Теперь я всего лишь монстр

Брюс не обманул насчёт вовлечения Старка в его собственный процесс лечения и уже на следующий день приволок не без помощи подручных новое оборудование. Он планировал передвигать Тони по территории башни на кресле-коляске, и хотя тот знатно поворчал о том, что он не инвалид и не развалился окончательно, всё-таки решил, что так будет безопаснее для всех. Питер тоже хотел как-то помочь, однако он понимал, что совсем не разбирается в биологии и биотехнологиях, поэтому решил просто продолжить делать то, что у него и так неплохо получалось — ухаживать за мужчиной, когда тот находится у себя в постели. Но это совсем не мешало ему присутствовать в лаборатории и впитывать всё то, о чем говорят два самых умных человека в стране. Вот уже несколько дней они пытались найти способ лечения руки Тони и его организма в целом, точнее, Старк и Беннер думали и что-то обсуждали, а Питер сидел в сторонке, пытаясь понять все аспекты их уже проделанной работы и, если ему удастся, додуматься до чего-нибудь самому. Все анализы Старка уже были исследованы, поэтому можно было делать вполне разумные прогнозы и разрабатывать план. — Нам нужно промыть твой организм от остатков сыворотки, так можно будет побыстрее избавиться от ран на правой части тела, а потом провести операцию и даже убрать оставшиеся рубцы и шрамы. С твоей рукой будет сложнее. Не знаю, как она поведёт себя после промывки организма, но, судя по тестам, которые мы сделали, деформировался не только верхний слой ткани, но и мышцы, рука явно стала сильнее. — Произошёл простой набор мышечной массы или мышцы изменились на микроуровне? — Мы должны узнать это. Если это простой набор мышечной массы, то ежедневные капельницы должны исправить это, но если это что-то более серьезное, то также понадобится хирургические вмешательство, и то не факт, что оно поможет. — Сколько времени займут капельницы? — Несколько недель. Три, скорее всего. Мы не должны перегружать твой организм сейчас, он и так сильно пострадал. За это же время мы поймём, что произошло с твоими мышцами, и назначим операцию, чтобы убрать шрамы, а может заодно и привести в порядок руку. На этом они и сошлись. Тони также попросил проверить Брюса его формулы для сыворотки, чтобы попробовать найти ошибку и понять, что же стало причиной таких травм. Иногда мужчины засиживались в лаборатории допоздна, проводя исследования, разговаривая о том, что Старк будет делать после того, как сможет выйти в свет, или просто болтая на разные темы. Питер мог заняться чем-то своим вне стен с постоянно работающим и шумящим оборудованием, но чаще всего он сидел именно там, желая проводить с Тони побольше времени. Раньше они были тут лишь вдвоём, но теперь этому пришёл конец. Юноша искренне радовался, что Тони перестал загоняться и винить себя, но в то же время Питер стал чувствовать себя крайне бесполезным. Обрабатывать раны больше не надо было: они перестали гноиться, заросли, а капельницы должны были сделать остальную работу. Старк теперь мог сам передвигаться по башне, сам себе готовить, пусть это и было несколько больно, так как мужчине всё ещё было лучше не делать резких движений. Теперь Питеру нужно было лишь отключать капельницу. Это мог сделать и сам Старк, ведь с их капельницами даже не надо было вставлять или вытаскивать иглу, а лишь нажать кнопку, но бывало, что мужчина просто засыпал в процессе. В такие моменты юноша лишь отключал прибор, легко трепал Тони по волосам и целовал в лоб. В этот день Питер, как и в остальные, засиделся в лаборатории, а когда часы уже показывали наступление следующего дня, и вовсе уснул. Он лишь почувствовал через несколько минут, что чьи-то руки не очень-то расторопно берут его и через какое-то время опускают на мягкую кровать. Проснулся он уже утром, ощущая рядом с собой тепло. Этим теплом оказался Старк, лежащий на левой стороне тела и обнимая парня больной рукой. Питер чувствовал себя растерянным, так как не узнавал комнату. Видимо, это была одна из гостевых комнат, но почему они здесь? Юноша повернулся на другой бок, услышав