Adrenaline

Осаму пришёл раньше времени, как и было договорено. Аямэ попросила Тошиюки помочь ей с приготовлениями, а Дазай, на правах лучшего друга, тоже должен был притащиться раньше и помогать. Первое условие он выполнил безоговорочно — явился за час до начала вечеринки. А вот со вторым как-то не особо ладилось, потому что он, вообще-то, планировал отдыхать на вечеринке, а не превращаться в бесплатную рабочую силу. Впрочем, его никто особо не принуждал. Аямэ, суетясь между кухней и гостиной с подносами закусок, лишь мило улыбалась, когда проходила мимо. Тошиюки периодически бросал на друга многозначительные взгляды, явно намекая, что неплохо бы подключиться к процессу, но Осаму демонстративно игнорировал эти попытки вовлечь его в работу. Он просто уселся в одно из мягких кресел в углу гостиной и открыл бутылку колы, любезно предоставленную девушкой, которая на данный момент являлась полноправной хозяйкой дома, поскольку её родители благоразумно уехали на выходные к бабушке. Откинувшись на мягкую спинку кресла, он наблюдал за суетящейся парочкой, мелкими глотками отпивая из бутылки и периодически доставая телефон, чтобы пролистать ленту в социальных сетях. — Осаму, ну хоть музыку включи, — взмолился Тошиюки, таща из кухни очередной поднос с какими-то канапе. — Или гирлянды развесь. — Я выполняю очень важную функцию, — невозмутимо ответил Дазай. — Обеспечиваю моральную поддержку и контролирую качество происходящего. — Контролируешь качество, — фыркнула Аямэ, проходя мимо с вазой орешков. — Сидишь как истукан и даже палец о палец не ударил. — Зато я здесь, — Осаму изобразил невинную улыбку. — Разве моё присутствие не вдохновляет вас на подвиги? Тошиюки что-то пробурчал себе под нос, но спорить не стал. Он и сам понимал, что если уж Дазай решил отлынивать от работы, то никакие уговоры не помогут. К назначенному времени — восьми вечера — начали подходить первые гости. Гостиная постепенно наполнялась людьми, и Осаму с интересом наблюдал за процессом. Там, среди прибывающей молодёжи, было много знакомых лиц из института, особенно с филологического факультета, но попадались и совершенно незнакомые девушки и парни — видимо, друзья друзей или соседи по общежитию. Атмосфера быстро становилась более раскованной. Кто-то включил музыку погромче, появились первые бутылки с алкоголем, начались оживлённые разговоры и смех. Осаму время от времени здоровался с кем-нибудь из знакомых, обменивался стандартными фразами о том, как дела и что нового, но большую часть времени просто наблюдал. Он отметил, что Накахары среди пришедших пока не было, зато подошли Юки и Миюки. Вторая что-то весело и оживлённо рассказывала своей подруге, размахивая руками и периодически заливаясь смехом. Заметив Дазая, девушки просияли и в знак приветствия Юки энергично махнула рукой. — Дазай-кун! — прокричала она через шум музыки и голосов. — Как дела? Протолкнувшись через постепенно сгущающуюся толпу, девушки подошли к нему и устроились на соседнем диванчике, поставив на журнальный столик свои бокалы с каким-то розовым коктейлем. — Приветик, — звонко произнесла Юки, поправляя выбившуюся прядь светлых волос. Её подруга Миюки улыбнулась чуть более сдержанно и тоже поздоровалась. — Добрый вечер, прекрасные дамы, — Осаму одарил их одной из своих фирменных очаровательных улыбок, которые так любила вся женская половина института, но которые в последнее время крайне редко появлялись на его лице. Сегодня, видимо, было одним из редких исключений. — Ты вчера так быстро умчался домой после пар, Дазай-кун, — произнесла Накагава, чуть повысив голос — музыку сделали ещё громче, и говорить стало заметно сложнее. — Всё в порядке? Ты выглядел каким-то… задумчивым. — А? — Осаму на мгновение растерялся. Он не ожидал, что кто-то обратит внимание на его состояние. — Да, всё отлично, извини, что ушёл так внезапно. Просто нужно было пораньше попасть домой, помочь маме с кое-какими делами и всё такое. Ложь слетела с губ легко и естественно, без