Презренная

Тронный зал Шреддера вновь был переполнен членами Клана Фут, созванными для того, чтобы встретить прибывшую из Японии Карай. Наследница мастера должна быть здесь уже с минуты на минуту — и, наконец, двери распахнулись, и она вошла в помещение, встав на одно колено перед троном Шреддера и поприветствовав его. — Поднимайся, — сказал лидер Клана Фут. Карай выпрямилась и расправила плечи. — Как ты добралась? — Спокойно, — ответила девушка, — без происшествий. — Хорошо, — кивнул он и тут же перешел к действительно важному вопросу: — Ты уже знаешь, что Сплинтер жив и скрывается в этом городе, — в голосе Шреддера проскользнула злоба, отразившаяся и на лице Карай: как и отец, никого она ненавидела так же, как проклятого Хамато Йоши. — Кроме того, у него есть ученики — черепахи-мутанты. И мы должны избавиться от них. — Он вдруг замолчал, задумчиво посмотрел на остальных членов клана и громко скомандовал: — Идите! Я хочу поговорить с Карай наедине. — Учитель Шреддер… — хотел было напомнить о своей важной персоне Тигриный Коготь, но лидер Клана Фут оборвал его, твердо произнеся: — Наедине. — Слушаемся, учитель, — кивнул мутант, и все присутствующие тут же покинули зал Шреддера. Мэй решила подождать Карай в коридоре за дверями. — Чего ты встала? — пренебрежительно спросил Тигриный Коготь, заметив, что она не спешит уходить. — Чего злой такой, котенок? Обиделся, что хозяин прогнал тебя с облюбованного места? — Дерзкая девчонка! Как ты со мной разговариваешь?! — А что, я не права? У Шреддера есть люди более ценные, чем какой-то полосатый кошак-переросток. — Да? — теперь раззадорился уже он. — И кто же эти люди? Ты? Думаешь оттого, что ты росла с дочуркой Шреддера, ты лучше остальных, лучше меня? Ошибаешься. Ты молода и наивна и не видишь истины… Мэй демонстративно расхохоталась. — Утешайся дальше, Такеши. И уж ты мне поверь: если бы не Карай, Шреддер бы наверняка сделал меня наследницей Клана Фут. — Вот оно, значит, что, — ощурился мутант. — Метишь на место принцессы? — Все может быть. — Не может. У тебя ничего не выйдет, девчонка. Ты не дотянешь даже до моего уровня. Прими, что ты просто рядовой солдат. Как Брэдфорд и Ксевер. Мэй собиралась высказаться в ответ, но их перепалку прервала вышедшая из зала Карай. Тигриный Коготь лишь обвел девушек презрительным взглядом, рыкнул себе что-то под нос и удалился. — Какая родная картина… — саркастично протянула Карай. — Помолчи лучше, — буркнула Мэй, скрестив руки на груди. — Я все никак не пойму: почему эта кошка здесь, а не на арене цирка… — Раздражительно фыркнув, она все же решила поумерить гнев и произнесла, улыбнувшись: — Давно не виделись. Карай улыбнулась в ответ: — У меня есть подарок для тебя. Пойдем. Комната Карай пока еще пустовала: приехав, она только сумки успела поставить и сразу же направилась к Шреддеру. Такой вид для Мэй был непривычен: пустая серая комната так контрастировала с тем бардаком, что творился у нее самой… Карай потянулась к сумке с вещами и достала из нее спрятанный в ножны вакидзаси, протянув его Мэй. Та приняла его из рук подруги и извлекла из ножен, принявшись внимательно изучать каждую деталь, каждый миллиметр. Проведя пальцем по лезвию и едва не порезавшись, она довольно отметила остроту клинка, а после сделала несколько взмахов, чувствуя, как удобно он лежит в руке. — Этот клинок точно для меня, — удовлетворенно ответила Мэй. — Конечно, мне нравится перемывать кости голыми руками, но… Наконец у меня перестанут болеть пальцы! Карай отозвалась улыбкой, смотря на радость подруги. — У всех легендарных клинков есть имена, — сказала она. — Не хочешь как-нибудь назвать свой? Мэй посмотрела на блестящее, идеально чистое, без оставленных на нем пятен или царапин лезвие и задумалась. Издревле повелось так, что мечи творят историю: приносят победы, учиняют хаос, устанавливают справедливость и вершат месть. — Айя, — сказала Мэй, и Карай непроизвольно вздрогнула. Она подняла клинок на уровне глаз, провела взглядом по сверкающему лезвию, и спрятала его в ножны. Айя. Так звали мать Мэй.

