История некроманта: Наследник судьбы

С той поры минуло десять лет. Долгое время Вессел переживал те ужасные минуты в ночных кошмарах. Он отчётливо помнил, как очнулся возле конюшни с огромной шишкой на голове и тот момент, когда увидел неподалёку от дома растерзанный труп матери. Как он всю ночь, невзирая на опасность, навзрыд плакал возле безжизненного тела, пока не подоспели солдаты из замка Штуттгарт. Но вскоре время взяло своё, и он он научился жить без родителей. Живых родственников у него не осталось, и мальчишку взял к себе Грэмли — сержант отряда, спешившего в ту ночь на выручку жителям. Маленький Вессел стал жить в казарме и выполнять самую грязную работу, какую только могли для него найти: выносил помои с кухни, чистил отхожие места, помогал скорняку соскабливать жир со шкур. Единственной отдушиной для него стала конюшня. Вессел ещё с детства любил лошадей и поэтому всё свободное время проводил с ними. За прошедшие годы он из мальчика превратился в стройного юношу, и если бы кто-то из знакомых увидел его сейчас, то подметил поразительное сходство с пропавшим отцом. От матери Вессел взял лишь чёрный цвет волос и маленькую родинку под глазом. Несмотря на смелый характер, юноша был замкнут в себе. После произошедшей трагедии, он едва ли не с первых дней столкнулся с нелёгкими реалиями жизни. Если в поместье его все любили, то здесь он стал никому не нужным сиротой, которого любой мог безнаказанно ударить или оскорбить. Но сегодня это должно было закончиться. Весселу исполнилось шестнадцать лет. Совершеннолетие! День, которого юноша ждал с замиранием сердца. Ведь теперь он мог выбрать любую профессию, которая ему придётся по душе, и пойти учеником к любому мастеру, но Вессел хотел лишь одного — попасть на службу в армию короля, как его покойный отец! – Эй, малец! – резкий окрик одного из стражников вернул его из мира мечтаний. – Сгоняй-ка в погреб и принеси нам холодного пива! Да бегом, а не то опять получишь своей метлой по заднице! – и мужчина громко рассмеялся. Нахмурившись, Вессел покорно побрёл к кладовым. Отдалившись от стражников на несколько шагов, он незаметно вытащил из-за пазухи медальон с ликом Эйнхазад. Маленький кусочек серебра стал для него единственной связующей нитью с прошлым. Сжав в кулаке драгоценный подарок отца, Вессел ускорил шаг. Боги! С каким наслаждением он преподал бы им всем урок... Всякий раз, лёжа ночью на сене рядом с боевыми скакунами, он доставал медальон и, как в далёком детстве, представлял себя могучим воином: сильным, ловким, перед кем эти стражники бы лебезили, просто проходя мимо… Но, к сожалению, мечты всегда оставались мечтами. Временами, когда становилось совсем тяжко, он даже начинал жалеть, что не погиб той страшной ночью. Спустившись в погреб, Вессел увидел на земле черенок от лопаты и, схватив его, внезапно принялся изо всех сил колотить по пузатым бочкам. На глазах юноши от злости и обиды выступили слёзы. Что-то яростно прокричав, он отшвырнул в сторону черенок и медленно опустился на колени. – Ненавижу… – Эй, малыш. Хочешь я дам тебе силу, чтобы отомстить им всем? – прошептал вдруг в темноте незнакомый голос. От неожиданности Вессел вздрогнул и, вскочив на ноги, осмотрелся по сторонам. – Кто здесь? За плечом раздался слабый смешок: – Я. – Кто ты? – О-о-о… У меня немало имён, мой друг. Вессел стремительно развернулся, но всё равно никого не заметил. Испугавшись, он попятился, пока не упёрся спиной в ряд бочек. – Меня нельзя увидеть просто так, – сказал голос. – Я сам покажусь тебе, если пойму, что ты избран. – Избран? Для чего? – Вессел немного осмелел, осознав, что в данный момент ему ничто не грозит. Невидимый собеседник вновь захихикал. – Не стоит спешить с вопросами. Ты всё узнаешь сам. В своё время... Всё ещё не понимая, явь это или сон, Вессел ущипнул себя за руку. Стало больно, и он не на шутку струхнул, решив, что сходит с ума. – Я сплю? – Нет… Ты не спишь. – А-а... как?.. – Ответь мне, мальчик, – перебил его голос. – Ты хочешь обрести силу? Хочешь отомстить им? – Отомстить? – Да! Отомстить всем, мой мальчик. Стражникам, которые каждый день издеваются над тобой. Тому рыжему мальчишке с большими кулаками, который вместе с дружками вынудил тебя проглотить помёт вчера в курятнике. Помнишь? Всем, кто когда-либо причинил тебе зло. Ты хочешь заставить их уважать себя? – Да… – нерешительно прошептал Вессел. – А твоя мать? – продолжал голос. – Разве ты забыл о том, как она умерла? А твой отец? Вессел до боли сжал кулаки, когда услышал эти слова. От внезапно нахлынувшего гнева потемнело в глазах. За десять лет он невольно смирился с потерей и почти не вспоминал о родителях. Но теперь воспоминания вырвались наружу, и если до этого мгновения Вессел не осознавал своих собственных желаний, то сейчас всё встало на места. Он понял, что за годы, проведённые в казарме, жаждал лишь одного — мести. Мести столь сладкой и желанной. Вессел мечтал отплатить ненавистным стражникам, что каждый день измывались над ним. Рыжему сыночку местного кузнеца и его приятелям. Конюху, который выпорол его вожжами за то, что юноша таскал лошадям хлеб с кухни, и самое главное… Он хотел найти тех, кто убил его родителей. Найти и… Всё это промелькнуло у него перед глазами за один миг, а предложение невидимого собеседника оказалось таким заманчивым, что Вессел не смог отказаться. – Я согласен. – А ты храбр, мой друг, – прозвучал смешок. – Это мне нравится! Иначе мы не говорили бы с тобой здесь и сейчас. – Что я должен сделать? Вессел не хотел упустить даже призрачный шанс стать сильным. Каким он был в мечтах... Нет! Ещё сильнее! Чтобы даже мысль о нём внушала всем ужас. – О, совсем немного, – голос прозвучал громче, словно невидимый собеседник приблизился. – Ты любишь путешествовать? Вессел вдруг растерялся. – Я… я не знаю. Я никогда не путешествовал. – Это не трудно исправить, мой друг, – опять засмеялся невидимка. – Но об этом позже, не всё сразу… Не всё сразу… а пока… Прими от меня небольшой подарок, это тебе поможет. Перед глазами у Вессела замелькали какие-то неясные символы, а затем в голове что-то вспыхнуло, и он потерял сознание.

