Mile Deep Hollow

      Икалось ли Такано Рион на другом конце города, когда она покидала такси?       Ведь на целых секунд десять сознание обоих парней обратилось к девушке.       Накахара Чуя вспомнил, что так и не показал ей тот прием с разворотом, хотя неплохо бы было включить его в программу ее обучения. А еще пора бы приступить к движущимся мишеням. А еще нужно увеличить ее нагрузку. А еще… а еще… а еще…       У него было довольно много мыслей о том, что нужно сделать. Однако удивительным было то, что на этом месте их разговор с Дазаем Осаму о Рион подошел к концу, даже толком не успев начаться.       Что, собственно, было нехарактерно для Дазая. Ведь видя на лице Накахары нежелание говорить о чем-то, брюнет с радостью бы начал раскручивать эту тему. Сценарий, когда он упускал возможность взбесить человека, с которым ему довольно часто приходилось работать в последнее время, разворачивался очень редко (в последнее время).       Но его напарник не был тем, кто стал бы тратить свое время на копание в причинах необычного поведения Осаму. Ведь все его действия по большей части не поддавались объяснению и не укладывались в логическую цепочку простого человека.       Случись нечто подобное с Накахарой, Дазай, напротив, докопался бы до того, что вызвало отклонение от запрограммированного образа действий его спутника. Не напрямую, разумеется. Окольными путями. Ведь любую информацию можно использовать против других, в выгоду себе.       Чуя и Осаму были противоположны во многом. Их мнения расходились почти по любому поводу. И разница в подходах, в отношении к миру, ко всему… бесила обоих. До обоюдного желания прервать жизнь оппонента-товарища.       Раздражала Дазая и та самая вышеупомянутая девушка.       Хоть он и замолчал, перед его глазами также возник живой образ Такано Рион, цвет волос которой делал ее похожей на младшую сестру Накахары. Именно так он подумал, впервые увидев их вместе. Низкорослые, худощавые… неужели разлученные в детстве близнецы?.. Однако это впечатление было мимолетным.       Тогда в коридоре будущий учитель со своей ученицей стояли в профиль к внимательному наблюдателю. В тусклом свете коридорных ламп не многие детали бросались в глаза. Но чем дольше брюнет смотрел на тех двоих, тем больше различий находил. В Рион преобладали европеоидные черты, Чуя больше походил на азиата.       Его голубые глаза были ценным источником информации, они выдавали все эмоции своего владельца. И Накахара никогда не стеснялся в их проявлениях. Эмоции Такано маскировались, утраченный контроль восстанавливался ею так же быстро, как у актера, который вживался в новую роль. Зеленые глаза лгали. И лгали они искусно.       А этот ненавистный взгляд!.. в котором виден тот стержень, та самая гордость и опора — все то, что Осаму привык ломать в других. Именно этот взгляд вызывал у него раздражение: он словно смеялся над окружающими и ставил себя выше всех остальных. Поймав его в первый раз, Дазай решил, что навсегда погасит это пылающее сияние.       Однако вторая встреча с глазами-изумрудами была менее нервирующей. Скорее всего, потому, что оголенная бледная кожа, тонкие ключицы и выступающая сквозь тонкую ткань ночной рубашки грудь отвлекали его внимание. При ярком свете солнца ее волосы отливали медью. Но все равно они были темнее, чем у его напарника.       …Нет, у них с Накахарой Чуей, определенно, было не так много сходства.       В реальности, чуть поодаль от вернувшегося на несколько дней назад Осаму, Чуя отсчитав третье подвальное окно в ближайшем к ним здании, толкнул его внутрь. Как они и договаривались с информатором, оно оказалось не заперто.       — Что ж, первый патрульный сейчас должен двигаться на восток по первому этажу. Второй — на третьем, приближается к югу. Третий — на четвертом, на западе, но там меньше комнат за счет актового зала, так что он быстрее всего заканчивает осмотр и идет на второй этаж, где они встречаются с первым. Пятый этаж закрыт.       