Аэнтарра

Уже у моста, ведущего к Арг-Аэну, Дориан понял, что зря позволил себя убедить провести день в Альтьеве. Полнолуние они переждали, но было ли это меньшим из зол? – Лорд Альтьев, лорд-канцлер четверть часа назад отправил к вам гонца, – слова стражника были полны сдерживаемого любопытства. Только, стоя на посту у ворот, много сплетен не собрать, все снуют туда-сюда. Так откуда сторожу ворот было знать, куда отправился гонец от лорда Эрендьев? Разве что новость уже разнеслась по всему замку. – Благодарю, – лорд Альтьев спешился, бросил хмурый взгляд на Ломендила. Вот же, надо было поверить, что всё будет в порядке! Как будто ночь выбила весь здравый смысл из головы. Когда это король Аррон Аэрглисс прислушивался к голосу разума или ждал дольше, чем формулировал собственные прихоти? Наверное, привез свою пассию во дворец. Неплохо, если не новую королеву собирается представить подданным. Подсознательно ожидая какой-то гадости, Дориан направился в замок, не замечая пронизывающего холодного ветра. И граф, и Гэйвен последовали за ним. Но если Трой хмуро взирал на суматоху на нижнем этаже Арг-Аэна, по всей видимости, опираясь на личный опыт и не ожидая ничего хорошего, то Ломендил разглядывал всё вокруг с таким пристальным любопытством, будто впервые видел всех этих людей. Жизнерадостность графа Моргейна едва ли не восторгала Дориана: это ж надо ухитриться так весело пялиться по сторонам, когда привычный мир вот-вот встанет на дыбы! – Милорд, нам стоит подняться в королевские покои, – посоветовал Ломендил негромко, когда они поднялись на второй этаж замка и вот-вот должны были свернуть к Залу Совета. Дориан кинул короткий взгляд на графа: – Думаешь, нам там будут рады? – усмехнулся одними губами и едва удержался от того, чтобы обнять себя за плечи или попытаться коснуться руки графа в поисках поддержки. В его жизни уже были вот такие коридоры дворца – там, по ту сторону границы, за несколько дней до переворота. Когда отцу стало хуже, слуги тоже так метались по коридорам, а придворные с таким же голодным интересом во взгляде провожали всех тех, кто так или иначе мог повлиять на дальнейшую судьбу трона. Сколько раз он говорил себе, что, если бы тогда знать, к чему приводят эти взгляды, столько можно было бы изменить... И вот теперь при дворе Аэнтарры он видит такие же взоры, но опять ни на что не может повлиять. Бесполезный груз опыта, который никуда не приложить, разве что разбередить раны воспоминаний... – Я рядом, – Трой коротким прикосновением к плечу Дориана обозначил свое присутствие, выдергивая того из мрачных мыслей. – Даже если нам не будут там рады, мы будем точно знать, что происходит. Это уже неплохо, – граф коротко усмехнулся и поравнялся с милордом, подхватывая того под руку. – Может быть, я сойду за ваше продолжение, лорд Альтьев, и меня даже не выгонят, когда будут рассказывать последние новости. – Выгонят, несомненно, – фыркнул Дориан, но руку не высвободил, чувствуя, как кончики ушей краснеют от выхваченного из общей тирады "продолжения". Удачно, что волосы длинные. Но ладно, можно и под руку с Ломендилом пройти пару десятков шагов, пусть даже потом слушки поползут, уж все равно хуже, чем есть, не станет. – Ваша наглость, граф, не имеет границ. – Наглость вообще границ не имеет, она же наглость, – сверкнул улыбкой Моргейн. – Более того, мне до сих пор не стыдно, что вчерашний день прошел вне замка, – и помрачнел. – Мы бы все равно не успели, как мне кажется... – Кажется? – переспросил Гэйвен с едва скрываемым сарказмом. Дориан предпочел оставить это без внимания. Куда больше его занимали мысли о том, что они рискуют увидеть в покоях Аррона. И чего они там рискуют не увидеть. Частично ожидания графа оправдались: гвардейцы у дверей королевских покоев пропустили и Дориана, и Ломендила, предупредительно сообщив, что лорд-канцлер все еще внутри и ждет их. Гэйвену же пришлось остаться в коридоре, впрочем, он совершенно не расстроился из-за этого и сговорчиво отошел к окну, отстраненно разглядывая оттуда окрестные красоты. Лорд Руфус Эрендьев находился в королевском кабинете уже несколько часов, за это время успел осмотреть всё сам – и был совсем не против, чтобы кто-то другой свежим