История некроманта: Наследник судьбы

Прошло два дня после побега Вессела. Тогда, в подземелье, ему крупно повезло. Комнатушка, где сидели двое несчастных стражников, заканчивалась дверью, что вела во внутренний двор замка, и юноше, знающему местные закоулки как свои пять пальцев, не составило большого труда затеряться в них и переждать до вечера в укромном уголке. С приходом сумерек, он беспрепятственно прошёл сквозь открытые ворота замка и через несколько мгновений благополучно скрылся в близлежащем подлеске. Голодный, уставший и обозлённый, Вессел бесцельно бродил по окрестным лесам, питаясь ягодами, грибами и сырым мясом диких кроликов, каких ему удавалось подбить заклинаниями. Не решаясь выходить из чащи при свете дня, он был вынужден постоянно прятаться из-за того, что местность вокруг замка и города прочёсывали отряды стражников и егерей. Не такую жизнь он представлял себе после того, как овладел тайными знаниями. Но фортуна распорядилась так, что юный маг стал изгоем, на которого была объявлена охота, и теперь любой, даже старый лесник Альвих, с которым Вессел раньше вместе бродил по лесам, без разговоров всадит ему стрелу в спину. В какой-то момент юноша отчаялся и даже хотел сдаться на милость солдатам, но именно тогда судьба решила дать ему маленький шанс...

