Свинцовый Небосвод

— Итак, что нам известно? — задал вопрос мужчина средних лет, одетый в классический, если не сказать старомодный, костюм. — Это были не геты, — незамедлительно ответила женщина в униформе с эмблемой печально известного “Цербера”, — Альянс при полной поддержке Совета старательно отгоняет всех любопытствующих от Алкеры и всей системы Амады и засекретил все данные об атаке на “Нормандию”. Из того, что нам удалось установить, “Нормандия” была атакована кораблём крейсерского класса неизвестного происхождения. “Нормандию” не спасли ни передовые системы маскировки, ни великолепные судоходные качества. Исходя из анализа повреждений фрегата, а также данных с бортового компьютера, военная разведка Альянса делает вывод, что судно агрессора не принадлежит гетам. Более того, оно не принадлежит ни одной другой галактической державе, способной на постройку такого объекта. — Установить точную принадлежность корабля не удалось? — Нет, сэр. Однако в свете недавних событий можно сделать предположение: в Галактике есть лишь одна сила, способная на столь дерзкую и успешную атаку, а также заинтересованная в смерти коммандера Шепарда… — Жнецы, — не спросил, но утвердил слушающий, — они кажутся наиболее вероятным подозреваемым, но в то же время вряд ли они на данный момент могут действовать напрямую. — Полагаете, убийство Шепарда – дело рук их марионеток? — спросила докладчица, — и что эта атака может быть напрямую связана с похищением человеческих поселений на окраине Терминуса? — Не исключено, — произнёс мужчина, закуривая очередную папиросу, — однако делать какие-либо однозначные выводы я пока не собираюсь. Я ознакомился с Вашим отчётом. Вы проделали хорошую работу, мисс Лоусон. Однако теперь Ваш ум и талант мне нужны в совсем другом направлении. Поиск и расследование судьбы пропавших колонистов придётся отложить на неопределённый срок. — Сэр? Миранда Лоусон считала себя крайне опытным и ценным специалистом. Причём совершенно небезосновательно. С одинаковым успехом она могла биться лицом к лицу с жестокими головорезами, вести полевой допрос, а также проделывать крайне сложную и кропотливую аналитическую работу. И это не считая её талантов в качестве управленца и администратора, а также докторской степени по генной инженерии. Спасибо её драгоценному папаше, который дал своей наследнице лучшее образование, которое вообще можно было получить за деньги. Поэтому, когда Призрак сначала поручил ей вести расследование, касающееся пропавших без следа человеческих колоний в Терминусе, а затем и поиски информации об убийстве Шепарда, никто этому не удивился. А уж учитывая то, что эти инциденты произошли в одном и том же уголке Галактики с минимальным временным разрывом, подводило к мысли, что всё это — звенья одной цепи. И Миранда полностью разделяла это мнение. Однако то, что Призрак решил сдёрнуть её прямо посреди расследования на какое-то другое задание, вызывало много вопросов. Призрак, подходивший к вопросам кадровой политики с маниакальной педантичностью и хладнокровным расчётом, очень редко просто так срывал своих подчинённых с одного направления на другое. Притом каждый такой форс-мажор означал, что произошла какая-то кризисная ситуация. И если уж требовалось вмешательство самой Лоусон, значит дело предстояло предельно сложное и крайне серьёзное. — Я собираюсь поручить Вам особое задание, мисс Лоусон, — начал Призрак, — возможно, самое трудное в Вашей практике. И от успешности его выполнения зависит если не всё, то очень многое. Из всех моих сотрудников только Вы обладаете необходимым для этой работы набором навыков и личностных качеств, — Миранде польстила такая характеристика от своего шефа, но в то же время заставила напрячься, — но прежде, чем я озвучу суть самого задания, я хочу услышать от Вас ответ на один вопрос, — Призрак сделал долгую затяжку и после пары секунд молчания продолжил, — готовы ли Вы совершить то, что прежде считалось абсолютно невозможным? На несколько секунд воцарилась тишина. Миранда напряжённо обдумывала слова Призрака. Её боссу вообще не был свойственен театральный пафос, пустобрехство или показушничество. Напротив, он был прожжённым циником и прагматиком. И если он говорит, что это задание крайне важное и при этом практически невыполнимое, значит так оно и есть. Но в то же