Краткое объяснение по режиму охраны он проводил, петляя между пустых стеллажей бывшей подсобной комнаты.       Человек, не знающий Дазая Осаму, мог бы сказать, что он валяет дурака и пропускает все объяснения мимо ушей. Он с восхищением созерцал обилие металлических конструкций, которые точно выдержали бы вес шестнадцатилетнего парня, решившего на них повеситься. Но Накахара его знал.       Конечно, «знал» — не совсем верное определение. Он был знаком с этим чудаковатым брюнетом около года и мог предположить, что Осаму не только услышал его слова, но и запомнил их, и, скорее всего, уже набросал примерный план выполнения поставленной задачи. Поэтому он выделил пару минут на то, чтобы Дазай, словно посетитель картинной галереи, налюбовался на то, что никогда не привлекло бы внимание нормального человека, оказавшегося в этой подсобке.       — Здесь раньше хранили много тяжелых коробок, вся краска на полках исцарапана, как будто их часто передвигали, — заметил Осаму, оторвавшись от своих суицидальных фантазий и склонившись над самой нижней полкой. — А здесь остался порошок. Странное место для хранения поставляемого товара.       — У «Цайтгайст» арендовано несколько складов в разных частях Йокогамы. Не думаю, что им нужно было создавать еще один в своем главном офисе, — Чуя провел пальцем по металлической поверхности, и на его перчатке остались пыльные следы. Пока он разглядывал полки, к которым его внимание привлек брюнет, тот осторожно подобрал застрявший между стеной и стеллажом листок и сунул его себе в карман.       — Если только это не был какой-то особенный товар… — задумчиво произнес Дазай и бодро зашагал в сторону двери как ни в чем не бывало. — Ну, встречаемся через десять минут. Ты — в архив, а я — в серверную.       Серая створка уже была открыта, поэтому Накахара лишь тихо воскликнул:       — Мы так не договаривались! Серверная на втором этаже, ты попад…       — Я разберусь, — улыбнулся Дазай и вышел к темной лестнице, на вершине которой виднелись очертания еще одного коридора. — Надеюсь на тебя, на-пар-ник.       Это были последние слова, которыми они обменялись перед тем, как поднялись этажом выше и разделились. Осаму знал, что в архивах навряд ли осталось то, что нужно им, а вот в той заветной комнатушке, которая была в паре поворотов от бывшего пропускного пункта, на одном из серверов могла затеряться интересная информация. Парень надеялся, что он найдет там объяснение тому, что на бумажке, подобранной им в подсобке и сейчас шуршащей у него в кармане, громоздились надписи на китайском языке.       Где-то в отдалении раздавались громкие шаги, охранник не трудился проверять пустынные помещения и просто напрямую курсировал по длинному проходу. Дазай остановился, вслушиваясь в это размеренное поскрипывание ботинок.       Справа. Как и должно быть. Значит, его предположение верно.       Брюнет уверенно свернул в переход, ведущий в другое здание. В его голове открылась карта. Пусть в ней не было второй постройки, но Осаму помнил, что с этой стороны находятся два прохода, построенных на приличном расстоянии друг от друга. И если он сейчас ускорится, то успеет разминуться с первым сторожем и пробраться в серверную до прихода второго, а также не попадет на парочку рабочих камер.       На другой стороне перехода было горадо меньше света. Воздух словно сгущался, становясь более затхлым и плотным. Между двумя строениями явно когда-то висела дверь, но сейчас вместо нее зияла пустота.       Второе здание внутри оказалось ветхим. В нем не осталось никакого покрытия, и голый бетон был весь испещрен ямками. По бокам коридора стояли стройматериалы, и на первый взгляд, казалось, что тут просто идет ремонт. Но опытный взгляд Дазая уцепился за наспех зашпаклеванные стены. Чуть отковырнув побелку, он обнаружил вмятину, затем — вторую. Вся стена была изрешечена следами пуль. Ему повезло, и он даже нащупал одну.       «Стреляли из автомата? Теперь понятно, почему они так резко сменили локацию».       