***

Наступал очередной рассвет. Кутаясь в обрывки одежды, Вессел спал, свернувшись калачиком в корнях большого дерева, когда его разбудила громкая ругань на незнакомом языке. Перепугавшись, он вскочил на ноги и собрался уже по привычке дать дёру, но в этот раз что-то его остановило. Вессел поёжился от холода, в нерешительности переступая босыми ногами по мокрой от росы траве, и неожиданно для себя зашагал в сторону, откуда доносились крики. Скрытно подобравшись к густым зарослям лещины, он осторожно раздвинул ветки и увидел сквозь зелёную листву широкую тропу. На ней, увязнув в глубокой колее, стояла небольшая телега с запряжённым в неё коренастым пони, а рядом с повозкой, громко бранясь и размахивая руками, крутился самый настоящий гном. Весселу ещё не доводилось видеть гномов. Всё, что он знал о них строилось на многочисленных рассказах старого Теодориха, и, судя по поведению и облику хозяина пони, слуга его отца не сильно привирал в своих историях. Громогласный владелец телеги был невысокого роста, кряжистый, с короткими мускулистыми руками. Лицо гнома украшала густая рыжая борода, а через круглую обветренную щёку тянулся тонкий бордовый шрам. На необычайно широкой спине висела секира с блестящим полукруглым лезвием, украшенным замысловатым орнаментом и непонятными юноше символами. Крепко бранясь и пыхтя, как паровой агрегат, гном тщетно пытался сдвинуть телегу, понукая лошадь, но упрямый пони недовольно фырчал и смешно крутил косматой головой, совершенно не желая трогаться с места. Вессел, раскрыв рот, смотрел на развернувшуюся перед ним смешную картину. Позабыв про осторожность, он подался вперёд и.... Хрустнувшая под ногой юноши сухая ветка насторожила гнома. Бросив телегу, он сдёрнул со спины секиру и, пригнувшись, шагнул к кустам. – Хэй ир майют! Ангут узбук’ул им амруз иртирр! – выкрикнул он, подступая к зарослям. [Эй, в кустах! Медленно выходи и держи руки над головой! (язык гномов)]. Вессел в испуге отшатнулся назад, но внезапно поскользнулся на мокрой траве и, комично взмахнув руками, приземлился мягким местом на жёсткую кочку. Взвыв от боли, он вскочил на ноги и неожиданно увидел показавшуюся из кустов нахмуренную физиономию гнома. – Эй! Кому говорят. А ну вылазь! – повторил тот на вполне сносном языке людей. Весселу ничего не оставалось, как подчиниться. Потирая ушибленный зад, он вышел на дорогу и на всякий случай показал пустые ладони. – Я не вооружён. Просто обычный путник. – Знаю я таких путников, – буркнул гном. – Стоит лишь зевнуть, и тут же получишь ножом в брюхо. А ну давай-ка подними руки и замри. И смотри мне, чтобы без глупых шуток. Не то живо станешь ниже в росте на голову. Вессел безропотно поднял руки и замер, чтобы не спровоцировать гнома. Тот скептически пробежал беглым взглядом по изодранной грязной одежде юноши. Что-то проворчав, он приблизился к Весселу и, переложив топор в левую руку, начал его обшаривать. Когда ладонь гнома наткнулась на подаренный отцом медальон, Вессел испуганно дёрнулся. – Не боись, не отниму, – окончательно убедившись в отсутствии спрятанного оружия, гном отошёл на несколько шагов назад и недоверчиво прищурился. Вессел судорожно сглотнул ком в горле и вжал голову в плечи. – Я не грабитель! – Да вижу уже, что не грабитель, – гном ловким движением забросил секиру за спину и упёр руки в бок. – Чего это ты без оружия по лесам слоняешься? А ну как на дикого зверя нарвёшься или того хуже — на орочью шайку. Звать-то тебя как? – Вессел, – смекнув, что никто его убивать не собирается, юноша расслабленно опустил руки. – Ясно… Ну а я Фрор, – широко улыбнулся гном. – Куда путь держишь, бедолага? Сказать правду Вессел не мог, поэтому промолчал. – Скрываешься от кого? Хотя не отвечай. И так вижу, что прячешься. – Ничего я не… – попытался соврать юноша, но гном прервал его взмахом руки. – Ты давай не юли тут, как эльфийка перед первой брачной ночью. По тебе ж сразу видно. Весь чумазый, в рванье, глаза вон по сторонам бегают. А ну рассказывай, что натворил, пока не отвёз тебя в замок. Вессел опустил глаза. – Простите, почтенный Фрор. Меня ищут за воровство. Я сирота и на торгу хотел украсть хлеб, потому что не ел уже два дня… – солгал он, не моргнув глазом. – Эх ты… – недоверчивый взор Фрора сразу смягчился. – Так… Давай-ка для начала тебя накормим, а затем поразмыслим, что с тобой делать, – и сердобольный гном полез в телегу за снедью. Роясь в повозке, он чем-то громыхнул и, тихо выругавшись, повернулся к Весселу, держа в руках приличный кус жёсткой конской колбасы и буханку хлеба. – У нас тут, конечно, не харчевня при замке, но есть можно. Тащи-ка сюда свои кости! Оголодавший за дни скитаний, юноша с жадностью накинулся на еду. Давясь и кашляя, он откусывал большие куски и, не жуя, пытался их сразу проглотить. – Полегче, малой, полегче, – засмеялся Фрор. – Эдак и подавиться недолго! – Умху, – буркнул с набитым ртом Вессел, вгрызаясь в колбасу. Гном по-отечески посмотрел на него, покачивая головой. – Что ж мне с тобой горемычным делать? Вот ведь… Нельзя тебе в замок-то соваться. Сцапают сразу. Как есть говорю. И моргнуть не успеешь… – Фрор задумался, а затем хлопнул себя по ноге. – Придумал! Поехали со мной в нашу деревню? Вдвоём в пути одно веселее. А как доберёмся, я поговорю со старейшинами. Они тебя отправят, куда захочешь, хоть в сам Аден. Вессел поднял глаза, не веря услышанному, в одночасье позабыв про голод и всё остальное. – Почтенный Фрор… – Что ты всё заладил, почтенный да почтенный! – вскинулся гном. – Зови меня попросту Фрор, ну или мастер Фрор, если уж неймётся. И это… – гном громко шмыгнул носом, – хватит выкать уже. Я еще не такой старый. – Хорошо, – улыбнулся юноша. Он уже и думать перестал о том, как выбраться отсюда, а тут судьба неожиданно сделала ему такой щедрый подарок. – Вот так-то лучше! – гном подмигнул Весселу. – Ну, давай, что ли, для начала вытянем телегу из этой ямы, будь она проклята. – С удовольствием, мастер Фрор! На душе у парня стало заметно спокойней. Подсобив гному с телегой, Вессел запрыгнул в повозку, и они двинулись в путь.

