Пинаколада

Следующие два дня мы с омегой не видимся вовсе. Я дал ему время переждать этот кошмарный период и каждый день лепил отмазки Мэни по телефону. Тот меня просто расплющит, когда встретит. Вопросов у Крегса больше не возникло, он скорее всего уже во всю цапался с нашим верхним руководством за наиболее выгодные тарифы сделки. На четвертый день нашего пребывания в Детройте Алекс сам зашёл ко мне. — Как ты себя чувствуешь? — нагло принюхиваюсь и с облегчением понимаю, что он пересел на блокаторы послабее. — Нормально. Нам уже пора ехать. — Да, это точно… Мэни того гляди поисковую бригаду за нами отправит, — пытаюсь поднять дух напарника. У меня выходит, он измученно, но всё-таки улыбается. — Тогда через час выезжаем до цеха? Я вызову такси, — робко смотрит он на меня, я киваю. На душе становится легко, но почему-то немного печально.

***

Прохладный сквознячок из приоткрытого окна ерошит мои волосы и холодит лицо. Я кручу баранку, чуть отвлекаюсь на прозрачный запах течного Алекса, сидящего рядом. У него уже конец, поэтому запах не вызывает во мне конкретного срыва, только чуть-чуть дразнит. Ничего, вытерплю. Омега молчит, смотрит в окно, развалившись на сидении со скучающим видом. — Может, музыку включишь? — вдруг слышу я, оборачиваюсь на него и немного вскидываю брови. Радостно вздыхаю, ну наконец-то! — Магнитофон под кроватью, — тычу себе за спину большим пальцем. Алекс угукает, поднимается и нетвердой походкой заваливается в спальный вагон, немного шарится по пыльному полу, но всё-таки находит ещё одну мою прелесть. На лице омеги расцветает улыбка, схожая с моей и он довольно шлепается обратно, начиная рассматривать кнопочки. — Помочь? — спрашиваю я. — Да нет, — отмахивается Алекс и увлеченно прошёлся пальцем по слою пыли на решетчатой колонке. Потом он вытер весь магнитофон собственной футболкой, отчего я увидел его бледный торс с мужественными, но почти незаметными очертаниями пресса. Наконец, дело дошло до поиска кнопки «плей». Нашёл он её быстро и нас тут же напрочь оглушила моя любимая песня. Алекс и я подпрыгнули, омега едва не выронил заветный магнитофон, но вовремя прижал его к груди и испуганно сглотнул. Я опять беспардонно рассмеялся над ним, ну, не виноват я, что он такой забавный! Risin' up, back on the street Did my time, took my chances Went the distance, now I'm back on my feet Just a man and his will to survive So many times, it happens too fast You change your passion for glory Don't lose your grip on the dreams of the past You must fight just to keep them alive Алекс тоже очнулся от шока и прыснул сам на себя, поставил магнитофон на колени, смущенно улыбаясь. Вижу, он зажат, ему неловко из-за всего произошедшего. Мало того, что течка, ещё и я попал по его милости в гущу событий, приложил так сказать свою руку. Но мне было не сложно, благодаря этому конфузу я почувствовал себя не придурком, не безмолвной рабочей силой, а тем, кто и ворочает судьбы мира. В груди разлилась горячая гордость, стало просто хорошо, без причин. Я во всю глотку запел припев. It's the eye of the tiger, it's the cream of the fight Risin' up to the challenge of our rival And the last known survivor