Среди осколков судьбы

1. Осколок первый. Найди свой рассвет. Утро с Ланем в одном доме начинается в пять. Это Яо быстро усвоил и научился просыпаться в четыре, чтобы приготовить дорогому гостю завтрак. Все хозяйственные дела парень делал сам. Негоже Главе Ордена стирать или штопать одежду, а вот бродячему заклинателю вполне. И хотя тот пытался спорить, но парень убеждал, что ему не сложно. Сегодня Мэн Яо проспал, дело в том, что он ложится за полночь, ибо ходит на работы в деревушку, держит хозяйство и лечит Синченя, а встает в четыре утра. Постоянный недосып добил его организм, так что он не смог проснуться. Обоняние крепко спящего юноши потревожил какой-то посторонний запах, а точнее, запах еды, судя по всему плова с птицей. Заклинатель почти вскочил с постели и вышел на кухню там он с удивлением обнаружил Синченя стоящего и готовящего что-то в казане, не оборачиваясь он произнес: — Уже проснулся, А-Яо? Еда скоро будет готова. Парнишка ошалело моргнул глазами: — Почему вы готовите? Ведь это моя обязанность, вы не должны. — А-Яо, во-первых, мы должны были уже давно перейти на ты, а во-вторых должен же я хоть как-то отплатить тебе за спасение и лечение? Теперь я буду готовить для тебя. Это я умею. —  Синчень повернулся и нежно улыбнулся, а Мэн Яо вдруг ощутил себя самым счастливым человеком на планете. Начался его рассвет. 2. Осколок Второй. Сичень брат Белоснежки? Однажды Глава Лань вышел вместе с бродячим заклинателем в лес. Его раны заживали достаточно быстро, но он еще не был способен сражаться или стоять на мече, зато мог стоять на руках, часами гулять по лесу и заниматься домашними делами. В процессе прогулки Синчень неожиданно опустился на корточки и к нему подбежал кролик…обычный дикий, мать его, кролик! Парень скептически посмотрел на сие действие и понаблюдал, как Синчень достал из рукава морковку и протянул ее крупному грызуну, который с радостью принял угощение и начал грызть, что называется, не отходя от кассы. Так, ладно, кролик так кролик, но оказалось это не финал, на плечо заклинателя в траурных одеждах прилетела птичка, судя по виду, соловей. Мэн Яо, просто облокотился на дерево и стал со скептизмом наблюдать как к Синченю постепенно сходятся зверушки и птички и для всех он находит в своих рукавах вкусности. Вопроса у юнца было всего три. Когда он попал в мультик Дисней? Как Синчень стал принцессой? И самый главный. Когда, черт возьми, он успел набрать столько еды с собой?! Видимо ощутив его взгляд полный потерянности и вопросов Синчень обернулся и с привычной улыбкой махнул рукой, предлагая подойти, Яо решил послушатся, как только он сел на колени возле Главы Лань к нему чуть ли не на руки запрыгнул рыжий еще маленький лисенок. Его матери нигде не было видно, а малыш выглядел ужасно худым и замученным, видимо, он остался один. В груди что-то йокнуло и он четко понял, что не бросит эту прелесть одну, слишком хорошо знает как тяжело выжить. Вскоре они покинули эту поляну, Синчень на ходу объяснял как можно светлой энергией приманить животных, а Яо на руках держал и поглаживал лисенка, которого он назвал Лимин, что означало рассвет. 3 Осколок Третий. Вода обнажает камни. Мэн Яо горел от стыда, хотелось умереть, сейчас он прекрасно понимал Вэй Усяня и его нежелание воскресать, смерть это хорошо, она защитит. Сегодня они с Сиченем вышли в городок, старший заклинатель использовал какую-то технику Гусу и его не узнавали, жаль, что он и на него ее не использовал, на рынке на задницу парня опустилась тяжелая ладонь, он пискнул и обернулся, на него, с грязной пошлой ухмылкой смотрел мужчина, тот самый, с которым он провел свою первую ночь: — О, Мэн Яо, развратный ты цветок, что ты забыл в этом городе или нашел себе покровителя? — мужчина перевел взгляд на Главу Лань и рассмеялся, юноша не мог и слова выговорить от стыда, а этот урод продолжил монолог: — Или ты не знаешь, какая сучка путешествует с тобой? Так вот. Я его встретил в одном борделе и там он хорошенько пора…- речь неожиданно прервалась и Яо нашел в себе силы открыть глаза, что бы увидеть как подонок улетает куда-то далеко и надолго от сильного удара ногой выполненного Сиченем: — Я не желаю слышать ничего подобного о моем товарище. — он схватил за руку плохо соображающего от перепуга и стыда парня и буквально волоком потащил его домой. Вернувшись в свою лесную избушку Мэн Яо неожиданно даже для себя расплакался и сквозь слезы поведал всю правду. А старший лишь гладил его по спине утешая, да после, истощенного после слез уложил в кровать. Даже самые сильные иногда слабы, даже самая глубокая вода обнажит камни.