***

По дороге Вессел и гном постепенно разговорились. Юноша узнал, что Фрор, как и его отец, а ещё раньше и его дед, был странствующим торговцем: возил в Штуттгарт на обмен оружие, доспехи и всяческие инструменты, а обратно вёз шёлковые ткани, дорогое вино и прочий товар, какой гномы не могли сами произвести. Так, незаметно пролетело два дня. При свете солнца они ехали по тракту, а когда темнело, останавливались у какой-нибудь таверны. Но вскоре безопасная дорога кончилась. Дальше путь лежал через Разграбленные равнины. Именовались они так не случайно, как объяснил Фрор, и путникам в этом гиблом месте нужно было смотреть в оба. Сюда со всех сторон стекались всевозможные любители лёгкой наживы, желая разжиться за счёт путешественников, кто по той или иной причине не мог воспользоваться услугами портала в Штуттгарте. – Поедем подальше от тракта, – втолковывал Фрор. – Ехать по дороге без сильной и надёжной охраны — глупо. Уже не один гном оставил здесь не только своё добро, но и жизнь. На самих-то равнинах очень маленький шанс нарваться на неприятности. Вряд ли наткнёмся на кого. Фрор обернулся и скептически оглядел щуплого юношу. – Ты с оружием обращаться-то умеешь? – В детстве отец пытался научить… – смутился Вессел. Не рассказывать же гному, что единственным оружием, которое он держал в руках, была игрушечная сабелька, подаренная матерью в далёком беззаботном детстве. – Ладно, лови на всякий случай! – на колени ему шлёпнулся большой кинжал в блестящих чёрных ножнах. Не веря своим глазам, Вессел положил ладонь на рукоять, обвитую узкими полосками кожи, и медленно вытянул клинок из ножен, обнажая блеснувшее на солнце лезвие. – С ума сойти… – прошептал он, разглядывая загадочные руны и бледный рисунок виноградной лозы, тянувшийся вдоль узкого жёлоба. – Работа гномов, – небрежно бросил из-за плеча Фрор. – Это тебе не эльфийские зубочистки. – Да-а-а, – восхитился Вессел, чьи детские фантазии оживали на глазах. Настоящий клинок, да ещё и выкованный гномами! – Доспехи бы тебе… Хоть самые плохенькие. Я-то свои не снимаю, – гном звонко стукнул себя по груди. – Но тебе предложить нечего. Так что ты это… Поосторожней. Зря на рожон не лезь.