stalks his prey in the night And he's watchin' us all in the eye of the tiger Поймал взгляд опешившего Алекса и ничуть не смутился. Мне так и хотелось показать ему, что всё нормально, ничего не случилось и дальше всё у нас будет только лучше. Я отчаянно начал дрыгаться, манерничать плечами и ёрзать задом по сиденью, даже отнял одну руку от руля и бережно, но бойко постучал кулаком по верху кабины, издавая писклявый вскрик, как какая-то маленькая девочка из фан-клуба, увидевшая своего кумира. Алекс громко захохотал. — Следи за дорогой, рок-звезда! — прокричал мне омега, я только замотал головой, нарочно прикусил губу, продолжая извиваться всем телом. — Давай со мной, достало тухнуть! — Алекс улыбнулся шире, но застенчиво потупился. Ну, где же его смелость, где решительность, когда она так нужна? Я игриво тычу его пальцем под ребро, он опять смеется, дергается вбок. Я всё больше подначиваю его, ору, мол, давай-давай! It's the eye of the tiger, it's the cream of the fight Risin' up to the challenge of our rival And the last known survivor stalks his prey in the night And he's watchin' us all in the eye of the tiger Расшевелить мне его так и не удалось, но это нисколько меня не огорчило. Я тащился сам от себя до самого конца, до самого последнего бас-аккорда. Следом за этой песней началась другая, а едва выдохнуть успел. Рядом воспрял Алекс. — Я её знаю! — Так пой! — откликнулся я, наконец, держа руль двумя руками. Я тоже знал эту песню, не всю, но первый куплет с припевом однозначно. Подергав головой под ритм, вступили мы втроём: Алекс, я и исполнитель. Унисон непохожих друг на друга голосов раздался по салону так грозно, что на миг стало тесно. Keep on runnin’ Keep on hidin’ One fine day I’m gonna be the one To make you understand Oh yeah I’m gonna be your man Hey hey hey Everyone is talkin’ about me Makes me feel so bad Мы пытались перепеть друг друга, выкрикивали слова с таким азартом и рвением. Мне хотелось, чтобы это длилось вечно, но тут предел моих знаний текса подошёл к концу. Я умолк, но не перестал оборачиваться на Алекса через каждые две секунды. Тот с таким упоением продолжал, даже не поняв, что я не спешу подхватить его. Омега неистово мотал головой под заводящие барабаны и ненавязчивое соло гитары, пел и основную партию и умудрялся не забывать про фоновые подпевки, кричащие: «Эй! Эй! Эй!» To make you understand Oh yeah I’m gonna be your man Я слушаю последнюю строку и она отзывается в моём теле чем-то одновременно жарким и болезненным. Вот бы Алекс сказал это мне. Что ещё за мечты… Откуда они пришли? Омега весело кидает на меня озорные взгляды, пока живящая музыка полностью овладевает им. Мне доставляет удовольствие видеть его таким. Пусть лучше лучезарно смеется, чем сумрачно хмурит свои бровки. Hey hey hey Everyone is talkin’ about me Makes me feel so sad Hey hey hey Everyone is laughin’ at me Makes me feel so bad Keep on runnin’ Runnin’ from my arms One fine day I’m gonna be the one To make you understand Oh yeah I’m gonna be your man Мир мелькает в окнах, мы увлеченно поем, позабыв обо всем на свете и мне кажется, что даже мотор восьмисотой подвывает нам с не меньшим удовольствием.