копошение. — Мистер Старк… — Доброе утро, малыш. — Что мы здесь делаем? — Ты вчера уснул в лаборатории, поэтому я перетащил нас сюда, это была самая близкая комната. — Вы сами перетащили? — Да, я же джентельмен. Хотя было очень трудно поднимать тебя и потом класть на кровать, сидя на коляске. Но я был рад поухаживать за тобой, Пит. Вот только скажи мне, почему ты так долго сидишь с нами? Вся башня в твоём распоряжении. Разве тебе интересно сидеть со стариками и слушать их не менее стариковские разговоры? — Вы не хотите, чтобы я был там с вами? — Я просто хочу, чтобы ты делал то, что сам хочешь. Ты не представляешь, как я ценю всё то, что ты делаешь для меня, но и хочу дать тебе время на себя. — А я хочу проводить это время с вами. Я просто скучаю по вам. Старк сгрёб Питера в охапку, покрывая поцелуями его лицо. — Я люблю тебя, малыш. — И я вас. Поцелуи становились всё жарче, а воздуха в комнате всё меньше. Питер просто плавился под губами и ласками Тони, словно мороженое под солнцем. Когда к его шее прикасались грубые пальцы, юноша чувствовал жар внизу живота и бесконечную нежность в районе груди. Но как только он почувствовал, что эти же руки лезут ему под футболку, Питер стал приходить в себя, осознавая происходящее. — Мистер Старк… мистер Старк… — Да, малыш? — Мы ведь не можем сейчас… — Почему нет? — Потому что мы оба грязные. Может, сначала сходим в душ, а потом продолжим? Старк выглядел немного ошалевшим после такого облома, но всё же согласился и, пересев на коляску, поехал к себе в комнату, отказавшись от предложения юноши помочь ему. Питер же, оказавшись в своей ванной комнате, кажется, испытал приступ паники. Он понимал, что у них будет секс и сам хотел этого, но всё же сердце колотилось как бешеное лишь при мысли об этом. Парень боялся облажаться, понимая, что ему придётся показать всё, на что он способен, потому что Старк весь ограничен в своих действиях. Юноша начал смотреть гейское порно сразу, как признался Тони в любви, и уже понимал главные основы. И сейчас, стоя под душем, он неосознанно тянулся пальцами к анусу, понимая, что он должен быть чистым не только снаружи, но и внутри. Ещё он всё же не слишком хотел испытывать боль или другие неприятные ощущения, поэтому решил, что будет лучше, если он растянет себя сейчас, а не в спешке потом. Питер проник в себя одним пальцем, но боли не почувствовал, это были просто ощущения, хоть и новые для него. Неожиданные мысли о том, что вскоре палец заменит член Старка, заставили парня немного возбудиться и перестать слишком уж смущаться. Он натянул на себя футболку и домашние штаны, но не нижнее бельё. Волосы намокли под струями воды. Юноша просто растрепал их, отчего влажные кудри упали на лицо. — Ты такой красивый, малыш. Старк сидел на кровати Питера. Юноша подошёл к нему и нежно поцеловал, для чего старшему пришлось запрокинуть голову назад. Тони прижал парня к себе, уткнувшись лицом тому в солнечное сплетение. В один миг мужчина начал ложиться на кровать, утягивая Питера с собой. Тот на секунду растерялся, но, оказавшись прямо на мужчине, снова утянул его в сладкий поцелуй. Тони ещё не мог полноценно двигаться, скованный ранами на правой части тела. Питер видел это, поэтому, несмотря на смущение и полное отсутствие опыта, решил взять инициативу в свои руки. Старк переместился к изголовью кровати, а парень устроился на его бёдрах. — Мистер Старк, я не особо… знаю, как лучше… поэтому лучше говорите, что мне надо делать. Не хочу, чтобы вам было больно двигаться. Тони не особо нравилось, что в их первый раз, когда он хотел доставить своему мальчику наибольшее удовольствие, он будет лежать на месте, однако Питер бы вряд ли возбудился от его страдальческого лица, искаженного гримасами боли. — Сейчас я просто хочу увидеть тебя без одежды, Пит. Питер в спешке начал стаскивать с себя одежду. Этим же занялся и Тони, попутно запутавшись в собственных штанах. — Не спешите, мистер Старк. Вот так, давайте помогу. Юноша, игриво улыбаясь, всё же снял со Старка штаны и сразу принялся осыпать поцелуями его грудь, спускаясь всё