***

Ночи в этих безлюдных местах наступали очень рано, и, когда на стремительно темнеющее небо высыпали первые звёзды, Фрор скомандовал привал. – Огонь не разводить, а то приманим грабителей, – гном опасливо огляделся по сторонам. – Хорошо, – Вессел во всём был готов слушаться Фрора: шутка ли, ночевать на равнинах, полных разбойников? – Перекусим холодным и спать. Завтра, если повезёт, благополучно доберёмся до Оплота, а там в обход. – Что за Оплот? – Оплот? Да так… – Фрор уже расстелил на твёрдой земле плотное шерстяное одеяло и готовился прилечь. – Старая крепость, через которую идёт тракт. Прежде там находился небольшой гарнизон солдат, охранявших проход. Но потом что-то случилось, и королевские войска оттуда ушли. А нынче в Оплоте засел однорукий Торквольд со своей бандой. – Торквольд? – Да. Главарь самой крупной шайки на равнинах. Но через Оплот мы не пойдём, как я уже сказал. Есть потайная гномья тропа, которую… Неожиданный громкий свист прервал гнома. – Вот демоны, накаркал! – Фрор вскочил на ноги, схватив с земли топор. – Разбойники! Ну надо ж было так вляпаться! Откуда-то из ночной темноты вылетела стрела и со звоном отскочила от защищённой доспехами груди гнома. – Хрена вам козлиного! – гаркнул в кромешную темноту Фрор, и с внезапным проворством шмыгнул под защиту высоких бортов телеги. – А ты чего встал столбом, остолоп?! – прошипел он Весселу, и юноша, выйдя из ступора, одним прыжком оказался рядом с гномом. Фрор с беспокойством взглянул на стреноженного пони. – Лошадь бы не подстрелили, стервецы. – Эй, гном! – позвали из темноты. – Давай по-хорошему разойдёмся. Бросай телегу с барахлом и топорик не забудь туда положить. Тогда останетесь с мальчишкой живы и здоровы! – Всего-то? А портки мои не нужны? – выкрикнул Фрор в ответ. – Свежие! Лишь неделю таскаю! Почти не пахнут! – Делай, что говорят, если хотите жить! – Не родился на свет ещё такой бродяга, чтобы указывать свободному гному! Может, назовёшься, раз смелый такой? – Зачем? Хочешь знать, кто тебя без порток оставит? – засмеялись в темноте. – Хочу знать, на чьи трупы я помочусь через полчаса! – рявкнул Фрор и повернулся к Весселу. – Надо их разозлить, глядишь, и вылезут, – гном опасливо высунулся из-за повозки. – Только ты аккуратней, смотри про стрелка-то не забудь. Будто подтверждая его слова, из темноты вылетела вторая стрела и с глухим стуком вонзилась в самый верх борта. Гном посерел лицом и, застыв, как изваяние, несколько раз быстро моргнул: дрожащая стрела торчала буквально в волоске от его щеки. – Эльф у них, что ли? – прошептал он себе под нос. – Адаш сиг'н хабр лук’х… [Проклятые длинноухие шлюхи… (язык гномов)]. – Что ты сейчас сказал? – с интересом спросил Вессел, вновь услышав гномью речь. Фрор скосил глаз в его сторону. – Нашёл, когда спрашивать. После расскажу… Если утро живыми встретим. – Ну что, гном, чего решил? – снова послышалось из темноты. – Себя не жалко, так мальца пожалей! – Себя пож… – хотел было крикнуть Вессел, но Фрор быстро зажал ему рот твёрдой, как дерево, ладонью. – Ш-ш… Тихо… Давай за мной, – и беззвучно, несмотря на кажущуюся неуклюжесть, скользнул вперёд. Вессел, стараясь не произвести шума, последовал за своим товарищем. Ничего не видя перед собой, он прополз несколько шагов, пока не уткнулся лбом в широкий зад притаившегося гнома. – Куд… – хотел было спросить он шёпотом, но ему опять зажала рот жёсткая ладонь. Фрор тихонько постучал пальцем ему по голове и медленно показал куда-то вперёд. Вессел вгляделся в окружающую темень и едва не вскрикнул, увидев на незначительном расстоянии движущуюся тень. Гном опять постучал ему по лбу, привлекая внимание. Затем что-то изобразил пальцами, показывая то на себя, то на него, то на прятавшегося впереди разбойника. Ничего не понимая, Вессел виновато пожал плечами. Фрор раздражённо махнул рукой и, поудобнее перехватив секиру, присел на полусогнутых ногах. – Барра!!! – нежданно разорвал ночную тишь боевой клич гномов. От внезапности, Вессел с перепугу едва не пустил петуха, а Фрор, резво оттолкнувшись от земли, прыгнул вперёд. Спустя мгновение, на том месте, где находилась тень, раздался звон стали и громкий надорванный крик. Юноша стремительно бросился вперёд, желая хоть как-то помочь новому другу, но, подбежав, понял, что уже всё кончено. Гном стоял, опёршись на секиру, и пристально смотрел куда-то вдаль. У его ног, в тёмной луже крови лежало безжизненное тело. – Тьфу ты. Убежал проклятый, – сплюнул с досады Фрор. – Как убежал? – не понял Вессел. – А это кто? – показал он на мёртвого