Свинцовый Небосвод

Лаборатории Сарена на удивление соответствовали почти всем клише и стереотипам. Огромные мрачные помещения, заставленные высокотехнологичным оборудованием, светящимися инкубаторами и компьютерами. Правда, теперь здесь творился полный бардак: повсюду виднелись следы от пуль и взрывов, бесценные лабораторные материалы валялись на полу, как обыкновенный мусор, а тела учёных и охранников успешно дополняли эту композицию. Александр издал непонятный звук, схожий с нечто средним между усмешкой и хмыканьем. Очередной неудачливый боец противника валялся с несколькими отверстиями в торсе. Это был человек — было понятно как по общей конфигурации тела, так и по его голове, которую стало видно из-за отлетевшего в сторону шлема. — Идиот, — прошипел Нейман, презрительно сплюнув на труп. — Что-то случилось, Александр? — спросила Лиара. Пока в бою выдался перерыв, Шепард дал отряду буквально пару минут, чтобы перевести дыхание перед решающим броском. — Ненавижу этих уродов, — ответил Нейман, повернувшись к азари. — Ты имеешь в виду наемников Сарена? — Наемников-людей, — уточнил Александр, — на ксеносов мне больше плевать, они служат тому, кто заплатит побольше. Но эти, — Александр еще раз пнул труп, — воюют за врага нашей расы. Врага жестокого и беспощадного. — Возможно, они не знали, на что идут, — сказала Т’Сони. Александр едва удержался от того, чтобы не засмеяться. Гуманизм Лиары и ее стремление найти в каждом разумном лучшую сторону его порой умиляли. — Нет, Лиара, наемники прекрасно знали, на что шли. Идут, впрочем, они по разным причинам. Кто-то хочет заработать денег, кто-то — показаться крутым, кто-то — утолить свою жажду крови, — произнес Нейман, — но далеко не все из них готовы отвечать за последствия своих поступков. Я видел много таких “крутых” альфа-самцов, которые потом ползали на брюхе, скулили, вымаливали пощаду и напоследок обгадились перед смертью. Они же ведь не рассчитывали, что их забьют, как скотину. Но это обычные наемники. Эти же думают, что если они поднимут оружие против своего народа, то заработают кучу бабла, а потом отсидятся в укромном уголке, наслаждаясь благами жизни. — Но ты ведь сам был наемником? — заметила Лиара, — тебе не кажется, что твои рассуждения несколько лицемерны? Уверена, тебе приходилось убивать и людей тоже. — Верно, — не стал отпираться Нейман, — вот только я знал, на что шел. Я был готов, что однажды меня задушат во сне, убьют на задании, избавятся, как от слишком много знающего. И, поверь, убивал я отнюдь не простых работяг-колонистов. Все мои жертвы так или иначе были далеко не ангелами. — Ангелами? — встрял в разговор Гаррус, который до этого молчал, но при этом внимательно слушал, — это же люди с крыльями из вашей мифологии? — Так точно, — хмыкнул Нейман. — И что вам эти крылья так нравятся? — спросил Вакариан, — наши предки были птицами, и от них нам досталась куча рудиментарных костей, которые летать на дают, зато причиняют неудобства. — Суть не в крыльях, — пояснил Александр, — ангелы невероятно сильны, умны, доблестно борются за добро с темными силами. — Ну надо же, прямо как мы, — сказал Гаррус, эффектно взмахнув руками. — Ну-ну, — рассмеялся Нейман, — еще чуть-чуть, и ты дорастешь до архангела. — Архангела? — Это самый крутой из ангелов, — произнес Нейман, — можешь почитать в Экстранете. Тебе понравится. — Так, хорош лясы точить, пора делом заняться, — столь интеллектуальная беседа была бесцеремонно прервана Джоном, — нам еще пушки обезвреживать. Вперед! Оставшийся путь до центра обороны базы был несложным. Видно, Сарен потратил много сил на безуспешные попытки разбить отряд Киррахе, и теперь его ресурсы были ограничены. Однако та легкость, с которой отряд пробивался через базу Сарена, продолжала нервировать Александра. Первое правило диверсанта: если все идет по плану, значит ты топаешь в ловушку. А так как пока все они живы, целы и боеспособны, значит худшее еще впереди. По крайней мере, так твердила паранойя Неймана, которая была дамой весьма капризной. История с пунктом управления орудиями напоминала произошедшее в башне связи. Правда, теперь никакого саларианца не было, а противник даже не послал бойцов отбить столь важную точку. Тали закончила с перепрограммированием зениток, и теперь дело было за малым: вернуться к точке высадки и уматывать с этой планеты куда подальше. Отряд шел по тому же маршруту, теперь уже усеянному трупами персонала базы. Настроение бойцов медленно, но верно повышалось. Битва почти выиграна, причем без потерь. Осталось совсем немного... Неожиданно перед отрядом возникла гигантская голограмма ярко-красного цвета. Нейман присвистнул, когда, прикинув ее размеры на глаз, понял, что изображение было не меньше десяти метров в высоту. Правда, это был не Сарен или кто бы то ни было другой, кого можно было ожидать. Голограмма транслировала изображение какого-то… корабля. Вытянутая кальмароподобная форма с несколькими щупальцами. Даже так подспудно ощущалась подавляющая мощь этого судна. — Это что за пакость? — тихо спросил Рекс, прицеливаясь из дробовика в голограмму. — Возможно, какой-то ВИ? — неуверенно предположил Гаррус, но его оборвал звук, издаваемый голограммой. — Ты не Сарен, — этот “корабль”, кажется, обращался к Шепарду, который стоял чуть впереди остальных, — но ты прикасался к Маяку. Александр почувствовал дрожь во всем теле, но волевым усилием буквально заставил свое тело слушаться и заткнуть инстинкт самосохранения, который вопил бежать со всех ног. Голос этой машины был наполнен тяжелой, свинцовой мощью; он заставлял