***

Мы не заметили, как стемнело. Густые, уже холодные сумерки укрыли спокойную землю, напитали воздух тишиной и запахом сырой земли с опавшей листвой. Я закрыл все окна, чтобы дремлющего Алекса не продуло. Тот едва слышно посапывал, прислонившись к глухо дребезжащей двери. Вид у него был довольно безмятежный, я медленно оглянул его, вздохнул и уставился уставшими глазами на дорогу, освещаемую редкими фонарными столбами и желтоватыми фарами красотки. Как это бывает с людьми, оставшимися в одиночестве, я начал раздумывать. Что будет, когда мы вернемся? Ну, я получу свои законные два выходных, коим рьяно буду ждать скорейшего конца, потом выйду и вычищу восьмисотую до блеска. К тому же, меня давненько ожидает парочка грузовиков, оставшихся без колес и с пробоинами в карбюраторе. Затем, надеюсь, Мэни отправит меня куда-нибудь возить грузы. Да, это было бы круто… Кру-то. Я опять смотрю на омегу, тот отчего-то даже во сне нахмурился. Это даже забавно. Безрассудно отвлекшись, я не сразу замечаю, как на встречную полосу рядом выруливает чёрный джип, который обгоняет меня и устаивается впереди, постепенно сбавляя скорость, а затем ещё один пристраивается на встречке сбоку. Я откровенно не понял прикола, но постарался сдержаться и не начать сигналить и материться как бешеный. А когда машина сбоку вильнула в сторону, набирая разгон и впечаталась в аленький бочок моей «Т800», я прямо-таки рассвирепел бы, если бы не был настолько обескуражен. Тягач тряхнуло, Алекс рядом подскочил, я прикусил губу. — Что это было? — трет кулаками глаза омега и взирает на меня с истинным испугом. Я бы постарался выглядеть уверенным, но сам был бы не прочь попытаться разобраться во всем этом. Вместо ответа, я выглянул в окно, замечая, что непонятный воротило на дороге опять собирается нас тычнуть. Тут же сетую на то, что уйти от неизбежного столкновения нам не удастся, выход заблокировал второй неизвестный. Прогремел ещё один толчок, я буквально ощутил всю боль своей машины. Ух, гады! — Что им нужно? — истерично выпалил омега, хватаясь на всё что можно. — Хотел бы я зна-… — теряю дар речи, опять злобно выглянув из окна, как черт из табакерки. В соседнем транспорте находился Рик, мать его, Элтон. И тут все мой инстинкты самосохранения заработали на полную мощь, — Черт! Черт, черт, черт! Котенок, держись, сейчас будет жарко! — Что?! — пискнул Алекс, но мне некогда было отвечать, я дал по газам, устремляя беднягу восемьсот на встречу с бампером впереди идущей тачки. Грубо отодвинув джип со своего пути, покоробив свою детку и чуть не растоптав врага, я чудом увильнул из этой западни, набирая бешеную скорость, лишь бы скрыться отсюда. — Божечки-кошечки, что ж ты творишь! — верещал омега, пока я, обливаясь потом, высунулся из окна, оглядываясь и замечая погоню минимум из пяти таких же тонированных уродцев. Твою мать! Я выдавливал из своей родной «Кенворд» всё, что можно было и судорожно соображал, в какую же жопу я нас завел и как нам из неё выпутаться. Ещё и Алекса затащил… Блин, как же так! О-ох, хотелось биться головой о стену! — Крис, какого хрена происходит?! — вот ведь неугомонный, придётся поведать. — Слушай и пожалуйста, постарайся не нервничать… — Уже страшно! Кто они? — Говорю же: слушай, — я облизнул пересохшие губы, — Из-за проблем с… твоим графиком, мы потеряли достаточное количество времени и я решил срезать через одну трассу… Алекс замолк, я чувствовал как его большие глазищи рыскают по мне, ищут объяснения и защиты. Я боялся посмотреть на него, да и от дороги отрываться было опасно — я едва вижу хоть что-то. — В общем, эта трасса во владении банды дорожных пиратов, — выдал я на одном дыхании, уже предвкушая, как мне прилетит