В прессе о нападении не говорилось, среди криминальных кругов также не возникало никаких слухов, как это обычно бывало. Почему же «Цайтгайст» скрыли этот инцидент? Что тут на самом деле произошло?       Осаму нахмурился и почти перешел на бег, на всякий случай пригибаясь, следуя мимо окон. Нельзя быть замеченным случайными зеваками.       Второй переход, к которому он так спешил, сохранил свое превосходное состояние, как будто его выстроили вчера.       Хм, а его действительно только что отремонтировали. Запах свежей краски и растворителя бил по обонятельным рецепторам и усиливал ноющую боль в висках, которая преследовала его после почти бессонной ночи.       Новенькая дверь, в отличие от дальней соседки, твердо стояла на своем месте. Однако ее предшественница была более компетентна в плане защиты: на стене остались провода. Раньше там находился аппарат для считывания карт, и старая дверь открывалась только при наличии особенного куска пластика. Но сейчас Дазаю везло — новую еще не успели подключить, да и вообще закрыть банально на ключ. Проникновение в серверную прошло как по нотам. Он не ошибся с местом и никому не попался, вопреки надеждам Чуи. Однако получение информации было чуть более длительным процессом, чем те пять минут, которые он на это выделил. Защита от взлома представляла собой многоуровневую систему, а он не был профессиональным хакером, чтобы так запросто расшифровать терабайты данных. Если будет нужно, они озадачат своих программистов-взломщиков и разберутся с этой базой. На данный момент ему было достаточно информации для сотрудников с первым уровнем доступа.       В списке поставщиков значились: • Китай — несколько фирм, имена которых были набором символов для обладателей самого низшего положения в этой компании; • Корея — также несколько зашифрованных компаний; • Германия — ряд символов выстраивал двусоставное имя; • Россия — три строчки наименований.       Названия лекарств, подлежащих импорту/экспорту, были известны Осаму, но он все равно скачал к себе на флешку этот список вместе с поставщиками. А так же запустил программу, которая предоставляла доступ Портовой Мафии к местным базам данных. Пусть хакеры Портовой Мафии поразгадывают шарады, Мори какое-то время назад размышлял о привлечении новых людей к их делу…       И уже проглядывая списки сотрудников, случайным образом попав в базу отдела кадров, он нашел имена нескольких уже покинувших компанию работников, имена которых выглядели так, как будто кто-то набирал их в пьяном угаре: набор иероглифов и символов. Секретность в отношении бывших работяг привлекла его внимание. Сложные ребусы иногда Дазаю даже нравились.       Увы, но эта информация скачиванию на носители не подлежала. Поэтому, раздобыв под столом огрызок карандаша, он перенес все четырнадцать «имен» на оборотную часть найденного им бланка.       Разжившись нужными данными, Дазай под задорный хохот шутящих между собой охранников тем же маршрутом, что и ранее, вернулся к подвалу. В запасе у него было еще три минуты, но здесь ему делать больше нечего. И как бы не манили железные перекладины и оставленные кем-то прочные провода, ему почему-то не хотелось, чтобы его труп нашли в этом опустевшем местечке, полном загадок.       Чуя немного задерживался. Это было на него не похоже, но брюнет не волновался. По крайней мере, не настолько, чтобы бежать и выручать его в случае чего. Что бы не случилось, его напарник мог выбраться самостоятельно.       Вскоре дверь в подсобку все же открылась. Это Осаму понял по легкому сквозняку, пробежавшему по лицу.       — Опаздываешь, — повторил он раннюю реплику Накахары, оборачиваясь к вошедшему, даже не рассматривая такую возможность, что это может быть не Чуя.       — Эти уроды распространяют «белый лотос», — даже не отреагировав на эту издевку, рыжеволосый парень потряс папкой, которую он держал в руках, и Дазай с интересом посмотрел на Накахару. Находка возмутила его напарника до глубины души, и чтобы понять, что привело его в такое состояние, Осаму потянулся за документами.