Elusion

      Гарри пинком распахнул дверь своего кабинета и буквально ввалился внутрь. Амбридж немедленно вскочила на ноги, чтобы поприветствовать его. Не обращая на нее никакого внимания, он направился к своему креслу. Она больше не была веселой, всегда искала его одобрения, всегда пыталась польстить ему. Она нравилась ему больше, когда была стервой-садисткой. Он не сомневался, что глубоко внутри она все еще была стервой, и он также знал, что она, вероятно, фантазировала о том, чтобы мучить его все время, но она просто больше не показывала этого, и он презирал это. Почему люди должны быть такими лицемерами? Может быть, он тоже был одним из них. Он рухнул в кресло и закашлялся. Он прикрыл рот одной рукой, а другой принялся рыться в ящике стола в поисках носового платка. Конечно, он его не нашел. Вещи имели привычку исчезать именно тогда, когда он в них нуждался. Он перестал рыться и ухватился за край стола, кашель становился все настойчивее, а грудь и живот начинали болеть. Он почувствовал что-то мягкое на своей руке, а когда открыл глаза, то обнаружил розовый носовой платок, лежащий перед ним на столе. Он поднял его и поднес ко рту, склонившись над столом и прижавшись лбом к прохладной поверхности дерева, пытаясь унять мучительную боль в животе. Это прошло, но Гарри не выпрямился. Дыхание было самым трудным действием в данный момент, и он сосредоточился на том, чтобы сделать вдохи, как можно ровнее. Взяв все под контроль, он выпрямился и посмотрел на алый платок. Он с усмешкой подвинул его через стол к Амбридж. — Спасибо. Она оторвала взгляд от документов, над которой работала, и поморщилась при виде окровавленного платка. Она отодвинула его назад к Гарри краем пера с явным отвращением на лице и выдохнула. — Оставьте его себе, Милорд. Гарри взял со стола стакан с водой и залпом выпил его, но металлический привкус крови остался во рту. Он поднял окровавленный носовой платок и был рад, что Дамблдор пытал его. Ему не нужно было паниковать из-за того, что люди увидят кровь, из-за приступа кашля. Гарри ожидал, что Волан-де-Морт расскажет миру о его слабости и уязвимости. Он ожидал, что Волан-де-Морт расскажет всем, что он был подвергнут пыткам и его руки стали бесполезны, но Волан-де-Морт не сделал этого, и никто не знал. Единственное, что Волан-де-Морт сказал всем, это то, что с Гарри нельзя связываться, что бы он ни делал. Кроме того, это был не первый приступ кашля в Министерстве. Они у него были постоянно. Даже когда Волан-де-Морт устраивал собрания и большинство его важных Пожирателей Смерти присутствовали. Волан-де-Морт внешне никак не отреагировал и продолжил встречу как ни в чем не бывало. Гарри был этому рад. Он бросил платок обратно на стол и заговорил: — Что у меня сегодня на повестке дня? Амбридж наколдовала папку и начала ее просматривать. Наконец она заговорила: — Сегодня вы должны присутствовать на слушании. Гарри застонал и закрыл лицо руками. Он ненавидел залы суда и весь этот чертов Визенгамот, частью которого по счастливой случайности был и он сам. Хотя раньше Волан-де-Морт руководил всеми ими и присутствовал там в качестве старшего заместителя Министра. — А почему им не руководит Волан-де-Морт? Амбридж порылась в бумагах и заговорила: — Сегодня Темный Лорд встречается с делегацией французского магического Департамента. Гарри взял папку с пометкой срочно из стопки на своей стороне стола и начал листать ее. — Когда это будет? Амбридж закрыла папку, и в ее голосе явно слышалось веселье. — Оно начнется через час, Милорд. Гарри было наплевать на то, что Амбридж нашла это забавным. Его больше беспокоила постоянно растущая стопка папок на столе. — ГДЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, БЕЛЛА? Он