***

Спустя какое-то время Вессел очнулся. Попытавшись подняться, он ощутил, как сильно закружилась голова, а по всему телу разлилась тупая, ноющая боль. Оставив тщетные попытки встать, он откинулся спиной к земляной стене погреба. «Что же это за голос такой? Почему именно я? Может, мне всё приснилось? Наверное, приснилось...» Решив в итоге, что это всё-таки был сон, Вессел, кое-как справляясь со слабостью, выбрался из погреба. Позабыв, для чего туда спускался, он неспешно побрёл к казармам, пошатываясь и спотыкаясь на каждом шагу, словно пьяница. Проходя мимо кухни, Вессел обратил внимание на громкое кудахтанье, сопровождавшееся глухими звуками ударов по дереву. Заглянув во двор, он увидел, как тучный повар, в забрызганном кровью белом переднике, забивает кур. Не обращая внимания на очередного любопытного мальчишку, мужчина извлёк из деревянной клетки толстого петуха. Прижав несчастную птицу к широкой колоде, он ловким движением отрубил ей голову и швырнул обезглавленную тушку в большую плетёную корзину. Внезапно Вессел заметил, как из корзины поднялось крошечное полупрозрачное облачко и начало медленно таять в воздухе. В тот же миг юношу словно подтолкнули в спину. Поддавшись неожиданному порыву, он шагнул вперёд и мысленно вдохнул это облачко. У него тотчас же прояснилась голова, исчезли слабость и боль... Вессел стоял и с изумлением прислушивался к внутренним ощущениям. Ещё никогда в жизни он не чувствовал себя так хорошо. Бодрость и сила словно переполняли его. – Что встал? А ну, проваливай отсюда, лоботряс! – выкрикнул повар, увидев, что парень продолжает пялиться на мёртвых кур. Вессел вздрогнул и, испуганно пробормотав извинения, вышел с кухонного двора и направился в любимую конюшню. Шагая по пыльным улочкам мимо приземистых каменных домов, юноша вспомнил загадочный голос, звучавший у него в голове. «Может это не сон?» Так, в раздумьях, он добрёл до квартала гильдий, когда тяжёлая рука опустилась ему на плечо, и хриплый голос произнёс над ухом: – Кажется, малец, ты про кое-то забыл? Обернувшись, Вессел увидел рядом с собой троих стражников и с ужасом вспомнил, что не захватил пиво из погреба. – Послушай, сосунок, неужто ты настолько плохо относишься к доблестным воинам из армии доброго лорда Штуттгарта, что не хочешь выполнить их маленькую просьбу? – с каждым словом рука на его плече сжималась всё сильней. – Простите, я… – залепетал юноша, но ему не дали договорить. Схватив за шкирку, словно маленького базарного воришку, один стражник потащил его в сторону тренировочных бараков. Остальные шли рядом, грозным видом отпугивая каждого, кому бы пришло в голову заступиться за сироту. – Сейчас мы научим тебя уважать лорда и его славных солдат, сопляк! Получив сильный тычок в спину, Вессел кубарем покатился по земле. Вокруг не было ни души. Да и кто в это время будет торчать на жаре в душных пыльных бараках? – Ну что парни, поучим щенка уважению? – рассмеялся один из стражников и шагнул по направлению к юноше. Вессел судорожно сжался в ожидании привычных побоев, как вдруг в голове прозвучал знакомый голос: – Пора, мой друг… В это же мгновение с оглушительным стуком захлопнулись двери барака, погрузив всё во мрак. Вессел закрыл глаза, а его губы сами собой прошептали: – Шассаартут’хэрра…

