свидании. — О боже, Намджун такой быстрый. Когда появляется Чонгук, возникает небольшая суматоха. Кён летит к нему с криком, от которого Чонсу корчится от страха, отец поднимает ребёнка. После того, как они попросили мальчика быть тише, Кён надулся, цепляясь за шею Чонгука и посылая Тэхёну преданные взгляды. Он стал чрезмерно защищать папу во время беременности, постоянно осыпая поцелуями его набухший живот и задавая много вопросов, но после рождения Чонсу стал ревновать его. Тэхён заранее спросил Чимина, что делать, но тот ответил, что это нормально, когда дети чувствуют себя не в своей тарелке с появлением нового ребенка, со временем это чувство, вероятно, уменьшится. По крайней мере, таков был предыдущий опыт Пака. Чонгук ставит Кёна на пол, прежде чем обнять мать и взъерошить волосы Чимина, приберегая лучшее напоследок, он наклоняется и целует Тэхёна. — Она кушает с полудня, — с гордостью говорит омега своему мужу, — я не знаю, как она может столько кушать. Как ты думаешь, мне следует уложить ее? — Разве педиатр не сказал, что мы должны подождать, пока она наестся? — Бормочет Чонгук, откидывая одеяло, чтобы видеть лицо дочери. — В конце концов, она будет сыта. Привет, дорогая, — бормочет он, проводя подушечкой пальца по ее щеке. Ее кожа гладкая и теплая, такая невероятно нежная, что Чимин иногда пугается, когда Тэхён передает ее ему. — Могу я ее увидеть? Я хочу ее увидеть, — настаивает Кён, дергая Чонгука за штаны и пытаясь заглянуть ему через плечо. Чон поднимает его, Кён с любопытством вытягивает шею, чтобы посмотреть на сестру. — О, она остановилась, — улыбается Тэхён, тихо отводя Чонсу в сторону. Чонгук быстро опускает Кёна и помогает ему, держа ребенка. Модель говорит, что ему уже не так больно, он может вставать и делать много других вещей, но Чонгук переусердствует. — Все в порядке, — говорит Тэхён, отмахиваясь от Чона и протягивая ему Чонсу. Чонгук осторожно берет ее на руки, заставляя ребенка замолчать, она булькает и хмурится. Он прижимает ее к груди и качает, глядя ей в лицо, нежно целует в лоб. — Кён, — говорит Чимин, видя, как мальчик смотрит на отца, — ты не хочешь пойти и помочь мне взять кое-что? — он подмигивает. — Что? — Мальчик дуется, поворачиваясь к нему. Тэхён наклоняется, заправляя прядь волос Кёна за ухо. — То, что ты ел недавно втайне от папы, — шепчет он. Губы Кёна складываются в крошечное «о», и он быстро кивает, беря Чимина за руку, когда они направляются на кухню. — Вот, — Пак достает торт из холодильника, — можешь подержать? Кён храбро кивает, кладя обе руки под торт и делая серьезное лицо. Чимин идет за ним и помогает, боясь, что мальчик может уронить его, хотя он не хочет испортить сюрприз. — С Днем рождения, отец! — Кён кричит, как только они входят в гостиную. Чонгук поднимает голову и смеется, когда видит, что Кён принёс торт. Чимин помогает мальчику положить его на кофейный столик и отступает назад, когда Чон присаживается на корточки с Чонсу на руках, чтобы поблагодарить Кёна и, наконец, позволить ему поцеловать сестру. — Этот торт только для меня? — Чонгук дразнит ребенка. Кён скрещивает руки на груди и открывает рот, чтобы возразить, прежде чем понять что-то. — Ты можешь забрать его, отец, — он пожимает плечами, — это твой день рождения. — Все умиляются. — Я пошутил, малыш, — говорит Чонгук, — я не могу съесть все это в одиночку. Ты должен мне помочь. — Хорошо! — Ухмыляется Кён. Тэхён наклоняется и зажигает свечи. Они выключают телевизор, потому что Чонгук говорит, что больше не слышит собственного голоса, и просит не петь слишком громко, чтобы не разбудить Чонсу. Кён приходит в восторг, когда хлопает, наклоняясь над тортом рядом с отцом, чтобы задуть свечи. Все приветствуют и поздравляют Чонгука с днем рождения, и хотят попробовать торт, который Тэхён начинает резать. Чимин сфотографировал свой кусочек и отправил Юнги, радуясь, что жених ревнует. — Итак, — начинает Тэхён, съедая кусок торта, Кён сидит между его ног на диване, — когда вы с Юнги планируете первенца?