Подари мне жизнь...

Кот. Знаете, нет никого красивее беременной женщины... В глазах - счастье... В сердце - любовь... На щеках - румянец... А внутри - маленькая жизнь. И только характер оставляет желать лучшего, особенно если этот характер и до беременности заставлял прятаться и пережидать бурю. Когда Серега рассказывал о капризах своей жены, мы с ребятами громко смеялись, представляя, как в час, а то и в два часа ночи ему приходилось нестись через весь город в поисках ананаса. Сейчас я понимаю, что Физику-то еще повезло – еще чуть-чуть и моей Женьке придется доставать луну с неба. И знаете что? А ведь достану! За несколько месяцев я усвоил одно – цветов в доме не должно быть, от их запаха ей становится плохо, а потом это и вовсе заканчивается слезами. И еще я усвоил, что я – безответственный мальчишка, который совершенно не задумывается о ней и ее состоянии. Это связано с котенком, которого я обещал подарить Вике после ее выздоровления. Подарил. Вика счастлива, а вот ее мамочка…что я только не выслушал – и то, что для нас с Викой это развлечение, а для нее очередная забота, и то, что теперь ей придется нянчиться и со мной, ну и еще много чего. Но все ее милые капризы, которые и ее саму превращают в ребенка, не заставят меня любить эту женщину меньше. Люблю наблюдать за тем, как она спит, смешно морща во сне свой миленький носик, люблю наблюдать за тем, как она завтракает, смешивая абсолютно все, что только сможет найти в холодильнике, а еще обожаю наблюдать за тем, как она вертится перед зеркалом, рассматривая в отражении кругленький животик. Два самых сильных потрясения в моей жизни – это новость о том, что у меня есть дочь и тот день, когда Вика впервые назвала меня отцом, а совсем недавно к нему прибавилось и еще одно потрясение– я увидел своего еще нерожденного сына. Не знаю, что именно было написано на моем лице, когда я рассматривал монитор с не совсем понятным мне изображением, вот только Женька сильнее сжала мне руку, а встретившись с моим взглядом, еще и одобрительно улыбнулась. А еще…еще люблю класть руку на ее животик и чувствовать, как под пальцами раздаются весьма ощутимые толчки – Женька уже даже уверена, что сын будет футболистом, причем весьма известным. Ну и пусть футболист, да хоть танцор – главное, чтобы не военный. Мы не сговариваясь, решили, что дети точно не будут иметь к военному ремеслу никакого отношения, хватит того, что мы до сих пор с содроганием вспоминаем некоторые ранения и задания, которые могли стоить нам жизни. Что касается самой службы, то это повод для скандалов, которые, наверное никогда бы не прекратились, если бы Мура не поставила мне ультиматум. Она станет моей женой только в том случае, если я оставлю службу. И как ей упрямице объяснить, что это – дело всей моей жизни и к своему великому стыду я ничего другого толком и не умею, да и в 35 лет поздновато учится чему-нибудь еще. Но не позволять же детям расти без законного отца. Скрепя сердцем, обещаю этой вымогательнице написать рапорт, но не сейчас, а чуть позже и только после этого удостаиваюсь чести называть ее своей законной женой. Вспоминаю неудавшуюся свадьбу Рифа, вспоминаю Василису с ее идеей супер-свадьбы и невольно сравниваю нашу свадьбу с Мурой. Я всегда думал, что все девушки мечтают о пышной свадьбе с белым платьем, свадебным букетом, большим тортом и кучей гостей, но моя маленькая чертовка разбивает все стереотипы в пух и прах. Ее приходится тащить в ЗАГС чуть ли не силком и о свадебном платье не приходится даже мечтать. Зато…колечки нам подавала сама Вика. Вот кто радовался больше всех, хотя радовалась она больше тому, что увидела всех своих новых друзей, к которым привыкла за время своей продолжительной болезни. Теперь помимо Рифа девочка еще ухаживает за Бизоном и недовольно фыркает, когда вспоминает о том, что этот дяденька женат. Ну а любимица у Вики – это Багира, да и не может быть иначе, я сам как мальчишка радуюсь очередному появлению Кошкиной в нашем доме. Ну во-первых, потому что она спасает меня от нападок Муры, а во-вторых, просто потому что вместе с ней приходит и тепло, свет и все то, чего иногда не хватает даже в самой счастливой семье. За последние несколько месяцев мы с Ритой стали еще ближе, хотя куда еще ближе. Она единственная, кто поддержал мое решение об отставке, Пригова на пару с Батей чуть удар не хватил. И если Батя отреагировал более или менее спокойно, то генерал-майор даже топал ногами и кричал так, что я чуть не оглох. Я и сам понимаю, что это