разбойника. – Второй, говорю, убежал. – Ну, от гнома только калека не смог бы сбежать, – насмешливо произнёс в ночи ещё один незнакомый голос. Вессел, судорожно сжав кинжал, тут же шагнул поближе к Фрору, под защиту его секиры, но тот вдруг рухнул вниз и резко дёрнул юношу за ногу, опрокинув его на землю. – Ш-ш… Вот и лукарь… – гном настороженно всматривался в ночь. – Эй, длинноухий! – громко крикнул он лучнику, прикрыв голову широким лезвием топора. – Долго там сидеть вздумал? А то мне бесконечные разговоры вести некогда! Дел полно! – Надо же, занятой какой. А как же за проход заплатить? Хотя о чём я, жадность гномов вошла в легенды! – рассмеялся невидимый собеседник. – Ты мне тут про жадность-то не чеши! – взъелся Фрор. – Издалече вы все мастера языком трепать! Лучше сюда подойди, ежели не страшно! Тут и потолкуем. – Ну, раз зовёшь, то отчего и не потолковать? Спустя пару секунд перед их глазами возник стройный тёмный силуэт. – Эльфийка, – восторженно выдохнул Вессел. Позабыв про опасность, юноша поднялся с земли, разглядывая ночную гостью. Разбойница была примерно одного с ним роста. Тонкий стан облегала коричневая куртка из мягкой выделанной кожи. За спиной вырисовывался изгиб тугого лука и стрелы в колчане, но больше всего юношу поразила необыкновенная красота незнакомки. Тонкие аристократичные черты лица. Огромные изумрудные глаза, аккуратный нос, красивая линия губ. Немного увеличенные, по человеческим меркам, заострённые кверху уши, проглядывающие сквозь локоны золотых волос, не портили, а напротив, подчёркивали удивительную красоту эльфийки. – Ты стреляла? – обратился к разбойнице гном, и, метнув быстрый на Вессела, грубо толкнул плечом застывшего от восторга юношу. – Слюни-то подбери. Эльфийка насмешливо пожала плечами. – Может и я. Гном неожиданно расхохотался. – А что промазала-то? Косоглазая аль криворукая? Иль и то, и другое? Отсмеявшись, Фрор бросил быстрый взгляд на Вессела. – Запомни этот день, парень. Когда ещё увидишь криворукого и вдобавок косоглазого эльфа. – Осторожней со словами, гном, – прищурилась разбойница. – Не то продолжишь путь без своих причиндалов. За проход платить-то будешь? – Мои причиндалы всегда были при мне, и останутся там же и после моей смерти, – ощерился Фрор. – А за проезд ни в жисть не платил и не собираюсь. Если закончила трепаться, то вынимай свою рогатку, и посмотрим кто кого. А нет, так вали к демонам с дороги! – С детства не любила луки, – с наигранной скукой в голосе сказала эльфийка, неспешно снимая со спины лук с колчаном и бросая их в траву. – Поэтому и промахнулась. Фрор довольно осклабился. – Надо же! Залюбить, что ли, до смерти решила? Дык мы это… не против. Только чур я первый. – Я же предупреждала, гном! – в руке прекрасной незнакомки возник длинный тонкий кинжал. – Осторожней со словами. Помнишь? Ничего не ответив, Фрор вдруг резко выбросил руку с топором вперёд. Вессел даже не разглядел движения, но эльфийка совершенно непостижимым образом смогла увернуться. Выпрямившись, она насмешливо посмотрела на гнома. – Это всё, на что ты способен? – Я ещё и не начинал, – буркнул Фрор, а затем, крутанувшись на месте, взмахнул секирой над самой землёй, после чего прыгнул вперёд, выбрасывая топор перед собой. Но эльфийка вновь умудрилась уйти от удара… Крякнув от досады, гном громко выругался, и тут юноша впервые заметил на лице Фрора тень нерешительности. Вновь и вновь набрасываясь на эльфийку, тот безуспешно пытался достать разбойницу, но она каждый раз демонстрировала чудеса изворотливости, в самый последний момент ускользая от топора. – Ну же… давай… – сжав вспотевшей ладонью рукоять кинжала, Вессел напряжённо наблюдал за схваткой. В это время, видимо решив сменить тактику, гном замер. Тяжело дыша, он внимательно следил глазами за юркой разбойницей. «Он что, боится её?» – не понял юноша. Неожиданно Фрор стремительно бросился вперёд, высоко взмахнув топором. Движения секиры слились в единый сверкающий круг. Послышался громкий вскрик, и противники отпрыгнули друг от друга. Вессел бросил взгляд на эльфийку и увидел на белой щеке алую черту. Секира гнома наконец-то достигла цели. Изумлённо взглянув на противника, разбойница провела пальцем по ране. – То-то же… – тяжело выдохнул гном, поудобнее перехватывая секиру. Воспользовавшись заминкой, Фрор пытался перевести дух. – Ну что ж, поигрались и хватит, – эльфийка вновь прищурилась и переложила кинжал в другую руку. Внезапно, взметнув волосами, она с поразительной быстротой бросилась вперёд. Следующее мгновение Вессел увидел, словно в