Та, что будет светить всегда

Ещё до конца не проснувшись, я машинально протянул руку, но рядом, конечно же, никого не оказалось. У меня так и не получилось к этому привыкнуть. Тяжело всё-таки столько лет просыпаться с мужем и вдруг остаться одному. Пусть даже и всего на несколько месяцев. Я скучал. Мучительно и бесконечно. Мне не хватало его рук, губ, запаха, голоса… просто его присутствия рядом. Он всегда обнимал меня во сне. Это как-то с самого начала так завелось, ещё когда я беременный ходил. Всё ждал, пока засну поначалу. Ещё, вдруг вспомнилось, как он в первый раз волосы мои собирал, когда мы в бане вместе мылись. Нравились они ему. В результате ради него я такую гриву и отрастил - аж до самой поясницы. Статусной приметой это больше не являлось, так что и обрезать их покороче так отчаянно больше не хотелось. Говорят, что со временем что-то там такое куда-то уходит, люди устают друг от друга, а у меня всё с точностью до наоборот. С каждым годом Элисар становился мне всё ближе и желаннее. Это была не привычка, не пресловутая, примитивная физическая привязанность или принятие необходимости совместного сосуществования. О, нет, это была глубокая внутренняя потребность. Я хотел быть рядом с ним, принадлежать ему, даже не пытаясь как-то с этим бороться или анализировать. Только он мог одним взглядом или мимолётным прикосновением успокоить, поддержать, придать сил. Только ему я отдавал себя с лёгкостью. Полностью, не задумываясь о запретах и приличиях. И он всегда угадывал, в чём именно я нуждался. Странно, что осознание всего этого пришло ко мне только теперь, когда мы были так далеко друг от друга. Боги, мне так сильно не хватало его теперь, что больно сжималось и замирало сердце. Если бы Элисар был здесь, я рассказал бы ему о том, что показала мне богиня. Уверен, он бы помог мне с этим разобраться, на худой конец, посоветовал бы что-нибудь. Мы же всегда всё обсуждали и вместе принимали решения. А это решение точно не из простых. Как я ни старался, но выбросить жуткое видение из головы всё не получалось. Я даже в королевскую библиотеку несколько раз наведался, кучу книг перерыл, но о том, что за ритуал и для чего он может быть нужен, не нашёл ни строчки. К счастью, без помощи я здесь всё-таки не остался. Гавар моему интересу к этому делу порадовался и присоединился к моим поискам весьма охотно. Слишком долго он пытался справиться со всем этим в одиночку. Странно, что никого больше такое положение вещей не смущало. Мальчиков вернули и хорошо, так что ли? Хотя, да, понять можно - кому охота лишний шум поднимать и признаваться в том, что собственного ребёнка, который под надёжной защитой, вроде как, находился, уберечь не смог? Ясно дело, никому. Выкупили и ладно. При таком подходе, даже просто связать эти случаи между собой вряд ли кто-то кроме Гавара пытался. Тем не менее, в это тёмное дело было вовлечено достаточно большое количество людей, судя по широте размаха, далеко не последних в своих странах. Это ведь надо было ещё уметь, проворачивая такое, не оставлять никаких следов. Но кто они и какие у них могут быть цели? Тайное общество? Какой-то культ? Рмыжих, который теперь, стоило только Гавару появится, всё время крутился рядом с нами, заверил, что к иномирным всё это не имеет ни малейшего отношения. - Совсем уже что ли?! – искренне оскорбился лис, когда лекарь предположил, что какие-то боги или духи в обмен на что-то могли потребовать такое. – За кого ты нас принимаешь?! На кой это нам?! Ну, низшие навроде кикимор иль снежников, бывает пакостят, конечно, не без этого, но высшие в дела людей вообще почти никогда не лезут. - А как же Цхайла? А Дух Леса? Тогда… с темняками? – резонно напомнил я. - Цхайла – богиня такая, что ей положено. И общается она только с теми, в ком дар от неё есть, а, стало быть, и кровь иномирная. Сам же, небось в служительницах её чуял. А с Лесным Духом и того понятней – ради тебя и Миры вражин извёл. А так ему дела нет, что там люди промеж собой делят. Пока грызня эта его владений не касается. - А ты к высшим или к низшим относишься? – заинтересовался Гавар. - А я сам по себе, - хитро сощурился оборотень. Что верно, то верно, лисы-оборотни – духи бессмертные и свободные. Могут и с людьми, и с иномирными жить. Нигде и ничем не связаны. До тех пор, пока не полюбят, а вот, как полюбят, так их свобода и заканчивается. Своей паре они до самой смерти верны и уходят из этого мира следом, если в пару им смертный достаётся. Что тоже случиться может – сердцу-то не прикажешь, кого любить. Пока мы были заняты своими изысканиями, во дворце всю неделю полным ходом шли последние приготовления к