время, если он хочет поручить это задание ей, значит Призрак верит, что она справится. И сейчас он попросту проверяет её решимость. — Безусловно, сэр, — ответила Миранда железным тоном, будто она не подписывалась на участие в сверхважном проекте, а словно какой-то не шибко умный прохожий приставал к ней с вопросом, какой сейчас год. — Иного ответа я от Вас и не ожидал, — сказал глава “Цербера”; если бы Миранда чуть хуже знала Призрака, то не заметила бы еле различимое удовлетворение в его голосе, — суть Вашего задания предельно проста. Вам предстоит стать Христом двадцать второго века, мисс Лоусон. — Сэр? — непонимающе произнесла Миранда. — Вы должны будете вернуть коммандера Джона Шепарда к жизни. На несколько секунд воцарилась тишина. Первые мгновения Миранда обдумывала, а не первоапрельская ли это шутка от её шефа, однако, столкнувшись со взглядом имплантированных глаз Призрака, Лоусон поняла, что Призрак говорил абсолютно серьёзно. — Это будет крайне… трудно, сэр, — наконец, выдавила из себя Миранда, — медицина за прошедшие века пережила несколько полномасштабных революций, однако воскрешать мёртвых людей… До сих пор все эксперименты подобного рода оканчивались неудачей. Даже с учётом новейших открытий в генной инженерии и имплантации это до сих пор считается невозможным. — Значит Вы станете первой, — невозмутимо ответил Призрак, — запомните, мисс Лоусон, я никогда не дам своему сотруднику задание, если посчитаю, что он с ним не справится. Более того, доктор Наруд после исследования влияния биотических полей на мозг человека считает это более чем осуществимым. Доктор Самир Наруд… один из ведущих учёных “Цербера”, настоящий гений в области экспериментальной медицины, один из самых образованных и умных разумных из всех, что доводилось встречать Миранде. И по совместительству один из немногих людей, от которых у Лоусон внутри всё леденело от ужаса. Будь у неё возможность, она бы первой пустила пулю в лоб этому идейному наследнику Йозефа Менгеле. Его эксперименты над живыми ксеносами и, по некоторым слухам, над людьми были, мягко говоря, не слишком гуманными. Миранде несколько раз приходилось лицезреть результаты некоторых работ Наруда… зрелище это было не для слабонервных. А ведь в быту этот, с позволения сказать, человек был предельно вежливым, тактичным и приятным разумным. И уж по нему никак нельзя было определить, что перед тобой находится существо, лишённое какой-либо эмпатии. Однако благо человечества требовало работы в том числе и с такими отморозками. Поэтому пока Наруд приносит пользу, Призрак будет закрывать глаза на его деятельность, а самой Миранде придётся мириться с существованием в организации таких людей. Видит Бог, она очень надеется, что всё это будет не напрасно… Однако безотносительно её личного отношения к уважаемому доктору, Наруд был тем человеком, к чьему профессиональному мнению определенно стоит прислушиваться. Лоусон никогда не посвящали глубоко в проекты, которые курировал Наруд, однако в общих чертах ей было известно, что Самир в последние годы проводил исследования биотики и её влияния на человеческий организм. Глобальная цель у этого проекта исследований была предельно проста — научиться манипулировать человеческим геномом таким образом, чтобы иметь возможность взращивать биотиков с невероятным потенциалом, намного превосходящим азарийский. И, если верить некоторым слухам, первых результатов сумрачный гений доктора уже добился. А платой за этот успех стало то, что около сотни, а то и больше, азари и биотиков других рас были препарированы живьём. Конечно, материал для опытов поставлялся исключительно из числа пиратов, наёмников и прочьего отребья систем “Терминуса”, смерть которых пошла бы Галактики исключительно на пользу. По крайней мере, так утверждал сам Наруд. Во время этих научных изысканий вскрылась одна маленькая любопытная деталь, которая, однако, в свете новых обстоятельств кардинально меняла дело. Мозгу сильных человеческих биотиков была присуща одна интересная особенность, которой не было зафиксировано ни у одной другой расы. Было ли это случайной мутацией или хитростью природы до конца неясно, но когда человеческий организм получал необратимые повреждения, биотические поля в его голове формировали странное подобие биотического стазиса, благодаря которому