взглядом окинул всё то безобразие, которое застал паж, всегда приходивший на рассвете проверять камины в гостиной и кабинете. Паж сидел в уголке гостиной и старался слиться со стенами или меблировкой, потому что подозревал, что живым отсюда не выйдет. Шутка ли, первым пропажу короля обнаружил... – Доброе утро, – поздоровался Дориан и помрачнел. Не ясно, на что он надеялся до последнего, но Аррона тут определенно не было. – Не самое доброе, милорд. Граф, вы прибыли вместе с лордом Альтьев? Лорд-канцлер тяжелым взглядом посмотрел на Ломендила, но тому все было, как с гуся вода: – Именно так, два дня провел в Альтьеве, а вы за это время успели короля потерять, ваша милость? Паж что-то неразборчиво пискнул из угла и умолк, закусив манжету рубахи. Кажется, окончательно уверовал, что после таких разговоров злобные эльфы поквитаются с единственным свидетелем за всё разом, может, даже припомнят украденные на кухне сладости. Ломендил глянул в сторону пажа и усмехнулся: – Малец, ты б окно в спальне закрыл, чтоб холодом не тянуло, и каминами занялся, глядишь, пока ты тут старательно работаешь, мы о тебе забудем. Руфус вздохнул: – Вы тоже не были в курсе планов его величества? – Если бы был, примчался бы еще вчера, – Ломендил прищурился, осматривая помещение. Дориан тоже обвел взглядом кабинет. Почему-то не верилось, что Аррон мог пропасть. Королевские покои хорошо охранялись, в гостиную если кто и попадал, то разве что любовницы по личному распоряжению короля. Бардак на столе тоже был вполне в духе его величества, никогда не отличавшегося особой опрятностью или аккуратностью в бумагах. Тем временем граф подошел к рабочему столу, наклонился, разглядывая чернильницу, покрутил в руках перо, посмотрел на размочаленный кончик, испачканный в чернилах, и перевел вопросительній взгляд на лорда-канцлера: – Он оставил придворным прощальную записку? Мол, как же вы все мне надоели, ухожу удовлетворять зов плоти, раньше, чем через неделю, не ждите? – Граф! – Руфус нахмурился, напоминая о неподобающих словах, но Дориану почему-то показалось, что Ломендил озвучил предположения, сходные с мыслями самого лорда-канцлера. Да что долго отнекиваться, Дориан бы не удивился, окажись это правдой, особенно учитывая существования некоей зазнобы в столице. – Думайте, что говорите. Даже если вы хорошо подумали... – С чего ты взял, что король что-то писал? – Дориан не стал ждать, когда Ломендил разъярит лорда-канцлера. И тоже подошел ближе к столу. Беглый взгляд на расположение вещей на столе зацепился за пустоту справа от рабочего места: чистой гербовой бумаги там не было, а ведь Аррон всегда оставлял там с десяток листов. Действительно, должна была быть записка. - Удивительно, но кажется, что граф прав. Лорд Руфус, вы действительно нашли записку? Дориану подумалось, что вряд ли лорд Эрендьев собирался скрывать от них что-то важное. – Король... Вот, сами прочтите, милорд Альтьев, – из-за отворота рукава лорд-канцлер нехотя достал узкий тубус, из него вытряхнул свернутый лист гербовой бумаги и подал рыжему эльфу. Дориан протянул руку за последним из указов Аррона и пробежал его взглядом. Раз. Другой. Третий. Руки начали подозрительно подрагивать. – Вот же мерзавец, – произнес одними губами. В ушах зашумело от переизбытка слов, не подобающих быть произнесенными в благопристойном обществе. Сейчас Дориану было безразлично, что описания, рвущиеся с его губ, касались правителя Аэнтарры. – Безответственный мерзавец. Руфус, скажите мне, что это – шутка! Что вы на спор написали этот ужас и решили разыграть меня! – Он потряс бумагой в воздухе, гадливо держа за самый край. – Что это за новость такая? Хранитель трона! Мне его что, за собой на веревочке таскать, пока королевская задница не соизволит на него вернуться?! – Милорд Дориан... – лорд Эрендьев искренне попытался остановить словесный поток, но, так как во многом был согласен с утверждениями эльфа, сделать это категорически не удалось. – А лорды как это примут? Эльф на полпути к трону? Да лучше б он сюда свою имперскую девку притащил, чем отправился в романтические путешествия по неспокойным зимним моря... – Дориан осекся, когда ощутил руки Ломендила на своих плечах и его же дыхание над