***

Следующим утром Вессела разбудили громкие крики, доносящиеся со стороны казармы. Когда, щурясь от яркого утреннего солнца, он вышел из конюшни во двор, его едва не сшибла дородная тётка с перекошенным от ужаса лицом. Оглядевшись, он увидел, как вокруг носятся люди, бегают испуганные стражники. Ничего не понимая, Вессел окликнул пробегающего мимо знакомого мальчишку-конюха, спрашивая, что произошло. – Некромансер в городе! – выпалил тот на ходу. – Сегодня поутру нашли мёртвых стражников в бараках. Жрец Эйнхазад сказал, что это дело рук тёмного мага. Сейчас город прочёсывают, ищут колдуна! Мысль, что он как-то связан с этим, мелькнула в голове Вессела, но, не придав ей значения, он тоже побежал в сторону бараков, сжигаемый свойственным каждому юнцу любопытством. Подбегая, он увидел гудящую толпу местных жителей. Взбудораженные люди переговаривались вполголоса, делясь впечатлениями о происшествии. Сбавив шаг, Вессел осторожно подошёл ближе. – Лица-то, лица! Видели? Жуть просто! – испуганно твердила своей собеседнице какая-то женщина в грязном засаленном переднике. – Их как вынесли на свет, так я чуть духа не лишилась! Высохшие, словно чучела! – она наклонилась к товарке. – Жрец сказал, что это некромант вытянул из них жизнь. Так-то вот! Заметив подслушивающего юношу, тётки перестали судачить. – Иди-ка отсюда! Неча тебе тута делать. Малой ещё такие страсти смотреть! Но Вессел, проигнорировав высказывания в свой адрес, обогнул женщин и начал потихоньку протискиваться вперёд. Возле самих бараков стояла группа стражников во главе с сержантом Грэмли. Пожилой вояка выглядел усталым и напуганным. Кто бы мог подумать, что жуткие рассказы о чёрных магах из далёкого детства вдруг оживут прошлой ночью! Когда он увидел останки стражников, то даже такому матёрому и бывалому воину стало не по себе. Высохшие тела болтались внутри кирас, как обглоданные куриные кости в пустой пивной кружке. А жуткие оскалы лиц, казалось, смотрели прямо в душу, словно спрашивая: «Как же так?» Сейчас сам Первосвященник из храма Эйнхазад обследовал тела. Лорд Штуттгарта приказал оцепить бараки и усилить патрули по всему городу, а жителям доносить о любых чужаках, замеченных в округе. В этой сумятице никто не обращал внимания на юного парня, крутившегося возле места трагедии. Когда Вессел увидел трупы, он всё вспомнил: незнакомые слова, сорвавшиеся с губ, багряный туман, неторопливо пожиравший его обидчиков. В ужасе он бросился прочь из этого места, но, не успев пробежать и двух шагов, уткнулся в человека в рясе. Вскрикнув от неожиданности, Вессел попытался, извинившись, улизнуть, но его глаза встретились с взглядом служителя Эйнхазад. Священник замер в изумлении, когда вдруг почувствовал тьму в безобидном юноше, которого знал не один год. – Ты?! Поняв, что его страшная тайна раскрыта, Вессел стремглав метнулся прочь, но монах что-то гортанно выкрикнул, и юноша упал. Вскочив, Вессел дёрнулся, но не смог сделать и шага. Посмотрев вниз, он увидел полупрозрачные красно-жёлтые щупальца, тянувшиеся из земли к его ногам. Они опутали стопы и щиколотки, словно живые древесные корни, и не давали сдвинуться с места. Жуткий вопль настоящего животного ужаса вырвался из глотки Вессела, когда он понял, что его поймали. Наказание для некроманта могло быть только одно — пытки, а затем медленная смерть на костре. В этот момент его ослепила яркая вспышка, и он провалился в небытие.