по морде. Но омега лишь опешил: — «Дорожных пиратов»? — как не верит он. Глупый, эти индюки совсем не шутки! — Да и… Навряд ли они отстанут. Алекс молча переваривал информацию, видно, до сих пор считая, что это какой-то розыгрыш. А я же собирался действовать. — Я, конечно, попытаюсь оторваться, но ты спрячься под кроватью и если нас накроют — не вылазь до последнего, — ауч, как в груди болюче кольнуло! — Вот ещё! Не буду, это не по-компаньонски, напарника бросать! — парень сложил руки на груди и для наглядности бухнулся спиной в сиденье. — Дурачок! Знаешь, что они с омегами делают? — вспылил я. Алекс глянул на меня с благоговейным ужасом, но я всё равно сказал, для пущего эффекта, — Пускают по кругу и это в лучшем случае. Алекс сглотнул и на мгновение задумался, начиная нервно дрыгать ногой. — А других вариантов, кроме позорных пряток, у нас нет? — робко доносится до меня. Я вздыхаю, набираясь смелости. — Есть, но я не знаю, чем это обернется… Да и тебе это не понравится. — Говори уже! — Они не тронут тебя, если подумают, что ты — мой, — выпаливаю я. Алекс некоторое время ошарашено молчит, потом едва находит слова. — У нас нет времени трахаться! — звучит так, будто его даже не пугает такая перспектива. — И не обязательно, просто пахни мной. — Как?! — Примитивный обмен жидкостями, — я, уже не смущаясь, полез к себе в штаны, пытаясь сосредоточиться на достижении наискорейшего оргазма. — Ты спятил! — Алекс потянулся и схватил руль, видно, не доверяя мне управление несущейся восьмисотой. Ещё бы, я хоть и бывалый водила, но дрочить и вести машину, пожалуй, несовместимые вещи, — Мы сейчас врежемся куда-нибудь! — Поверь, это не самое страшное, что сейчас может произойти, — пропыхтел я, наглаживая сам себя, но что-то возбудиться на таком адреналине было крайне тяжело, я не из тех, кто таращится от запаха гонящейся по пятам смерти. Алекс замер, потом пылко чертыхнулся, ударил сам себя по коленке с досады и вдруг забрался мне в ноги. — Что ты… — Алекс шлепнул меня по руке. — Я с этим справлюсь быстрее, — от внезапно нахлынувшего волнения, я едва нашёлся. — Ха, я же говорил, что у тебя орального опыта дохре-… — горячий язык прошёлся по пульсирующей головке моего достоинства и я едва руль из рук не выпустил, тут же вцепился в него всеми силами. Да уж, такой уровень профессионализма и рядом не стоял с сухой дрочкой, которую сейчас пытался произвести я. Это был глубокий, горловой минет, настоящая редкость, настоящее искусство. Мои колени мелко задрожали, я почти не чувствовал педалей, это было до безумия опасно. Но даже если бы сейчас я потерял управление и сдох, протараненый острой частью приборной панели, я бы не пожалел. И даже, попади я после такой смерти в ад, не пожалел бы, ибо в раю я уже побывал. Алекс заглатывал и посасывал, в конце уходя на игры с уздечкой, это было мучительно приятно. При каждом таком разе мне казалось, что я реально умру от наслаждения. Меня почти слепило от этих действий, будто всё земное наслаждение скопилось здесь и сейчас в моем паху. Чувствуя, что ещё секунда, и я оправлюсь к праотцам, рассказывать про самую прекрасную смерть за всю историю вселенной, мне приспичило посмотреть себе между ног. Алекс с малиновыми щеками и прикрытыми, тускло блестящими глазами, проводящий мокрым языком по всей длине моего напряженного члена, блестящего от его слюны… Эта картина чуть не сорвала мне крышу. Я не заметил, что прилично сбавил скорость, схватил его за голову, сминая его тёмно-каштановые волосы в кулаке, и прижал к себе, заполошно издав жалкий стон. В таких условиях я не кончал давненько. — Ебушки-воробушки… — тьфу ты, понабрался, блин! Алекс между моими безвольно расставленными ногами, едва