головной мозг не умирал окончательно, а входил в состояние, схожее с анабиозом или очень глубокой комой. Таким образом, на достаточно долгий срок смерть реальная превращалась в смерть клиническую, и, в теории, если успеть восстановить повреждения тела, можно было бы “воскресить” пострадавшего. Другой вопрос, что на практике возникало множество проблем. Во-первых, биотический стазис не держался вечно, а лишь в течение довольно сжатого срока, длина которого зависела от потенциала раненого. Во-вторых, если ранение было нанесено прямо в голову, это был конец. Финита ля комедия. Окончательная и бесповоротная смерть. И в-третьих, не было до конца ясно, каким образом можно было восстановить нормальное функционирование мозга и вживить его в фактически новое тело. В-четвёртых, столь сильных биотиков было банально слишком мало, чтобы подобные фокусы можно было поставить на поток. Разумеется, команда Наруда очень заинтересовалась подобным явлением, которое впервые подводило науку к грани жизни и смерти. Однако это направление всё ещё оставалось второстепенным исследованием… до того дня, когда Призрак получил известие об атаке на “Нормандию”. — Мне известно об исследованиях Наруда, сэр, — наконец произнесла Миранда, — однако даже с полученными знаниями это всё ещё выглядит, как фантастика, — Миранда на пару секунд замолчала, а затем продолжила, — первый вопрос, который нам предстоит решить, – это поиски тела Шепарда. Без него, по понятным причинам, говорить о чём-либо бессмысленно. Второе — потребуется лаборатория. Очень большая лаборатория, — Лоусон уже более-менее оправилась от удивления, и теперь её мозг анализировал задачу в полную силу, — нужно будет закупить специфическое дорогостоящее оборудование, медикаменты. Скорее всего, потребуются передовые импланты. Это я уже не говорю про привлечение множества специалистов. Даже навскидку этот проект обойдётся очень дорого и это при том, что нет никаких гарантий, что нам удастся вернуть Шепарда к жизни. — Я разве говорил, что меня волнуют деньги? — Призрак слегка приподнял бровь, — у Вас не будет ограничений на финансирование, мисс Лоусон. Сколько денег потребуется, столько я и выделю. Меня интересует лишь одно — результат. Шепард должен быть живым, здоровым и… он должен быть самим собой. Никаких вмешательств или попыток изменить его личность. Никаких контрольных имплантов и чипов. Мне не нужен очередной болванчик, который будет исправно слушаться моих команд. Мне нужен человек, спасший Цитадель и остановивший Сарена, который добровольно и осознанно будет с нами сотрудничать, — припечатал Призрак. — При всём уважении, сэр, — начала Миранда, — я не считаю этот проект рентабельным. Да, Шепард великолепный боец, прирождённый лидер и отличный тактик, однако даже он не будет стоить всех тех ресурсов, что потребуется вложить для его возвращения в строй. На воскрешение коммандера потребуется потратить в лучшем случае несколько сотен миллионов кредитов, а, скорее всего, на порядки больше. На эти деньги можно оснастить не то что корабль – небольшую эскадру по последнему слову техники. А на остаток суммы закупить лучших наёмников со всех уголков Галактики в придачу. — Вот только ни наёмники, ни флот не смогут противостоять Жнецам, когда те явятся по наши души, — ответил Призрак, — если их не будет вести в бой Человек. Войско львов под руководством барана ничего не сможет противопоставить стаду баранов, ведомому царём зверей. Диванные историки могут сколько угодно рассказывать о том, что роль личности в истории минимальна, однако факты есть факты. Если бы не Шепард, Жнецы бы уже сокрушили наши флоты и вовсю опустошали бы планеты. И теперь благодаря ему у нас есть немного времени, чтобы подготовиться к решающей битве в истории. Шепард нам нужен как никогда прежде. Он уже не просто солдат, он Символ. Символ, который наглядно демонстрирует то, что Жнецов можно побеждать. И что победу над ними одержал человек, — столь экспрессивная речь была произнесена Призраком удивительно сухим и холодным тоном, который ясно давал понять, что как бы Миранда ни убеждала его и какие бы аргументы ни приводила, её шеф своего решения не изменит. — Предположим, нам удастся воскресить Шепарда, — Миранда решила сменить тактику, — но как мы сможем убедить его сотрудничать с нами? Где гарантии, что он