Секс - не повод...

Проснувшись на следующий день одна, в холодной постели, я почувствовала разочарование: она снова сбежала, как и после первой ночи, но тогда от меня слиняла незнакомка, а на этот раз любимая девушка, и это ранило в тысячу раз больнее. Как же с ней непросто, и уже абсолютно невозможно без неё. Я поплелась в ванную и нехотя привела себя в порядок, мой организм отказывался мне подчиняться: он нагло требовал свою дозу Славы рядом, и я не могла его за это винить. Самое необычное, что в мыслях я легко могла представить, как бужу её поцелуем, как мы вместе принимаем душ, обмениваясь шуточками, готовим завтрак. Я всегда ревностно относилась к личному пространству, но с ней я была готова, нет, даже жаждала им поделиться. Теперь, с более ясной головой, я чётко осознала, что мне её недостаточно только в постели, я хотела, чтобы она была моей, целиком и полностью. Я желала, чтобы у меня дома было полно её вещей, которые будут пахнуть ей, хранить её тепло, напоминать о ней, когда она не со мной. Я бы всё отдала за возможность назвать её «своей девушкой»! Вот чёрт, приплыли: похоже, я совсем не против серьёзных отношений с ней. В мою дверь позвонили, может, это она? Что, если она просто выходила ненадолго?! Я открыла, сияя, как солнышко, но моя лучезарная улыбка сразу же погасла при виде Хмель. – Я понимаю, что ты ждала кого-то другого, – проговорила она, – но могу я войти? – Вряд ли, – хмуро ответила я, – мне бы в данный момент очень не помешала лучшая подруга, а что мне делать с посторонней женщиной, которая ещё и не в моём вкусе, ни разу не вдупляю. – Да ещё и круглой идиоткой, – вдруг добавила Хмель, удивляя меня своей самокритичностью, – Жесть, прости меня, а?! Я вела себя эгоистично и глупо! Я просто так хотела, чтобы у нас всё было, как раньше, что не подумала о тебе. – Да фиг с ним, проехали! Надеюсь, ты не с пустыми руками мириться пришла?! Выпить мне бы сейчас совсем не помешало, – я посторонилась, пропуская её в квартиру. – На кой чёрт у тебя тут целый бар с напитками пылится, жмотяра?! – отозвалась Ленка, входя, – для красоты?! – Халявщица! – я достала два чистых стакана, кинула в них по паре кусочков льда и плеснула немного яблочного Джим Бима. – Это несправедливые обвинения, потому что я предусмотрительно позаботилась о закуске: снова занюхивать твоей повесившейся в холодильнике от голода мышью – выше моих сил! – улыбнулась Хмель, вытаскивая из пакета с логотипом нашего с ней любимого суши-бара несколько ланч-боксов. Я помогла ей накрыть на стол, и мы уселись друг напротив друга. – Ну рассказывай, мать, как докатилась ты до жизни такой?! – Ленка закинула в рот кусочек ролла, щедро сдобренный васаби и соевым соусом, – как ты из старого солдата, не знающего слов любви, за месяц умудрилась превратиться в сюси-пуси няшечку с глазами-сердечками?! – Я тебе сейчас такие сюси-пуси покажу! – возмутилась я, – на больняк отправишься прямо из моей хаты! – То есть тот яркий лучик света, который открыл мне дверь в надежде, что до него снизошла завотделением – это была не ты?! – хитро пялилась на меня Хмель, – ну расскажи мне, наконец, что у вас происходит, пока я не лопнула от любопытства! – Думаю, сначала ты треснешь от обжорства, – заметила я, наблюдая как она закидывает в себя последний кусочек Филадельфии, – ты жрать припёрлась или закусывать?! – Ну уж точно не ждать, пока твои бесконечные бла-бла прелюдии, наконец, завершатся. Переходи к главному, я уже достаточно разогрета! – Хмель прихлебнула из бокала, – тебя всерьёз стали привлекать авторитарные, требовательные москвички-заучки?! Она, конечно, секси и всё такое, но она совсем не похожа на тех, с кем ты привыкла иметь дело. – Именно это мне в ней и нравится! – огорошила я её, – даже больше, надеюсь, твоя жопка крепко держится за стул. Я совсем недавно поняла, что, и правда, люблю её. Хмель с огромными глазами осушила свой бокал до дна, посмотрела на меня как на ненормальную, схватила бутылку, долила немного виски и снова выпила залпом. – Всё! Теперь я готова выслушать все подробности! А нет, погоди! – она плеснула себе ещё чуть-чуть алкоголя, жахнула его и сморщившись снова уставилась на меня, – вот теперь давай! Я поделилась с ней всем, кроме, конечно же, тайны Славы, но Ленка и не требовала её открыть, так как по себе знала, что я умею хранить чужие секреты. – Ни хрена себе, какие страсти у меня под носом развернулись, а я ни сном, ни духом! – воскликнула Хмель, когда я закончила, – и что теперь?! Вы, типа, – пара?! – Нам до этого, как до Китая раком, – ответила я, – она ещё даже не знает о моих чувствах, а я понятия не имею, есть ли они у неё. – Так позвони, напиши ей, сделай хоть что-нибудь! – посоветовала Хмель. – Нет, я не хочу навязываться! – отрезала я, – именно поэтому она меня когда-то и выбрала, что я не буду парить ей мозг после секса, а тут я со своим «Привет, как дела? Давай встречаться!». Тем более я хочу видеть её реакцию на мои слова, поговорю