держащимися на педалях, сидел, прикрыв рот рукой. Потом он сплюнул остатки моего белесого семени себе в ладонь. Хм, маловато, учитывая то, что такого бурного оргазма у меня не было довольно долго… А, ну, да, он скорее всего половину вовсе проглотил… Кхм, неловко вышло. Стыдливо глянув на меня, омега переступил через свои принципы и полез обратно к моему довольному и уставшему «другу», осторожно собирая то, зачем, собственно и пожаловал. — Бери-бери, не стесняйся, — шучу я, Алекс цокает языком. — Придурок, — шипит он, пока я воровато оглядываюсь. Конечно, нас нагнали и скоро опять попробуют взять на таран. Я даже удивился, как они до сих пор этого не сделали. Может, мне и показалось, что прошла целая вечность, но на деле, всего пара минут. Даже стыдно стало, что разрядка ко мне пришла так быстро… Но в данной ситуации это только к лучшему. — И что дальше? — Алекс сидит чуть не по уши в моей сперме. — А вот что, — я сую его руки ему под футболку и заставляю тщательно измазаться. Замечаю на личике омеги некую брезгливость и меня только на смех пробирает, — Иди-ка сюда. Одной рукой хватаю эту оторву за пояс, подтягиваю к себе на колени, тесно и крепко вжимаю в себя, прикусывая тонкую кожу на шее, где-то чуть ниже уха. Алекс сдавленно вскрикивает, дергается в сторону, но я его отпускаю не сразу, давая своей слюне и его крови смешаться. Надо ли уточнять, что после этой проделки я огреб по соплям. — Совсем одичал, волчара чертов! Я тебе, что, овечка, чтоб клеймить меня?! — возмущался омега, обиженно отвернувшись на соседнем сидении. — Это спасёт овечку от стаи других, жестоких волков. Поэтому маленькая глупая овечка потом ещё «спасибо» скажет чертовому волчаре, — я мягко торможу, не переставая прозрачно улыбаться. Мне страшно, но этот котенок не может не давать мне положительный настрой. Только один штрих остался. Опять хватаю надутого омегу, заваливаю на себя, тут же проникая рукой ему в штаны сзади, чем случайно рву на нём тканевый пояс. Как я и подозревал, между гладкими ягодицами оказывается мокро. Алекс жмурится, лихорадочно вдыхая, когда я проникаю в него пальцами. — А ты, что, думал, я не унюхаю? — издеваюсь, да, признаю. Но как же это льстит. Мучить долго его я не стал, к тому же, судный час приближался. Собрав какое-то количество его смазки, я тоже размазываю её по своей шее, не желая выпускать это создание из своих загребущих лап. — Козёл, — плюёт омега, пока я прижимаю его ещё крепче, дыша всей грудью томяще-горьковатым запахом, дразнясь ананасовой кислинкой, — Ты остановился? — вдруг затаился котёнок, натурально прижав уши. — Как именно остановился? Машину или… — опять лукавлю, улыбаясь ему в висок. — Сейчас не до шуток! Почему ты встал?! — забился парень в моих руках, я покорно выпустил его, тут же ловя взгляд, отчаянно готовый бороться. — От них лучше не убегать — сильнее раззадоришь. — Ну и где они тогда, мы же долго простаиваем? — Они запугивают так, выжидают. — А откуда ты всё это знаешь? — вдруг насторожился Алекс, но ответить я уже не успел, в моё окно наигранно постучали, я вздохнул, хмурясь и чувствуя испуг омеги. — Сиди пока здесь, — я кинул на него ободряющий взгляд и вылез из высокой кабины моей покоцаной восьмисотки. Джипов оказалось семь, они окружили нас кольцом, даже на обочину залезли, перестраховались так сказать. Из одного такого ко мне выходил Рик Элтон, тот человек, с которым я надеялся больше никогда не видеться. Его оголенные накачанные плечи освещает слепящий свет фар, но я всё равно вижу на его бородатой роже скользкую улыбку. Интересно, если я прямо сейчас плюну ему в лицо, меня прикончат одной пулей или заставят умирать в адских муках? М-м-м, скорее всего второе. Тем временем