***

Очнулся Вессел от нестерпимого холода. Откуда-то раздавался звук капающей воды, на фоне звенящей тишины, звучащий словно удары молота по наковальне. Пол был холодным и грязным на ощупь. Вокруг стоял тяжёлый, затхлый запах. Всё тело ломило от боли, будто его старательно и долго избивали. Вессел с трудом открыл слипшиеся глаза. Из крохотного отверстия, где-то наверху, лился тусклый свет, достаточный для того, чтобы оглядеться. Поросшие плесенью стены из грубо отёсанных камней. Небольшая куча зловонного прогнившего сена в углу возле дыры отхожего места, откуда шёл такой смрад, что у любого пропало бы даже малейшее желание справить нужду. Судя по всему, Вессел находился в одной из многочисленных тюремных камер в подземелье замка. О... Он слышал много баек об этих казематах, и ещё больше небылиц мог бы рассказать сам, но становиться частью зловещих историй в его планы не входило. Закусив губу, Вессел попытался подняться, но его тело пронзила страшная боль, а сам он понял, что прикован к стене большой ржавой цепью, и стражники, видать, решили перестраховаться для верности: не только ноги, но и руки оказались закованы в тяжёлые кандалы. «Медальон!» Вессел в ужасе ощупал грудь и облегчённо выдохнул: подарок отца был на месте. Где-то совсем близко пропищали крысы. Сдержав рвущийся из груди стон, юноша приподнялся на локтях. С трудом передвигая руками — каждое движение отдавалось мучительной болью, — он отполз подальше от зловонного нужника, насколько позволяла цепь. Закрыв глаза, Вессел привалился к холодной стене, прокручивая в голове всё, что произошло с ним за минувший день. «Надо же… Оказывается, это не сон… Чудеса, да и только...» «А как же трупы? Смерть?.. Убийства?..» – словно нашёптывала ему совесть. «Я всё сделал правильно. Они это заслужили!» Вессел почему-то не испытывал ни капли сострадания к убитым им стражникам. – Чтоб вы все сдохли, сволочи! – выкрикнул он в пустоту, со злостью пнув ногой цепь. Обхватив руками колени, он задумчиво уставился на серую крысу, выползшую из-под груды сена. Животное безбоязненно смотрело на узника, словно понимая, что прикованный к стене, он ничем ей не навредит. Вессел замахнулся на крысу рукой, и та со скрежещущим писком скрылась в гнилом сене.