замедленном действии. Секира Фрора высоко поднялась для удара. Вот она опускается… Но юноша вдруг с ужасом понял, что движения гнома недостаточно быстры. Ночная гостья, изогнувшись необъяснимым образом, проскользнула под топором и очутилась у Фрора за спиной. Тускло блеснул кинжал и… Громкий стон вывел Вессела из ступора. С искажённым от боли лицом гном посмотрел на юношу и упал на колени. Опираясь на секиру, он силился подняться, но, ставшие уже непослушными, руки скользнули по древку, и Фрор с тихим стоном завалился на бок, выронив оружие в сухую траву. Эльфийка перевела насмешливый взгляд с умирающего гнома на Вессела. – Ну как? Нравится? – но юноша, не отрываясь, смотрел на кончик узкого клинка, с которого капала кровь его недавно обретённого друга. Внезапно Вессел почувствовал, как внутри него волнами закипает ненависть. В сторону полетел бесполезный подарок Фрора. Вессел медленно поднял глаза на убийцу. Его губы раздвинулись в злой усмешке. – Ты выбрала не тех путников… Шассаартут’хэрра! Эльфийка выронила кинжал и, обхватив себя руками, пронзительно закричала. Широко распахнутые глаза с ужасом смотрели на Вессела, спокойно наблюдающего за тем, как багровый туман медленно, но неотвратимо, пожирал её тело. Судорожными движениями она потянулась к поясу и дрожащими пальцами достала из небольшого мешочка листья какой-то травы. – С'Ууул! Неведомая сила вдруг ударила её по руке, разметав по безжизненной земле то, что всегда спасало её народ от тёмной магии. – С'Ууул! Ещё один удар свалил её с ног. Вессел неспешно подошёл. Склонившись к бьющейся в конвульсиях разбойнице, он крепко схватил её за горло и приподнял над землёй. – Ну как?.. Нравится? – Кто ты? – задыхаясь, прохрипела эльфийка. – Я… твоя… смерть! – тщательно произнося каждое слово, сказал Вессел, наблюдая, как медленно угасала жизнь в прекрасных некогда глазах, и, разжав руку, отпустил уже мёртвую ночную разбойницу. С глухим стуком тело эльфийки ударилось о землю. Заклинание выполнило свою задачу, вытянув всю жизненную силу из жертвы. Повернувшись к Фрору, юный маг увидел, что тот лежит на спине, без единого движения, но взор, прикованный к юноше, говорил о том, что гном всё ещё жив. – Ты живой! – обрадованный Вессел подбежал к другу. – Сейчас я… – но неожиданно наткнулся на взгляд, полный ненависти. – Уй… ди… от меня… нек… ро… мант, – прохрипел раненый. Вессел отпрянул, словно его окатили ледяной водой. – Я же пытаюсь помочь! Не бойся меня! Я твой друг! – Эг’онкер… Икке вар левенд дод… – Я не понимаю тебя! – Не… хочу… живым… мертвяком… – бессвязно бормотал Фрор, теряя сознание. – Каким мертвяком? – юноша не понимал, о чём шла речь. – Подожди, я сейчас! Вессел стремительно бросился к мёртвой эльфийке, но вместо неё, на земле лежала скрюченная высохшая мумия. Поборов брезгливость, он принялся тщательно обыскивать останки. «Оно должно быть у неё. Должно быть… Есть!» Вессел поднял к глазам небольшую склянку с красной жидкостью. Ещё когда он был маленький, старый Теодорих рассказывал ему о целебном зелье, которое делали эльфы и целители Эйнхазад. Зажав в руке снадобье, юноша быстро подошёл к гному. – Уй… ди, – снова начал тот, но Вессел, не обращая на протесты Фрора ни малейшего внимания, бережно перевернул его на живот. Оглядевшись, он поднял с земли кинжал эльфийки и аккуратно разрезал куртку на спине гнома. Рана выглядела совсем крошечной, и лишь тёмная кровь, толчками вытекающая из маленького отверстия, показывала, насколько смертельным был удар. – Сейчас будет больно, мастер Фрор, – раздвинув пальцами края раны, Вессел вылил на неё содержимое склянки. – Ахгррррррррр! – гном оттолкнул от себя юношу и медленно встал на ноги. Шатаясь словно пьяный, он поднял секиру и повернулся к своему спасителю. – Сирота… значит? – эффект от зелья поражал, и голос гнома с каждым словом обретал силу. – Так это из-за тебя… шумиха… в городе поднялась. – Мастер Фрор! – Вессел попятился от внезапно свихнувшегося рассвирепевшего друга. – Мертвяком не буду! А вот ты сейчас станешь! – Фрор упрямо мотнул головой и попытался взмахнуть оружием. – С’Ууул! Что-то внезапно ударило гнома в лоб и, неуклюже взмахнув руками, он рухнул на землю. – Простите, мастер Фрор, но вам сейчас лучше не двигаться, – Вессел подошёл ближе. С трудом подняв тяжёлую секиру, он отнёс оружие в телегу и вернулся к неподвижному Фрору. Схватив его за руку, Вессел зарычал от напряжения и медленными рывками потащил гнома к телеге. Уже разгоралась заря, и оставаться в этом месте было опасно, а впереди их ждал очень долгий разговор.