чувствовать себя не то что букашкой - просто пылинкой. Краем глаза Нейман заметил, что подобная реакция была не только у него. — Кто ты? — спросил Шепард, также взявший себя в руки. — Вы зовете меня “Властелином”, — ответил корабль, — в своей самонадеянности вы заходите в те области, что недоступны вашему пониманию. И ты, Джон Шепард, — яркий пример этому. — Значит, ты не корабль Жнецов, как я думал, — произнес Джон, обращаясь не то к Властелину, не то к своим бойцам, — ты и есть Жнец! — Жнецы — это лишь название, придуманное протеанами. — Тогда как вас зовут на самом деле? — У нас нет имени. Оно нам не нужно. Все эти ярлыки придуманы органиками. — Я видел, как в видениях вы уничтожали протеан. Зачем? Зачем вы это делаете? — Нам незачем объяснять вам свои цели. Важно лишь то, что вы исчезнете, как и тысячи цивилизаций до вас, а мы продолжим существовать. Цикл будет продолжаться. — В таком случае, не стоит удивляться, когда вы встретите достойный отпор, — эту фразу Шепард сказал не с целью как-то впечатлить Жнеца, а чтобы не дать впасть в панику остальным. — Пустое бахвальство. Вы лишь обманываете самих себя. Пытаетесь ухватиться за то, что вы называете “надеждой”. Жатва началась задолго до вас и закончится, когда в Галактике погаснет последняя звезда. Сама ваша цивилизация построена на наших технологиях. Вы существуете и развиваетесь, пока мы вам это позволяем. Цитадель и ретрансляторы не были достижением протеан. Как и их предшественников. Это наши творения. И они служат нам, неся погибель вам. — Вам не нужны рабы, вам не нужны ресурсы, вам не нужно от нас ничего. Тем не менее, вы приходите и уничтожаете цивилизации раз за разом. Не особо прагматично для искусственного интеллекта. — Вознесение. Вы пройдете через него. Вы станете частью нас. Каждый из нас когда-то был народом, нацией. Теперь мы едины и совершенны. — Но ты ведь остался один, не так ли? — Нас целый легион. Совсем скоро начнется новая Жатва. Вам ее не остановить. Пока Шепард разговаривал с “Властелином”, Нейман пребывал в какой-то прострации. Мысли в голове путались и смешивались. Волнами накатывала то паника, то равнодушное спокойствие. Александр переводил взгляд то на голограмму Жнеца, то на стоящего спиной к нему Джона. Рука Неймана потянулась к пистолету на поясе. Тихо отстегнув его с пояса, мужчина посмотрел на оружие. Тяжелое и совершенное. Не раз спасавшее его. Захотелось применить его прямо в эту секунду, немедленно. Нейман вновь поднял взгляд и теперь неотрывно смотрел на Шепарда. Вот он, стоит спиной к нему, щиты скорее всего отключены, от Александра он удара не ждет. Просто подними пистолет и выстрели. А если щиты все еще стоят, то прежде, чем Шепард поймет, что произошло, просто следует выхватить нож и перерезать ему горло от уха до уха. Нейман уже не раз так делал. Рука Александра с пистолетом медленно по сантиметру поднималась выше. Дуло пистолета разведчика смотрело на затылок коммандера. Еще чуть-чуть… В этот момент Александр почувствовал боль в бедре. Зашипев, он припал на колено. Просто от неправильной и неудобной позы сильно свело мышцу, ничего особенного. Поднявшись на ноги, Нейман посмотрел на пистолет в своей руке, вспоминая, для чего он достал его. Вот Джон говорит со Жнецом, вот… Какого черта?! Он что, сейчас только что едва не выстрелил в спину Шепарду? Нейман посмотрел на остальных. Они все, кроме Джона, также завороженно смотрели на голограмму. А вот стоящий рядом с ним Гаррус поднимает свой пистолет. А Тали никак не может справится с креплением дробовика на пояснице, потому что ее мозг занят чем-то другим. — Вакариан, охренел совсем?! — сказал Нейман и жестким ударом выбил пистолет из рук турианца. Гаррус пару секунд недоуменно смотрел на Александра, потом, по всей видимости, болевые сигналы дошли до мозга, и он схватился за пострадавшую руку. — Ты что творишь?! — возмущенно спросил Гаррус. От громких возгласов остальные, кажется, пришли в чувства и повернулись к Нейману и Вакариану. Шепард также отвернулся от “Властелина”, чье изображение тут же исчезло. — Кажется, этот гад только что нам едва мозги не промыл, вот что! — раздраженно ответил Александр, — а я еще подумал, с чего это высшая форма эволюции решила провести с нами светскую беседу! — Что ты имеешь в виду? — нахмурившись, спросил Джон. — А то, что я в последний момент очнулся, готовясь выстрелить тебе в голову. Гаррус и Тали уже тоже собирались стрелять. Насчет остальных не знаю, но, думаю, пообщайся ты с этим “Властелином” подольше, они бы тоже чего учудили. — Я действительно чувствовала что-то странное, — подтвердила Лиара, — мне хотелось продемонстрировать свою биотическую мощь. На… вас, Шепард, — Лиара, кажется, сама испугалась тому, что творилось в ее голове несколькими секундами ранее. — Превосходно, — усмехнулся Джон, — значит, тепе… а-а-ах… чёрт! Шепард, зажмурившись, упал на колени и схватился за голову. Команда подбежала к своему командиру. Лиара хотела было начать оказывать первую помощь, но Джон в этот момент резко выдохнул и с колен повалился на спину. Затем кое-как приподнялся и стал яростно массировать виски. — Что случилось, Шепард? — спросил обеспокоенный Гаррус. — Видение, — ответил Джон, — не уверен, что конкретно я видел, но это явно что-то важное. Черт. Ладно, нет времени. Нам надо убираться отсюда как можно быстрее. Эта… тварь сейчас мчится сюда на всех парах. — Откуда ты знаешь? — нахмурился Нейман, — может он… — Кэп, — в эфире раздался голос Джокера, — у нас проблемы. — Что случилось? — Кэп, там этот корабль Сарена. Чтоб меня драли три