уже собирался встать и пойти искать ее сам, когда дверь открылась и в комнату вошла Белла. Ее лицо заметно просветлело, когда она заметила на столе окровавленный носовой платок. Гарри знал, что ей очень нравится смотреть, как он страдает, и он был почти уверен, что она каждую секунду своей жизни желает ему смерти, но в отличие от Амбридж она выражала свою ненависть к нему, ну, только когда Волан-де-Морта не было рядом, и это было единственное, что ему нравилось в ней. Гарри сердито посмотрел на нее и указал на стопку бумаг. — Приступай к работе, Белла. Белла все еще смотрела на платок, и когда она села, Гарри скомкал его в руке и бросил ей на колени. Она вскочила на ноги с отвратительным визгом, и платок упал на пол. Гарри снова сосредоточился на папке, лежащей у него на коленях, и с усмешкой промурлыкал: — Ты смотрела на него с такой тоской. Я подумал, ты хочешь его забрать себе. Он практически чувствовал, как Белла сверлит его взглядом, но проигнорировал ее и обратился к Амбридж: — Завтра вечером будет вечеринка. Амбридж раздраженно ахнула и этот звук заскрежетал ему по нервам. — Возможно, праздничный бал, более подходящее слово. Нужно сделать приглашения и доставить их гоблинам. Гарри на мгновение задумался, прежде чем добавить: — Гоблины будут присутствовать. Я лично доставлю приглашение гоблинам, так что позаботьтесь, чтобы они были готовы к вечеру. Белла выглядела так, словно ей не терпелось что-то сказать, а Гарри растягивал слова. — Говори, что думаешь, Белла. Белла нахмурилась. — Не лезь не в свое дело. Эти решения должен принимать Темный Лорд. Гарри рассмеялся. — Он согласится с любым моим решением. Я думаю, что это было ясно сегодня утром. Это ее совершенно заткнуло и Амбридж спросила: — Место встречи, Милорд? Гарри снова взял папку и бесстрастно ответил: — Малфой-Мэнор. Час прошел без происшествий, и Гарри наконец поднялся со своего места и потянулся. Слушание должно было вот-вот начаться. Он уже собирался выйти из кабинета, когда Амбридж прочистила горло: — Одежда Визенгамота, Милорд. Гарри нахмурился. Он абсолютно ненавидел эту одежду и не собирался это носить. — Нет, я это не надену. Белла усмехнулась и пробормотала что-то себе под нос о том, что он полукровка и не заслуживает носить их в любом случае. Гарри проигнорировал бы ее замечание, но оно также подходило к Волан-де-Морту и это наполнило его яростью. Он подошел к ней и заговорил: — Почему бы тебе не сказать это и Волан-де-Морту, поскольку он тоже полукровка, или, еще лучше, я расскажу ему о твоих взглядах на этот вопрос. Я уверен, что он найдет их абсолютно забавными. Он наслаждался ужасом, который внушали ей эти слова. Похоже, она не забыла о последнем наказании. Гарри посмотрел на часы и цыкнул. — А теперь я опаздываю на слушание. Он провел рукой по волосам и уже собирался открыть дверь, когда кто-то постучал в нее. Он открыл ее и увидел Пожирателя Смерти, стоявшего там с подносом, на котором стояли тарелка с бутербродами, стакан тыквенного сока и две склянки с зельями. Гарри вздохнул. Он ненавидел то, как Волан-де-Морт сделал его приоритетом номер один. Он всегда мог пропустить завтрак, потому что утром Волан-де-Морта не было в поместье, а Драко было легко запугать. Он не мог пропустить прием пищи в Министерстве, потому что там было слишком много людей, готовых рассказать о нем… Белла и Амбридж были на вершине этого списка, потому что в Министерстве они отвечали за то, чтобы Гарри регулярно ел и принимал зелья вовремя. — Я опаздываю на слушание. Я займусь этим позже. Белла поднялась на ноги. — Не позже. Сейчас. Темный Лорд отдал очень конкретные распоряжения относительно ваших