***

Пони, бодро стуча копытами, бежал по накатанной дороге, оставляя за собой длинный пыльный след. Вессел правил вожжами, стараясь не сбиваться с тракта. После случившегося у него совершенно пропал страх: он отчётливо понимал, кто он есть и что теперь может, и если кто-либо встанет на пути, то его постигнет участь ночной разбойницы. Пока гном лежал в телеге без сознания, Вессел практиковался в магии, выбирая мишенью то засохший куст, сиротливо торчавший у дороги, то низко пролетающих птиц. После нескольких тренировок, удары ветром стали получаться более сильными и точными, что чрезвычайно радовало юного мага. В какой-то момент, телегу сильно тряхнуло на очередной ухабине, и из-за спины донёсся приглушённый стон. Вессел остановил повозку и оглянулся. Гном лежал всё так же недвижно, только глаза были открыты и недобро смотрели на юношу. – Мастер Фрор… – Мертвяком не буду! – набычившись, буркнул гном. – Да что ты всё заладил-то! Ему жизнь спасли, а благодарности никакой! Только и знает… Мертвяки да мертвяки… – За это сердечно благодарю, но мертвяком всё равно не буду. Лучше убей! – Хорошо. Никаких мертвяков, – сдался Вессел. – Обещаю. Хоть и не пойму никак, о чём ты. Но недоверчивый прищур Фрора говорил сам за себя. – Ну-ну. Некромант и не понимаешь? – ехидно улыбнулся гном. – Ты это, прекращай меня дурить. Один раз прокатило. Думаешь, второй тоже пройдёт? Гномы не дураки, мы сразу видим обманщиков! – и гордо добавил: – Насквозь! Вессел решил не вступать в напрасный спор. Отвернувшись от упрямца, он подхлестнул лошадь, и они продолжили путь.

***

Вскоре в отдалении показался тёмный силуэт небольшой крепости. Вессел остановил повозку и окликнул гнома: – Мастер Фрор. Кажется, впереди крепость. Покряхтывая, гном приподнялся в телеге, разглядывая чернеющие вдалеке зубчатые башни. – Оплот. Ты прав. Эх, близко подъехали. Как бы ни заметили, – и взглянув на юношу, буркнул: – И магия твоя, некромант, не поможет. Там их больше сотни. Давай вправо, а потом прямо, пока не упрёмся в скалы. Вессел потянул за вожжи, и пони послушно сошёл с тракта.