крогана, он появился из ниоткуда! Его нигде не было на радарах! Судя по анализу ВИ его курса, он идет прямо на вас! — Блять, — выругался Джон, — Джокер, ты уже идешь к нам? — Да, кэп. Как только вы отключили зенитки, я получил сигнал. Будем через тридцать минут. Постараемся опередить этого гада. — Ясно. Отбой. Шепард переключил рацию и теперь обращался к Эшли и Киррахе. — Эшли, активируй бомбу! Таймер сорок минут! — быстро отдавал указания Джон, — капитан Киррахе, через двадцать минут оставляйте позицию и двигайтесь к точке высадки в секторе “B”. — Почему ваш корабль не может высадится возле точки закладки заряда? — спросил саларианский командир. — Мы на другом конце базы и можем попросту не успеть подойти к точке закладки. На нас мчится флагман Сарена и, полагаю, с ним идут подкрепления, чтобы отбить базу. Вам добраться до точки “B” будет куда легче. К тому же, в точке закладки крайне неудобная позиция по сравнению с “B”. Если “Нормандия” подоспеет одновременно с врагом, то не факт, что мы сможем эвакуироваться. Да и приземлиться в точке “В” будет гораздо легче. — Ясно, — после секундного молчания ответил Киррахе, — но тогда придется на какое-то время оставить заряд без защиты. — Сэр, в этих бомбах чертовски сложная система шифровки. Им потребуется минимум минут тридцать, чтобы обойти защиту, — проговорила Эшли. — Хорошо. Будем держать связь. Удачи, господа! — закончил диалог Джон. Отключив коммуникатор, Шепард повернулся к остальным: — Вы сами все слышали. Времени в обрез. Так что шевелите вашими гребаными задницами! Все следующее продвижение по лабораторным комплексам Сарена было в крайней степени напряженным. Нет, бойцов противника нигде не встречалось, но вот давящая атмосфера приближения чего-то страшного была невыносимой. Благо во время легкого бега в полном боевом обмундировании для рефлексии у мозга не оставалось много ресурсов. Наконец, команда подобралась к выходу из глубин базы. Точка высадки представляла собой обширную ровную площадку, размерами напоминавшую небольшой аэродром прямиком из двадцатого века Земли с той единственной разницей, что его территория была заставлена небольшими мобильными сооружениями и конструкциями, а также разного рода грузами. В тот момент, когда двери из недр комплекса раскрылись и команда вырвалась наружу, на нее тут же обрушился шквал огня. Благо прямо перед входом располагались массивные контейнеры, за которыми успели укрыться десантники. — Да сколько там еще этих синтетических пидорасов-хуесосов! — проорал учтивый и скромный Кайден, в исступлении начав палить из винтовки по наступающим гетам. — Я б пошутил про “хуесосов”, но ты обидешься! — выкрикнул Нейман, швыряя гранату во вражеский строй. — О чем это ты?! — не понял Аленко. — Да так, не важно! — Ты закончил выебываться?! — оборвал Александра Джон, — у нас тут война идет! — На зрение не жалуюсь, — фыркнул Нейман, — должен признать, эти джентльмены меня не слишком радуют. — Отлично, тогда… — Шепард! — крикнула Тали, — посмотри туда! — кварианка махнула рукой в сторону предполагаемого места посадки “Нормандии”. А происходящее там было отнюдь не самым радостным зрелищем. Геты попросту минировали место высадки. Таким грубым, но эффективным решением они почти вырвали из рук экипажа “Нормандии” победу. — Так вот почему эти гады так легко сдали лаборатории! — произнес Гаррус, — они нам подлянку готовили! — Черт! Проклятье! — неистовствовал Джон, — Тали, ты можешь вычислить примерное количество снарядов? — Уже посчитала. Две дюжины. — Еб твою мать, — присвистнул Рекс, — мы по уши в говне. — Ты ошибаешься, Рекс, — произнесла Лиара, — мы уже под трехметровым слоем этого говна. — Что будем делать? — произнес Шепард, — мины разбросаны на приличном расстоянии. Все же “Нормандия” это не игрушечный челнок, и для посадки ей нужно много места. Мы не успеем все обезвредить. — Воспользуемся той же тактикой, что тогда на астероиде, — сказал Нейман. — Разделимся? Не похоже на хорошую идею, — ответил Джон и снова высунулся из укрытия, отстрелив одного чересчур наглого гета. — Есть альтернативы? — Если бы они были, то вопрос не стоял. — Тогда на кой хер ты критиканством занимаешься?! — раздраженно выдал Нейман и аналогично Шепарду высунулся из укрытия, делая точные выстрелы по бойцам Сарена. Перепалки во время боя не были чем-то из ряда вон выходящим, особенно среди опытных морпехов, к коим относились и Нейман в прошлом, и Шепард. — Тогда, будь добр, доведи свою мысль до конца, господин великий полководец! — рявкнул Джон. Александр на несколько секунд замолчал, прокручивая в голове детали плана. Умение быстро сориентироваться в экстремальной ситуации, когда все летит в задницу, было жизненно необходимым для любого военного. И Нейман в свое время не на пустом месте получил репутацию одного из лучших полевых офицеров Альянса. Да и опыт участия в криминальных войнах еще на Земле давал о себе знать. И вот уже сейчас Александр начал выкладывать план: — Делимся на трое. Две группы: мы с Кайденом и Гаррус с Тали обезвреживаем мины. Вы с Рексом и Лиарой остаетесь здесь. В разминировании вы полные профаны, но при этом сможете отвлечь на себя этих гондонов. — Четыре бойца на двадцать четыре мины за… двадцать пять с лишним минут? — поднял бровь Шепард. — Два бойца на двадцать четыре мины, — поправил его Нейман, — двум придется прикрывать. — Это вообще реально?! — Придется выложиться, — хмуро сказал Александр, — скорее всего, несколько мин мы не успеем обезвредить к подлету корабля. Но вряд ли их заряды очень мощные, раз они так быстро их развернули. Будем