***

Прошло несколько часов. Вессел уже изучил каждый камень в темнице и сейчас просто сидел в углу камеры, слушая громкое урчание пустого желудка. Промучившись в ожидании неизвестного, юноша крепко заснул. Проснулся он от странного ощущения. Что-то мягкое и тёплое настойчиво царапало голую ногу. Открыв глаза, Вессел увидел ту самую крысу, бесстрашно сидевшую на его колене. Резко дёрнувшись вперёд, он схватил её и поднёс к лицу. Вессел смотрел, как крыса бешено извивалась в его руке, пытаясь вырваться, но силы были неравны, и все попытки освободиться остались безуспешны. Словно осознав это, зверёк затих. Глядя прямо в чёрные глаза животного, Вессел начал медленно сдавливать крысу в руке. Слушая пронзительный писк, он чувствовал каждую косточку, хрустевшую под его пальцами, впитывал каждый звук, издаваемый умирающим животным. Ему почему-то нравились эти ощущения. Более того, он наслаждался страданиями живого существа. Но, в конце концов, ему это быстро надоело. С силой сжав пищавшую от боли крысу, Вессел снова увидел полупрозрачное маленькое облачко, отделившееся от мёртвого грызуна. Как и раньше в курятнике, он вдохнул его, мгновенно ощутив небольшой прилив сил. – Ну что, получше? – прошептал в голове знакомый голос. – Лучше, – машинально ответил Вессел, но затем спохватился. – Почему вы выбрали именно меня? – Скажем так, я не люблю, когда обижают сирот, – ответил голос. – А у тебя, мой мальчик, к тому же отменные способности к магии. – К магии? Вессел даже открыл рот от удивления: настолько его шокировала эта весть. – Да, мой друг. Ты хороший маг, правда, пока лишь в потенциале. Но я думаю, мы быстренько исправим это. – С ума сойти! А вы тоже маг? – Не буду этого отрицать, – смеясь, ответил невидимка. – Могу даже утверждать, что один из лучших в этом мире. – А вы меня научите? И как мне… – юноша запнулся, – вас называть? Раз вы не говорите, кто вы. – Конечно, научу. А называть… – голос в голове на мгновение замялся, словно не ожидал такого вопроса. – Если желаешь, можешь называть меня Учителем. Да, да. Хорошая идея. Называй меня Учителем. И раз уж я твой учитель, а ты соответственно мой ученик, то мы можем начать первый урок. Если ты ещё этого хочешь, мой мальчик. Отшвырнув в сторону мёртвую крысу, Вессел замер от волнения, боясь поверить в происходящее. – Конечно, хочу! – Вот и славненько, – захихикал незримый наставник. – Вот и славненько. Для начала избавимся от этого… Юноша вздрогнул от звука свалившихся с его рук оков. Не веря своему счастью, он удивлённо уставился на руки, медленно растирая запястья. – Жрецы... – в голосе Учителя послышались презрительные нотки. – Наложили на цепи магические оковы, словно это может меня остановить. Ну да ладно. Эта маленькая крыска добавила тебе капельку сил, мой юный друг, но лучше всё же ещё тебя подлатать. И губы Вессела опять сами собой прошептали: – Э'Куль… Тело сразу же окутала лёгкая светящаяся дымка. Прямо на глазах затянулись рубцы от оков, пропали синяки, вернулась к обычному виду разбитая губа. Вессел встал и в изумлении принялся ощупывать себя. Нигде ничего не болело, а сам он ощущал необычайную бодрость, словно выспался на мягкой перине, а не на холодном полу камеры. – Запомни это эльфийское заклинание, малыш. Порой от эльфов всё же бывает какая-то польза, – засмеялся Учитель. – Ну а теперь попробуем кое-что поинтереснее. В голове Вессела всплыло ещё одно незнакомое слово. – Представь что-нибудь, что ты хотел бы ударить, малыш, и произнеси это заклинание. Вессел кинул взгляд по сторонам. Почему-то ничего, кроме кучи сена у нужника, ему в голову не пришло. Вперившись в неё взглядом, он тихо произнёс: – С'Ууул. В то же мгновение что-то невидимое ударило в кучу сена, разметав его по всей камере. Отплёвываясь и стряхивая с себя зловонную гнилую траву, Вессел вновь услышал хихикающий шёпот Учителя. – Недурно, мой друг, совсем недурно. Хоть слегка и неудачный выбор цели, но, раздери меня Баюм, очень даже неплохо! – Что это было?! Вессел от неожиданности испугался, боясь поверить в то, что сейчас случилось. – Это первое боевое заклинание, которому обучаются все маги, мой друг, – теперь в голосе наставника не было ни капли веселья. – Оно сжимает воздух в невидимый шар. Очень плотный, хочу заметить. А ты взглядом указываешь место, куда хочешь его послать. – А человека так можно? – спросил Вессел, вспомнив своих обидчиков. Учитель снова захихикал. – Конечно, можно, мой мальчик. Я бы подметил, что в твоей ситуации — это даже необходимо. И теперь у тебя есть выход отсюда, так что скоро увидимся, мой юный друг, скоро увидимся. А сейчас я тебя ненадолго оставлю, – и голос пропал. Ошеломлённый услышанным, Вессел опустился на каменный пол. То, что произошло, стало для него дверью, ведущей в сказочный мир магии, заглянуть за которую он даже и не мечтал. Горизонты, открывшиеся перед ним, были сходны внезапно ожившей сказкой. Маг! Он теперь настоящий маг! Плевать, что он умеет меньше самого захудалого ученика из таинственной Башни Слоновой Кости, где находилась школа магов и волшебниц. Само наличие хоть каких-то способностей было настолько заманчиво, что Вессел зажмурил глаза и погрузился в грёзы. «Ветер… Магия ветра, пусть и самая слабая». Ей с незапамятных времён владели загадочные тёмные эльфы, и то, что он, как и они, мог хоть чуть-чуть, но управлять воздушной стихией, весьма ему льстило. Но долго предаваться приятным мечтаниям Весселу было не суждено. Послышались тяжёлые шаги. С громким лязгом открылась дверь, и Вессела ослепил яркий свет. В камеру заглянул стражник в грязном мундире. Подняв над головой горящий факел, он швырнул на пол ломоть сухого хлеба и шматок плесневого козьего сыра. – Держи свою жратву, сопляк. А то здешние крысы пожирнее тебя будут. «Сейчас или никогда», – мелькнуло в голове Вессела. Вперив в тюремщика пристальный взгляд, он выкрикнул заветное слово: – С'Ууул! В тот же миг, невидимый сильный удар отшвырнул стражника назад в коридор. Послышался глухой звук падающего тела, и наступила тишина. Переждав несколько секунд, Вессел шагнул к дверному проёму и опасливо выглянул в коридор. Стражник недвижно лежал возле стены. Он явно был без сознания или даже мёртв. Проверять это юноша не намеревался и, подняв с пола факел, немедленно поспешил убраться подальше от опустевшей камеры.