***

На следующий вечер Шреддер отправил Карай в город, планируя исключительно ее ознакомление с окрестностями, однако девушка не возвращалась довольно долго, а спустя определенное время патрулирующие ближайшие кварталы ниндзя доложили Шреддеру, что его дочь столкнулась с Леонардо, при этом упустив его. Лидер Клана Фут был разгневан, и теперь ожидал возвращения Карай, дабы сделать ей выговор. Карай вернулась к десяти часам, как ни в чем не бывало пройдя в тронный зал. — Мне доложили, — начал Шреддер, обрисовывая круги по комнате, — что у тебя был шанс избавиться от Леонардо. Но ты им не воспользовалась. — Он остановился справа от нее. — Почему? — Я пыталась убить его, но он сбежал… — Ложь! — рявкнул Шреддер и наставил лезвия, выдвинувшиеся из металлической перчатки, на ее лицо — до кончика носа оставалось всего-навсего несколько сантиметров. — Не поверю, что моя дочь не справилась с какой-то черепахой! За данной картиной наблюдала Мэй, усевшись в разбитом уголке окна под потолком. Вот как… Карай разочаровала папочку… — В следующий раз ты воспользуешься представленной возможностью и убьешь его, — гневно процедил Шреддер. — Да, отец, — пролепетала Карай. Лидер Клана Фут убрал клинки и позволил девушке уйти. Она покинула зал растерянная, но не намеренная отступать от начатого и повиноваться отцовской воле. Пусть она и разделяла его жажду мести, одержимость Шреддера начинала порядком раздражать. Она не собирается убивать Леонардо. По крайней мере, не сейчас. Из такого контакта можно выудить немало пользы, зачем же сразу устраивать кровавую бойню? Карай распахнула дверь в комнату и была весьма ошарашена, увидев развалившуюся на ее кровати Мэй. Девушка лежала, закинув руки за голову и вытянув ноги, словно она покачивалась на гамаке в тропиках, и каким-то снисходительным взглядом смотрела на Карай. Это озадачило дочь Шреддера, и она несколько секунд недоумевающе пялилась на подругу, прежде чем закрыть дверь. — Что ты тут делаешь? — Пришла навестить свою подругу, — едко протянула Мэй. — Ты такая поникшая… Думаешь о своей черепашке? — Ха-ха, очень смешно, — отозвалась Карай в той же манере, плюхнувшись рядом с девушкой. Ее даже ни капли не удивила осведомленность Мэй: каким-то образом та всегда узнала обо всем происходящем, даже если это не касалось ее непосредственно. — Да, это смешно. Красавица и чудовище… — Принцесса и шут, тогда уж. — Ну, в это ты права… Они и правда забавные.