надеяться, хваленая защита “Нормандии” выдержит. — Тебя бы Джокер удавил за такие предложения. Но так как лучше идей нет, то утверждаю этот план. — Тали, — обратился к кварианке Нейман, — ты можешь сказать, что за модель и конструкция у этих мин? — HB-0467, — отрапортовала девушка, — они действительно не столь мощные, но устройство взрывателя весьма хитрое. Потребуется больше времени для дешифровки. У меня есть наработки по некоторым алгоритмам, которые могут ускорить работу. Я в свободное время разрабатывала их для Флотилии. Перешлю вам на инструментроны. — Умница, — произнес Александр, — ладно, народ, все всё слышали? Тогда за работу. Кайден, дуй за мной! Бойцов у противника хоть и было довольно много, но их не хватало, чтобы покрыть всю территорию посадочной зоны плотным контролем. Тем более, когда основная масса штурмовала позиции Шепарда. Благо кроганов среди них не было, а с гетами еще можно было совладать. Нейман и Аленко огибали место сражения по широкой дуге, приближаясь к точке предполагаемой высадки “Нормандии”. Минное поле было разделено на четыре условных сектора по разным углам платформы, чтобы взрыв оказался равномерно мощным. Сектора находились друг от друга на приличном расстоянии в несколько сотен метров, а местами и до полукилометра. Действовать следовало быстро и слаженно. Конечно, Шепард мог бы и отменить приказ о приземлении, но в таком случае первым на место боя явится “Властелин”, и тогда им всем точно конец. Александр жестом подозвал Кайдена. Мужчины укрылись за ящиками. До минного поля оставались считанные пятьдесят метров. — На всякий случай еще раз уточню, с искусством сапера хорошо знаком? — произнес Нейман. — Шутишь, — фыркнул Аленко, — я хоть и не инженер, но инструкторы нас так в свое время так замордовали с этими минами, что они мне уже как родные. Я может и не N7, но готовили нас будь здоров. — Отлично. Тогда ты обезвреживаешь заряды, я прикрываю. — Там еще несколько клоунов, — Кайден мотнул головой в сторону площадки, где находилось несколько гетов. — Вижу. Но они не проблема. Заряды, скорее всего, находятся в режиме ожидания, но противник в любой момент может перевести их в контактный режим. К счастью, датчиков движения у этой модели нет. Как ставить глушилки ты знаешь, так что вперед. Нейман одним изящным движением перемахнул через ящики и, вскинув оружие, сделал несколько точных залпов по гетам, которые отправились в свой синтетический Ад. Кайден поспешил вслед за Александром. Установив глушилку, не дающую противнику подорвать заряд дистанционно, лейтенант принялся за обезвреживание игрушки, пока Нейман лег на пол, достав снайперскую винтовку. Находиться на ровной открытой местности разведчику доставляло чуть ли не физическое мучение, но делать было нечего. В этот момент Нейман пожалел, что не взял с собой штурмовую винтовку, которая на дальних дистанциях была гораздо эффективнее привычных ему пистолетов-пулеметов и обычных пистолетов. Дело пошло неожиданно быстро и продуктивно. Враг никак не проявлял себя. То ли сказывалась его самоуверенность, то ли он не мог выделить еще бойцов, но, так или иначе, чуть меньше, чем за десять минут Кайден обезвредил шесть мин, а Нейман не сделал ни единого выстрела. Затем Александр и Кайден начали перемещаться ко второму полю, которое находилось дальше всего. И теперь от Шепарда и остальных их отделяло чуть меньше километра. И вот на кой черт Сарену сдался такой гигантизм? Кайден вновь принялся за работу, а Александр держал под контролем каждый миллиметр окружающего пространства. Внезапно Нейман едва ли не подпрыгнул на месте, поднявшись с пола. Снайперская винтовка вновь заняла место на его спине, и в руке оказалась “Цикада”. — Кайден, — произнес разведчик, жестом приказав ему отойти назад и продвигаться к небольшому мобильному блоку, который находился в метрах тридцати за их спинами. В воздухе раздался какой-то разреженный гул. — Назад! — проорал Нейман, и Аленко на вбитых в подкорку инстинктах молниеносно рванул к трейлеру и запрыгнул в окно, выбив хрупкое стекло своим телом. Волна энергии синего цвета подхватила тело Александра и отбросила его в сторону, как тряпичную куклу. Нейман на огромной скорости ударился спиной о стену блока и упал вниз. Броня спасла его позвоночник, но вот несколько ребер определенно превратилось в труху. Как только Александр почувствовал опору под ногами, он, не теряя ни секунды, рванул в сторону, намереваясь обогнуть трейлер и укрыться за ним. Вместе с тем, он, не целясь, дал несколько очередей в сторону предполагаемого вражеского биотика. И это решение было чертовски верным, потому что через долю секунды после того, как Нейман побежал, место, где находилась его голова, оказалось изрешечено пулями. Благо мобильный блок не был очень большим, и уже через секунды три Нейман оказался с другой его стороны, куда уже прибыл Кайден. — Господа, вы же так долго искали меня. Что же вы теперь убегаете? — раздался голос, сочащийся надменностью и чувством собственного превосходства. Нейман едва не рассмеялся. Похоже, виновник торжества решил посетить их лично. Сарен Артериус собственной персоной! Аплодисменты в зал! Александр краем глаза успел заметить, что турианец перемещается на какой-то воздушной подушке, что еще больше осложняло ситуацию. Потому что теперь их укрытие защищало Неймана и Аленко так же надежно, как лист картона от армейского браунинга. — Ай-яй-яй. Что же это лучший спектр Совета играет так неспортивно? — крикнул Нейман. Нужно было потянуть время до прибытия остальных. А что же так не тянет время, как кретинский