блюд. Белла слишком самодовольно улыбалась, и ему захотелось стереть это выражение с ее лица. Это был единственный вопрос, касающийся его, в котором Волан-де-Морт предоставил ей полную свободу действий. Она была уполномочена насильно запихивать еду ему в глотку, если он откажется. До сих пор он не давал ей такой возможности, но знал, что Белла умирает от желания сделать это. Он кивнул Пожирателю Смерти и заговорил: — Следовать за ним. Гарри остановился и спросил: — А где же слушание? Прежде чем Амбридж успела ответить, Белла весело пропищала: — Зал суда номер десять. Гарри раздраженно покачал головой. Его день начался замечательно, но теперь он неуклонно становился ужасным. Он не мог дождаться, когда этот день закончится. Все это вызывало у Гарри легкое подозрение. Во-первых, он должен присутствовать на слушании. Во-вторых, Амбридж, казалось, забавлялась, когда рассказывала ему о слушании. В-третьих, Белла казалась странно веселой, и, наконец, это происходило в зале суда номер десять…из всех залов суда в Министерстве. Что-то определенно было не так. Гарри только еще больше насторожился, когда Белла буквально подпрыгивала от возбуждения в лифте, спускаясь вниз. Гарри почти пожалел Пожирателя Смерти, все еще держащего поднос. Они прошли по коридору. Каким-то образом на этот раз дверь в Отдел Тайн не наполнила его печалью. Это только заставило его сердце немного сжаться, но и только. Он повернулся к лестнице, и звук приглушенного шепота людей привлек его внимание. Когда он завернул за угол и вышел в коридор, где находилась дверь в десятый зал суда, он замер, увидев перед собой это зрелище. Черт возьми! Он должен был догадаться…

***

      Коридор ожил, и приглушенный шепот превратился в крики восторга, когда репортеры бросились к нему. Его взгляд скользнул по шеренге заключенных — да, это были именно они, одетые в серо-белую полосатую форму Азкабана, стоявшую у входа в зал суда. Гарри засунул руки в карманы джинсов и придал своему лицу самое беззаботное выражение. Рабастан упоминал, что Волан-де-Морт задержал некоторых важных членов Ордена, и большинство из них были его так называемыми друзьями. Он забыл эту часть информации и обо всем, что произошло за последние две недели, и Волан-де-Морт тоже не напомнил ему. Судя по тому, как его окружали репортеры, Гарри решил, что это слушание было очень важным, и это немного встревожило его. Гарри не мог опозорить Волан-де-Морта перед всеми этими репортерами, и ему пришлось вести себя самым профессиональным образом. Гарри неторопливо улыбнулся и зашагал дальше, пока ему задавали тысячи вопросов. Он слышал радостное кудахтанье Беллы. Неужели она ожидала, что у него случится эмоциональный срыв при виде его давно потерянных друзей? Они больше не были его друзьями — и хотя Гарри заботился о некоторых из них, в данный момент он не чувствовал ничего большего. Проходя мимо шеренги пленников, он почувствовал на себе пристальный взгляд нескольких человек. Неужели они все еще надеются, что он спасет их? Мимолетные оскорбления Беллы по отношению к заключенным заставили Гарри остановиться и он заговорил достаточно громко чтобы все могли его слышать, но не настолько громко чтобы это было классифицировано как крик. — Заткнись, Белла. Белла почти сразу успокоилась, и хотя он чувствовал, как ее взгляд прожигает дыру в его затылке, ему было все равно. Он заметил Рабастана, ожидавшего у входа в зал суда с выражением неодобрения на лице. Гарри небрежно пожал плечами и указал на Беллу и Пожирателя Смерти, все еще следовавшего за ним с подносом в руке. Выражение лица Рабастана смягчилось, и слабая улыбка украсила его черты, прежде чем исчезнуть. Рабастан провел его в