ниже и ниже. Иногда он поднимал глаза на Тони, ища одобрение в его взгляде и, возможно, наслаждение. Мужчина и правда наслаждался, его стоны отражались от стен комнаты, а пальцы запутались в ещё мокрых кудрях младшего. Когда Питер дошёл до нижнего белья Тони, то замялся на несколько секунд. Ему было неловко, но это ведь его любимый человек, единственный любимый человек, который остался на всем белом свете. Парню ужасно хотелось доставить Старку как можно больше удовольствия, хотелось заставить забыть обо всём, что случилось, о его ранах. — Малыш, ты не должен делать это, если не хочешь. — Но я хочу. Член Старка был довольно большим, красивого цвета и формы, и из-за этого юноша не мог отвести глаз. Вначале он лишь попробовал его на вкус, лизнув головку. Услышав стон где-то сверху, парень стал смелее и взял член в рот, стараясь не задеть зубами. Он просто начал двигаться вверх и вниз, иногда надавливая языком на головку и проходясь по взбухшим венам у самого основания. Между тем его руки гладили Старка по внутренней стороне бёдер и иногда придерживали член. Мужчина задыхался и извивался. Его Питер, его главное в жизни сокровище сейчас делал ему минет, выбивая из легких остатки воздуха. Попутно Тони любовался оттопыренной задницей своего мальчика, желая попробовать её на вкус. Питер был невероятно соблазнительным, соблазнительным в своей простоте: молочная кожа, оттеняющие её каштановые волосы, румянец и блеск в глазах. — Достаточно, малыш, иди сюда. Развернись ко мне попой. Питер оторвался от члена Старка и выглядел так невинно и так развратно: от его языка до стояка мужчины тянулась ниточка слюны, а взгляд был затуманен. Он выполнил просьбу старшего и негромко вскрикнул, когда сильные, а одна в особенности, руки Тони притянули его к себе. Питер в миг покраснел ещё больше, когда понял, что любовь всей его жизни собралась делать. — Мистер Старк, вы же не… — Ты доставил мне удовольствие, малыш, теперь позволь мне доставить его тебе. Старк сплюнул на колечко ануса, размазал слюну пальцем, немного проникнув им внутрь, лизнул напряжённые мышцы и, услышав протяженный стон, продолжил вылизывать анус, иногда задевая языком мошонку. Его здоровая рука надрачивала парню, а другая держала того за талию, которая очень красиво выделялась, пока Питер стоял в таком положении на четвереньках и с прогнутой спиной. Юноша дрожал, чувствуя жар языка Тони и его пальцы внутри, которых с каждом разом становилось всё больше. — Иди сюда, малыш. Старк оторвался от задницы парня, сел поудобнее и, несильно шлёпнув Питера, попросил его снова развернуться и притянул его к себе, усаживая на свои бёдра. Парень на секунду отстранился, потянувшись к тумбочке и взяв оттуда тюбик с кремом. Тони с улыбкой открыл тюбик и смазал свой член, приставив его к анусу юноши. — Прости, что в наш первый раз я такой неподвижный. Сказав это, Тони поцеловал своего мальчика в живот и почувствовал пальцы того у себя в волосах. — Ничего. Я рад, что могу сделать тебе приятно. Быть внутри Питера — самое невероятное, что только испытывал Старк в своей жизни. Он почти не мог двигаться в таком положении, поэтому парень двигал бёдрами, самостоятельно насаживаясь на член. Он всегда был пластичным, но только сейчас Тони смог оценить это умение в полной мере. Движения торса и бёдер юноши были плавными, словно волны. Ему даже не было больно — Старк хорошо его растянул, а дискомфорт ушёл за несколько минут. Они быстро и тяжело дышали и полностью сбивали дыхание короткими, но такими сладкими и нужными им обоим поцелуями. Питер упирался руками в грудь Тони, а тот дрочил парню, доведя его до оргазма, а потом кончил и сам. Юноша немного приподнялся, чтобы член мужчины вышел из него, притронулся пальцами к колечку мышц, пробуя на ощупь горячую сперму, вытекающую наружу, и, очаровательно улыбнувшись, лёг на грудь Старку. — Вам понравилось? — Ты был невероятен, малыш. Пожалуй, напишу Беннеру, что не приду сегодня в лабораторию. Не против провести день вместе? Питер снова улыбнулся и лишь крепче прижался к самому важному человеку в своей жизни.