и пафосный монолог злодея? Конечно, Александр не рассчитывал, что Артериус расщедрится на эпатажную речь, но вот позлить турианца вполне можно. Также как и выиграть лишние несколько секунд. — Я рассчитывал, что застану здесь вашего главаря, но он, похоже, решил отсидеться, — произнес Сарен, — придется пока заняться тобой и твоим приятелем. Не могу, правда, сказать, что знаю, кто ты такой, — ренегат пока явно не торопился облетать укрытие бойцов. — Ой, дружище, — рассмеялся Нейман, — да ты не утруждай себя. Меньше знаешь — крепче спишь! — Ты, вроде, не выглядишь корчащим из себя героя клоуном, как Шепард. Может, я бы с тобой даже поболтал подольше, но дела не ждут. Не волнуйся, все закончится быстро, — “обнадежил” Александра Сарен. В следующую же секунду блок оказался буквально разорван на части какой-то биотической техникой Артериуса. И сразу вслед за этим на лишившихся укрытия Кайдена и Александра полетели гранаты. Мужчины бросились врассыпную. Нейман отчетливо понимал, что бежать бесполезно. Пространство открытое, они как на ладони. Долго маневрировать даже с его опытом и возможностями не получится. При стандартных тактиках ему точно конец. А значит, настало время вспомнить про то, что наглость является вторым счастьем. Александр не стал куда либо отступать, а… побежал навстречу Сарену. От такого поворота Артериус даже на долю секунды растерялся. Воспользовавшись заминкой, Нейман начал в бешеном темпе расходовать термоклипсы, всаживая в Сарена очередь за очередью. Как и ожидалось, его щиты были слишком крепкими, чтобы просто так их взломать. Однако вспышки разбивающихся об щит пуль резко сужали видимость Сарену. Была у Александра мысль, как это можно использовать. Кайден в это время тоже время зазря не терял. Он давал очереди из винтовки по Сарену и одновременно короткими перебежками перемещался поближе к зарядам, чтобы продолжить работу. Сарен уже сориентировался в обстановке и послал в сторону Неймана темный, практически черный, сгусток энергии, который явно не сулил последнему ничего хорошего. Но в этот раз Александр оказался готов и молниеносным движением увернулся от атаки соперника. Вутау. Слово, означающее на китайском языке “танец”. И одновременно так называлась особая техника, которой обучали бойцов N7, специализирующихся на разведке и диверсиях. Она позволяло человеку так искусно контролировать и просчитывать свои движения во время боя, что тот становился практически неуязвим ввиду того, что от всех пуль и атак противника солдат попросту уворачивался. Вутау разрабатывалась как ведущими мастерами боевых искусств и опытнейшими бойцами элитных спецвойск, так и виртуальным интеллектом, который провел анализ сотен тысяч и миллионов перестрелок, составляя ту самую последовательность действий. Разумеется, обычному разумному овладеть этим искусством просто нереально. Нужны специальные генные модификации, предрасположенность конституции тела и годы тренировок по специальным программам. Но те избранные, что овладевали вутау, зачастую имели больше шансов выжить под сконцентрированным огнем противника, чем штурмовик или даже кроган. Александр Нейман знал эту технику и владел ей. Разумеется, даже вутау не делала солдата неубиваемым. Есть определенный порог плотности огня, после которого остаться в живых уже не представляется возможным. Нужно много открытого пространства, крайняя степень концентрации и сосредоточенности, которую можно достичь лишь при жесточайшем самоконтроле. К тому же, техника была изматывающей, и применять ее во время боя можно было лишь в крайнем случае, иначе можно было просто свалиться в обморок от перегрузки организма. Но сейчас ситуация была крайней некуда, так что оставалось достать из рукава последний козырь. Из внутренностей воздушной подушки Сарена выдвинулся пулемет, который начал обстреливать Александра. И каждая последующая секунда для Неймана длилась вечность. Он буквально танцевал танец со смертью. Его щиты на броне раз за разом схлопывались, но в последнее мгновение Александр уходил из-под шквала огня, перемещаясь в сторону и давая по Сарену очередную пистолетную очередь. Единственным шансом на победу было приблизиться к турианцу на близкую дистанцию, активировать гранату и кинуть ее так, чтобы она взорвалась в воздухе рядом с Сареном. Нейман делал обманные маневры, выполнял множество движений, близких к сложным акробатическим трюкам, перекатывался с одной целью: хотя бы на пару сантиметров приблизиться к Сарену, который не переставал поливать его огнем и раз за разом посылал смертоносные биотические волны. Обычный биотик после стольких атак уже давно свалился бы от истощения, но Артериус как ни в чем не бывало продолжал атаковать Неймана биотикой. — Да что же это за гад такой? — пронеслось в голове Александра, когда он снова отскочил от непонятно какого энергетического кольца, которое оставило на земле немалых размеров воронку. В определенный момент Александр понял: сейчас или никогда. Он приблизился настолько близко, насколько Артериус считал это расстояние безопасным для себя. Кидать гранату все равно придется далеко, но так был хоть какой-то шанс. Александр незаметным движением отстегнул гранату и, не доставая ее из-за спины, активировал. Нужно выгадать то самое мгновение. Нейман замахнулся и изо всех сил швырнул гранату в воздушную подушку. Сердце разведчика на мгновение замерло. Вот она все ближе и ближе к Артериусу. Бросок был специально рассчитан так, чтобы турианец просто не успел среагировать. Когда граната пролетела больше половины расстояния, Сарен просто… взлетел