с ней в понедельник, лично. – Боюсь, не получится, – обломала меня Хмель и, увидев мою непонимающую физиономию, продолжила, – пока ты вдохновенно пялилась на неё на планёрках, я вслушивалась в то, что она вещает. Она и Карлович будут на конференции, а ты вроде как останешься за главную. Вот, блин, у меня реально вылетело это из головы! Я её увижу только во вторник, а я уже безумно соскучилась. Но напоминать о себе всё равно не буду, возможно, ей нужно время всё обдумать, не зря же она сбежала. Не буду её торопить. Но, чёрт возьми, как же тяжело мне далось это ожидание! Я с ума сходила от желания просто её увидеть, обнять. Я еле пережила первый рабочий день, а во второй, как только у меня выпадала свободная минутка, я спешила к её кабинету, проверить, не появилась ли она, но, когда к нам поступила восемнадцатилетняя девушка с огнестрельным ранением, у меня больше не осталось ни времени, ни права на сантименты. Ждать было нельзя, я приказала немедленно готовить её к операции, мне пришлось из-за этого отменить плановую, а одного пациента с пустяковым случаем передать другому врачу, он, конечно, какая-то там важная шишка, но я решила, что жизнь подростка важнее всяких олигархов из платных палат. – Элина, там какой-то психопат требует главного и немедленно, пока что это ты, – объявила медсестра, – он уже нам всем тут мозги вынес, явно под чем-то. – Блин, что ему надо?! Мне некогда! – недовольно отозвалась я, но, по правде говоря, у меня как раз была пара минут в запасе, пока девчонку подготавливали, и я решила потратить их с пользой, может, удастся утихомирить «психа». Мужик, действительно, нехило обдолбался. – Доктор Сталь, это, вообще, нормально, что Вы перекидываете моего шефа на других врачей, как шарик для пинг-понга?! – сразу же взял он быка за рога, – Вы, вообще, в курсе, кто он и сколько всего делает для медицины и для этой больницы в частности? – Да, мне это известно! – отрезала я, – простите, не знаю Вашего имени. – Меня зовут Сергей, я его правая рука и доношу Вам его недовольство создавшейся ситуацией, и, если Вы в ближайшее время ничего не предпримете, Ваше высшее руководство будет оповещено о Вашем недостойном поведении! – он, брызгая слюной, перешёл в нападение, очевидно ожидая, что я сдамся под его натиском. Но не на ту напал! – Это Ваше полное право, но решение уже принято, и менять я его не собираюсь! У меня на столе ребенок, которому требуется моя помощь! С ситуацией Вашего шефа отлично справятся мои коллеги! А сейчас прошу меня простить, мне надо работать! – я развернулась и направилась в операционную. – Вы пожалеете об этом! – услышала я себе в след злобное шипение. Состояние девочки было критическим, я чуть было не потеряла её на столе, я как могла боролась за её жизнь и, слава богу, мне удалось вытащить пулю, и привести основные показатели пациентки в норму. Я очень надеялась, что всё с ней теперь будет в порядке. Её увезли в палату, а я вышла из оперблока и медленно, на уставших негнущихся ногах, направилась в свой кабинет. – Доктор Сталь! – услышала я мерзкий голос этого наркомана Сергея и обернулась, как же он меня достал, и без него день совсем не из лёгких! – Я уже в курсе, что о Вашем шефе замечательно позаботились мои коллеги. Что Вам ещё от меня нужно?! – раздражённо спросила я, операция длилась несколько часов, я жутко устала, и я точно знаю, что его босса уже отправили домой, почему же это ещё более обдолбавшееся психостимуляторами существо до сих пор здесь торчит?! – А свою жизнь Вы бы им тоже доверили? – гнусно улыбаясь и пялясь на меня глазюками с расширенными зрачками, вдруг спросил он. – Конечно, что за вопросы?! – удивилась я. – Надейтесь, что Ваша вера в них оправдана! – он, не переставая нервно трястись, сделал резкий выпад, и я почувствовала острую боль в боку, я растерянно посмотрела вниз на торчащую из меня рукоятку ножа, халат в этом месте стал красным от крови. Этот идиот, поняв, что сделал, моментально протрезвел, и рожа из гадкой превратилась в смертельно испуганную, он выдернул нож, отчего из раны полилась кровь. Да даже пятилетка знает, что делать этого категорически нельзя! Понятно, что он хотел спасти свою шкуру, а как же моя?! Он резко развернулся и умчался прочь, чуть не врезавшись в косяк. Вот дебил, слава богу, я уже в больнице и мне не надо ждать приезда скорой. Я сильно зажала рану рукой и попыталась дойти до стола медсестры, я словно со стороны услышала свой голос, сообщающий ей симптомы и дающий указания, после чего в полузабытьи медленно осела на пол, сознание возвращалось ко мне какими-то краткими вспышками, меня будто куда-то везли и, похоже, у меня начались слуховые галлюцинации, потому что мне казалось, что до моих ушей доносятся истеричные завывания Хмель и взволнованный, слегка дрожащий, голос Славы, но её же здесь не было! Похоже, я так сильно тоскую, что слышу то, что хочу слышать. На размышления больше не было сил: я провалилась в кромешную тьму.