***

Мэй показалось довольно подозрительным, что Карай вдруг ни с того ни с сего поспешно выпроводила ее из своей комнаты, сославшись на усталость, и решила проследить за ней. Ее опасения подтвердились: прячась за поворотом в темном коридоре, Мэй увидела, как Карай тихо покинула свою комнату и направилась к выходу. «У тебя есть секреты, Карай?» Выждав минуту, Мэй решила проследовать за подругой и выведать все до последнего. Следуя за Карай через бесконечные кварталы, она удивлялась, когда та успела выучить все улицы и начала так уверенно ориентироваться в городе — но, впрочем, этот факт сейчас волновал ее меньше всего. Итак, Карай привела Мэй на крышу многоэтажного дома, где ту уже ждал… Леонардо? Мэй осталась на пожарной лестнице и решила понаблюдать издалека. — Я думала, ты не придешь, — сказала Карай, направляясь к черепахе. — Так… Зачем ты меня позвала? — спросил Леонардо, и девушка бросила ему бинокль. — Вот. Она указала в окна дома напротив, и мутант посмотрел туда. — Это же меч Миямото Мусаси… — ошарашенно протянул Леонардо, словно зачарованный. — …величайшего мечника в истории Японии, — закончила за него Карай. — Он древний, бесценный, — расхваливала оружие девушка, только подливая масло в огонь восхищения черепахи. — И станет твоим, если поможешь мне. — Эм… и в чем же? — Ты знаешь в чем… Мы его украдем! — Ни за что, — Леонардо отрицательно покивал головой. — Нет, невозможно. — Брось! — махнула рукой Карай. — Меч лежит без дела и пылится. Ты достоин этого! По крайней мере больше какого-то богатого лентяя. Забудь об ответственности. Не жди, что тебе дадут то, чего ты хочешь. Иди и бери сам. — Нет! — упрямился Леонардо. — Я украду этот меч, Лео, — Карай подскочила на ноги в боевой готовности. — С тобой или без тебя. Выбирай. — Я не могу. Это неправильно! — Я знаю, зато… Будет весело. — Это не шут, Карай. Это посмешище! — Мэй расхохоталась, выйдя из укрытия. — Я уверена, что он ещё и сортирует мусор. — Этим занимается Донни! — Леонардо не оставил колкость девушки без ответа, но в тот же момент Карай нагнула его, приложив на землю, поставила ногу на панцирь и потянула одну руку мутанта на себя. — Лео! — раздался голос Рафаэля, и через несколько секунд он появился на крыше, недоумевающе уставившись на данную картину. — Этот вечер становится интереснее… — певуче протянула Мэй. — Что здесь происходит?! И кто это?! — он пальцем указал на Карай. — Это Карай. Карай, это Раф, — быстро представил их друг другу Леонардо и нервно усмехнулся, когда девушка позволила ему встать. — Мы рискуем панцирями, а ты здесь сидишь… С ними?! — Мы что, такие противные? — Мэй картинно надула губы. — Эм… — замялся Леонардо. — Я сейчас все объясню… Дело в том, что мы с Карай питаем страсть к высокому искусству, — промямлил он — не очень-то убедительно, — а она… — Он посмотрел на Мэй. — Я без понятия, что она тут делает. Рафаэль слушал Леонардо с хмурым, уставшим видом, готовясь выплеснуть на брата весь гнев, как вдруг сзади послышалось какое-то нечленораздельное, утробное рычание, и на крышу поднялось огромное растение-мутант. — Я нашел вас, черепахи! — злобно воскликнул он и ударил одним из своих щупалец (хотя это были скорее гигантские… стебли?) по крыше. Все бросились в рассыпную. — Это что, один из ваших незаурядных дружков? — совсем невесело спросила Мэй, приземлившись на колени и немного проехавшись по земле. — Можно и так сказать, — ответил Рафаэль. Растение набрасывалось на черепах, одновременно атакуя и двух куноичи. Мэй извлекла вакидзаси из ножен и одним движением срубила устремившуюся в нее щупальцу, а после отскочила в сторону — мутант схватил Рафаэля, а с другой стороны подцепил и Леонардо, сдавливая их своими щупальцами. Карай и Мэй собирались уже уходить, как вдруг первую окликнул Леонардо: — Карай! Прошу, помоги! — взмолил он. Карай несколько помешкала, размышляя, что ей предпринять, а затем взяла свой клинок и метнула его в сторону Леонардо — он вонзился в стену рядом с черепахой. — Сайонара, — сказала Карай напоследок, и девушки спрыгнули с крыши, оставив черепах наедине с огромным монструозным растением.