Секс - не повод...

– Доктор Сталь?! – она удивлённо привстала со своего кресла, – я Вас не вызывала! – Поговори со мной, Слава, пожалуйста! – попросила я. – Нам не о чем разговаривать! – отрезала она, подходя поближе, видимо для того, чтобы до меня лучше дошёл смысл её слов, – то, что случилось было ошибкой, я сама не знаю, что на меня нашло. Обычно я так себя не веду, должно быть, всеобщая расслабленность, настроение, алкоголь сыграли свою роль. – Вот только ты не пила, то есть полностью отдавала отчёт своим поступкам, а это значит, что в тот момент ты была искренней, – я, внимательно глядя ей прямо в глаза, не сумела остановить свои пальцы прежде, чем они нежно коснулись её лица, – может, прекратишь воздвигать между нами толстенные стены из показного равнодушия и признаешь, наконец, что тебя влечёт ко мне, ничуть не меньше, чем меня к тебе. – Вы ведете себя крайне непрофессионально, доктор Сталь! – Слава поморщилась и сделала шаг назад, пытаясь избавиться от моих настойчивых рук. – Ах простите, я должна была поучиться профессионализму у вас, доктор Алмазова: например, тому, как засовывать подчиненным в рот язык, целуя взасос в грязной парадной! – с сарказмом бросила я ей, расстроенная её реакцией. Её глаза тут же стали черными: в гневном состоянии они мало отличались от горящих страстью. Она со всего размаху влепила мне сильнейшую пощечину. Я не могла и не собиралась терпеть такое отношение, я довольно грубо схватила её за запястья и, дернув к себе, крепко прижала к своему телу. Но осознала, что никогда в жизни не смогу ударить её в ответ, и вовсе не потому, что она мой босс. Я смотрела в её глаза и тонула в них без остатка. Я не понимала, что между нами происходит. Я знала только одно, что я до безумия хочу целовать её снова, что всё моё существо желает прикоснуться к ней, жаждет близости, познать её, ласкать её, я физически чувствовала её жар, её страсть, я видела, как прерывисто она дышит, как плотоядно смотрит на мои губы и облизывает свои. Чёрт, я больше так не могу! Я прижала её к стене всем своим телом и непроизвольно застонала, какая же она горячая! Я сейчас просто взорвусь! Боже! Её губы находились совсем рядом, я всё ещё помнила их изумительный вкус. Если мне не удастся ощутить его снова, я сойду с ума! На этот раз я не стала ждать её действий, и сама нарушила все границы между нами. Я терзала своим ртом её губы и никак не могла от них оторваться, как наркоман, наконец, дорвавшийся до дозы. Они такие мягкие, сладкие, жаркие и они дрожат не меньше, чем мои, пылко мне отвечая. Моё тело полыхало, руки с жадностью обследовали её точёную фигуру, казалось, я умру, если не избавлю её от одежды и не дотронусь, наконец, до обнажённой кожи. Я принялась нетерпеливо расстёгивать пуговицы на её рубашке, стремясь поскорее от неё избавиться, но тут вдруг она, словно спохватившись, осознав, что делает, оттолкнула меня. – Не надо! – попросила она, тяжело дыша и судорожно приводя одежду в порядок. Я, зло и разочарованно от разрывавших меня эмоции, так сильно ударила руками в стену, что Слава вздрогнула. – За что ты так со мной?! Я же вижу, ты тоже этого хочешь! Сколько можно издеваться надо мной?! – в сердцах воскликнула я, схватив её за плечи и хорошенько встряхнув. – Прости, – еле слышно прошептала она. В моей крови всё ещё кипел безумный коктейль из неудовлетворенного желания, безудержной страсти и дикой ярости. Я подошла к столу и в сердцах смахнула с него всё, что там лежало, мою левую ладонь пронзила боль, но, возможно, она и помогла мне немного остыть. Я посмотрела на её источник, похоже я порезалась ножом для бумаг, на коже уже проступила кровь. – Дай мне взглянуть! – Слава попыталась взять меня за руку, но я не позволила. – Не прикасайся ко мне! – я довольно невежливо отпихнула её в сторону и вылетела за дверь. Я направилась прямиком к Хмельницкой. Она ещё марафетилась у себя в кабинете. – Я еду с тобой! – бросила я ей, – у тебя есть пластырь? – Тебе тут бинт нужен, – засомневалась она, глядя на капающую на пол кровь. – Ерунда, сейчас остановится, – я сама обработала царапину перекисью и наклеила стерильную белую полоску ткани, – так ты готова? – Что заставило тебя так резко передумать? – недоверчиво смотрела на меня Хмель. – Тебе не всё ли равно?! – взорвалась я, – тебе нужна компания, а мне ни к чему не обязывающий секс! Надеюсь, эти твои подружки глупенькие и без претензий? – Других не держим, – осклабилась Хмель, – я так рада, что прежняя ты снова вернулась, я даже соскучилась! – Поехали! – не стала я продолжать тему. Девчонки оказались красотками и явно были готовы на всё, правда, я так и не запомнила, кто из них Катя, а кто Света, потому что они были похожи, как две капли воды, или потому что мне это было глубоко фиолетово. Я уже довольно продолжительно целовалась с одной из них, и самое время было предложить поехать куда-нибудь ещё, но я вдруг поймала себя на мысли, что не особо-то вовлечена в процесс, мои губы на автомате шевелятся, но я абсолютно ничего не чувствую, не имею никакого желания с ней спать и думаю совсем не о ней, все мои мысли были о Славе, может, я была с ней слишком груба, я ведь так мало о ней знаю. Возможно, у неё есть веские причины отталкивать меня, связанные с её прошлым, а не с моими действиями, а я не удосужившись спросить, вела себя, как припадочная психопатка. И