ухом. – Дориан, дай я взгляну, что там написано. – Да, пожалуйста! – он вложил лист в руку Моргейна. – Всё равно указ скоро станет цитироваться на каждом углу этого серого и унылого места. Его величество желает всем не унывать в его отсутствие, а чтобы никому не захотелось посидеть на троне или примерить корону, он счел забавным создать должность Хранителя трона и вручить мне ответственность за всю его страну на время, пока он веселится! По мере того, как Дориан пересказывал содержание королевского указа, его вновь начало основательно потряхивать. Откровенно говоря, принц Лаэртанны никогда и никого так не хотел приложить чем-то тяжелым, как Аррона Аэрглисса, на старости лет выдумавшего такую чудесную шутку, участие в которой придется принять всем вельможам страны. Граф задумчиво изучил указ, потом скрутил его в трубку и передал обратно лорду-канцлеру: – Милорд Эрендьев, я так понимаю, вы намерены зачитать королевский указ в тронном зале? – Именно так, – Руфус хмуро кивнул и вернул указ в тубус. – И чем раньше, тем лучше. Я отправил гонцов ко всем лордам, приглашая их на совет через два... теперь уже полтора часа. – А такая спешка для того, чтобы и я не успел сбежать? – нервно улыбнулся Дориан. У него уже появилась мысль дать деру, следуя примеру, показанному монархом. Жаль только, шутка была из тех, что вызывают смех лишь единожды. В голове не укладывалось, что человек, принявший когда-то службу беглого эльфийского принца, способен вот так легкомысленно взять – и скрыться, оставив в его руках всю возможную власть. Аррон был эксцентричен и шутки любил, но раньше его решения никогда не передавали страну в чужие руки. Что же могло произойти? Или просто поговорка про седину в бороду действительно описывает то, как меняются люди в зрелом возрасте?.. – Крепитесь, милорд Дориан. Вам вверили всю Аэнтарру. – ...и десятка два возмущенных лордов в придачу, – пробормотал едва слышно Ломендил и медленно двинулся вдоль королевского кабинета, тщательно приглядываясь к полкам, будто пытаясь понять, всё ли находится на своих местах.

***

Дорога до тронного зала в компании лорда Руфуса казалась бесконечно длинной. Но Дориан не отказался бы ещё сильнее оттянуть миг, когда указ Аррона станет известен лордам Аэнтарры. Граф покинул королевские покои еще четверть часа назад, сказав, что хочет послушать, откуда ветер дует в стенах замка... Милорд Альтьев понимал, что так правильно и будет действительно лучше для всех, но отчего-то хотел, чтобы Ломендил с его неунывающим характером был рядом, а не где-то среди толпы вельмож. Но не всем мечтам суждено сбываться: тронный зал неумолимо приближался. А вместе с ним и шум голосов. Удивительно, как быстро все отозвались на зов лорда-канцлера. Ждали вызова в Арг-Аэн? Просто случайно съехались в столицу к сегодняшнему дню? Дориану было слишком много лет, чтобы поверить в подобную сказку. Интересно, сколько из присутствующих здесь лордов уже знает об исчезновении короля? Может, кому-то удалось и про указ разнюхать? В любом случае оставалось только одно: три десятка шагов до возвышения перед троном. По крайней мере, он может проделать их не в одиночестве. И отвлечься от заинтересованных, недовольных и враждебных лиц, пытаясь найти в разношерстной толпе графа Моргейна. Сам не заметил, как они с Руфусом и Троем оказались у ступеней, ведущих к трону. Ломендил нашелся неподалеку: подпирал стену и весело улыбался. Непрошибаемый тип. Справа от трона стояли одинаково хмурые Улисс и его телохранитель. Фламин Идэн то и дело с дружеской улыбкой поглядывал на Улисса, а остальным присутствующим доставались лишь хмурые внимательные взгляды. Фламин всем видом демонстрировал, что резко против любых попыток знати втянуть Улисса в разговор. Дориану, правда, показалось, что никто и не пытался приблизиться: несмотря на юность младшего сына Аррона, его взгляд казался настолько тяжелым, что отпугивал любых потенциальных сплетников. Лорд Мараньев держался ближе к южным лордам, что было вполне закономерно. А вот появление старшего принца стало для Дориана сюрпризом. Кажется, лорд Сайрес должен был быть в Клердьеве. Но нет, приехал и стоял молча рядом с Лестером Мараньев. С каждым мгновением вырисовывалась