грядущему приёму высоких персон. Портнихи трудились над бальными платьями, садовники прихорашивали сад, парк и большую оранжерею под прозрачным куполом, дворцовые слуги начищали серебро, вытряхивали ковры, намывали окна, натирали до зеркального блеска полы. Всюду суета, волнение и радостное ожидание. Мама настояла на том, чтобы для Мирэль сшили бальный наряд. Во-первых, она никогда ничего не дарила внучке и теперь очень хотела это исправить. Во-вторых, её очень расстроило то, что однажды случайно услышала девочка. Мирэль пришла тогда на чаепитие в покои королевы очень грустная. Раскрыть причину своего удручённого настроения наотрез отказалась. Только мне потом призналась, потому что привыкла со мной и с Элисаром всем делиться. Да и с кем ещё, если не с родителями? Мирэль клялась, что она не подслушивала, её просто не заметили. В общим, приоткрылась неприглядная сторона королевского двора. Это когда тебе приветливо, доброжелательно улыбаются, расспрашивают, слушают внимательно, а потом обсуждают за глаза. Моя дочь не сказала, кто были те сплетники. Передала только основную суть их разговора, что её считали дикаркой и чернавкой, раз она по лесам бегает, руки во всякой гадости марает, а музицировать, как все приличные девушки, не умеет. Северяне ж – варвары, кого они воспитать могут? Королева, вот, тоже со странностями, одно и достоинство, что красивая. Ну, и мне, разумеется, досталось за компанию. Всё, о чём шептались когда-либо при дворе, припомнили. Неприятно, но ожидаемо. Для меня, но не для девочки, которая не за себя, а за нас больше переживала. Всего я маме, само собой, не передал, но ей и дикарки с чернавкой хватило. Она твёрдо решила, что её внучка будет самой красивой на этом балу. Альберту мы и вовсе ничего говорить не стали. Королю и без этой подковёрной возни забот хватало. Сегодня завтрак был особенно шумным. Почти все за столом включились в обсуждение предстоящего вечера. Вакар же и вовсе решил поразить всех ещё с утра. Явился в богато расшитом золотом свободном белоснежном одеянии, в перстнях, браслетах и с крупными серьгами-кольцами в ушах. Аджеих взмахом руки милостиво отослал свою свиту и занял место рядом со своей невестой. Потом пробежался взглядом по всем присутствующим и вдруг остановился на мне. - Что-то северные правители больно скромны, как я погляжу, - огладив свою ухоженную бородку, улыбнулся сладко и мечтательно. – Такую красоту в шелка, парчу да бархат наряжать, драгоценностями одаривать, сладостями из самых рук своих потчевать. Все вслед за ним тоже воззрились на меня с явным любопытством, Даниэль заливисто захохотал, Влад и Мирэль заулыбались, а я несколько опешил от такого странного комплимента. Мне надо как-то на это ответить? Что это вообще такое? И с какой стати? Я же не женщина и не восторженный юнец, чтобы мне такие словесные кружева отвешивать. Наряжаться просто так в нашем клане, как и в большинстве других, было особо не принято. Это правда. И что с того? До бала же ещё оставалось достаточно времени. Или ему кажется, что меня недостаточно ценят? Ну, судя по тому, к какой роскоши он привык, такой вариант был вполне возможен. Разница в менталитете, только и всего. - Хоть я и не большой ценитель мужской красоты, - продолжил аджеих, нежно приложившись к ручке недовольно поджавшей губки Эванджелины, - а такого мужа одного никуда бы не отпустил. А вот это уже точно лишнее. Один такой не большой ценитель у меня уже был. Мне хватило. Кстати, вот он-то как раз всегда любил принарядиться. Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Стоило только вспомнить реакцию ярамов, когда Винсент Сиятельный впервые заявился на Великий Совет со своим фаворитом. Смазливеньким, молоденьким и блондинистым. Потом этот фаворит подрос, повзрослел, возмужал, и его тут же заменили. На данный момент сменилось их уже три, и каждый из них меня дико недолюбливал. Наверно, за то, что ярам Бурых медведей, никого не стесняясь, глаз с меня не сводил. Он хотел меня и до сих пор не терял надежды. Однако себе я не льщу и никаких иллюзий не питаю. Знаю, получи он меня хоть раз - интерес его угас бы тут же. Чтобы избежать лишней неловкости, я быстро допил свой кофе и ретировался в библиотеку, где меня уже ждали. Переодеться и привести себя в порядок я ещё успею, смотреть на прибывающих гостей мне было не интересно, излишняя суета утомляла. Ни восторга, ни волнения у меня предстоящее мероприятие совершенно не вызывало. Чего я там не видел? С другой стороны, для Мирэль этот бал был первым. Так пусть для неё он станет настоящим праздником. Она этого достойна, кто бы что по этому поводу ни думал и кто бы что ни говорил.