теперь поступаю ещё хуже, вместо того, чтобы поговорить с той, которую хочу, как ненормальная, намереваюсь залезть в трусы непонятной незнакомой девке, которую завтра и не вспомню и к которой не чувствую ни малейшего влечения. Это как будто я пришла в шикарный ресторан, заказала великолепное блюдо, но мне нужно подождать, пока его приготовят, а я, вместо того, чтобы повременить, достаю и запариваю себе доширак. Я – дебил?! – Ну что, к тебе?! – заплетающимся языком спросила Хмель, когда только она успела так надраться?! – не хочется никуда ехать, я уже вся горю, а до тебя тут несколько шагов. – Без меня! – я приняла решение незамедлительно, – ключи у тебя есть, повеселитесь, но ты знаешь правила: только не в моей спальне и потом прибери за собой, хорошо?! – Какого хрена?! – возмутилась Ленка, – ты не можешь меня вот так бросить! Куда ты пойдёшь? – Переночую в клинике, в своём кабинете, всё равно завтра с утра туда переться, – ответила я, выходя из-за стола. – Да что с тобой, твою мать?! Почему ты так себя ведешь?! По любому, это всё твой бриллиантовый хирург! Она что кастрировала тебя своим острым скальпелем?! – Хмель схватила меня за локоть, – да ты же на ней помешалась, бегаешь за ней как собачонка и смотришь восторженными глазками! – В любом случае, это моё личное дело и к тебе оно не имеет ни малейшего отношения! – я с силой оторвала её пальцы от своего рукава. – Если ты сейчас выйдешь за эту дверь, кинув меня из-за своей драгоценной тёлки, которая плевать на тебя хотела, то мы – больше не подруги! – твердо заявила Хмель. – Пусть будет так! Удачно повеселиться! – я, не оглядываясь, направилась к выходу. – Да пошла ты, Сталь! – услышала я себе в след. В своей рабочей обители я достала покрывало и собралась было завалиться спать, но меня мучило чувство вины, за бумаги, которые я в припадке скинула со стола Славы, они, должно быть, все перемешались, интересно, она подняла их, или они всё так же валяются на полу? Я прошлась до её кабинета, наверняка, он закрыт, но если нет, то надо будет убрать беспорядок, это самое малое, что я могу для неё сделать. Странно. Свет горит. Ну что ж, если она там, то я хотя бы извинюсь за своё поведение. Я постучалась и вошла. Папки были в идеальном порядке, чего не скажешь об их хозяйке: она сидела на диване с бутылкой в руке и была абсолютно пьяна. – Чего тебе? – довольно по-хамски поинтересовалась она, – за несколько часов твоего отсутствия ничего не изменилось! – Я вижу! – ухмыльнулась я, наблюдая за тем, как она, прихлебнув бренди из горла, облилась им, а потом поморщилась и чертыхнулась одновременно. – Ты не могла бы стереть эту секси-улыбочку со своего лица?! – попросила босс, – потому что я и так на грани! У меня крышу сносит, так сильно я жажду разложить тебя на этом столе! – Тогда какого лешего?! – я, не удержавшись, присела к ней и заглянула в глаза, – почему ты постоянно меня отталкиваешь?! – Тебя не устраивает односторонний трах, а я не могу спать с тобой на твоих условиях! У меня был очень сложный период, и я пока не готова никому довериться, даже если речь всего лишь о моём теле, – проговорила она. – Особенно кому-то вроде меня?! – я отобрала у неё бутылку, – ладно, я не прошу верить мне, как человеку, но, кажется, ты говорила, что доверяешь мне, как врачу: если не прекратишь с этим, то твоему неприступному организму завтра будет очень хреново. Я думаю, тебе надо чуток покемарить. Я расстелила её диван, и она тут же послушно на него плюхнулась, я укрыла её пледом, который нашла на полке, придвинула большую пустую ёмкость к её ложу, на всякий случай, и собиралась было пойти к себе, но услышала её голос. – Элина, я знаю, что ты злишься, но не уходи, пожалуйста, мне так холодно, – умоляюще попросила она. Меня не надо было уговаривать, сняв обувь, я нырнула к ней под плед и прижала её дрожащую как осиновый лист фигуру, как можно крепче к своему телу. Я ощутила, как её ладони судорожно обхватывают мою талию, а голова тяжело опускается на моё плечо. – Прости, что ударила тебя, – сонным голосом произнесла она. Я собиралась было тоже извиниться перед ней за свою истерику, но взглянув на неё, поняла, что она уже спит как младенец. Совсем не так давно мы лежали почти в такой же позе, я вроде как начинаю привыкать засыпать с ней рядом. Я держала её в своих объятиях, успокаивающе поглаживая по волосам, вслушивалась в её мирное сопение и понимала, что моё место именно здесь, рядом с этим пьяненьким, таким бесконечно трогательным, уже полностью согревшимся и даже ставшим горячим тельцем. Я нисколько не сожалела, что вернулась, меня больше огорчало, что я отсюда уходила и уж совсем не радовало то, ради чего, но, уверена, у меня ещё будет время всё исправить. Я проснулась очень рано и взглянула на Славу, которая, по всей видимости, довольно вольготно чувствовала себя в моих руках. Боже! Она такая пуська, когда спит! Не знаю, что ей снится, но её дерзкие пальцы нагло забрались под мою рубашку и уже продолжительное время медленно скользят по моей коже и дразнят меня. Это просто невыносимо! И приятно. Я безумно хотела остаться с ней, но боялась, её реакции на моё присутствие. Видеть с утра её разочарование при обнаружении меня рядом и холод в глазах, было бы выше моих сил, поэтому я не придумала ничего лучше, как вывернуться из её жарких ладоней и сбежать к себе в кабинет.