этот мудак подходит всё ближе и ближе, но вдруг останавливается почти в двух метрах от меня, смотрит с вызовом. — Крисси, Крисси… Не ожидал тебя увидеть в этой жизни. — Взаимно. Эта гадюка смотрит так, будто хочет немедленно откусить мне башку. Я понимаю его рвение, но внутри борюсь с точно таким же желанием, касательно его душонки. — А ты, гляжу, подарочек на свиданьице со мной припёр. Очень мило с твоей стороны, не ожидал. — Че… — не понял было я, но заслышал шум позади. Двое его прихвостней, насколько мне помнится, Мак и Финн чуть не волоком тащили упирающегося Алекса. Тот шипел оскорбления и вырывался, у меня на это едва улыбка не навернулась. Какой же он храбрец. — Отвалите! — с этими словами омега пнул Мака по колену, тот охнул и отступил, Финн аж опешил, отпуская этого чертенка, к тому же, Рик походу был не против. Алекс быстро подскочил ко мне, я машинально заслонил его плечом. На это у Элтона только шире разошлась плотоядная улыбочка, он вальяжно начал подходить. Я ощутил как холодные пальцы Алекса скользнули мне в ладонь и чем ближе становился Рик, тем сильнее омега сжимал мою руку. Элтон остановится едва ли нос к носу со мной, с пару секунд рыскал у меня в мозгах, его взгляд, пожалуй, пробирает не хуже, чем взгляд Алекса. Только до этого я упорно считал, что омега смотрит на меня с ненавистью, а теперь я уверен, где именно таился настоящий ненавистный пыл. Он в по-змеиному желтых зенках Рика. Тут этот урод сделал резкий выпад, вцепился в футболку Алекса и притянул к себе. Омега пискнул, с него чуть не слетела распахнутая куртка, он перехватил руку неприятеля, а другой всеми силами держался за меня. Он буквально повис в воздухе между мной и Элтоном. Я стиснул зубы до отрезвляющей боли, когда этот гад потянулся к лицу омеги и с упоением вдохнул аромат его ауры. Затем он тут же отстранился, лукаво покосившись уголком губ. — А ты, смотрю, времени не терял. — А то, — плюю я. Рик оттолкнул Алекса, тот тут же прильнул ко мне, я почти слышал его заполошное сердцебиение. — А как же Миранда? — моё сердце пропускает удар, стало трудно дышать. — Она в прошлом, — отвечаю сквозь зубы, начиная сверлить асфальт дороги взглядом, лишь бы не видеть этой рожи. Рик опять ухмыляется своими острыми зубищами. — Парни, гляньте-ка, чего они везут, — махнул лысой башкой упыряка в сторону кузова. — Мы едем с доставки. Вам ловить тут нечего, — говорю я. — Нам всегда есть чего словить, Крисси, — он вдруг бухает свою лапу, покрытую полинявшими татуировками мне на плечо, меня даже потряхивает от этого прикосновения, — А когда здесь ты — тем более. Я ловлю его тяжёлый взгляд. Зрачки опасно расширились, он точно хочет прокусить мне парочку жизненно важных артерий. С минуту он опять роется у меня в голове, но не находит там ничего дельного. — Босс, там ничего! — кричит какой-то новичок. Рик переключается с меня и с наживы. Этого я и боялся. Он отшагивает от меня к омеге, резко хватает его за подбородок и сминая чуть порозовевшие от прохлады щеки Алекса, притягивает к себе настолько близко, что я чуть не зарычал как тот самый чертов волчара. — Как тебя зовут, милое создание? Алекс морщится, пытается вывернуться из его хватки, но поняв, что так просто не выйдет, упирается свободной рукой Элтону в грудь и скулит: — Отпустите. Рик вдруг рассмеялся ему в лицо. Как настоящий псих, с брызжущей слюной и налитыми кровью глазами, а потом нагло чмокнул омегу в нос. Тут я не выдержал и отпихнул его. Алекс тут же стер рукавом следы его прикосновений, а я заслонил его сильнее. Элтон отшатнулся, не теряя какой-то обезумевшей улыбки. Он так ржал, только когда его что-то раздражало. Например, омега, которого он не может тронуть. Но так просто