выше. Обладать такой реакцией просто нереально, а значит… Нейман скрипнул зубами. Сарен его просто прочитал. Прочитал, как открытую книгу. Глупо, глупо ты попался, Александр. В следующее же мгновение Артериус прямо на своей подушке помчался к Нейману. Рука турианца засветилась синим, и, сблизившись с человеком, он просто ударил его в грудную пластину. Александра отбросило в сторону, как от столкновения с мчащейся на полной скорости машиной. В последний момент, правда, Нейман все же сумел принять удар на блок, иначе бы усиленный биотикой выпад превратил бы его сердце с легкими в кровавое месиво. Ценой этому стала сломавшаяся с хрустом рука, а также, судя по ощущениям мужчины, разорванная вклочья диафрагма. Удар был такой силы, что Нейман отлетел на метров десять, не меньше. Жесткое столкновение с землей выбило из легких остатки воздуха. Мужчина просто лежал на спине не в силах встать. Несмотря на все модификации, ресурсы его организма стремительно подходили к концу. Сил не оставалось даже на то, чтобы заорать от боли. Конечно, панацелин, запасы которого также уже заканчивались, через какое-то время подействует, но Сарен не даст ему достаточно времени, чтобы просто даже подняться на ноги. Александр ценой невероятных усилий перевернулся на бок, сплюнув сгусток скопившейся во рту крови. Внутреннее кровотечение — штука опасная. Дрожащей рукой Нейман достал висящий на поясе пистолет и стал ждать. Подыхать, как насаженное на иглу насекомое он не собирался… Несмотря на звон в ушах, Александр все же сумел расслышать, что в окружающем пространстве раздается подозрительно много выстрелов и всяческого шума. Перед глазами все плыло, так что сфокусировать взгляд и понять, что происходит, не представлялось возможным. Нейман почувствовал, как его подхватили под мышки и оттаскивают в сторону. Панацелин уже притупил боль и слегка привел его в чувства. Также в кровь была закачана слоновая доза адреналина, которая поставит его на ноги где-то на полчаса. А потом… Александр даже не хотел думать об этом. С такими повреждениями отходняк от стимуляторов будет страшным. Мужчина был практически уверен, что на несколько дней он превратится в овощ. — Ты как, цел?! — раздался взволнованный мужской голос. Это был Кайден. — А ты… как думаешь? — вяло ответил Александр, все еще силясь вернуть контроль над своим телом. Аленко отволок его подальше от поля боя и уложил за какими-то небольшими ящиками. Затем он сказал: — Выглядишь ты, прямо скажем, дерьмово, но не вздумай подыхать раньше времени. Ты меня понял, мать твою?! А сейчас мне надо помочь остальным, лежи здесь и не высовывайся. Мы тебя заберем. — Есть… сэр, — через силу улыбнулся Нейман, после чего Кайден исчез. Затем Александр таки смог приподняться и сесть на колени, чтобы затем наконец оценить обстановку. Как и подумал мужчина, на помощь в самый последний драматичный момент подоспела кавалерия, в лице коммандера Шепарда и остальных. И теперь Сарену приходилось иметь дело уже с шестью бойцами, из которых трое были полноценными биотиками. Теперь бой проходил уже не в одни ворота, как было до этого. Если сюда подоспеет еще и Киррахе со своим отрядом, то от гада и мокрого места не останется. Впрочем, Сарен просто так сдаваться и не думал. Его непонятная биотическая сила практически нивелировала численное превосходство соперника. Благодаря воздушной подушке он был гораздо мобильнее, а его щиты, похоже, не уступали тяжелому танку. Нейман наблюдал за боем не меньше тридцати секунд, что по меркам таких схваток было вечностью, и отчетливо понял, что только навалившись на мятежного спектра всем скопом, бойцы “Нормандии” смогли достичь паритета. Сарен в одиночку стоял целого взвода элитных войск! Впрочем... Александр злобно ухмыльнулся. Зря они списали его со счетов раньше времени. За его спиной находилась исправно работающая снайперская винтовка. Достав оружие и используя ящики как опору (сломанная рука по-прежнему плохо слушалась мужчину), Нейман стал прицеливаться. Следовало подгадать момент, когда щиты Сарена будут истощены, и пуля пробьет защиту. Александр затаил дыхание. Вот Артериус играючи отшвырнул от себя Рекса, вот парировал атаку Шепарда, вот сбил очередного дрона Тали… Вот! Шквал огня на секунду просадил щиты турианца, и защита пропала. Нейман нажал на курок, и раздался очень громкий выстрел. Александр видел, как пуля прошила бок Сарена. Мужчина не слышал крика Артериуса, но был уверен, что он был. К сожалению, пуля не попала в голову, как рассчитывал Нейман, Сарен, видимо, шестым чувством почувствовал что-то неладное и рванул вверх, и пуля влетела в его корпус на уровне живота. — Один-один, сволочь, — злорадно оскалился Александр. Тем временем команда “Нормандии” восприняла это как шанс и усилила напор на раненого изменника. Но Сарен, по всей видимости, понял, что продолжать бой в таком положении крайне невыгодно и, взлетев вверх не меньше, чем на сотню метров, полетел прочь. Александр аж сплюнул от досады. Они проморгали такой великолепный шанс взять этого подонка. Наконец, мужчина поднялся на ноги и, убрав оружие, побрел к остальным десантникам, находящимся от него где-то в двухстах метрах. Все же Кайден оттащил его достаточно далеко. Те тоже поспешили ему навстречу. — Живой? — спросил Шепард, когда Нейман оказался рядом со всеми. — Как видишь, — с хрипотцой сказал Александр и еще раз сплюнул кровь. Мужчина на секунду зашатался, а потом оперся рукой о плечо Шепарда, тяжело дыша. — Я вколол адреналин, минут через двадцать отходняк, потом - я бесполезный мешок с мясом, — предупредил