малейших угрызений совести. На самом деле вчера он просто не мог больше выносить общества других людей и сбежал домой, где провёл вечер, пялясь в потолок и размышляя о встрече с загадочным Накахарой. — Ах, вот оно как, — девушка понимающе улыбнулась. — Ты такой заботливый сын. Осаму был рад своему умению врать без запинки. Это часто помогало избежать лишних расспросов и ненужных объяснений, которых он терпеть не мог. В тонких пальчиках Миюки крутила бокал с белым вином, не отрывая взгляда от его лица. Осаму не очень любил зрительные контакты, особенно такие долгие и пристальные, так что отвёл глаза, делая вид, что изучает собравшуюся компанию. Взгляд Дазая, рассеянно блуждающий по лицам пришедших гостей, внезапно зацепился за знакомую рыжую макушку. Вскоре в поле зрения оказался и весь её обладатель — Накахара направлялся в их сторону, а рядом с ним уже сформировалось внушительное сопровождение из двух девушек, которые буквально повисли на его руках, словно боялись, что он сбежит. Осаму мысленно закатил глаза. Этот парень только что пришёл, а они уже налипли на него, словно мухи на мёд. Хотя, если честно, он мог их понять. В повседневной одежде — тёмно-синей рубашке с закатанными рукавами и чёрных джинсах — Накахара выглядел ещё более притягательно, чем в институте. Рыжие волосы слегка растрепались, а в голубых глазах плясали весёлые огоньки. — Хэй, засоня, — Накахара протянул руку для рукопожатия, широко улыбаясь. — Здаров. — Засоня? — парень изогнул одну бровь и пожал протянутую руку. — Ну да, ты ведь вечно спишь на парах, — весело отозвался Чуя, и в его голосе слышались нотки дружеского подтрунивания. — Если бы мы с Тошиюки любезно не будили тебя, ты бы совсем пропал. Профессора уже начинают думать, что у тебя нарколепсия. — Спасибо, мистер будильник, — губы Дазая на мгновение искривились в лёгкой усмешке. — Очень трогательно с твоей стороны заботиться о моём образовании. — Всегда пожалуйста, — Чуя подмигнул, а затем, словно спохватившись, обернулся к девушкам, сидевшим рядом с Дазаем. — Леди, — он чуть склонил голову в галантном поклоне, из-за чего волнистые рыжие пряди упали на лицо, придавая ему ещё более романтичный вид. — Прошу меня извинить! Я так отвлёкся на эту сонную тетерю, что совсем забыл об элементарной вежливости и не уделил должного внимания двум прелестным ангелам. Девушки, которые изначально висели на Накахаре, заметно обиженно поджали губы, услышав это. Одна из них — брюнетка в ярко-красном платье — даже тихо фыркнула от возмущения. Но Накахара, казалось, совершенно не обращал внимания на их недовольство, сосредоточившись на новых собеседницах. — Да ничего страшного, Накахара-кун, — Ватанабэ кокетливо улыбнулась, поправляя волосы. — Мы не обиделись. Правда, Миюки? — Конечно, — подтвердила Накагава, румянец на её щеках выдавал, что комплимент пришёлся по вкусу. — Эй, Осаму! — послышался звонкий девичий голос где-то совсем рядом. Голос был знакомый, и Дазай невольно напрягся. Вскоре в поле зрения действительно появилась его обладательница — светловолосая девушка в обтягивающем чёрном платье, которое подчёркивало все её достоинства. — Ох, ну конечно, — Дазай усмехнулся, мысленно приготовившись к неизбежному, — Наоми, этот рыжий карлик — Накахара Чуя, мой одногруппник. — Рыжий карлик?! — «карлик» зло сверкнул глазами, и Осаму почувствовал, что слегка переборщил с сарказмом. — Накахара, — продолжил он, не обращая внимания на возмущение, — сия… особа перед тобой — Наоми Хейз. Ты наверняка о ней уже наслышан от кого-то из наших однокурсников. Это была правда. О Наоми Хейз в институте ходили легенды, и далеко не все из них были комплиментарными. Красивая, не обделённая умом, из богатой семьи — и с репутацией девушки, которая ни дня не может прожить, не распуская сплетен, а также меняет парней как перчатки, оставляя за собой череду разбитых сердец. Хейз быстро и оценивающе окинула Чую взглядом с ног до головы, словно определяя, стоит ли он её внимания. По