всё более странная картина, в которой почти каждый южанин был в курсе дел настолько хорошо, что появление опального принца не вызвало повышенного внимания. Не мог же указ Аррона затмить извечный интерес к тем, кому предстоит рано или поздно делить корону? – Милорды! Его величество Аррон Аэрглисс выражает преданным своим вассалам свою волю, – начал лорд-канцлер, и шум в зале улегся. Все глаза обратились к пустующему трону и поднявшемуся на одну ступеньку к нему лорду Эрендьев. Дориан бы с радостью отказался слушать, но приходилось, пусть и вполуха, заново пропускать через себя всю канитель из наставлений и объяснений Аррона, – зато ничто не мешало внимательно изучать лица лордов. Ни одного потрясенного тем, что король отбыл из замка. Ожидаемо? Не только Моргейн знал о новом увлечении его величества? Что ж, это вполне вероятно. Но, когда Руфус добрался до Хранителя трона, сиятельных вельмож проняло. – Король не мог написать такого! – Подчиняться эльфу? Что, другого достойного не нашлось? Южане возмущались громче прочих. Северяне… Северяне молчали, то ли медленнее принимая решения, то ли ожидая чьей-то команды. Видит Создатель, Дориан знал, что так будет. Любой бы знал! Только Аррону было безразлично, уцелеет ли кто-то после его поспешного решения. Пришлось призвать на помощь всё терпение: угрожать или призывать к порядку было бы худшим из зол. Пустое сотрясение воздуха – еще не мятеж, а возмущенные речи – еще не призыв к бунту. Сам Дориан в первые минуты после прочтения королевской воли тоже... не особенно стеснялся в выражениях. И если он сейчас попробует высказаться, сделает только хуже. Да, лорды умолкнут, если напомнить им про Арг-Фоллар. Да, затаятся, вспомнив о том, в чьих руках сосредоточена армия, а теперь отчасти и гвардейцы короля. Но скрытый огонь возмущения рано или поздно снова разгорится, и нельзя предсказать, не случится ли это до возвращения Аррона Аэрглиса. – Милорды! Если мой отец принял это решение под давлением, в указе могло бы быть написано и то, что с сегодняшнего дня небо красное, а солнце – зеленое, – с нажимом произнес Сайрес. – Неужели мы поверим бумажке, когда мой отец просто пропал из собственных покоев? Не попытаемся его отыскать? Гэйвен, стоявший на шаг позади своего друга и лорда, шепнул Дориану одними губами: – Лестер. Милорд Альтьев понимающе прикрыл глаза. Слова старшего принца не могли принадлежать ему самому, скорее всего Сайресу их подсказали, а шептуном мог быть только лорд Лестер, сейчас стоящий сразу за спиной принца. Мелькнула мысль о том, что это еще ничего, хорошо, что Мараньев один, без супруги… Вот уж кто и маслица бы подлил, и огонька подбросил, когда надо. – На указе его почерк, – отозвался лорд Арг-Вердон. – Лорду-канцлеру нет резона обманывать, ваше высочество. Лорды вновь заговорили все разом, но постепенно шум споров начал стихать. Глупость или нет, а ни у кого из вельмож не было уверенности в том, что его величество не выйдет сейчас из-за потайной двери и не учинит расправу над теми, кто прямо выступал против того, чтобы последовать его приказу. По одному лорды замолкали, и Дориан уже видел: скоро они созреют и их можно будет брать голыми руками. Всего-то и надо – дождаться, чтобы кто-то со стороны бросил хоть несколько фраз в поддержку новоявленного Хранителя трона. Лорд Альтьев еще раз оглядел столпившихся в зале придворных. Северяне уже замолчали. Лорд Нерун нервно теребил манжеты, лорд Трильев бегал по залу взглядом, то приоткрывая рот, будто порываясь что-то сказать, то вновь его закрывая. Лорд Вальев мог бы высказаться, но Этьен остался с войсками, а вместо себя прислал старшего сына: он делал так и прежде, вероятно, гонец не удосужился сообщить, что ждут в Арг-Аэне старшего из семьи. Теперь же юноша был совершенно не при делах, на него не обратили бы внимания. Лорд Артур Карфорэн стоял, скрестив руки на груди, и, по всей видимости, не собирался становиться голосом разума, несмотря на свой недавний визит в Альтьев. Лорд Эрендьев предложил любому из присутствующих подойти и изучить приказ, сравнить с почерком короля, раз нашлись те, кто засомневался в подлинности указа. Но предложение Руфуса пропало втуне. Северяне были старше - и