попросту не сбежит в Альянс, попутно заложив нас? Увы, но репутация нашей организации, прямо скажем, не самая лучшая. Пропаганда Совета и Альянса проделала большую работу, списывая на нас едва ли не любой крупный теракт. Тем более, вот уж чем-чем, а патриотической дурью военнослужащих Альянса накачивают постоянно. — Шепард не стал бы тем, кем он стал, не умей он думать своей головой и принимать порой спорные и неоднозначные решения, — сказал Призрак, повернувшись к панорамному окну, — вспомните, с кем он сотрудничал ради поимки Сарена. Дочь мятежного матриарха, кроганский убийца, турианский особист на полставки и человек, хладнокровно уничтоживший несколько сотен заложников. Едва ли Альянс устраивала подобная кадровая политика. На некоторое время воцарилась тишина. Призрак не торопил свою подчинённую, молча докуривая очередную папиросу. Миранда же собиралась с мыслями. Похоже, ей и впрямь предстояло заняться возвращением с того света одного неугомонного коммандера. Если Призрак считает, что проект окупится, то, скорее всего, так оно и есть. По крайней мере, на памяти Миранды глава “Цербера” никогда не принимал решений о столь серьёзных и глобальных проектах без долгих и тщательных раздумий. И хотя у Лоусон всё ещё оставались серьёзные сомнения насчёт целесообразности этого мероприятия, за работу следовало приниматься уже сейчас. Каждый час промедления уменьшал и без того небольшие шансы на успех. — Мы должны добыть тело Шепарда, — произнесла Миранда, — чем быстрее – тем лучше. Если оно превратится в кучу сгнившего мяса, то работать будет не с чем. Что-нибудь известно о его месторасположении, кроме того, что оно находится где-то на орбите Алкеры? Бронекостюмы солдат Альянса должны быть оснащены аварийными маяками для таких случаев. — Это действительно так, — ответил Призрак, — однако данные о местонахождении этих маяков есть только у Альянса и добыть эти сведения весьма непросто. Когда дело касается военных, Альянс становится очень щепетильным в вопросах защиты информации. К тому же, поисково-спасательные команды в звёздной системе работали и работают до сих пор уже две недели, но до сих пор не обнаружили тело коммандера. Это позволяет сделать вывод, что во время атаки маяк в костюме Шепарда оказался повреждён. Поэтому поиски будут затруднены. И второе. Далеко не только Альянс хочет заполучить тело Шепарда. Мне доложили об активизации наёмничьих групп в окрестностях Омеги, совсем рядом с Алкерой. В систему Амады они пока не лезут: там до сих пор находится патруль флота Альянса. Однако как только его корабли покинут систему, вокруг Алкеры тут же образуется целая толпа падальщиков. — Возможно, их интересуют остатки “Нормандии”? — сделала предположение Лоусон. — Возможно, — согласился Призрак, — но я готов дать голову на отсечение, что инженеры Альянса уже давным-давно демонтировали все блоки корабля, которые могут представлять какой-либо интерес. И что сейчас останки "Нормандии" не более чем груда металлолома. — Даже если так, то я не совсем понимаю, зачем наёмникам тело Шепарда, — произнесла Миранда, — зачем оно нам и Альянсу предельно понятно, но вряд ли какая-то терминусовская шваль захочет его воскресить. — Я не всеведущ, мисс Лоусон, — сказал мужчина, — однако ясно одно: они собираются распорядиться телом героя отнюдь не на благо человечества. — Нужно будет дождаться вывода сил Альянса из системы, и тогда можно будет приступать к операции, — начало было Миранда, но Призрак прервал её. — Нет, мисс Лоусон. К операции мы будем приступать немедленно. Мы не можем позволить себе риск потерять тело Шепарда. — У военных Альянса передовое поисковое оборудование, но даже они до сих пор не смогли обнаружить тело. Нам же предстоит вести поиски куда меньшими силами и в условиях необходимости маскировки. Эта задача уже далеко не тривиальная, — возразила Миранда. — У Вас будут все необходимые условия для этой работы, — сказал Призрак, — я выделю вам небольшое научное судно, куда нужно будет доставить тело. — Ни один крупный корабль не проберётся в систему незамеченным. Слишком уж плотное охранение. Максимум – в систему сможет проскочить небольшой шаттл. Сам шаттл потребуется переоборудовать под поиск столь маленького объекта, как человеческое тело. А это значит, что большую команду взять не получится. Человек