К чему приводит азарт?

      К вечеру Алла выспалась и летящей походкой отправилась на кухню. За время десятичасового дневного сна она изрядно проголодалась. Открыв холодильник, Алла заскользила взглядом по наполняющим его изыскам. Долго и мучительно выбирая между икрой и копчёным салом, она остановилась на обоих вариантах. Увлечённо поедая пятый бутерброд и припивая всё горячим чаем, Алла и не заметила, как в дверях появился муж. Он с улыбкой наблюдал за ней, облокотившись о косяк. − Проголодалась? — спустя несколько минут обозначил он своё присутствие. Рыжий хомяк с редким именем «Алла», наконец, обратил на него своё внимание. Она кивнула с набитыми до отказа щеками, что вызвало у Макса приступ хохота. Алла окатила его презрительным взглядом и отвернулась к окну, дожёвывая свои запасы. Макс пару раз глубоко вдохнул и, увидев отражение жены в стекле, вновь рассмеялся, получив в ответ всё тот же «любящий взгляд», но уже в отражении. За очередным приступом смеха Макс и не заметил, что жена давно всё доела и в упор смотрела на него. − И долго ты ещё будешь ржать? — перекинув ногу на ногу, «ласково» поинтересовалась она. Макс резко остановился, сделав глубокий вдох. − Так−то лучше, − кивнула она, допивая чай. — Есть будешь, хохотун? − Бутерброды? — с улыбкой переспросил он. − Ты что−то имеешь против? − Нет−нет, − присаживаясь за стол, ответил Макс. — Что тут у нас? — заглядывая в баночку с икрой, он ненароком облизал губы. − То, что осталось, − улыбнулась Алла. — Я рассчитывала, что ты поспишь подольше… − И дам тебе спокойно поесть? — улыбнулся он, забирая хлеб у неё из−под носа. − А мог бы… − отодвигая от себя кружку, сказала она. − Налить ещё чаю? − Нет, в меня больше не влезет, − вздохнула Алла. − А бутерброд? — улыбнулся Макс. − И даже бутерброд… − Ооо, ну, значит, всё… − он обнял её за плечи. — Иди−ка ты обратно в постель. − Сейчас пойду. Не выспалась я что−то… Интересно, почему… − краешком губ улыбнувшись, она мельком взглянула на мужа. − Потому что спать по ночам надо, а не чёрти чем заниматься, − улыбаясь, он крепче обнял её. − Нарываешься? — прищурилась Алла. − Да, − шепнул он ей на ушко. − Фигушки тебе, − отодвигаясь, ответила она. − Фи, как некультурно, − посмеялся Макс. − Тебе синяки показать, культурист ты недоделанный? — она облокотилась на стол, уставившись мужу в глаза. − Ворчунишка, − улыбнулся он, ласково погладив её по щеке. — Иди сюда, − Макс дотянулся до её руки и, обведя жену вокруг стола, привлёк к себе на колени. — Где там синячки? — он аккуратно задрал повыше тонкую ткань. Его ладонь бережно огладила бёдра, на которых красовались багрово−синие отметины. − Ну, не болит ведь уже? — негромко спросил он, целуя её в шею. − Но они есть, − невозмутимо ответила Алла. − А у меня царапины со спины не сходят, я же молчу, − улыбаясь, уткнулся он в её висок. − Вот и молчи… − легонько улыбнулась она, потупив взгляд. — И вообще… перед кем тебе там раздеваться? Царапины у него… − Здрасьте! — усмехнулся Макс. — А ты перед кем голыми бёдрами блистать собралась? − А что… ещё не грех… − разулыбалась Алла, вытянув ножки. − Обнаглевшая особа, − рассмеялся он. − А что… думаешь, поздно? — посмотрела она на него, не скрывая улыбки. − Слишком, − обнимая, прошептал он. — Эти ноги уже заняты, − Макс проскользил ладонью по её бёдрам. − Вообще−то, у нас свободные отношения, − напомнила ему Алла, встряхнув волосами. − Мне казалось, этот этап давно пройден? − Кто сказал? — пальчик Аллы медленно прошёлся по его груди. − А есть возражения? — вскинул бровью он. − Ну… мало ли… мне… − Без мало ли, − отрезал Макс. Она легонько поцеловала его в губы. − А если тебе? — спросила Алла, обнимая мужа за шею. − Ты можешь придушить меня вот этими ручками, − он дотянулся губами до её запястья, − если я тебя на кого−нибудь променяю, − Макс огладил её спину и уложил руки на талию. Пальцы Аллы тут же обхватили его шею. Она улыбнулась и слегка сжала её. − Милая, ты торопишь события. − Тренируюсь, − прошептала она, вновь коснувшись его губ. — Ешь, а я пойду, − поправляя халатик, сказала Алла. — И посуду помой, − с прищуром улыбнулась она, вставая с его колен.       