они нас не отпустят. Моя фантазия даже и представить не могла, что они могут взять у нас. Только Алекса, вот всё богатство. Однако, Рик его не получит, он знает, что у меня так просто ничего не заберешь. — Ну и что же нам делать, дорогие друзья? — вдруг громко вопрошает Рик, раскидывая руки в стороны, обращаясь к своим братьям по оружию, — Сам Крисси Тернер попался нам в сети! А у него и взять-то нечего, разве что член отрезать да на гвоздь прибить у себя в гостиной! Придурок, у тебя и гостиной-то нет. Вокруг прокатился конский ржач, Элтон продолжил ломать комедию. — Думал, одна радость — полутечный омежка! — Рик ткнул пальцем в перепуганного Алекса, — Один хрен! Помеченный оказался… Да ещё кем, самим Крисси! Вот тебе не повезло, милашка! — вокруг пошли перешептывания. Элтон просто обожал устраивать театр со своими жертвами, я проходил это не раз, только в качестве зрителя. Вдруг эта скотина опять быстро приближается к нам, хватает Алекса за горло и как полудохлую дичь притягивает к своему вспотевшему от злобы лицу, шепча: — Вот тебе секрет, мальчик: рано или поздно, все его сучки становятся моими. Я тут же налетел на эту гадину с кулаками, повалил на асфальт и пару раз даже успел съездить по роже, гнев ослепил меня, стало плевать на последствия. Меня оттащили Рич и Мак, затем подлетели ещё пара, и моё тело погрузилось в непроглядную боль, меня пинали до потемнения в глазах. Эхом до меня доносились крики Алекса, я хотел увидеть его, но всё было как во тьме. Когда я уже готов был орать, от меня отступили. Первое время в ушах стоял звон и я слышал лишь своё сиплое дыхание, потом какая-то непонятная пелена перед глазами рассеялась, я увидел Рика, державшего Алекса, у которого ещё секунда и ручьи из глаз польются. Блин, а ведь встретил-то я его таким каменным руководителем. Я бы и подумать тогда не сумел, что Алекс может заплакать и меня бесила его хладнокровность, его умение ответить на агрессию. Он необычный и сейчас Рик поймет это… Хотя, лучше бы эта правда осталась только при мне. Личико омеги, искореженное страхом, вдруг сморщилось, он резко развернулся в лапах Элтона и прописал тому в челюсть, крикнув: — Урод! Я чуть рот не разинул. Это он за меня мстит? Очухался Элтон не сразу, но быстро. И зол он теперь не только на меня, это и пугало. Я подхватился на защиту бойкого, но такого безрассудного Алекса, однако был остановлен беспощадной болью во всех участках моего сломленного тела. Не сумев даже подняться, я беспомощно наблюдал как Элтон ударил омегу по лицу. Алекса смело с ног. — Элтон, ты скотина! — крикнул я. Тот хмыкнул, мол, а ты, что, сомневался и подошёл к Алексу, сидящему на земле и держащемуся за добрую половину лица. Он схватил парня за волосы и задрал голову вверх, чтобы видеть его наверняка влажные глазки, молящие о пощаде. Он не ожидал увидеть только мстительный взгляд исподлобья. Однако, Рик не желал теряться. — Ну что, теперь ты будешь сговорчивее? — Алекс оскалился окровавленными зубами. — Да пошёл ты! — в следующую секунду кулак омеги прилетел Элтону прямо между ног. Окей, моя боль не сравнится с той, что испытывает сейчас эта кобра. Рик кое-как нашёл в себе силы не закричать, опустил Алекса, схватил свои яички всмятку и согнулся, утробно что-то прохрипев. Все настолько опешили, что даже ни один прихвостень не кинулся защищать честь и достоинство своего хозяина, только стояли, ошалело уставившись. Я ликовал, пытаясь принять сидячее положение. Только через пару минут Рик смог выпрямиться. Разъяренно глянув на Алекса, он одним движением выхватывает пистолет из-за спины и приставляет ко лбу омеги. Моё сердце упало в желудок. — Ты ещё пожалеешь, сучка, — только вымолвил Элтон и спустил курок.