её лицу пробежала довольная улыбка — очевидно, кандидатура была одобрена. Нашла новую жертву? — подумал Дазай, наблюдая за этой сценой. — Чуя-кун, — протянула Наоми своим фирменным бархатистым голосом, который, как она прекрасно знала, действовал на мужчин почти гипнотически. — Очень рада знакомству. А то в институте уже столько о тебе говорили, просто заинтриговали до ужаса. Может быть, пойдём возьмём что-нибудь выпить? Лучше узнаем друг друга? — Отчего же и не выпить? — Накахара пожал плечами и улыбнулся с той лёгкой беспечностью, которая так раздражала Дазая. — В хорошей компании это всегда приятно. Наоми тут же прижалась к его руке, бесцеремонно заставляя другую девушку — ту самую брюнетку в красном — отступить на несколько шагов. Взгляд Дазая в этот момент красноречиво говорил: «Ну всё, приятель, тебе крышка. Затрахает тебя до смерти, а потом выбросит как использованную салфетку». Наоми уверенно потащила Чую в сторону импровизированного бара, который Аямэ с Тошиюки организовали у дальней стены гостиной. Проходя мимо Дазая, Накахара бросил многозначительный взгляд на Накагаву и одними губами беззвучно произнёс, похлопав его по плечу: «Удачи, шпала». Осаму едва сдержался, чтобы не фыркнуть вслух. Девушки, которые почти от самых дверей сопровождали Накахару, тоже вяло потянулись следом за ним и Хейз, но их энтузиазм заметно поубавился. — А вы быстро сдружились, — заметила Накагава спустя пару минут, делая маленький глоток из бокала и кивая в том направлении, где скрылась компания. В её голосе слышались нотки любопытства. — Скорее он со мной подружился, — отозвался Дазай, наблюдая, как Наоми что-то оживлённо рассказывает Чуе, практически повиснув у него на шее. — А вот я с ним не особо. — По-моему, он об этом не подозревает, — Ватанабэ усмехнулась. — Он тебя как старого приятеля встретил. — Думаю, стоит ему об этом сообщить в скором времени, — Осаму переместился поближе к журнальному столу и поставил на него локти, положив подбородок на сцепленные пальцы. — Уж больно шумный тип, и никакого покоя от него. Постоянно что-то комментирует, вечно шутит… — Интересно всё-таки, почему он перевёлся посреди учебного года, — задумчиво произнесла Миюки, как бы невзначай пересаживаясь ближе к Осаму. — Обычно это делают в начале семестра или на каникулах. — Да кто его знает? — он пожал плечами в своей привычной манере, как бы давая понять, что эта тема его совершенно не волнует. — Перевёлся и перевёлся. Мало ли причин у людей бывает. На самом деле его тоже интриговала эта загадка, но показывать заинтересованность он не собирался. Пусть лучше думают, что ему всё равно. Тоже мне, таинственный нашёлся… — мысленно проворчал он. Постепенно они увели разговор с обсуждения новенького на более нейтральные темы — учёбу, предстоящие экзамены, планы на выходные. Затем перешли на обсуждение каких-то популярных сериалов, которые девушки смотрели. Осаму не особо вслушивался в их болтовню, лишь изредка вставляя какие-то общие фразы и кивки. Его внимание то и дело уплывало в сторону бара, где Накахара продолжал развлекать всё растущую аудиторию поклонниц. Чем дольше длилась вечеринка, тем более расслабленной становилась атмосфера. Музыка играла всё громче, смех становился более звонким, а движения гостей — более раскованными. Некоторые уже явно перебрали с алкоголем и начали вести себя соответствующе. — Осаму-кун, а ты что-то совсем не пьёшь? — спросила Накагава, заметив, что парень за всё время так и не притронулся к алкоголю, ограничиваясь колой. — Пожалуй, воздержусь, — он улыбнулся, правда, получилось это несколько вяло и неубедительно. — Да брось, — воскликнула девушка, и в её голосе появились почти умоляющие нотки. — Вечеринки же для того и предназначены, чтобы отдыхать и расслабляться. Выпей немного, расслабься… Последние слова она произнесла особенно мягко и многозначительно, одновременно пересаживаясь ещё ближе к Дазаю. Благодаря удачному расположению журнального стола её манёвры были не