помнили Аррона в молодости, так что и в подобную выходку поверили легко. Южане же во главе с Сайресом продолжали возмущаться. – Кто видел, что его величество Аррон действительно по своей воле написал подобный указ? – Посадить на трон Аэнтарры эльфа – это слишком! – Это всё – ради того, чтобы надеть на себя чужую корону! Даже лорда Эрендьев обманули. – А то и вовсе вместе с ним сговорились. Слушать это было невыносимо, но и прерывать словесный поток ещё не время. Пожалуй, Дориан бы с отдельным удовольствием напомнил всем этим лордам, что их речи всё больше напоминают мятеж, и что неразумно поднимать вопросы веры или доверия указам, когда очевидно, что Аррон написал его своей рукой и определенно не при свидетелях. – Эльф, значит, из своего королевства сбежал, чтобы здесь устроиться? Местечко нагрел? Лорд Альтьев кинул на Троя, уже сжавшего пальцы на ножнах, короткий предупреждающий взгляд. Сорваться было нельзя. Хоть бы кто-то подал голос до того, как терпение самого Дориана закончится, и он всё же заговорит на понятном лордам языке силы. – Вот и давай приют беглецам!.. – Позволить управлять страной чужаку?! Лорд-канцлер, отказавшись от попыток перекричать разошедшихся южан, успокаивающе коснулся плеча Дориана, видимо, посчитав, что тот нуждается в такой вот нелепой поддержке: – Пусть выговорятся. – Я не настолько терпелив, – шепот Дориана вряд ли был слышен кому-то, кроме Гэйвена с Руфусом. – Милорды, мне кажется, что вы неправильно истолковали ситуацию, – звонкий голос с легкостью перекрыл все другие. Улисс сделал несколько шагов вперед, чтобы оказаться у подножия трона. Его телохранитель последовал за ним, но стал не позади, а сбоку. Наконец-то! Дориан подобрался: после слов младшего принца удастся перехватить инициативу, не начав ни оправдываться, ни угрожать. Вот сейчас он замолчит... – Кто из вас может доказать, что король подчинился чьим-то требованиям? – Улисс не собирался замолкать, а уверенный, почти обвинительный тон заставлял лордов прислушаться. – Кто-нибудь мог предложить лучшую кандидатуру для того, чтобы быть символом незыблемости трона, чем лорд Альтьев? Спрошу проще: у кого из вас хватит наглости заявить, что он отказывается следовать прямому приказу своего короля? У меня – не хватит. А у вас, достопочтенный брат? Последний вопрос прозвучал уже в полной тишине, все взгляды устремились на Сайреса. Дориан пожалел, что вынужден смотреть в затылок младшему сыну Аррона: он бы дорого дал, чтобы иметь возможность увидеть сейчас выражение его лица, заставившее лордов принять подростка не просто всерьез, но на равных. Ломендил говорил, что мальчик полон сюрпризов, но Дориан даже не подозревал, насколько. Может, подождать еще немного, позволив наследному принцу завершить начатую речь? А старщий принц, лишившись словесной поддержки южных лордов и оказавшись наедине с вопросом, не нашелся с ответом: – Я не оспариваю приказа отца. Я всего лишь желаю убедиться… – Так подойдите и убедитесь! Лорд-канцлер уже предложил продемонстрировать указ любому желающему, ведь скрывать там нечего. Лорд Руфус, будьте так добры, передайте его мне, – Улисс обернулся, на мгновение холодный взгляд принца остановился на Дориане, и милорд Альтьев ощутил себя неуютно под безразличным взглядом подростка. Почему-то не вызвало вопросов то, как охотно лорд Эрендьев протянул наследному принцу бумагу, о которой он просил. Пока Улисс, бегло глянув на полученный из рук лорда-канцлера свиток, в тишине шагал навстречу Сайресу, Дориан едва ли не физически ощущал, как неприятие лордов сменяется обычным человеческим недоумением. А с этим лорд Альтьев прекрасно умел управляться. Если, конечно, такая необходимость вообще возникнет. Дориан чуть улыбнулся: кажется, его юное высочество парой фраз сделал больше, чем смог бы любой эльф в этом зале. – Почерк действительно Аррона. Брат? Отрицать очевидное Сайрес не стал и проронил, поджав губы: – Почерк отца. – В таком случае дальнейшие разговоры бессмысленны. Король пожелал, чтобы делами страны в его отсутствие озаботился лорд Альтьев. Любой верный и преданный вассал должен принять королевскую волю. Это не так уж и трудно, тем более, что для всех нас это ровным счетом ничего не изменит.