зал суда и подвел к самой высокой скамье. Визенгамот был весь в сборе, и Гарри почувствовал, как в его сторону устремилось несколько осуждающих взглядов. Он умел не обращать на них внимания и последовал за Рабастаном в переднюю комнату, где стояли три стула. Обычно средний стул занимал Волан-де-Морт, а правый-он сам, но Гарри решил, что раз Волан-де-Морта здесь нет, чтобы присутствовать на слушании, то этот средний стул принадлежит ему. Он плюхнулся на него и знаком приказал Пожирателю Смерти поставить поднос перед ним на стол. Рабастан занял место слева от него, а Белла уже собиралась сесть справа, Когда Гарри заговорил: — Нет. Ты здесь не сидишь. Белла выглядела так, словно собиралась задушить его. Гарри повернулся к Пожирателю Смерти, который нес поднос, и тихо сказал: — Проходите и садитесь. Мужчина заколебался и поднял глаза на Беллу. Гарри тихо рассмеялся. — Не волнуйся, ее лай хуже, чем укус. Белла уже собиралась броситься на Гарри, когда Рабастан вскочил на ноги. — Белла, не делай ничего такого, о чем тебе потом придется пожалеть. Рабастан подтолкнул Пожирателя Смерти к креслу. — Давай, садись. Пожиратель Смерти нерешительно сел. Гарри похлопал его по плечу и повернулся к Белле. — Знаешь, почему я не разрешил тебе сесть? Белла стиснула зубы так что Гарри продолжил говорить: — Во-первых, это мой стул. Волан-де-Морт отдал мне свой, так что я могу отдать свой кому захочу. Во-вторых, ты пришла сюда, чтобы убедиться, что я закончил свою трапезу. Я отчетливо помню, что не приглашал тебя. Так что ты можешь стоять там и смотреть, как я заканчиваю есть, а потом можешь уйти. Гарри взял с тарелки бутерброд и повернулся к Рабастану: — Мы можем начать прямо сейчас? Рабастан кивнул и приказал ближайшему Пожирателю Смерти привести пленников. Гарри прикончил сэндвич в два укуса и сделал большой глоток из стакана с тыквенным соком. Прохладная сладость помогала избавиться от постоянного горького привкуса во рту Гарри. Гарри взял еще один бутерброд и посмотрел, как заключенные рассаживаются на нижних скамьях. Золотистое кресло в центре комнаты оставалось незанятым. Гарри откусил от бутерброда и проглотив его спросил Рабастана: — Так как же это должно работать? Предполагается ли, что все они будут иметь отдельное слушание или их всех будут судить сразу? Рабастан склонил голову. — Темный Лорд оставил все на твое усмотрение. Гарри фыркнул. — Это верный путь к катастрофе. Гарри услышал, как с губ Рабастана сорвался тихий, едва слышный смешок, когда он пододвинул к нему толстую папку. Гарри открыл ее и начал листать страницы. В нем содержались подробные сведения о каждом заключенном. Гарри пролистал до конца и нашел то, что искал. Ничего подобного Гарри не ожидал: измена, заговор против правительства и так далее. Кто-то из Визенгамота заговорил: — Милорд, начнем ли мы слушание? Гарри не пропустил нотки раздражения в его голосе и оторвал взгляд от папки. Он знал, что весь Визенгамот разделяет это чувство, и откусил еще один кусок бутерброда, просто чтобы досадить им еще больше. Проглотив и допив остатки тыквенного сока, он допил зелья и отодвинул поднос. — Убирайся, Белла. Твоя работа здесь закончена. Белла вылетела из зала суда, а Гарри откинулся на спинку стула. — Мы можем начинать прямо сейчас. Гарри сделал Пожирателю Смерти знак снова наполнить свой стакан и огляделся. Это все не сильно отличалась от того дня, когда он был здесь на слушании больше месяца назад. Они только поменялись местами. Тогда они были здесь, чтобы поддержать его в тот день, сегодня у них не было никого, чтобы поддержать их. Он знал правила, но будь он проклят, если будет следовать им сегодня. Ему не нужен был письменный список, чтобы