***

Через пару часов изнурительной тряски по равнинным кочкам, они подъехали к подножью скал. – Теперь стреноживай лошадь. Будем ждать восхода солнца, – распорядился Фрор. – Зачем? – Как солнце взойдёт, – торжественно, словно актёр в театре, заговорил гном. – Следи за тенью от правой башни. Как она укоротится, в скалах увидишь отблеск. В том месте будет проход к тайной тропе. А сейчас давай спать. Путь впереди нелёгкий. – Понятно, – Вессел усмехнулся про себя: «Всё, как и говорил Теодорих». Расстелив на земле одеяла, юноша и гном принялись готовиться ко сну. – Фрор, – после небольшой паузы, произнёс Вессел. Хоть и неприятно в этом признаваться, но его терзало чувство вины. – Чего тебе, некромант? – после произошедшего, гном ни разу не назвал парня по имени. – Прости меня за обман. – Что, совесть замучила? – Фрор повернулся к Весселу, и, опёршись на локоть, пристально взглянул ему прямо в глаза. – А я ведь пожалел тебя, сиротинушку. Думал и, правда, сгинешь. А ты вона кем оказался... – Знаю, – Вессел был готов провалиться сквозь землю от стыда. – Ну не мог я сказать правду. Честное слово не мог. По крайней мере, всю… – Это почему не мог-то? Что ж я… изверг какой? – Так ты тут же сдал бы меня без долгих разговоров. Повязал бы и сдал стражникам. – Ага. А ты меня б как ту эльфийку потом, – гном поёжился, вспомнив багряный туман, за несколько мгновений превративший разбойницу в высохший труп. – Кто ж тебя научил-то такому? И Весселу ничего не оставалось, как поведать всю историю без прикрас. Откинувшись на спину, он стал подробно рассказывать про свои злоключения в замке: как над ним измывались, били, постоянно оскорбляли, и, что когда поступило такое заманчивое предложение, он не смог отказать… – Да-а… – гном глядел в ночное небо и обмозговывал услышанное. – А что, после того раза, учитель твой не объявлялся? – Нет… В голосе Вессела чувствовалось уныние. Он страстно желал узнать что-нибудь новое, связанное с магией, но загадочный наставник пока хранил молчание. – Чудаковатый он. Этот… твой учитель, – стал размышлять вслух Фрор. – Не могу понять, но что-то мне не нравится во всей этой истории. Грязь в ней какая-то. Ты тут ни при чём, – добавил он, увидев недовольное лицо юноши. – Просто это наше гномье чутьё. У нас магиков нет. Оттого мы и подмечаем больше остальных. Ладно… Поживём, увидим, некромант. Ты уж не серчай, если обидел чем. Просто я того… Не очень люблю колдунов. Особливо тёмных... – Ладно, а про каких мертвяков ты твердил всё время? – вспомнил вдруг Вессел фразу, сказанную Фрором на равнине после воздействия лечебного зелья. Гном недоверчиво покосился. – Ты что, правда, не знаешь? – Нет, конечно! – Ну, раз не знаешь, и хорошо, – обрадовался Фрор. – Я считаю, ты и без этого неплохо колдуешь. А мне спокойней… Давай спать. А то пропустим рассвет, – и повернувшись набок, моментально захрапел. Зная упрямство гнома, Вессел не стал настаивать. «Ничего, узнаю потом. Всему своё время», – повторил он слова учителя. – «Где же вы?» – подумал Вессел о наставнике, и, подложив руки под голову, стал смотреть на звёзды.

***

– Подъём, соня! – лёгкий пинок по мягкому месту вырвал юношу из объятий сна. – Проспишь всё на свете! – Встаю, встаю… – закряхтел Вессел. За ночь всё тело затекло и словно превратилось в камень. Кое-как размяв мышцы, он огляделся, рассматривая утренний пейзаж равнин. На розовом горизонте неспешно разгорался кроваво-красный рассвет, на фоне которого длинные зубцы башен Оплота выглядели как невероятно огромные когтистые длани неведомого чудовища. Тень от одной такой лапы медленно ползла по скалам, будто пытаясь процарапать камень исполинскими когтями. – Следи за тенью, – напомнил гном, взнуздывая пони. – Если прозеваем, то придётся ещё сутки торчать здесь. А я не хочу нарваться на Торквольда с его молодцами. – Смотрю, смотрю, – Вессел пытался одновременно следить за тенью башни и рассматривать Оплот, который по мере того, как поднималось солнце, постепенно обретал новые краски и детали. Левая башня, как он отчётливо разглядел, частично развалилась — из пяти зубцов целыми остались лишь два. Круглая арка над воротами также была разрушена, а от самих ворот осталась только одна обветшавшая створка. Вторая, видимо, давно лежала в пыли, сорванная с петель. Где-то там за ветхими, но всё ещё могучими каменными стенами, был однорукий Торквольд со своими разбойниками. Неожиданно, возле одного из «когтей», ползущих по чёрным скалам, вспыхнуло яркое пятно. Будто там зажглось крошечное солнце. – Мастер Фрор! Мастер Фрор! – закричал Вессел, указывая рукой на блик. – Тропа, – широко улыбнулся гном. – Давай мигом в телегу, и поехали. Место только запомни! Вессел запрыгнул в повозку, и Фрор подстегнул пони. – Но, милая! Поехали!