пять, может быть, шесть, — продолжала рассуждать Миранда, — случайными людьми тут не обойтись. Нам нужен чертовски хороший астроразедчик и те, кто будут его охранять и контролировать. — У вас будет астроразедчик, — сказал Призрак, доставая новую папиросу, — и шаттл с самым передовым оборудованием и маскировкой. Как Вы верно подметили, мисс Лоусон, случайных людей в этом деле быть не должно. Поэтому я желаю, чтобы Вы лично контролировали ход операции, непосредственно на месте действия. — Да, сэр, — кивнула Миранда. — Кроме того, — Призрак выпустил очередное облако дыма, — насчёт сопровождения. Думаю, Вам стоит взять с собой мистера Тейлора. Насколько я помню, в прошлый раз Вы с ним хорошо сработались?... — в голосе начальника Миранды проскользнула ироничная нотка. — Тейлор – очень хороший специалист, — подтвердила Лоусон, — думаю, он нам пригодится для этого дела, — Миранда мысленно поморщилась. Конечно, наивно было полагать, что ей удастся утаить от Призрака их неудавшийся роман с Джейкобом. Не то чтобы их общий шеф так уж сильно был против неуставных отношений между сотрудниками "Цербера". Он просто их не одобрял. А ощущение того, что для их всесильного начальника их личная жизнь была как на ладони, было не очень-то и приятным. — И ещё кое-что, — начал Призрак, — для этой операции Вы должны привлечь к сотрудничеству с нами двух разумных из команды Шепарда. Доктора Лиару Т'Сони и Александра Неймана. На несколько секунд воцарилась тишина. Лоусон напряжённо обдумывала слова Призрака. И у неё возникало всё больше вопросов по поводу намерений главы "Цербера". Вместо того, чтобы воспользоваться услугами проверенных и опытных оперативников организации, Призрак хочет чтобы она работала с разумными, которые определённо не внушали Миранде никакого доверия. — Наладить взаимовыгодное партнёрство будет непросто, — кажется, все задания, что ей выдал Призрак, будут одно краше другого, — ранее мы не привлекали для участия в столь важных мероприятиях сторонних людей и уж тем более ксеносов, — Миранда мрачно хмыкнула, — и далеко не факт, что они вообще захотят пойти с нами на контакт. — Должно быть, у Вас, мисс Лоусон, возник резонный вопрос, почему я хочу, чтобы Вы привлекли к работе именно этих двоих, а не кого-то из наших людей, — сказал Призрак, — я поясню свой выбор, — надо же, её шеф в кой-то веки снизошёл до объяснений своих очередных гениальных комбинаций простым смертным, — насчёт доктора Т’Сони. Из всех разумных она имела наиболее тесный контакт с сознанием капитана. Нам необходимо вернуть прежнего Шепарда, и доктор Т’Сони имеет возможность хотя бы отчасти, но всё же дать хоть какую-то гарантию, что личность коммандера после возвращения осталась в целости и сохранности. — В этом есть смысл, — признала Миранда, — но я всё ещё не вижу от неё особой пользы во время полевой операции. Она археолог, а не астроразведчик или боевик. К тому же, она ксенос. — Исходя из составленного психологического портрета доктора Т’Сони, я делаю предположение, что убедить её работать с нами будет проще на начальных этапах проекта. Т’Сони должна своими глазами увидеть всю серьёзность наших намерений. А то, что она ксенос… это не помешало ей сослужить человечеству хорошую службу, обеспечив деятельную поддержку Шепарду в миссии по поимке Сарена. Доктор Т’Сони — разумный, который часто действует на эмоциях, но в то же время ей свойственна верность своим убеждениям и тем, кого она считает друзьями. И Шепард определённо был тем, кого Т’Сони считала своим другом. Уверен, мисс Лоусон, Вы найдёте те струны в душе юной азари, на которые можно будет надавить и заполучить если не преданность, то готовность к добросовестному партнёрству. Кроме того, доктор Т’Сони заполучила в наследство от своей матери, матриарха Бенезии, многомиллионное состояние и связи в азарийском обществе. Конечно, в ближайшее время она определённо не сможет реализовать свой унаследованный политический потенциал, однако в будущем иметь такой актив будет полезно и нам. Миранда была не в восторге от подобного решения Призрака, однако в то же время понимала, что логика в его словах есть. Однако насчёт второго кандидата у неё всё ещё были сомнения. — А что насчёт Неймана? — спросила Миранда, — уж с ним-то надавить на жалость не получится. С Александром было всё проще и в то же