назвать их имена: — Артур Уизли, Молли Уизли, Кингсли Шеклболт, Нимфадора Тонкс, Мундунгус Флетчер, Фред Уизли, Джордж Уизли, Рон Уизли, Джинни Уизли, Гермиона Грейнджер, Невилл Лонгботтом, Луна Лавгуд, Дин Томас, Симус Финниган, Чо Чанг и Ханна Эббот. Гарри замолчал, прикрыл рот рукой и закашлялся. Рабастан пододвинул к нему вновь наполненный стакан тыквенного сока и Гарри сделал глоток. — Главное обвинение против вас — измена правительству. Я полагаю, что нет необходимости в представлении, поскольку вы все и так хорошо меня знаете, но даже тогда я дам вам краткий обзор того, с кем вы имеете дело. Сегодня вас допрашивает Гарри Поттер, старшего заместителя Министра Магии, и Рабастана Лестрейнджа, главу департамента магического правопорядка. Он откинулся на спинку стула и оглядел толпу перед собой. Они смотрели с надеждой и это раздражало Гарри. — Будь моя воля, этот суд состоялся бы до того, как вас увезли в Азкабан, но, как вы, возможно, слышали, я отсутствовал, когда вас взяли под стражу. Тем не менее, это происходит сейчас, и справедливость восторжествует. Он вернулся к началу файла и заговорил: — Возможно, я не следую обычному протоколу, но предполагается, что у защиты будет свидетель. Кингсли Шеклболт заговорил своим глубоким голосом, который резонировал по всему залу суда. — Нам не дали такой возможности. Гарри вытащил из-под стола тяжелый том в кожаном переплете, в котором содержались все правила и предписания Визенгамота, и проверил указатель на предмет правил, касающихся свидетелей защиты. Он пролистал книгу, нашел нужный раздел, и быстрый просмотр сказал ему все, что ему нужно было знать. — Вам нужен свидетель? Тут заговорил мистер Уизли: — Да. У нас есть. Гарри заговорил: — Правила предполагают, что в отсутствие свидетеля председательствующий на слушании может назначить или не назначить его. Поскольку это я, я пойду с Мэй не потому, что свидетель не нужен. Здесь не о чем спорить, и я не собираюсь вдаваться в подробности. Несколько протестов Визенгамота заставили Гарри ухмыльнуться и Гарри услышал шепот Рабастана. — Гарри, ты не можешь просто так оставить их всех. Гарри поднял книгу правил и тяжело уронил ее на стол. Громкого стука, который эхом прокатился по залу суда, было достаточно, чтобы заставить всех замолчать. Он обратился к Визенгамоту: — Я полагаю, что есть более цивилизованные и последовательные способы высказать свое мнение. Гарри не упустил радости, которая была на лицах обитателей нижних скамеек. Это была их ошибка. Он ничего не говорил о том, чтобы пощадить их. Строгий голос из Визенгамота произнес: — Вы не можете просто снять обвинения из-за вашей личной связи с обвиняемым. Гарри откинулся на спинку кресла и спокойно произнес: — Во-первых, я могу делать все, что захочу. Сегодня этот суд — Моя территория, и мое слово — закон. Если вы считаете иначе, вы можете обсудить этот вопрос с Волан-де-Мортом. Во-вторых, я ничего не говорил о снятии обвинений, так что вам всем, возможно, придется почистить уши, или, может быть, старость наконец-то наступила, и у вас просто нет возможности спасти свой слух. Радость, которую он видел раньше, сменилась страхом и некоторой безнадежностью. Теперь он обратился к пленникам: — Как я уже говорил, обвинения очень ясны, и я считаю, что они верны в какой-то степени, основываясь на моем прошлом опыте работы с Орденом. Тем не менее, я не прочь дать вам второй шанс, и поэтому я решил дать вам выбор. Он наклонился вперед, положил локти на стол и переплел пальцы. — Если вы готовы осудить Дамблдора и заявить о своей преданности Волан-де-Морту, я освобожу вас прямо сейчас. Если вы все еще решите встать на его сторону, то вернетесь в Азкабан.