видны остальным гостям, и её рука медленно скользнула сначала к колену парня, а затем начала неспешно перемещаться выше, к более интимной зоне. Кажется, алкоголь действительно придал ей смелости, которой обычно не хватало для столь прямолинейных действий. Парень сначала едва заметно напрягся от неожиданности, но почти сразу же принял непринуждённый вид — вокруг было слишком много людей, чтобы устраивать сцену. — А вдруг я за ЗОЖ? — «ага, самому не смешно, суицидник проклятый?» вопрошает внутренний голос язвительно и Осаму еле сдерживается, чтобы не пробормотать, обращаясь к самому себе, «заткнись». — Ну что ты, — Миюки мягко рассмеялась, — всего на один вечер можно забить на принципы, правда ведь? Рука оглаживает пах сквозь ткань брюк и… ничего. Полное отсутствие какого-либо отклика, что явно не входило в её планы и изрядно её расстроило. Накагава недовольно фыркнула и убрала руку, бросив на Дазая озадаченный взгляд. Осаму про себя списал такую реакцию — точнее, её полное отсутствие — на антидепрессанты, которые он принимал. Один из побочных эффектов. Хотя, конечно, ситуация вышла крайне неловкая. В таких случаях вообще не может быть «удобного» развития событий. Чтобы как-то отвлечься от неловкости происходящего, он посмотрел на собравшихся гостей, пытаясь сосредоточиться на чём-то другом. Взгляд снова зацепился за знакомую рыжую макушку. Накахара по-прежнему стоял в центре внимания, окружённый целой свитой поклонниц, любезно со всеми беседуя. Наоми к этому времени откровенно висела у него на шее, и было видно, что девушка уже изрядно подпила. А вот Чуя, напротив, казался практически трезвым. В тонких пальцах он небрежно держал бутылку пива, лишь изредка делая маленькие, почти символические глотки. Осаму заметил, что при этом парень забавно, едва уловимо морщится, словно напиток ему не по вкусу. Видимо, кому-то такие напитки действительно не нравились, но из вежливости приходилось делать вид. Хейз между тем что-то оживлённо рассказывала прямо в ухо Накахаре, периодически смеясь над собственными словами. Наверняка пытается затащить его в свободную спальню или в ванную комнату — её фирменный приём. Но Накахара лишь вежливо улыбался и иногда посмеивался в ответ, явно не поддаваясь на недвусмысленные намёки блондинки. Дазай тихо вздохнул и протянул руку к стоящему рядом пиву. — Что ж, — произнёс он, обращаясь к Миюки, — пожалуй, ты права. На один вечер можно забыть о принципах. Он открыл банку и поднёс её к губам, делая первый глоток. Холодная жидкость приятно освежила, оставляя на языке характерный чуть горьковатый привкус. Вообще-то Осаму прекрасно знал, что смешивать алкоголь с антидепрессантами — идея далеко не из лучших. Но почему бы сегодня не рискнуть? Ватанабэ к этому времени уже давно переместилась в другую компанию, предусмотрительно решив оставить Миюки и Осаму в относительном «одиночестве» посреди полного людьми дома. Классический манёвр — создать иллюзию интимности в публичном месте. Дазай довольно быстро опустошил первую банку и почти сразу же принялся за вторую, с удивлением отмечая, что алкоголь действует на него гораздо быстрее обычного. Лёгкое головокружение, приятное тепло, растекающееся по телу, некоторая расплывчатость восприятия — всё это пришло почти моментально. Видимо, сказывалось сочетание с лекарствами. Опустошив вторую банку наполовину, он поставил её на стол и поднялся, чувствуя лёгкую неустойчивость. — Извини, — обратился он к Миюки, — нужно отлучиться на минутку. Девушка понимающе кивнула, хотя в её взгляде мелькнуло разочарование — она явно надеялась на продолжение их сближения. Осаму направился в сторону уборной, проталкиваясь сквозь толпу танцующих и болтающих гостей. Музыка казалась оглушительно громкой, голоса — слишком резкими, а движения людей — какими-то размытыми и замедленными. Когда он подходил к двери ванной, оттуда выпорхнули вдрызг пьяные парень и девушка. Парень запнулся о собственные ноги, звонко выругался, а его спутница разразилась