Хроника безумств

– Зачем ты вернулся? – шептала она, обхватив его лицо руками; менгир с обрывками веревок возвышался над ними, и блеск утреннего солнца мешался на гладкой поверхности с потеками крови. – Зачем ты тогда вернулся, я же просила, я же говорила, чем это закончится, так не должно было быть... Ее широко расправленные крылья укрывали его тенью, будто шатер, и он, с трудом подняв руку, коснулся полуночно-черного пера. – Я всегда знал, что не доживу до старости. А увидеть тебя еще раз... оказаться рядом... – из уголка рта стекла темная капля. – За это и проклятие не столь уж большая цена. Крылья со злостью хлестнули воздух, задев висевший на менгире обрывок окровавленной веревки: – Мне нужно, чтобы ты был жив! – Вот теперь я узнаю мою богиню войны, – хрипло усмехнулся он. – Не кори дурака за глупость... не забывай меня в том мире, Морриган. Пировать среди павших героев не так уж сладко, когда тебя нет рядом. – Это еще не конец, – она стиснула его лицо в ладонях, попыталась встряхнуть, но Кухулин уже не дышал. – Это еще не конец... – зная рок ее рода, это была не последняя их встреча. *** Он охнул, схватился за живот, недоуменно и даже с некоторой обидой посмотрел на рукоять ножа и расплывавшееся вокруг багровое пятно. Рэйвен, уже не сдерживаясь, рыдала. – Хватит. Хватит! Каждый раз все заканчивается одним и тем же! Я просила, я говорила, чем это закончится, почему ты меня не послушал?! Он тяжело осел на пол, рухнул на бок, застонал, и этот звук рвал остатки ее сердца в клочья. Солнце светило ей в спину, и на полу плясали химерические тени, отбрасываемые крыльями, которые никто из смертных больше не мог увидеть. Телевизор бормотал что-то на стене, с улицы доносился гул машин – ее крики некому было слышать, даже если соседи вдруг решили сегодня остаться дома. Рэйвен сгребла с дивана рюкзак, с дерганой поспешностью сунула туда кошелек, смену белья и куртку; затем бросилась к выходу из квартиры, бросив телефон на полу возле трупа. Через два квартала отсюда находится скрытый от смертных глаз очаг фэйри, охраняемый лордом ши, и от него сквозь глубины Грезы на другой конец Америки открывается серебряная тропа. Ее пропустят, не могут не пустить, она сбежит и сможет построить новую жизнь в новом месте... Это еще не конец, но у нее есть время, пока рок не вернется за ней опять в лице возрожденного – и проклятого – возлюбленного.