Макс доел всё, что так заботливо оставила ему жена, точнее всё то, что он помешал ей съесть, и сварив себе кофе, вышел на веранду. На улице было тихо, уже начинало темнеть. Он присел в плетёное кресло и сделал глоток ароматного напитка. За воротами послышались звоночки велосипедов и Макс вспомнил о железном друге, которого арендовал пару дней назад, но так ни разу ещё и не прокатился.       Он допил кофе, заскочил на кухню, выполнив наказ жены, и поднялся в спальню. Алла к тому времени снова мирно засопела. Макс, чуть касаясь, поцеловал жену в оголённое плечо и, пока она спит, решил немного прокатиться.       Он колесил по набережной второй час, потеряв счёт времени, и вернулся домой заполночь. Макс бесшумно прошёл в спальню и, раздевшись, осторожно лёг рядом с женой, которая, кажется, даже и не просыпалась.       Через несколько дней, как и ожидалось, приехали закадычные друзья Макса. Два вечера подряд они отмечали воссоединение, а затем в череде распития спиртных напитков образовался перерыв. Ещё два дня Алла жила спокойно, пока товарищи её мужа ошивались в сотне километров от Юрмалы, но всему когда−то приходит конец. Почувствовав власть после их недавнего разговора, Алла хотела было запретить ему идти на очередной запойный вечер, но щенячьи глаза и обещание месяц не пить — сделали своё дело. Она отпустила его на шабаш. С тем условием, что он вернётся до того, как она утром откроет глаза. Макс клятвенно пообещал, что прибудет до рассвета и засобирался уходить. − Что вы там делать−то будете? — идя за ним следом, спросила Алла. − Посидим, в покер поиграем, − разыскивая что−то в чемодане, ответил он. − А жизнь−то тебя ничему не учит, − усмехнулась она. Макс с улыбкой обернулся на жену и тут же продолжил поиски. Наконец, он вынырнул из чемодана с колодой карт. − Ты не заигрывайся, а то вторую жену заводить придётся, − напоследок подколола его Алла, когда муж проходил мимо неё. − Не волнуйся, теперь я играю только на деньги, − со смехом ответил Макс. — Ещё одной я не выдержу, − улыбнулся он, целуя её щеку. − А теперь беги, − кровожадно улыбнулась она. − Меня уже нет, − Макс поцеловал её запястье и стремительно скрылся.       Алла сладко потянулась и, взяв под мышку ноутбук, спустилась на первый этаж. В чатах было несколько сообщений. Из издательства писали, что продажа второго тиража кипит во всю и интересовались, как протекает работа над второй частью. Алла ответила, что сейчас в отпуске и пишет мало, но примерно четверть книги у неё уже готова. Следующий вопрос был о примерных сроках сдачи, на него Алле ответить было уже сложнее. Она посчитала, что если всё пойдёт хорошо, то к ноябрю должна закончить, но дала себе немного форы и ответила, что точно допишет до Нового года.       Алла заметила включённый ноутбук мужа и хотела закрыть его, но решила сделать это, когда пойдёт обратно наверх. Следующим она открыла диалог с Оливией и, ответив ей, перешла к сообщениям Джона. Алла начала набирать сообщение и отлучилась на кухню. Вернувшись с чашкой кофе, она продолжила писать. Как только она нажала кнопку «отправить», на компьютере Максима раздался звук уведомления. Алла насторожилась и, отставив свой ПК в сторону, поставила на колени его ноутбук. С удивлением и нарастающим гневом она обнаружила собственное сообщение, отправленное секунду назад. Алла взяла валявшийся рядом телефон и набрала номер мужа. Трубку никто не брал.