***

Вессел осторожно шёл по узкому коридору вдоль холодных стен, выложенных из камня. Он двигался бесшумно, лишь факел еле слышно потрескивал, разбрасывая вокруг яркие искры. На пути то и дело попадались на глаза крысы, мгновенно убегающие при его приближении, будто недавняя гибель сородича сообщила им об опасности, исходящей от этого человека. На счастье Вессела, кроме крыс, он больше никого не повстречал, и вскоре, впереди показалась неказистая дверь. Погасив горящий факел в небольшой лужице на полу, юноша приблизился к двери и медленно потянул за ручку. Заглянув в щёлку, он увидел низкую комнатушку, в которой стоял грубо сколоченный деревянный стол и две таких же лавки. За столом, под неровный свет огарка свечи, играли в карты два стражника. Вессел рефлекторно отпрянул назад. Потихоньку притворив дверь, он закрыл глаза и прижался спиной к холодной каменной стене коридора. «Проклятье!» Мимо стражников ему незамеченным не пробраться, но и справиться с двумя вооружёнными взрослыми мужчинами он не сможет, даже с новым заклинанием. На какое-то мгновение Вессела охватила безудержная паника. «Всё! Конец. Меня ждёт смерть!» Юноша лихорадочно пытался найти какой-нибудь выход из трудной ситуации, и тут он вспомнил то, с чего всё началось. Бараки… Стражники… Кровавый туман… Слово… «Слово! Нужно вспомнить то слово!» Вессел напряг память, но, как назло, не мог вспомнить. «Шарра… Нет, не то. Шасссра… Тоже нет!» В глубоком отчаянии он закусил губу. «Шассар… Вроде похоже… Вспомнил!» Вессел насилу сдержал ликующий вопль. Уже не прячась, он распахнул дверь. Оба стражника на мгновение опешили, когда перед их глазами возник пойманный у бараков тощий черноволосый мальчишка. В комнатушке повисла звенящая тишина. Вессел шагнул вперёд и издевательски усмехнулся. – Ах ты, паскуда! – один из стражников швырнул карты на стол и вскочил со скамьи, выхватывая меч... ... и в этот миг губы юноши прошептали слово…