время сложнее. С одной стороны, Нейман был наёмным убийцей. А значит, был вполне конкретный способ привлечь его к работе — заплатить. Расценки, конечно, у него были немалые, даже по меркам других его коллег, но в масштабах всего “Цербера” и с учётом тех средств, которые Призрак был готов влить в воскрешение Шепарда, это всё равно были сущие гроши. К тому же, Нейман был человеком, а значит идеология организации не должна была вызывать у него столь ярой антипатии, как у Т’Сони. Но оставался один крайне неприятный момент. Ранее “Цербер” уже пытался завербовать Неймана в свои ряды, на что получил категорический отказ. Ни сулимые ему круглые цифры на банковских счетах, ни высокопоставленная должность в самом “Цербере” не убедили офицера-ренегата, который незадолго до этого чудом избежал военного трибунала, в пользе сотрудничества с организацией. Причины такой принципиальности Лоусон были неизвестны; всё же на момент неудавшейся попытки вербовки она сама была всего лишь подающим надежды талантливым новичком, но зато она была в курсе того, что Призрак тогда был весьма недоволен тем, что столь ценный кадр не попал к нему в руки. — А с Нейманом всё куда прозаичнее, — Призрак затушил сигарету, — скажите, мисс Лоусон, часто ли вам приходилось действовать в глубоком тылу врага в условиях строжайшей секретности? — Приходилось, сэр, но большого опыта я не имею, — ответила Миранда, которая прекрасно поняла, к чему клонит её босс, — так же, как и Тейлор. Специалист соответствующего профиля действительно будет необходим. Фактически, на данный момент войска Альянса, который явно не хотел, чтобы тело героя досталось агентам трёхголового пса, являлись противником для “Цербера”. Да и про других “охотников”, упомянутых Призраком, не следовало забывать. Да и весь Терминус, в общем-то, был крайне недружелюбным местом, где нарваться на пиратов было проще простого. Эксперт по непредвиденным обстоятельствам в лице Александра пришёлся бы им как нельзя кстати. — Кроме того, — продолжил глава “Цербера”, — как и Т’Сони, Нейман служил вместе с Шепардом на “Нормандии” и неплохо сошёлся с экипажем. Вряд ли они с Шепардом успели стать друзьями до гроба, но, судя по всему, у них установились настолько тёплые отношения, насколько это возможно в их положении. А это значит, что, помимо материального интереса, некоторая дополнительная мотивация в этом деле у Неймана будет, что также очень важно для нас. — Однако всё ещё остаётся вопрос, что мы можем предложить Нейману? — продолжила Лоусон, — помимо большого денежного вознаграждения мы должны будем убедить его работать с нами. А использовать его в тёмную в таком деле у нас не получится при всём желании. — Заплатите ему столько, сколько он попросит, — произнёс Призрак, — сто тысяч, миллион, десять миллионов. Вопрос денег для меня неактуален. Что же касается его склонения к сотрудничеству… здесь я полагаюсь на Вашу компетентность и умение разбираться в людях. Могу дать совет: сначала поработайте с доктором Т’Сони. Если Вам удастся убедить её работать с нами, то найти подход к Нейману будет несколько проще. И ни в коем случае не перепоручайте это дело Вашим людям. Контактировать с Нейманом и Т’Сони Вы должны лично. Только человеку с Вашим уровнем квалификации я могу доверить это. — Разумеется, сэр, — сказала Лоусон, — подготовку я начну уже сегодня. В течение двух недель мы будем готовы выдвигаться к Алкере. — Очень хорошо, мисс Лоусон, — Призрак сбросил сигару в пепельницу, — я рад, что Вы берётесь за это дело. И я отнюдь не ограничусь формальными благодарностями. Когда проект завершится успехом, Вы сможете просить меня о любой услуге, которую я буду в силах оказать Вам. Миранда молча кивнула. Призрак сделал лёгкий пас рукой, активируя сенсорную панель на своём кресле и тем самым давая понять, что аудиенция окончена. Когда Лоусон уже развернулась и сделала несколько шагов по направлению к дверям кабинета, Призрак вдруг окликнул её: — И ещё одно, Миранда… — Лоусон повернулась к своему шефу и столкнулась со взглядом искусственных глаз Призрака. В этом бездушном взгляде имплантов ненадолго, буквально на секунду, промелькнуло нечто, от чего вечно выдержанная и хладнокровная Миранда почувствовала себя голой на морозе и сглотнула вдруг ставшую ужасно вязкой слюну в горле. — …неудачи быть не должно.