Секс и кровь

      — Десять упаковок картона за два месяца, — сказал Хантер, бросая на стол распечатку продаж супермаркета канцтоваров. — Это только то, что было оплачено картой Ларри. Сколько было куплено за наличный расчет, мы узнать не сможем.       — Да, десять упаковок это уже странно, — согласился Адам. — Ты считаешь, что Ларри приторговывает наркотой?       — Я уверен в этом. Осталось только добыть доказательства.       Хантер знал Лонга с давних пор, когда сам только заступал на должность в отдел борьбы с наркоторговлей. Он не раз помогал разобраться в трудных делах и всегда рад был сделать пару-тройку анализов в лаборатории только потому, что ему было это интересно.       После самоубийства жены Ларри изменился, став менее… живым. Он был так же вежлив и учтив, но как китайский болванчик с пустотой внутри в лавке старьевщика, что встречает посетителей у входа.       В 21:35 машина Лонга проехала пост охраны лаборатории и влилась в поток других автомобилей. В 22:28 старенький вольво припарковался на въезде, и Лонг вошел в дом. Дежуривший в машине Хантер видел, как поочередно гаснут окна кухни, гостиной и детской — девочки укладывались спать.       — Ему что, не хватало денег на достойную жизнь? — проговорил Адам. — К чему это все?       — Понятия не имею. Госслужащие всегда получали большой оклад и премиальные сверху. Возможно, для него этого недостаточно.       Хантер, не отрывая глаз от входа, положил руку на колено Адама.       — Келли, мы следим за потенциальным преступником, а ты хочешь залезть в мои штаны? — спросил тот спокойным тоном.       — Не преувеличивай. Я так лучше сосредотачиваюсь. Поедем потом ко мне? Можно пиццу заказать.       — С анчоусами?       — С анчоусами.       — Только если ты угощаешь. Все равно больше половины съешь.       Входная дверь тихо открылась, и на пороге появился Лонг, одетый в черный плащ с капюшоном. В руках у него был небольшой чемоданчик.       — Вот и птичка, — проговорил Хантер.       Выбравшись из машины, он двинулся за Ларри, который почему-то решил пройтись пешком. Адам шел следом. Лонг пересек сектор двухэтажных домов, прошел через половину квартала легализованных притонов, завлекающих клиентов окнами во весь рост, — обычно в них шлюхи обслуживали кого-нибудь в режиме нон-стоп, — и остановился на углу старой аптеки под фонарем.       — Поднял руку с часами, — заметил Адам. — Значит кто-то опаздывает.       Вскоре из-за угла вынырнула фигура: парень в черной дутой куртке и бейсболке подошел к Ларри и взялся за ручку чемоданчика. Хантер быстро кивнул в его сторону и перевел взгляд на Лонга:       — Бери Ларри, а я за ним.       Едва заметив его, парень сорвался с места и бросился к темной арке. Видимо, он рассчитывал оторваться от преследования в неосвещенных закутках, петляя по узким переходам, не зная, что Хантера ведет его запах.       Перепрыгнув через ограждение, парень очутился на улице с фонарями и почти добежал до ожидающего неподалеку такси, когда его тело протаранило витрину очередного притона и рухнуло на груду осколков. Наряженная в костюм служанки шлюха завизжала.       — Свободна, — бросил ей Хантер, который сидел сверху на постанывающем хлипком теле в дутой куртке и доставал наручники. — Имя?       — Томас Хендрик, — послушно ответил тот.       — Что в чемодане? Что в чемодане, отвечай, ну!       — «Марки».       — Сколько ты заплатил за них?       — Я ничего не платил.       — Что?       — Я ничего за них не платил. Ларри просто отдавал их мне.       — Зачем?       Томас молчал, и Хантер, вытащив пистолет и удерживая на расстоянии его вытянутую руку, выстрелил в запястье. Тело под ним затряслось и завыло, корчась от боли.       — Все равно ты правша, — сказал Хантер. — Следующая будет в ногу, если не ответишь.       — Он их дал…чтобы я… — захлебывался Томас.       — Чтобы ты… что?       — … раздавал их в Чумном квартале.       Сунув пистолет в кобуру, Хантер помедлил, засмотревшись на лужицу свежей теплой крови, после чего закинул воющее тело на плечо и двинулся к зданию старой аптеки. Вероятнее всего, к нему уже ехал патруль.       — Все равно они все умрут, — сказал Ларри отрешенно, когда Хантер скинул ношу рядом с ним на бетон.       — Мы все умираем. Каждую минуту мы ближе к смерти,  — сказал Адам. — Только зачем тебе это все? Не хватало на еду?       — Он не брал денег, Адам, — сказал Хантер.       — О чем ты?       — Он распространял наркотик, «секс и кровь», самый опасный из ныне существующих, на добровольной основе. А этот мудак помогал. Зачем ты это делал?       Хантер наступил на простреленное запястье носком ботинка. Кровь билась в его венах и застилала все вокруг фантасмагорическим алым цветом, который шевелился и заползал в каждую клетку его распаленного мозга. Томас завыл, всхлипывая и глотая слезы.       — Хантер! — Адам оттолкнул его назад. — Успокойся. Так мы ничего не добьемся. С минуты на минуту приедет Дуглас, в отделе разберемся с ними обоими.       Лонг улыбнулся, устало и всепрощающе:       — Все равно вы все умрете.       — Заткнись! — вспылил Хантер. — У тебя дома остались две малолетних дочери, а ты несешь этот бред! Их отправят в приют из-за папаши-психа!       — Они как раз таки и выживут, офицер Келли. А вы, ваш напарник, вся эта гниль, что прячется в канализации и на помойках, вы не заслуживаете жизни. Я лишь ускорил конец этой истории.       — Еще один наместник бога на земле, — резюмировал Адам. — Вы больны, Лонг, и не совсем вменяемы, как мне кажется.       Дернув худыми плечами, Ларри опустил подбородок и схватился зубами за пуговицу на воротничке. Вернее, то, что казалось пуговицей, по факту оказалось желатиновой капсулой с жидкостью, которая брызнула на подбородок Лонга, когда он ее раскусил. Хантер бросился к нему, пытаясь разжать челюсти, но было поздно: из рта пошла белая пена, а голова откинулась назад.       — Блядь! — Хантер, в ярости, пнул его размякшее тело. — Ебаный мудак! Чертов фанатик! И ты заткнись, падаль, пока я тебе голову не отгрыз!       Томас отполз на безопасное расстояние и положил на вытянутые ноги раненную руку.