военное учреждение и если я выбрал службу, то должен был понимать, что теперь не принадлежу сам себе, а должен делать то, что от меня требует мое государство. Понимаю, но и Женьке обещал. Вот только разницы между телохранителем и спецназовцем я особо не вижу, но раз ей так будет спокойнее… -Ты мне обещал еще три месяца назад! – Женька еще не до конца проснулась и сонно озирается по сторонам, стараясь пригладить растрепанные после сна волосы и одновременно поправить сползшую пижамку со смешными мишками, - Кот, ты хотя бы понимаешь, что я родить успею, пока ты на задании будешь? Она сейчас такая милая, такая нежная, такая родная, что я поражаюсь, как все эти годы я мог прожить без этого сонного чуда рядом. Женька не меняется с годами, ее и раньше было трудно растолкать на работу, а сейчас и вовсе спит на ходу, провожая меня на работу. Не хотел ее будить, но едва я успел натянуть футболку, как эта неугомонная открыла сначала один глаз, потом второй, а затем и вовсе вскочила с постели так резво, словно это не она сейчас на девятом месяце беременности. -А ты потерпи, - сам улыбаюсь своему идиотскому совету, а когда Мура удивленно таращит на меня глаза, не получается сдержать уже и смеха, - Женечка, я пошутил, родная. Пригов обещал отставку, но ты же знаешь, это делается не сразу. Я не могу уйти когда захочу. -Я ушла! -Ты ушла из-за беременности, малыш. -Ну и ты уйди из-за беременности, - Женька говорит это на полном серьезе, но заметив, что я прекращаю свои попытки натянуть второй носок, взмахивает руками и добавляет, - Ионов, твой идиотский юмор, кажется, заразителен. -Иди сюда, - притягиваю ее к себе и, поцеловав в макушку, вдыхаю ни с чем не сравнимый запах ее волос, - Женечка, я буду очень осторожен и постараюсь переловить всех преступников в первый же день, чтобы потом вернуться к вам. -Обещаешь? -Обещаю! – опускаюсь на колени и осторожно целую животик любимой. Ее нежная ручка тут же зарывается в моих волосах, взъерошивая короткий ежик, и хочется стоять так вечно, но служба…, - Пойду поцелую Вику, пока она спит. Наше маленькое чудо спит, крепко зажав в одно руке плюшевого медвежонка, а в другой руке она держит спящего котенка. И как только этот маленький пушистый комочек может спать всю ночь в одном положении, да еще и в такой цепкой хватке? Осторожно провожу кончиками пальцев по маленькому лобику, убирая непослушные локоны, и вижу, как в ответ Вика смешно фыркает – ну прям вся в Женьку. У нас с Мурой уже есть что-то вроде ритуала, когда мы постоянно проверяем Викин сон и поправляем ей одеялко, вот и сейчас я поправляю сползшую материю и невесомо касаюсь щечки дочери поцелуем – Женя права, уйду с работы и буду видеть это каждое утро, а не от случая к случаю. -Папочка… Замираю на пороге и оборачиваюсь, испугавшись того, что умудрился разбудить малышку в шесть утра, но оказывается, что она просто бормочет во сне. А на лице уже расплывается дурацкая улыбка – она видит МЕНЯ во сне. Прощаться с Женей из разу в раз становится всё сложнее и сложнее, особенно если учесть, что ей вот-вот рожать, а меня как всегда, скорее всего, не будет рядом. -Будь осторожен. Пожалуйста, Вась, - как-то слишком крепко обнимает меня, а затем принимается лихорадочно осыпать мое лицо поцелуями, - Пожалуйста…только будь осторожен. -Обещаю. Любимая, только перестань плакать, я прошу тебя, - стираю прозрачную дорожку слез и оставляю легкий поцелуй на нежных губах, - Я люблю тебя. -Люблю тебя… Я уже дохожу до лифта, как вдруг Мура выскакивает за мной в подъезд прямо в пижаме. -Вась, дай свой жетон, - не понимаю зачем, но принимаюсь искать цепочку на шее, а жена продолжает, - Ну хоть так будешь рядом, если не успеешь к родам. -Держи! – протягиваю ей цепочку с жетоном, а затем шуточно грожу животику, - Только не торопитесь мне тут. Женька улыбается и быстро-быстро кивает головой, и я замечаю, что она сжимает жетон с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Ага, постарается она не торопиться – да она родит прямо сейчас, если я не уйду. Именно поэтому прижимаю ее к себе еще раз и, поцеловав в последний раз, наконец захожу в лифт, иначе меня Пригов за опоздание вздернет прямо в тире. Только все мысли остаются дома – с женой, дочерью, будущим сыном и даже маленьким котенком. Ничего страшного – это последнее задание, а потом уже отставка… ________________________________________________ Меня не хватило на полноценную главу, я что-то сегодня не Цезарь - не могу и отзывы писать и главу, так что сильно меня не бьем)