Александр. — Понял, — ответил Шепард. Лицо коммандера была вымазано в крови и грязи, при этом на нем было крайне хмурое и напряженное выражение. — Ловко подловил эту скотину, — обратился к Нейману Рекс, — жаль только не окончательно. Ну ничего, зато есть шанс еще раз надрать ему жопу. — Да уж скорее это он меня подловил, — досадливо сморщился Нейман, — если бы не вы, я бы уже преспокойно разлагался под вермайрским солнышком. — Шепард, где Киррахе и Эшли? — спросил Гаррус, — они скоро будут здесь? — Не знаю, — мрачнее тучи ответил Джон, — они уже должны быть зде… В этот момент произошло сразу две вещи. Над базой пронеслось два больших гетовских транспортника. Один из них полетел дальше, к другому концу базы, а второй завис над точкой высадки и начал сбрасывать десантные капсулы. — Мать твою, час от часу не легче! — произнесла Тали, у которой начали сдавать нервы. И в этот момент затрещала рация. — Ше… рд. ...андер! Нас окр… слишком много… вылезли из под зем… — это был голос Эшли. — Эш! Ты слышишь, ответь! Как обстановка?! Сильные помехи! Где вы, черт возьми! — начал кричать в гарнитуру Шепард. — Киррахе… ...ртв ...м не пробиться. …много. Сэр, уход… неме… я взорву ...мбу. Нас всего четверо. Мы ...им вам несколько мин… — Эш, “Нормандия” вот-вот будет здесь! Быстрее, черт вас дери! На нас также наседают геты. — ...стите, сэр. Слишком поздно. Ухо… — Эш? Сержант Уильямс, ответьте! Но дальше в эфире стояли лишь сплошные помехи. — Блять! Блять! — Шепард, кажется, начал впадать в ярость, — Сарен, ты и твои гребанные Жнецы мне за все ответят! Геты тем временем уже стали потихоньку разворачиваться на земле и стало понятно, что буквально через минуту начнется новый раунд борьбы. — Кэп! — теперь в эфире прозвучал голос Джокера, — мы уже почти здесь! Все готовы? — Быстро приземляйся, у нас мало времени! — рявкнул Шепард. — Три минуты сэр! Команда ждала, что скажет капитан. — Так, нам нужно продержаться еще три минуты, — сказал Джон, — потом… — Шепард повернулся в ту сторону, где сейчас из последних сил сдерживали врагов Эшли и саларианцы, — потом мы уходим. Команда молча принялась занимать боевые позиции. Первым в бой пошел прайм гетов. Но против него вышел Шепард, который был окутан мрачной аурой биотического сияния. — Вы забрали моих ребят на Элизиуме! Вы забрали Грэма и Андрея на Торфане! Вы забрали Дженкинса на Иден Прайм! Вы забрали Эшли на Вермайре! ЭТИХ Я ВАМ НЕ ОТДАМ, СИНТЕТИЧЕСКИЕ ГНИДЫ!!! — проорал Шепард и, сделав какой-то жест рукой, создал мощнейшую волну энергии. Александр, да и остальные тоже, никогда не видели, столь мощный удар биотикой. Прайма, огромную и бронированную платформу, просто разорвало на куски. Джон окончательно впал в неистовство и начал отбрасывать гетов как кегли, крича от ярости. Остальных этот порыв также заразил. Нейман тоже уже не чувствовал боль от тяжелых ран и сильную усталость. Он просто стрелял и уничтожал. Как можно больше врагов и как можно быстрее. Рекс и Лиара также использовали биотику. Гаррус, Тали и Кайден поддерживали огнем. Первая волна гетов была истреблена полностью. В чувство бойцов привел визг двигателей приближающейся “Нормандии”. Корабль начал садиться. Звезда Вермайра, тем временем, уже почти скрылась за горизонтом, придав небу ярко-красный окрас, который отражался на белоснежном корпусе корабля. “Нормандия” приземлилась, и открылся трап в грузовой отсек. Бойцы побежали в трюм, а в мозгу Неймана засела тревожная мысль. Они что-то забыли. Что-то в пылу сражения было упущено. Но что, черт возьми?! Ответ не заставил себя долго ждать. Раздался оглушительный грохот, и взрыв сразу пяти не обезвреженных мин заставил “Нормандию” буквально подпрыгнуть на месте. И в этот же момент к кораблю стремительно продвигалась вторая, куда более многочисленная волна гетов, с которыми шли праймы и ракетчики. Неймана взрывом отбросило на землю. В голове опять загудело. Организм выл, что вот-вот, и придется долго расплачиваться за сегодняшнее геройство. Александр все же встал на ноги и, оглянувшись, увидел картину, которая на секунду заставила его содрогнуться от ужаса. Почти все члены экипажа лежали на земле, покрытые слоем крови и грязи. Впрочем, мужчина тут же сбросил с себя наваждение. Они были живы и даже шевелились. Но большинство из них, кажется, было контужено и не было дееспособно. На ноги поднялся только Кайден, который также как и Нейман находился дальше всех от основной зоны взрывов. “Нормандия”, судя по всему, удар выдержала, а значит, не все потеряно. — Александр! — прокричал Аленко, — нужно затащить остальных в трюм! Гетов слишком много! — Да ебанная сучья пиздорвань! — от досады заорал Александр, — ну уж нет, так дело не пойдет! — Александр, затащи остальных на корабль! Я прикрою! — произнес лейтенант и создал биотический барьер, прикрывая себя и тела остальных от пуль. — Понял! — крикнул Нейман. И разведчик стал по одному затаскивать членов экипажа на судно. Первым он перетащил самого Шепарда, как командира корабля. Следующей была легкая, как пушинка, Тали. К его величайшему счастью, Рекс более-менее пришел в себя, и его не потребовалось тащить на своем горбу, а, напротив, он оказал активную помощь, перетащив за раз Гарруса и Лиару. — Вы скоро?! — крикнул Кайден, чей барьер уже просел, и мужчина получил несколько попаданий по броне. Толпа гетов находилась в считанных тридцати метрах от корабля. — Готово! Кайден, быстрее! — ответил Нейман. Кайден оставил позицию и помчался к кораблю. И тут время для Александра словно остановилось. Как в замедленной съемке Нейман наблюдал, как два ракетчика