истерическим смехом. Они, качаясь, поплыли дальше по коридору, оставляя за собой шлейф из запаха алкоголя и дешёвых духов. Осаму прошёл в ванную и прикрыл за собой дверь. Сразу стало тише — музыка и голоса доносились теперь как бы издалека, приглушённо. Он с облегчением прислонился поясницей к раковине, оперевшись на неё руками, и прикрыл глаза. Опьянение пришло действительно слишком быстро и было каким-то странным — не весёлым и расслабляющим, а скорее тяжёлым и дурманящим. За закрытой дверью продолжали звучать музыка и голоса гостей, кто-то даже пытался подпевать играющей песне. I wanna drive you into the corner, and kiss you without a sound I wanna stay this way forever, I'll say it aloud Now you're in and you can't get out* Он как раз собирался открыть кран и набрать в ладони холодной воды, чтобы умыться и хотя бы немного протрезветь, когда услышал, как дверь тихо приоткрылась. Сразу отчётливее зазвучала музыка и голоса некоторых гостей, подпевавших мелодии. В помещение кто-то осторожно проскользнул и аккуратно закрыл дверь за собой. Осаму открыл глаза не сразу — через несколько секунд. Рядом с ним стояла Миюки, и в её взгляде читалась какая-то особенная решимость. — Накагава? — он удивлённо изогнул бровь. — Как видишь, — девушка мягко улыбнулась, делая шаг ближе. — Там, в гостиной, произошло небольшое... недоразумение. Слишком много свидетелей для некоторых вещей. — Ох, чёрт, — парень устало прикрыл глаза рукой. — Слушай, давай просто забудем об этом, хорошо? — Полностью согласна, — сразу же откликнулась она, и в её голосе прозвучала явная радость. — Мне действительно не стоило делать это при всех. Дазай собирался что-то ответить, но девушка не дала ему такой возможности: — Но сейчас, когда мы наконец-то одни, почему бы и нет? Девушка приподнялась на цыпочках, касаясь губами его губ. Это было немного неожиданно, так что Осаму просто застыл в недоумении. Губы Накагавы мягкие, тёплые и на них чувствуется запах вишни, видимо от какого-то бальзама. Осаму отвечает на поцелуй как-то машинально, углубляя его и переплетая языки. Миюки отстраняется, переходя с губ к шее, впрочем задержавшись там ненадолго — на шее парня бинты — на секунду девушка задалась вопросом «зачем они?», но быстро откинула явно ненужные сейчас мысли — и когда она хотела подцепить их ногтем и снять, Дазай чуть отклонился в сторону. Накагава настаивать не стала, к чему ей это? Она медленно опускалась вниз, покрывая тело парня поцелуями сквозь лёгкую ткань рубашки, пока наконец не оказалась перед ним на коленях. Алкоголь сделал своё дело, так сказать, направив кровь в нужное русло к члену, так что ширинка джинс начинала больно давить. Девушка быстро расстегнула молнию, давая небольшое облегчение. Миюки коснулась влажным, горячим языком головки. Осаму невольно вплёл пальцы в копну рыжих волос, немного жестковатых по ощущению, видимо, от краски. Чуть надавил на голову, и Накагава послушно вобрала пульсирующий орган в рот, постепенно углубляясь. В какой-то момент она обхватила его у основания рукой, губами переключившись на непокрытую часть органа. По стволу медленно стекала слюна, куда-то ей на кулак. На головке выступили белесые капли и девушка сразу их слизала. Парень слегка оттягивает за волосы её голову, давая понять, что бы девушка отстранилась и, едва она успела это сделать, как он кончил, изливаясь ей на лицо. Белая жидкость стекала по губам и подбородку, капая ей на грудь. Как удачно она надела платье с таким декольте, иначе оно было бы безбожно испорчено.

***

Осаму вышел первым. Он вернулся на своё излюбленное кресло, взяв по пути бутылку колы. Осмотрел пьяную толпу. Накахары и Хейз видно не было. Осаму усмехнулся. Кажется, в конце концов Чуя не устоял перед Наоми. Дазай увидел Тошиюки и направился к нему.

***

* Я хочу отвести тебя в укромное местечко И беззвучно целовать, Я хочу, чтобы это длилось вечно. И я говорю это во всеуслышанье Сейчас ты здесь и ты не сможешь сбежать Avril lavigne — Hot