гетов выпустили в спину Аленко снаряды. — КАЙДЕН!!! ЛОЖИСЬ!!! — заорал Нейман. Но было поздно. Две ракеты достигли своей цели, снимая щиты. Не чувствуя ничего, Александр метнулся к месту взрыву. Прибыв туда, Александр почувствовал, как его горло сжимают спазмы. Кайден был еще жив… Но… Два взрыва оторвали его ноги и одну руку. Плазма обожгла лицо, превратив его в уродливую маску. Нейман схватил то, что осталось от Аленко, перевалил на спину, и буквально влетел в трюм, сбрасывая ношу. Его замыленный взгляд едва уловил, что остальные бойцы уже более-менее пришли в себя. “Нормандия” стала взлетать, и в этот момент Нейман почувствовал, как меткая очередь сбила его щиты и проделал несколько отверстий в броне на спине. Какая-то сволочь напоследок все же зацепила. Александр рухнул навзничь. Глаза застилала темнота, а тело начало сводить судорогами. Вот и расплата за чудесное исцеление во время битвы. Он уже не чувствовал ничего, проваливаясь во тьму. Лишь женский голос то что-то кричал, то, наоборот, нашептывал ему. — София, — одними губами прошептал Александр, прежде чем потерять сознание. *** Эшли была хорошим солдатом. Строгим, обученным, дисциплинированным. Это отмечали все ее наставники и сослуживцы. Кажется, об этом знали все, кроме начальства. Эш, осознанно принимая решения пойти в армию, прекрасно знала, что легкой карьеры ей ждать не стоит. Позорное пятно ее деда, генерала Уильямса, аукаться будет ей еще очень и очень долго. Но трудности не сломали, но закалили характер женщины. Она твердо верила, что когда-нибудь ей удастся совершить нечто, что смоет с ее семьи бесславное клеймо. Когда геты напали на Иден Прайм, Уильямс впервые попала в настоящее сражение. Это был Ад. Внезапность и массированность атаки позволила гетам без труда прорвать оборону малочисленного гарнизона Альянса. А затем началась резня. Геты убивали всех без разбору. И ведь кого-то ждала участь гораздо хуже - они становились хасками. Эшли прошла тогда огонь, воду и медные трубы. Как сержант, она собрала вокруг себя небольшую группу солдат, намереваясь отыскать выживших и эвакуироваться. Но гетов было слишком много. Она осталась одна. Уильямс ни секунды не сомневалась, что если бы не Шепард, то она бы не ушла живой. Затем она попала на “Нормандию”, слабо веря в свою удачу. Лучший корабль на флоте, легендарный Дэвид Андерсон в качестве капитана и молодой старпом Джон Шепард, который также уже прославился в войнах на Скиллианском пределе. А затем все завертелось в бешеном темпе. Разоблачение Сарена, становление Шепарда первым Спектром человечества и новым командиром судна, ксеносы на борту, новые и новые сражения с неизвестным врагом... Конечно, риск погибнуть рос с каждой новой миссией, но Эшли считала, что это гораздо лучше, чем гнить где-нибудь в гарнизоне на заштатной планетке. Более того, Эшли была уверена, что если бы не Шепард, весьма высоко отозвавшийся в своем рапорте о ее боевых способностях (о чем Уильямс узнала совершенно случайно), то начальство бы услужливо повесило на нее вину за гибель взвода. Она не очень-то и верила в существование Жнецов, о чем постоянно твердил коммандер. Она считала угрозу от ксеносов куда более реальной. Но вот в существовании Сарена и гетов сомневаться не приходилось, и поэтому Эшли была готова идти за Шепардом хоть на край Галактики. Даже самой себе Эшли бы ни за что не призналась, что коммандер привлекает ее как мужчина и, похоже, Уильямс находилась в шаге от того, чтобы влюбиться. Но Эш была очень строгой к самой себе и никогда не позволяла никаких вольностей на службе, тем более, по отношению к старшему по званию. Что, впрочем, не мешало порой кидать ей прожигающие взгляды на синезадую смазливую докторшу, которая постоянно ошивалась рядом с коммандером. Эшли улыбнулась своим мыслям, которые раньше она считала серьезными, а теперь, они казались ей такими легкими и беззаботными… Это уже было не важно. Сейчас осталась важной лишь одна вещь. Она должна закончить миссию. Геты, что б этих богомерзких машин пожрал огонь, появились буквально из ниоткуда. Отряд Киррахе уже собирался выдвигаться к точке эвакуации, как орды этих тварей полезли из всех щелей. С ними не было тяжелых платформ, вроде праймов. Зато были десятки, а то и сотни обычных гетов. Отряд таял на глазах. Киррахе погиб одним из первых. Уильямс сумела предупредить Шепарда обо всем и потребовала от него эвакуировать всех остальных. Она видела, как над базой пролетела “Нормандия”. Значит, пора. Пока еще двое уцелевших саларианцев кое-как отстреливались, Эшли занялась бомбой. Она отменила таймер и перевела бомбу в кнопочный режим. Одно нажатие маленького и неприметного рычажка - и бомба взорвется. И никаких двух ключей и прочей чуши. Эшли использовала габаритную бомбу как укрытие и стала ждать, периодически давая очереди по гетам. Двое других саларианцев также вскоре погибли, свалившись от огня со спины. Наконец, Эшли увидела, что так ждала. Великолепный корабль с изящными формами поднялся над крепостью и устремился ввысь в кроваво-красное небо Вермайра, словно пронзая его тонкой серебряной иглой. На миг сердце Эшли замерло от сладкого восторга. Поистине великолепное зрелище. Она ни на миг не жалела, что ей предстоит умереть именно так. Она сделала это. Она смыла позор своего деда. Восстановила честь семьи. Эшли обвела взглядом приближающихся гетов, поднялась на ноги и взялась за рычажок. Вот так все легко и просто. Женщина измученно улыбнулась. — Во имя человечества, — прошептала сержант Эшли Уильямс и активировала бомбу. Короткая вспышка света. И тьма…